Громов

Этой книгой издательство открывает новый многотомный проект «ЖЗЛ: Биография продолжается».

В нашей стране вряд ли найдется человек, не знающий имени Бориса Всеволодовича Громова. Прославленный генерал-«афганец», Герой Советского Союза, командующий 40-й армией в самый ответственный заключительный период Афганской войны, он и сейчас в строю, возглавляя в качестве губернатора важнейший российский регион — Московскую область. Заслуги генерала Громова перед Отечеством неоспоримы, но есть все основания предполагать, что наиболее значимые его победы еще впереди.

Отрывок из произведения:

Издательство благодарит за содействие в подготовке данной книги начальника Генерального штаба Вооруженных сил России Ю. Н. Валуевского; президента Торгово-промышленной палаты России Е. М. Примакова; первого заместителя президента Торгово-промышленной палаты России Б. Н. Пастухова; Героя Советского Союза В. И. Варенникова; Сергея Всеволодовича и Ирину Павловну Громовых; заведующего кафедрой пропедевтики Саратовского медицинского института Ю. И. Скворцова; летчика-космонавта Ю. М. Батурина; историка, директора музея Саратовского СВУ Ж. Ж. Страдзе; коллег и товарищей по армейской службе, войне в Афганистане, работе в Подмосковье: В. С. Кота, И. П. Чуркина, В. А. Васенина, В. К. Шилина, Л. Б. Сереброва, Ю. В. Немытина, И. Ф. Шилова, А. А. Ходова, Н. И. Еловика, А. Б. Пантелеева, И. В. Астапкина, А. В. Борковского, Г. И. Бочарова, В. П. Киселева.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Николай Александрович Добролюбов (1836–1861) — один из основателей русской революционной демократии, выдающийся литературный критик и философ-материалист, соратник Н. Г. Чернышевского. Книга знакомит с жизнью и сочинениями мыслителя, показывает его определяющую роль в разработке ряда важнейших разделов революционно-демократической идеологии.

Для широкого круга читателей.

Отчего благополучные люди просыпаются ночью и не могут уснуть?..

Эта книга о том, что происходило в Украине со времен Октябрьской революции и по настоящее время. Пока были живы люди, которые делились своими воспоминаниями, казалось, что впереди еще вечность, и можно всегда прийти и послушать их рассказы – как это было на самом деле – про Красную армию, революцию, Вторую мировую войну, перестройку и исчезновение с карты мира СССР – огромной страны, которая во многом определяла мировую геополитику.

Когда один за другим из жизни стали уходить люди, бывшие очевидцами тех или иных событий, я понял, что времени у меня не много, и я не имею права забыть и не рассказать об этом другим. Эта книга об истории страны, которой уже нет. Такой, какой ее запомнили современники тех событий. Она написана просто, с юмором и без надрыва, на основании их рассказов, а также на основании собственного опыта автора. Просто только на первый взгляд. Но если заглянуть в подсознание…

Клайв Стейплз Льюис родился 29 ноября 1898 года в Белфасте (Северная Ирландия), в семье Альберта Дж. Льюиса и Флоренс Августы Гамильтон Льюис. При том, что самиздатовские перепечатки и первые переводы его произведений появились задолго до демократических реформ в Росcии, и с тех пор писатель неоднократно издавался, а в 2000 г. вышло первое собрание сочинений на русском языке, имя современного классика английской литературы все еще мало известно широкому кругу российских читателей.

«Очерки Москвы» А. С. Ушакова (именно этот знаток купеческого быта и плодовитый литератор скрывался за псевдонимом «Н, Скавронский») вышли тремя выпусками в 60-х гг. прошлого века. В них смешались различные жанры и путеводитель по Москве — по Городской и Рогожской частям, Замоскворечью Лефортову, и рассказ о гуляниях в Петровском парке и Сокольниках- читатель найдет здесь размышления о нравах и быте москвичей и описание курьезных истории, случавшихся в то время; наконец, представлена и беллетристика.

В настоящем издании:

выпуск 1-й воспроизводится полностью-

из выпуска 2-го взяты «Введение», «Московская городская дума в новом составе»

и «Где можно покойно спать, сыто и недорого есть в Москве»-

из выпуска 3-го — «Сокольницкая идиллия» и «Купеческая дочка и матушкин сынок».

Как говорится — спасибо и за это!

Предназначена широкому кругу читателей.

Предлагаемая брошюра из истории рыбинского купечества содержит две работы. Первая — это очерки о благотворительности. Они написаны рыбинским краеведом Ниной Александровной Петуховой. Она историк, преподавала в школе, экскурсовод I категории городского бюро путешествий и экскурсий. Уже несколько лет Н. А. Петухова занимается исследованием истории рыбинского купечества.

Вторая работа — это рукопись неизвестного автора из фондов Рыбинского историко-архитектурного и художественного музея-заповедника. Она представляет собой социально-бытовые, портретные зарисовки рыбинских купцов. Время написания рукописи относится, предположительно, к концу 20-х началу 30-х годов нашего века, чем можно объяснить некоторую тенденциозность автора по отношению к купечеству.

     29.04.72 г.

     Время неизменно реализует мои замыслы, но злоупотребляет правом использо-мть меня в качестве заложника.

     3.05.72 г.

     Я — школьникам: Есть лишь 2 популярные статьи о черных дырах — в «Знании-сила» — Цветкова, и в «Земле и Вселенной» — Уиллера и Руффини. Статья Уиллера тоже популярная, но — для другой популяция.

     28.05.72 г.

     На международной конференции в Киеве: «Товарищи! Поскольку полностью избежать контактов с иностранцами не удастся, то имейте в виду, что...»

Как-то, приехав на пару недель в Нью-Йорк, мы с Сашей пригласили к себе писателя Марка Гиршина, незадолго до того приславшего нам рукопись своего романа «Брайтон Бич». К тому времени мы не только выпускали в свет журнал «22», но порой даже на заработанные журналом деньги издавали книги полюбившихся нам писателей-эмигрантов.

В тот приезд мы остановились в недорогом отеле «Роджер Вильямс», похвалявшегося тем, что в каждом его номере есть небольшая кухня – китченетт. Слово это можно было бы с легкостью расколоть на два – китчен(то-есть кухни) нет, тем более, что так оно и было. Вместо кухни был узкий стенной шкаф, стыдливо прикрывавший закопченную электрическую плитку на две конфорки, оснащенную помятой алюминиевой кастрюлькой и прогоревшей почти до дыр алюминиевой же сковородкой. Над этим великолепием простирал свои крылья распознаватель дыма, который при первой же попытке поджарить кусок мяса начинал истошно завывать дурным голосом, призывая на помощь неустанно стоящего на противопожарной страже дежурного администратора.

«Наверное, я удивлю вас, если скажу, что предпочитаю Демьяна Бедного большинству советских поэтов. Он не только историческая фигура революции в ее драматические периоды, эпоху фронтов и военного коммунизма, он для меня Ганс Сакс нашего народного движения. Он без остатка растворяется в естественности своего призвания, чего нельзя сказать, например, о Маяковском, для которого это было только точкой приложения части его сил. На такие явления, как Демьян Бедный, нужно смотреть не под углом зрения эстетической техники, а под углом истории. Мне совершенно безразличны отдельные слагаемые цельной формы, если только эта последняя первична и истинна, если между автором и выражением ее не затесываются промежуточные звенья подражательства, ложной необычности, дурного вкуса, то есть вкуса посредственности, так, как я ее понимаю. Мне глубоко безразлично, чем движется страсть, являющаяся источником крупного участия в жизни, лишь бы это участие было налицо…»

Борис Пастернак

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Десять лет назад на Мартина Фолкнера пало подозрение в краже у знаменитой светской львицы коллекции драгоценностей, – и ему пришлось бежать из Англии, прихватив с собой дочь Лору.

Теперь, после смерти отца, Лора возвращается на родину, желая восстановить его доброе имя. Однако кому можно довериться? Кто ей поможет? В полиции едва ли захотят выслушать дочь подозреваемого, а единственный человек, в котором девушка уверена, страстно влюбленный в нее красавец граф Алекс Копли, готов жениться на «наследнице вора», но не помогать ей в смертельно опасных поисках настоящего похитителя…

И.М.Фильштинский — известный ученый-востоковед, автор многих трудов по арабской истории и литературе. На склоне лет он рассказывает о том, что пережито им самим в годы репрессий, когда по доносу он был отправлен в сталинские лагеря. От большинства опубликованных ранее лагерных воспоминаний "Мы шагаем под конвоем" отличаются отсутствием разоблачительного пафоса. Он рисует лагерь как царство трагического абсурда, в котором, однако, есть место любви и состраданию. Фильштинский повествует не столько о себе, сколько о людях, с которыми судьба сталкивала молодого ученого в ГУЛАГе. Каждая глава книги в сущности — это целый роман, сжатый до объема новеллы.

Первым, кого встретил Виктор, входя с комендантом в одну из комнат женского общежития, была высокая полная девушка. Она густо покраснела, когда комендант Илья Антонович, кряжистый пожилой мужчина с хитроватыми темными глазами, весело воскликнул:

— А-а, да вот и наш девчачий комсорг, — и пояснил Виктору: — У нас в обоих общежитиях свои комсомольские группы. В комитете комсомола секретарем был прежний воспитатель, уволили его — и без руководителя комсомолия наша осталась. Сейчас Леня Жучков временно за него, а толку-то? Ну, ладно, давайте знакомьтесь. Это новый воспитатель. Ну, теперь, Надюша, не будешь жаловаться, что некому на лекции девчат собирать.

В книге предпринята попытка в художественно выразительной форме в рамках приключенческого сюжета показать, каким образом происходит срастание преступных элементов с государственным аппаратом, как действуют транснациональные корпорации, как функционирует международная наркомафия, как «отмываются» «грязные» деньги.