Гражданин убегающий

Ко всем его болячкам только и не хватало поганой мысли о том, что всю свою жизнь он, Павел Алексеевич Костюков, был разрушителем. Хлесткая мыслишка точила и портила кровь (а сболтнул ее один дурачок у костра, в азарте, сам тоже хлесткий и молодой — руками размахивал!.. Да вы не смущайтесь, Павел Алексеевич. Мы ведь тоже убегаем. А разве за нами всеми, за человечеством, не гонится отравленный заводами воздух? Разве за нами не гонится мертвая от химикатов вода и рождающиеся больные дети? — это он так утонченно над Павлом Алексеевичем издевался, подсмеивался, руками всплескивал — молодой, зеленый, а уж болтовни полон рот). К счастью, слова скоро сходят. И как забылись многие такие мыслишки, забудется эта. Не последняя.

Другие книги автора Владимир Семенович Маканин

Солдаты, скорее всего, не знали про то, что красота спасет мир, но что такое красота, оба они, в общем, знали. Среди гор они чувствовали красоту (красоту местности) слишком хорошо — она пугала. Из горной теснины выпрыгнул вдруг ручей. Еще более насторожила обоих открытая поляна, окрашенная солнцем до ослепляющей желтизны. Рубахин шел первым, более опытный.

Куда вдруг делись горы? Залитое солнцем пространство напомнило Рубахину о счастливом детстве (которого не было). Особняком стояли над травой гордые южные деревья (он не знал их названий). Но более всего волновала равнинную душу эта высокая трава, дышавшая под несильным ветром.

Книга мастера российской прозы, лауреата «Большой книги – 2008» Владимира Маканина состоит из четырех повестей – «Где сходилось небо с холмами», «Отдушина», «Лаз» и «Голоса».

История жизни талантливого провинциального композитора, тоскующего по гармонии народных песен и плачу ребенка (лучший миг зарождающейся музыки); рассказ о трагической любви поэтессы и женатого мужчины; кафкианская утопия о мире и, наконец, похожая на манифест исповедь писателя.

Писатель изучает философские категории «подлинность – лживость», рассказывая о судьбах наших современников. А созданные на правдивых контрастах, их портреты были и остаются фирменным знаком мастера.

Проза Маканина – чуткий барометр времени. Именно по ней мы меряем величие эпохи и ничтожность наших представлений о ней.

«Антиутопия» – уникальная авторская антология, собранная Владимиром Маканиным из собственных текстов, созданных в разные периоды творчества и объединенных темой судьбы человека во враждебном ему тоталитарном обществе.

В рассказах и повестях антологии Маканин предстает условным реалистом – на манер Виктора Пелевина, заглядывающим за край действительности – как древний путешественник за край карты в поисках новых земель. Не фантастика, но и не правда жизни. Как будто открыли форточку в темную ночь и пугающий холод потустороннего проник под кожу.

Имена Замятина и Платонова, Оруэлла, Хаксли и Балларда возникают в памяти сразу при чтении «Антиутопии». И, несомненно, имена Петрушевской, Толстой и Кабакова – когда речь заходит о современниках Маканина.

Эта необычная жанровая книга – не характерная для Маканина – открывает новую грань таланта известного писателя.

Повесть о талантливом самородке, народном врачевателе, о его жизни и смерти, его родных и знакомых, друзьях и недругах, о том, что истинный талант, большой и малый, может проявиться лишь на пути служения людям.

Все написанное Маканиным всегда вызывает споры. И роман «Один и одна» спровоцировал дискуссию в печати. Маканин покусился на один из главных интеллигентских мифов — миф о шестидесятниках. У героев романа — типичная для того поколения биография: университет, бурные споры о «главном», походы и песни у костра, театр «Современник» и стихи Евтушенко, распределение в провинцию, возвращение в столицу. Но герой и героиня так и не смогли соединить свои судьбы, остались «один и одна». Постаревшие и потускневшие, они все так же преданы «своему времени» и его романтическим идеалам, не замечая, что результат их жизни — сокрушителен.

В в повести «Сюр в Пролетарском районе» Владимир Маканин развивает свою любимую тему: частная жизнь человека, пытающегося не потерять себя в резко меняющемся мире.

Жесткое, выразительное письмо сочетается с изысканным психологизмом и философской глубиной.

В новый сборник признанного мастера русской прозы Владимира Маканина «На первом дыхании» вошли рассказы и повести: «На первом дыхании», «Повесть о старом поселке», «Валечка Чекина», «Старые книги», «Погоня».

Два центральных героя этих повестей и рассказов — Ключарев и Светик — очень разные. Он — инженер в НИИ, она — фарцовщик и спекулянт. Но сама жизнь крутит и вертит обоих в водовороте встреч и расставаний, заставляет каждый день отвечать на вопрос: «А зачем я, собственно, живу?», и мириться с собственной нищетой — материальной и духовной. Владимир Маканин умеет так рассказать о повседневности, что она расцвечивается всеми цветами переживаний: от сумрачных до самых ярких.

Отдельное удовольствие получат те читатели, которые помнят, с каким трудом в советское время доставались мировые бестселлеры вроде «Анжелики», сапоги, капроновые колготы и торт «Прага»: Маканин описывает ушедшую эпоху во всей полноте и точности, как будто ты путешествуешь на машине времени и видишь все своими глазами!

Классик современной русской литературы Владимир Маканин «закрывает» чеченский вопрос своим новым романом «Асан». Массовые штампы, картонные супергерои, любые спекуляции по поводу чеченских войн уходят в прошлое. После «Асана» остается только правда. Каждому времени — своей герой. Асан — мифический полководец, покоривший народы, — бессилен на современном геополитическом базаре мелких выгод.).

Популярные книги в жанре Современная проза

Последние два романа Александра Лыскова – «Красный закат в конце июня» (2014 г.) и «Медленный фокстрот в сельском клубе» (2016 г.) – составили своеобразную дилогию. «Старое вино «Легенды Архары» завершает цикл.

Вот что говорит автор о своей новой книге: «После долгого отсутствия приезжаешь в родной город и видишь – знакомым в нём осталось лишь название, как на пустой конфетной обёртке…

Архангельск…

Я жил в нём, когда говорилось кратко: Архара…

Тот город навсегда ушёл в историю. И чем дальше погружался он в пучину лет, тем ярче становились мои воспоминания о нём…

Бойкая Архара живёт в моём сердце. Я не могу не рассказать о ней, а попутно – и о почтенном Архангельске…»

© Издательство «Прогресс», 1975.

Петера Яроша часто называют в Словакии одним из самых плодовитых и самых печатаемых прозаиков молодого поколения. К своим тридцати пяти годам (Ярош родился в 1940 г.) он имеет на литературном счету одиннадцать книг (романы, повести, сборники рассказов). С первого взгляда творчество Яроша чрезвычайно пестро. Однако если внимательно присмотреться, то сквозь эту пестроту можно прочертить определенные линии, соотносящиеся с закономерностями развития современной словацкой литературы. Один из словацких критиков (Ян Штевчек) назвал новеллистику Яроша — «городские рассказы о деревне». Это меткое определение верно не только в индивидуальном, но и в родовом смысле. Оно приоткрывает многое в творчестве тех сверстников Яроша, кого относят обычно к так называемой «новой волне» в словацкой прозе.

Книга, пронизанная глубинными смыслами, словно слоями личностей, вариациями политических игр, наслоениями идей, мыслей, страхов, надежд. Преемственность власти, прошлое, перетекающее в будущее через призму настоящего, узнаваемые и одновременно двойственные персонажи, аллюзии, интерпретации действительности – вероятно, только российский читатель сможет проникнуть в глубокую сущность повествования и оценить игру идей и слов.

Сюжет настолько переплетен многозначностью, что пересказать его невозможно.

Иван Иваныч – гарант Основного Закона государства, проявляет озабоченность положением дел в связи с событиями в регионах, просматривает волеизъявления и пожелания трудящихся, общается с подчиненными, готовит законы.

Но не всё гладко в «Датском королевстве». Не очень нравится среднестатистическому гражданину консервативная демократия или демократический консерватизм, объявленный усатым партийным предводителем. Что же не нравится массам в Партии? А кто режиссирует чиновниками с их бюрократией и коррупцией?

Странный блоггер общается с Иван Иванычем через монитор, надписи фантастически мгновенно появляются целыми предложениями и моментально исчезают. Тот пытается вырваться из-под влияния регента Василь Васильича, который сам находится в лёгкой прострации от всего происходящего и чувствует, что за его спиной что-то готовится. Но Среднестатистический человек нейтральной наружности сидит в ничем не приметном кабинете. Его рабочий стол покрыт ячейками, заполненными листами разноцветной бумаги. Он вчитывается в документы, делает пометки, в толстой тетради.

Многое дали бы за эту тетрадку средства массовой информации и иностранные разведки. Человек заполняет формуляр: «Совершенно секретно. Второй этап эксперимента проходит в соответствии с ранее утверждённым планом. Поведение участников соответствует их характерно-психологическим портретам и потенциально сравнимо с оригиналами».

Интрига продолжается.

«В семье Алмазовых ждали ребенка. Ждали его решительно все. Молодой муж Борис по прозвищу Джонни. Мама его и папа, звезды главного ресторана города «Клеопатра». Борисовы братья и сестры, тети и дяди. Особенно ждали ребенка Борисовы дедушка с бабушкой, корифеи ресторанной сцены и местные телезвезды – им повезло трижды выступать на городском канале на праздники, после чего с ними начали здороваться в автобусах…»

Какие бы великие или маленькие дела не планировал в своей жизни человек, какие бы свершения ни осуществлял под действием желаний или долгов, в конечном итоге он рано или поздно обнаруживает как легко и просто корректирует ВСЁ неумолимое ВРЕМЯ. Оно, как одно из основных понятий философии и физики, является мерой длительности существования всего живого на земле и неживого тоже. Его необратимое течение, только в одном направлении, из прошлого, через настоящее в будущее, бывает таким медленным, когда ты в ожидании каких-то событий, или наоборот стремительно текущим, когда твой день спрессован делами и каждая секунда на счету. Трудно представить течение времени вечным, как и трудно вообразить бесконечность вселенной. В ткани этого волшебства и живёт человек, смотрит, слушает, мыслит, творит. Мои маленькие рассказы это выхваченные из потока времени сюжеты. Они гласят: «Остановись, мгновение, ты такое разное: и прекрасное и ужасное!». Все рассказы вымышленные. Все совпадения случайны.

Эта книга продолжает серию книг автора, созданных для ценителей жизни, людей, обладающих чувством юмора. Автор в отдельных коротких рассказах или новеллах делится своим восприятием жизни. В книге драматические события сочетаются с неожиданными смешными случаями, наблюдавшимися автором или услышанными им от друзей и знакомых.

Времена повторяются, иногда они совершают полный оборот. Герои произведения – наши современники и люди, жившие много столетий назад – стараются найти верный путь в эпоху перемен. Рассказывается легенда о художнике – искателе истины в Древнем Китае, о любимой книге византийского императора, найденной при разграблении Константинополя в 1453 году, и книге И цзин, которая пытается подсказать ответы на все жизненные вопросы. Предлагаемое читателю произведение о тех, кто пережил крах великих империй (Византии, царской России и СССР), о тех, кто потерял веру в лучшее будущее и ищет новую идею, которая позволяет жить во время кардинальных перемен. В их судьбах и мыслях есть много общего. Оборот времен.

«Одиночество среди людей обрекает каждого отдельного человека на странные поступки, объяснить смысл которых, даже самому себе, бывает очень страшно. Прячась от внешнего мира и, по сути, его отрицая, герои повести пытаются найти смысл в своей жизни, грубо разрушая себя изнутри. Каждый из них приходит к определенному итогу, собирая урожай того, что было посеяно прежде. Открытым остается главный вопрос: это мир заставляет нас быть жестокими по отношению к другим и к себе, или сами создаем вокруг себя мир, в котором невозможно жить?»

Дизайн и иллюстрации Дарьи Шныкиной.

В тот день я проснулся как обычно — в восемь. Потушив назойливо тарахтевший будильник, послушно оставил тёплую, согретую за ночь постель. Позавтракав яичницей без колбасы и чаем без сахара, я подумал о том, что послезавтра — политкружок, и я уже никак не успею подготовить доклад о бедственном положении трудящихся в Индии.

Большие часы на городской башне тяжело стукнули половину девятого, когда я вышел из подъезда своего дома на улице имени крови, пролитой расстрелянными коммунарами. Не прошло и двадцати минут, как я, пройдя через площадь, имени пули, убившей Кирова, взял автобус и доехал до улицы имени печки, в которой окончил жизнь Сергей Лазо. Здесь в большом сером здании находится бюро по организации обслуживания контор по обслуживанию работников обслуживания, где я и работаю.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Повести известного советского писателя Владимира Маканина («Голоса», «Отдушина», «Отставший») представляют собой художественный сплав авторских размышлений, картин современной жизни и новелл. Большое место в них занимает Урал — его прошлое и настоящее.

Повести известного советского писателя Владимира Маканина («Голоса», «Отдушина», «Отставший») представляют собой художественный сплав авторских размышлений, картин современной жизни и новелл. Большое место в них занимает Урал — его прошлое и настоящее.

«Каким-то чудом она поднялась и выбралась на берег прежде, чем мокрая одежда снова потянула ее вниз. Она упала на покрытый коркой льда песок. В ушах гудело. Сквозь туман перед глазами она взглянула на лес и вдруг увидела его — его лицо… Чье лицо?..»

Нэнси Хармон, обвиненную в убийстве собственных детей, отпускают на свободу, поскольку главный свидетель исчез, а ее муж покончил с собой. Уехав из Калифорнии на Кейп-Код, Нэнси снова выходит замуж. У нее снова двое детей, и боль потери начинает утихать. Но однажды утром дети исчезают. И кошмар возвращается.

Интригующий остросюжетный роман Мэри Хиггинс Кларк «Дети не вернутся» — первая книга признанного мастера, принесшая ей мировую славу.

«Тело было распростерто на кровати лицом вверх: остановившиеся глаза, перекошенные губы, выражение мучительного протеста. Все, как и должно быть. Большинство самоубийц передумывают, когда ничего изменить уже нельзя… Не упустил ли он чего-нибудь? Нет. Ее сумочка с ключами на кресле, остатки цианида в стакане. Оставить ее в пальто или раздеть? Пусть будет в пальто. Чем меньше ее трогать, тем лучше».

Помощник окружного прокурора Кэти Демайо попадает в аварию и оказывается в клинике, где случайно становится свидетельницей убийства, которое считает просто ночным кошмаром. Но для убийцы она представляет угрозу, и теперь жизнь Кэти в опасности, ведь нет ничего страшнее, чем гениальный врач, ступивший на путь зла.

Перед вами захватывающий роман признанной королевы детективного жанра Мэри Хиггинс Кларк «И колыбель упадет» — страшное путешествие в тайники души озлобленного гения.