Грязный бизнес

Сицилия, 1989

– Ты уверен, это та дорога? – спросил Том Огастин, подавшись вперед с заднего сиденья и вглядываясь сквозь ветровое стекло в жаркую пыльную дорогу, бегущую впереди. – Что-то очень уж долго едем.

Винсент Джордано перегнулся через руль, как будто, прижавшись лицом к стеклу, можно было что-нибудь рассмотреть.

– Да, Немо, не думал, что это так далеко.

Немо опустил стекло и стряхнул пепел с сигареты.

Рекомендуем почитать

Шестнадцатилетняя Консуэлло – жена гангстера Фабиано, – готовясь стать матерью, попадает в частную клинику «Дружба», где умирает от нерпавильного лечения. Руководство клиники, погрязшее в махинациях и коррупции, готово было заплатить огромные деньши, чтобы сохранить тайну смерти Консуэлло и избежать скандала. Любому, кто не пойдет на эту сделку и попытается расследовать обстоятельства гибели молодой женщины, грозит смерть. И только дерзкая Ви.Ай. Варшавски не может отказать отчаявшимся родственникам Консуэлло. К чему приведет ее расследование?

В Кейптауне исчезла американская студентка. Опасаясь международных осложнений, высшие полицейские чины поручают расследование талантливому детективу Бенни Грисселу. У Гриссела лишь тринадцать часов, чтобы размотать клубок улик и версий, спасти девушку и раскрыть заговор, который угрожает всей стране.

Вот уже два часа мы втроем — Эд, Алан и я — сидели в тускло освещенной каюте тримарана и резались в покер. Погода продолжала портиться. Все время, пока мы шлепали картами, борта судна сотрясались от ударов волн; ванты гудели от штормовых порывов, койка подо мной ходила ходуном.

— Пожалуй, надо проверить якорь, — сказал Эд.

Рев ветра ворвался в кубрик, как только он приоткрыл люк. Я проводил Эда взглядом, когда он поднимался по трапу в своих тяжелых ботинках. От духоты у меня разболелась голова. И вообще я устал и проголодался. Алан с тревогой посмотрел на меня.

Два детектива Роберт Хантер и Карлос Карвальо расследуют серию изощренных садистских убийств: на шее каждой жертвы вырезан таинственный знак в виде двойного распятия. На первый взгляд между жертвами нет никакой связи, а убийца настолько методичен, что не оставляет на месте преступления ни одной улики, и следствие заходит в тупик. И вот сам Роберт Хантер чувствует — следующим будет он сам.

Темной зимней ночью в Лулео был убит журналист. Его коллега Анника Бенгтзон обнаруживает связь между убийством и нападением на авиабазу F21 в конце 1960-х гг. Многочисленные смертельно опасные тайны втягивают журналистку в пучину насилия и терроризма, выводят на дорожку прямо в кабинет премьер-министра… Аннике предстоит разоблачить злоупотребление властью, но на что она готова пойти, если ее собственная жизнь начинает рушиться? Как бросить вызов политическим деятелям и нравственности ее главного редактора — и сохранить себя как человека, женщину, журналистку?

Решившись помочь другу, взятому в заложники неизвестными, Тобела Мпайипели — в прошлом боевик, а ныне законопослушный гражданин — оказывается втянутым в опасную и темную игру, смысла которой не понимает. Ему ясно лишь одно: на него охотятся спецслужбы, полиция и армия, и, чтобы остаться в живых и навсегда расквитаться с прошлым, он должен совершить невозможное — победить в навязанной ему неравной схватке…

Трагедия, о которой идёт речь в этом романе, происходит через два года после событий, описанных в другом романе — «Смерть на рассвете». Только главный и второстепенный герой на этот раз поменялись местами.

Роман «Алая нить» заставляет вспомнить «Крестного отца» Марио Пьюзо и «Узы крови» Сидни Шелдона.

Госпиталь союзников на Сицилии. Английская медсестра Анджела Драммонд тайно венчается в деревенской церквушке с американским офицером Стивеном Фалькони, сицилийцем по происхождению. Анджела не знает, что он – сын влиятельного «отца» мафии, Стивен – что является отцом ее неродившегося ребенка. И никто из них не знает, что ждет впереди...

Остросюжетные романы Эвелин Энтони собрали огромное количество восторженных рецензий и откликов прессы. Ее величают «признанным мастером триллера», увязывающим в тугой узел любовь и ненависть, таинственные угрозы и лихорадочные погони.

В Лондоне никого не удивляет бегущий по улице человек.

Но бегун, о котором пойдет речь ниже, невольно привлекал внимание прохожих, поскольку был уже немолод — лет семидесяти — и к тому же явно чем-то напуган. Он пробежал чуть ли не весь Сохо и наконец остановился перевести дух у строительных лесов, возведенных вокруг зданий на Карнаби-стрит. Его куртка промокла насквозь. Озираясь по сторонам, он поспешно пересек очередную улицу и, громко стуча башмаками по асфальту, обежал вереницу застывших на месте машин. Он понимал, что уже староват для подобных пробежек, однако владевший им страх не позволял ему сбавить темп.

Другие книги автора Энтони Бруно

Трупы двух лидеров криминального мира нашли изуродованными, на телах были вырезаны кресты... Пресса сразу же затрубила, что в окрестностях Нью-Йорка орудует убийца-маньяк. Повинуясь своей интуитивной догадке, агенты ФБР Гиббоне и Тоцци — пускаются в преследование убийцы-манипулятора. Им кажется, что это Сол Иммордино, который совершает свои убийства загадочным путем, сидя в изоляторе сумасшедшего дома...

Металлическая стрела крана легко, словно птица, парила в голубом небе. Сэл Иммордино стоял у желтоватой алюминиевой стенки трейлера, глядел на подъемный кран грязно-бурого цвета с тяжелой балкой на конце троса, радуясь тому, что эта громоздкая конструкция кажется почти невесомой. Он проследил за полетом длинной балки над строительной площадкой, усмехнувшись, расстегнул «молнию» и запустил руку в штаны.

– Эй! Что он там делает?

– Оставь его в покое, Майк.

Расследуя жестокое двойное убийство, агенты ФБР Тоцци и Гиббонс выходят на след коалиции американской мафии и японской якудзы, промышляющей работорговлей.

Агент ФБР Майк Тоцци устраивает самосуд над фигурами преступного мира. Чтобы нейтрализовать одержимого агента, начальство отзывает из отставки его бывшего напарника Берта Гиббонса. Но ветераны объединяются и вместе противостоят по-настоящему плохим парням. Первый роман серии.

Гиббонс и Тоцци, расследуя загадочное покушение на убийство агента ФБР, работающего под прикрытием, выходят на леденящие душу тайны изуверской борьбы мафиозных кланов за главенство в нарко— и порнобизнесе. Им удается выбраться из дьявольской ловушки, грозящей мучительнейшей смертью, и казалось, победа уже за ними. Но жизнь, как известно, преподносит сюрпризы в самых неожиданных местах...

Популярные книги в жанре Крутой детектив

Откройте для себя своеобразие тевтонского «нуара» — встречайте Кемаля Каянкая, немецкого детектива турецкого происхождения, которому судьба бросает вызов за вызовом.

Хотя он считает себя немцем и говорит только по-немецки, но, расследуя странные и кровавые события вокруг бразильского ресторана («Кисмет»), Каянкая получает свою порцию расовой нетерпимости — и надежду на большую любовь.

Помимо яркого и увлекательного сюжета, роман, написанный иронично, красочно и предельно реалистично, являет читателю криминальный срез немецкого общества начала 80-х.

Когда Гарри протянул карточку, толстуха принужденно улыбнулась.

«Жаль, — подумал он, — что она так опустилась».

Волосы у нее были не причесаны, шляпка старомодна, глаза усталые, с синяками, а лицо блестело от пота, как будто она только что отошла от раскаленной печки. Но женщина, кажется, была польщена тем, что Гарри ее сфотографировал, и внимательно прочитала карточку, прежде чем засунуть в сумочку.

— Подумать только, я же вас не видела, — сказала она. — Какой же у меня может быть вид.

Занятый поисками своего пропавшего племянника Зака, разрываемый между верностью другу и желанием докопаться до истины, Дилан Клейн подпадает под чары таинственной молодой красавицы. Но та ли она, за кого себя выдает, или у нее есть собственная темная тайна? И можно ли доверять гениальному компьютерному хакеру, взявшемуся помогать Клейну? А главное, что ждет Клейна в конце выбранного им пути – радость встречи с Заком или горькое разочарование?

Отправившись залечивать раны в маленький городок Скоттсдейл, Шелл Скотт попадает в одну из самых опасных заварушек за всю свою карьеру.

Где скачки — там азарт, там большие деньги, а где деньги — там преступление. В предместье Лос — Анджелеса возник смертельно опасный конфликт между учеными, изобретшими эликсир жизни и священником-мракобесом, пытающимся в ожидании Второго пришествия уговорить своих прихожан отказаться от простых человеческих радостей.

Мастер детективной интриги, король неожиданных сюжетных поворотов, потрясающий знаток человеческих душ, эксперт самых хитроумных полицейских уловок и даже… тонкий ценитель экзотической кухни. Пожалуй, набора этих достоинств с лихвой хватило бы на добрый десяток авторов детективных историй. Но самое поразительное заключается в том, что все эти качества характеризуют одного замечательного писателя. Первые же страницы знаменитого романа «Невинный убийца» послужат пропуском в мир, полный невероятных приключений и страшных тайн, – мир книг Джеймса Хедли Чейза, в котором никому еще не было скучно.

В сборник вошли остросюжетные романы трех английских мастеров детектива: Питера Чейни, Картера Брауна и Джеймса Хэдли Чейза. Романы, не похожие по тематике и стилю, объединяет одно: против мафии, бандитов, рэкетиров и интриганов выступают частные детективы: Слим Каллаган, Рик Холман и Дэйв Феннер. Высокий профессионализм, неподкупность, храбрость позволяют им одержать победу в самых острых и запутанных ситуациях, когда полиция оказывается несостоятельной защитить честь и достоинство женщины.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Гриша Брускин

Как в кино

Помню, кричу в плену пеленок. Не могу пошевелиться.

Помню наши детские кровати вдоль стен. Ночной горшок посередине.

Помню милую мою, добрую бабушку Любу. С заклеенным бумагой стеклом в очках. Читающую "Джен Эйр" при свете настольной лампы.

Помню огромные сосны на даче в Удельной. Бешеную собаку. Ландыши у забора. И пронзительный крик: "Марик утонул!".

Помню высокую температуру. Ужас неведомой планеты.

Гриша Брускин

Настоящее продолженное

Я еврей. И ты еврей

Глазки

"А глазки у тебя, мальчик, черненькие. Забыл помыть", - говорили мне в детстве сладкими голосами взрослые тетеньки в автобусе или на улице.

Тетеньки эти мне не нравились.

В юности Алеся пошла устраиваться на работу в "Интурист".

"Почему у Вас глазки такие черные?" - поинтересовалась начальница отдела кадров, протягивая увесистую анкету.

Муин Бсису

Стихи

ИМ НЕ ПРОЙТИ

- Хоть кто-нибудь да пройдет...

- Врешь!

Никому не пройти.

Все ваши солдаты полягут сплошь.

Стянута шея

веревкой пеньковой...

Лучше смерть,

чем оковы.

- Но пули прошли!

По тому же пути

и солдаты могут пройти.

- Их согнали с родной земли,

чтоб они проливали пот на чужбине,

пот и кровь. Убивают их

и они убивают, не зная сами,

Мартин Бубер

Образы добра и зла

ПРЕДИСЛОВИЕ

На основанных и руководимых моим незабвенным другом Полем Дежарденом Entretiens de Pontigny(1)* летом 1935 г. в ходе дискуссии об аскезе была затронута проблема зла. Эта проблема занимала меня с юности, но только через год после первой мировой войны я занялся ею самостоятельно; с той поры я неоднократно обращался к ней в моих сочинениях и докладах, она была также темой моей первой лекции курса общего религиоведения, который я читал в университете Франкфурта-на-Майне. Поэтому я принял живое участие в дискуссии, и интенсивный обмен мнениями, в первую очередь с Николаем Бердяевым и Эрнесто Буанайути, теперь уже умершими, побудил меня вернуться к мыслям об этой, по выражению Бердяева, "парадоксальной" проблеме. В Entretiens следующего года, в рамках специально посвященной этой проблеме декады, я подробнее изложил свое понимание вопроса, остановившись на сравнении двух исторических воззрений - Древнего Ирана и Израиля. Мне было важно, прежде всего, показать, что добро и зло в их антропологической(2) действительности, т. е. в фактической жизни человеческой личности, являются не двумя структурно однородными, как обычно считают, хотя и полярно противоположными, а двумя структурно совершенно различными свойствами. "Impossible de le resoudre, - сказал Бердяев об этой проблеме, - ni meme de le poser de maniere rationnelle, parce qu'alors il disparait"(3)*. И, отправляясь непосредственно от этой "невозможности", он поставил вопрос, как же начать бороться со злом. В качестве ответа на эти сомнения я попытался в своем докладе дать вместо "решения" проблемы зла синтетическое описание происходящего зла, чтобы таким образом лучше его понять. Мой ответ на вопрос об исходном пункте борьбы был значительно более сжатым, он гласил: начинать борьбу следует в собственной душе - все остальное может следовать только отсюда.