Грядущее Джона Цзе

Внезапно оказалось, что он сидит в другом кресле — упругом, удобном и словно изготовленном по его мерке. Когда он увидел перед собой письменный стол непривычной формы, то сразу догадался, что именно произошло. Когда же он посмотрел на человека, сидевшего за этим столом, и встретил взгляд, исполненный энергии и мудрости, то последние сомнения исчезли — он находился в грядущем. Потом, заметив, что на человеке напротив надет не лабораторный халат, а рубашка с непривычным узором и кургузая куртка и что в этой небольшой, мягко освещенной, серебристо-серой комнате нет ни единой машины, ни единого прибора или счетчика, он понял, что находится в своем грядущем, — в грядущем, которое он предсказывал, в которое неколебимо верил. Все окружавшее его ясно подтверждало, что контроль над феноменами ней установлен и что силы психики одержали решительную победу над грубыми физическими энергиями.

Другие книги автора Джон Робинсон Пирс

Вам, разумеется, в основном известно все, что касается Хомера Грина. Значит, мне нет нужды рассказывать об этом. Я и сам многое знал, но тем не менее, когда мне довелось, одевшись по-старинному, попасть в этот необыкновенный дом и повстречаться с Грином, я испытал странное чувство.

Сам дом, пожалуй, не назовешь таким уж необыкновен-ным — не больше, чем его изображения. Зажатый между другими зданиями XX века, он, вероятно, хорошо сохранился и не выделяется на фоне окружающих его старин-ных домов. Но несмотря на предварительную психологи-ческую подготовку, когда я вошел, ступил на ковер, уви-дел кресла, обитые ворсистой тканью, и принадлежности для курения, услышал (и увидел) примитивный радиоприемник (хотя мне было известно, что он воспроизводит старые записи) и, наконец, самое удивительное — смог взглянуть на разожженный в камине огонь, меня охватило ощущение нереальности.

Когда мы с Виком Тэтчером проходили курс в Дальнезападном университете, многие аспиранты тех не столь тучных времен кое-как перебивались, читая лекции студентам. Многие, но не Вик. Он зарабатывал куда больше, изготовляя диатермические аппараты для частнопрактикующих врачей, но главное — конструируя для преуспевающих медиков-шарлатанов внушительные, сложнейшие и совершенно бесполезные приборы, с мигающими лампочками, зуммерами и прочими загадочными атрибутами. Он нравился мне тогда, нравится и сейчас. Меня радовало, что он сумел добиться большего количества жизненных благ, чем кто-либо другой из нас всех. Однако многие наши однокашники, которые нравились мне не меньше, всегда относились к нему гораздо хуже, чем я. Я приписывал это зависти или чрезмерной щепетильности.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Николай Недолужко

Парадокс

Ознакомившись с делом, майор Крутов приказал впустить Лазарева. В кабинет вошел очень высокий, атлетически сложенный человек в светлом костюме и широкополой модной шляпе.

- Садитесь, Лазарев,- предложил майор. - Возможно, разговор будет долгим.

- Не думаю,- Лазарев спокойно уселся на стул, так же спокойно снял шляпу и аккуратно положил ее на стол перед собой. - Позвольте узнать, с кем имею честь разговаривать?

И. НЕСВАДБА

ТРАКТАТ О ВОЗДУШНЫХ КОРАБЛЯХ

Перевод Е. Ароноевич

Считаю, что подлинным изобретателем воздушного корабля был чех. Звали его Иржи Тума, он когда-то учился на жестянщика. Историки и поныне ведут споры, кто из французских изобретателей первым создал воздушный корабль. Неспециалисты связывают предоставление о воздухоплавании с именем графа Креппелина, в честь которого некогда был назван один из видов управляемых воздушных шаров.

Анатолий Невзоров

Продаже не подлежит

Часть 1.

Темнота. Сквозь закрытые веки едва виден красноватый свет. Мягкий толчок.

- Стыковка завершена. - Прошелестел женский голос откуда то с потолка.

Голубовато-серый коридор корабля вывел меня в относительно просторный зал для прибывающих. Единственным встречающим оказался плотно сбитый, светловолосый мужчина лет тридцати. Заметив меня, он оживился и подался вперед.

Павел Hикарюк

ВИРТУАЛЬНЫЙ ДРАКОН

ФАНТАСТИЧЕСКАЯ СКАЗКА ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ И ДЕТЕЙ

Кто в мир меня отправил, согласья не спросил.

Хочу ль вернуться, тоже я Им не спрошен был.

А то бы в мире праха приход мой и уход

Совсем не состоялись: я вовсе бы не жил.

Омар Хайам

ВНИМАНИЕ! Все описываемые события и персонажи вымышленные. Все совпадения с реальными людьми, животными и демонами, а так же их именами абсолютно случайны. В сказке не содержится никаких намеков. Ни одно существо при съгмках не пострадало. Автор, Издатель, Минздрав, Минюст, МВД, ФСБ, ЦРУ и Отделение общей физики Академии Наук предупреждают: не следует пытаться повторять никакие действия персонажей, противоречащие действующему Уголовному Кодексу и законам физики. Специальное предупреждение Фонда Джорджа Сороса, МВФ и РПЦ: никаких демонов и драконов (особенно экономических) больше не существует.

Роман Hикифоpов

Анабиоз

{вpемя летит}

Где-то навеpхy тyскло замигала лампочка, в этот момент он очнyлся. Hет, сознание еще не включилось, действовали только pефлексы. Резкое сокpащение мышц и голова поднялась над pаствоpом.

{вpемя замедляется}

Резкий выдох, pаствоp вышел из гоpла и носа. Hебольшое движение pyками, тело заняло нyжное положение и больше не тонет. Тепеpь пpоблеск сознания: "экстpенный выход из анабиоза. боевая тpевога". Слова, пока бессмысленные, но цепляющие за собой целyю цепочкy... дpyгих слов? Hет, инстpyкций. Пока тоже бессмысленных, но побyждающие к действ...

Роман Никифоров

"Мы в рассказе!"

Он сидел и хмуро перечитывал результаты анализа ситуации компьютером. По всему выходило, что весь мир вокруг него был недавно рожден в мозгу какого-то писателя в иной реальности. Впрочем, он некоторое время об этом догадывался: все вокруг слишком напоминало дурацкие боевики вроде "звездных войн". Он не расстраивался от сознания собственной эфемерной породы - сейчас он жил, чувствовал и мог влиять на ход событий (впрочем, он отдавал себе отчет в том, что часто его мысли придумал тот... писака...). Он хмурился от другого боевой компьютер-анализатор выдал сводку, из которой следовало, что сейчас настало время в рассказе появиться положительному герою. Только недавно боевые корабли разведки империи захватили некий артефакт. Из древних легенд, преданий, книг и CD-ROMов компьютеры смогли вытащить более-менее пристойную инструкцию по эксплуатации. В ней говорилось, что артефакт может быть активизирован только рукой представителя сил добра. После активизации в радиусе примерно [...] (тут в инструкции был пропуск - даже современные компьютеры не смогли даже воспроизвести цифру и выдавали давно забытую ошибку "Run-time error") наступает полное уравновешивание сил добра и зла, но зло уходит на молекулярный уровень (получалось так, что снаружи все хорошо, а внутри... Какая кому разница...). Мало того, артефакт давал своему активизатору по сути полубожественный статус вплоть до вершения отдельными судьбами. Разумеется с изменением сознания в лучшую сторону. Hу а злые сознания подлежали очистке без сохранения памяти. Командор хмурился из-за этого бреда и почем зря честил бедолагу-автора. Он, как и любой человек не хотел терять свою личность. И, в целом не понимал, почему ему нельзя стать хорошим в его теперешнем сознании,а какому-то современному Рэмбо, который ничего толком для людей не сделал, кроме того, что убил пару десятков солдат империи - можно и даже предопределено.

Антон Никитин

ПОВЕСТЬ О НЕКОЕЙ БРАНИ

"Сочинена эта повесть о некоей войне,

случившейся за наши грехи в благочестивой России, и о явлении

некоего знамения в нынешнем последнем поколении нашем."

Евстратий(?).

Повесть о некоей брани.

"Вышли два больших змея, готовые драться друг с другом;

и велик был вой их, и по вою их все народы приготовились к войне."

Есфирь.

"...ажно царевич лежит во Спасе зарезан и царица сказала:

Антон Никитин

ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Предательство приходило ко мне не раз.

Впервые я встретился с его искушением много лет назад, еще когда служил телохранителем. Хозяин, достопочтенный Маруф, действительно нуждался в охране, Сейчас многие позволяют себе заводить телохранителей, считая, видно, что это приближает их к богачам и властителям, и делает их самих богаче. В то время эти глупые домыслы еще не успели распространиться по свету и добрые мусульмане не тешили себя бесполезными мечтами: все были тверды в вере, и знали, что Аллах отпускает каждому столько, сколько тот заслуживает. Хозяин мой был вполне благочестив, и, хотя злые языки поговаривали, что он нажил свои несметные богатства нечестным путем, но никто этому не верил. Слышал я также, и не раз, что несколько лет назад хозяин мой был башмачником, и сумел разбогатеть за один день, и происхождение его сокровищ никому не известно, но мало ли что болтают на базарах? С тех пор я побывал во многих краях, но и за морем, где неверные живут в тесных каменных глыбах, и в далекой стране, где мудрецы поклоняются шестируким идолам, и откуда привозят к нам шелк, я не видел ни одного честного торговца.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Настоящая беседа с Филипом Диком была опубликована в сборнике интервью Чарльза Плэтта Dream Makers: The Uncommon People Who Write Science Fiction [Создатели грез: Необыкновенные люди, которые пишут научную фантастику], вышедшем в издательстве "Berkley" в 1980 году. Печатается в полном виде, без сокращений.

Copyright c 1980 by Charles Platt. Публикуется с разрешения автора и ЛИА "БАЗИАТ".

(с) А.Чертков, перевод, 1992.

Настоящая беседа с Томасом Дишем была опубликована в сборнике интервью Чарльза Плэтта Создатели грез: Необыкновенные люди, которые пишут научную фантастику [Dream Makers: The Uncommon People Who Write Science Fiction, 1980]. Печатается в полном виде, без сокращений.

Copyright (C) 1980 by Charles Platt. Публикуется с разрешения автора и ЛИА «БАЗИАТ».

Д.Старков, перевод, 1993. А.Чертков, редакторская версия, 1993.

Патрульный корабль «Солнечный океан» был всего лишь в миллиарде миль за орбитой Плутона, когда в каюте капитана зазвучал сигнал вызова. Капитан мгновенно проснулся, ощупью отыскал в темноте на ночном столике тумблер видеофона.

— Капитан слушает. Доброе утро.

— Докладывает штурман, сэр. Сообщаю показания радара.

— Что у вас там?

— Большой выброс, сэр. Препятствие по курсу, примерно за сто тысяч миль. Теперь уже сорок тысяч. Какое-то тело большой плотности, сэр.

Грэхем Кракен лежал на смертном одре. Сквозь туман, застилавший глаза, он обшаривал взглядом ставший вдруг необычайно высоким потолок и вслушивался в слова утешения.

— Все шансы на вашей стороне, — говорил врач. Кровать, казалось, напряглась под Кракеном. Дружины матраца стали вдруг жесткими.

— Придет день… — Голос врача доносился до него словно приглушенный металлический звон. — Придет день, когда медицинская наука настолько уйдет вперед, что вас смогут оживить. Тем временем ваше замороженное тело будет в целости сохранено. — Металлический звон становился все глуше. — Придет день, когда наука восстановит ваше тело, и вы будете жить снова.