Господин аранжировщик

– Можете пройти, вас давно ждут.

Молодой человек с пузатой спортивной сумкой через плечо опасливо заглянул в кабинет. Из глубины редакционных апартаментов послышалось нетерпеливое покашливание:

– Да заходите скорее.

Он прошел и в нерешительности остановился перед длинным и широченным столом, уставленным папками, стопками книг и кипами бумаги разного калибра и фактуры. Высокий и благообразный старик – пожалуй, лишь нос был длинноват! – живо поднялся и протянул через весь стол начальственную длань.

Другие книги автора Сергей Челяев

«Три капитана» — первый том нового цикла «Звездопроходцы», повествующего об одной таинственно пропавшей межзвездной экспедиции и о маленькой группе энтузиастов, втянувшихся в распутывание ее непростой истории, которая началась в 2144 году на орбите Луны.

Два фотонных звездолета — каждый стоимостью в годовой ВВП Франции — отправились в полет. Официально «Восход» и «Звезда» — так назывались корабли — не существовали. На экипажи кораблей была возложена ответственная, секретная миссия: контакт с внеземным разумом в системе звезды Вольф 359.

Шестнадцать лет корабли пожирали пространство, шестнадцать лет экипажи лежали в гибернации. Но вот наконец триллионы километров остались позади и багровый свет звезды Вольф 359 залил обзорные экраны…

Что случилось дальше — никто в большом мире не узнал. Отчеты государственной комиссии, расследовавшей исчезновение кораблей и их экипажей, были скупы и туманны.

Но за 7 лет до начала войны с Конкордией расследование возобновилось…

«Звездопроходцы» — продолжение романа «Три капитана», на страницах которого читатели начали знакомиться с судьбой пропавшей в 2161 году Четвертой Межзвездной Экспедиции и группой энтузиастов, которая спустя 450 лет пытается распутать клубок тайн и загадок вокруг судьбы космонавтов давней героической эпохи.

Итак, расследование репортера Константина Бекетова, его друзей Анны Надежиной и Федора Смагина продолжается. Кажется, у него большие перспективы — ведь удалось найти не только ракетоплан с борта корабля «Восход», но и таинственного инопланетянина, который представился командором Эром и был лично знаком с пропавшими капитанами Четвертой Межзвездной!

Но теперь в игру вступают осназ и офицеры Глобального Агентства Безопасности. У них четкие предписания: энтузиастов арестовать и допросить, инопланетянина — изолировать и препарировать!

Вместо того, чтобы продолжать поиски корабля «Звезда», нашим героям приходится отвечать на вопросы дознавателей ГАБ, сидя в неуютных кабинетах военной базы на планете Беллона. Но даже всеведущее Глобальное Агентство Безопасности не подозревает, что недавние эксперименты по терраформированию пробудили во льдах Беллоны дремлющее древнее зло…

Георгий Птицын — он же Гоша, он же Трубач — музыкант, «лабух», который волею судеб прижился в Зона-индустрии.

Комбат с Тополем взяли знатный хабар и теперь гуляют на всю катушку?

Зовите Трубача, только не забудьте заплатить ему как следует!

Аспирант в лагере ученых на Янтаре празднует защиту диссертации?

Без Гоши не обойдется!

Но после одной чересчур веселой гулянки с участием многих знаменитых личностей Зоны Гоша обнаруживает, что умудрился проиграться в карты не кому-нибудь, а… темным сталкерам! Как возвращать солидный долг?

Выход только один: в Зону за хабаром! Трубач вынужден довериться случайно попавшей в его руки информации о легендарном Кладе Стервятника и искать себе подходящую компанию для рейда в Зону…

Могущественные маги и обворожительные колдуньи!

Знаете ли вы, почему кантабрийское вино отдает порохом? В курсе ли вы, в каких случаях вам может весьма пригодиться ментальный паразит-захребетник? Отдаете ли вы себе отчет в том, что если вы легкомысленно станете брать в долг у потусторонних сил, то плата почти наверняка вам не понравится? Осведомлены ли вы, что ангелы — тоже люди, что самые серьезные магические проблемы можно решить птичьим криком и волчьим скоком, что фейрин и золото — практически близнецы-братья?..Если в ваших знаниях имеются пробелы по данным вопросам, соблаговолите незамедлительно прочесть сей магический фолиант, составленный из новых фэнтезийных произведений отечественных фантастов. Заверяю вас: данная волшебная книга — последний писк магической моды очередного сезона!

Преодолеть Барьеры — границы Зон, где гравитация многократно превышает предельно допустимые нормы, — все равно что сойти в ад. Для живого человека из плоти и крови, даже снабженного всеми мыслимыми имплантами и внешними средствами защиты, такая задача непосильна. Почти. Юл Клевцов по прозвищу Штурман, возглавивший отряд боевых сталкеров из разных локаций Пятизонья, решил попытаться. Ключом к тайне гипершторма, разразившегося в Железных Полях, служит таинственный артефакт Уроборос. По крайней мере старейший сталкер Пустоши Слепой Тарас предсказал, что с фигуркой змеи, кусающей себя за хвост, Клевцов сумеет завладеть стабилизатором пи-волн. Ведь тот, кто управляет гиперштормом, — управляет миром!

Беспрецедентный в истории российского книгоиздания проект! Впервые начинающие писатели «играют на поле» Грандмастера отечественной фантастики Василия Головачева!

Знаменитая восьмитомная эпопея «Хроники Реликта» стала этапным событием в творчестве автора и по праву заняла место на золотой полке русской фантастики. Однако и в этой Вселенной, созданной талантом подлинного мастера, остались неизведанные уголки, точнее — темные века. Период между окончанием «Закона перемен», шестого романа из цикла «Реликт», и началом «Абсолютного игрока» составил целое тысячелетие!

Что происходило в этом временном промежутке — так и осталось бы тайной, если бы издательство «Эксмо» не предложило Василию Головачеву «подключить» к проекту молодые таланты. В конкурсе «Мир Хроник Реликта» приняли участие более полусотни авторов, и лучшие из их произведений вошли в этот том.

Встанет однажды у крыльца твоего мертвый конь, везущий на себе смертельно раненного седока, – и сбываться станет не то, чего хотел ты. Другое. Темное, страшное, безжалостное... Не уйти от Судьбы. Не избежать предначертанного. Одно остается – принять то,что принять должно. Отправиться с мудрыми друидами в погоню за безжалостными зорзами-оборотнями. Говорить с Привратниками миров и королевой ужей Эгле. Воевать. Убивать врагов. Оплакивать убитых друзей. Идти вперед. К тому, что еще только будет сказано. Ктому, что еще только будет сделано...

...И завершится однажды Путь веселого бродяги Яна Коростеля. Путь, что лежит меж Светом и Тьмой, меж Добром и Злом...

...Волей, неволей ли стал Коростель воином, защищающим Свет от Тьмы? Волей, неволей ли ввязался в войну с порожденьями Мрака – зорзами?

Это уже не важно.

Потому что – не остановиться уже Коростелю на Пути, что проведет его – через чертоги богов самой Смерти – к месту, где сойдутся Ключи его судьбы – Ключ от Дерева, Ключ от Снега и Ключ от Снов...

Через великие сражения, через силу меча и магии лежит дорога. Куда? Узнать это можно – лишь дойдя до конца...

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дмитрий ТАРАБАНОВ

ТАНГОЛЬСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

рассказ (из цикла "Космоторговля по-русски")

Максим Остопов, техник "Непоколебимого неболюбца" и лингвист в одном лице, почесал тщательно выбритый подбородок. Он оказался в затруднительном положении. - Твой ход, - напомнил пилот Резник, с победным видом крутясь в своем великолепном пилотском кресле. - Угу, - промычал в ответ Остопов. Компаньоны сидели в крохотной кают-компании, стены которой были завешаны многочисленными трофеями инопланетных животных и предметами тотемного поклонения политеистичных туземных культов. Среди них были неотъемлемый балахон амитийских матюгальников, и копье черного дьявола, и серьезно насолившая обоим муха хоть-хны, которую удалось изловить только при сжатии гравитационного поля внутри корабля до предельного уровня. При этом остальные экспонаты коллекции русских торговцев приняли "по необъяснимым причинам" плоскую форму. "Зато их удобно будет сложить в ящик во время переезда, если мы хоть когда-нибудь найдем средства для покупки хорошей иномарки", - с видом настоящего стоика описал Резник положительную сторону метаморфозы. - Надо же, - медленно проговорил Максим. Его рука замерла над тангольской игровой пирамидкой, не в силах опустить последнюю фигурку в ячейку. - Эти проклятые долговязые подпространственные мыслители пресекли все пути к развитию человеческой инициативы. - Ты о чем? - не понял лекционного тона Резник. - Хочешь сказать, что ты сдаешься? - Нет, я хочу сказать, что применение к развлекательной игре системы самообучающейся программы, которая исключает все варианты, уже проработанные... вернее, проигранные любым из соперников, количество которых, кстати, неограниченно... существенно снижает спрос данной игры на рынке. Тангольские сийанции намного уступают пасьянсу по части возможных комбинаций первоначальной раскладки, шахматам по количеству вариантов атаки на противника и бильярду по части азарта. Переводня какая-то. Просто чтобы убить время. - В общем, ты сдаешься. - Нет, я просто могу просчитать, что в этот раз я опущу свою последнюю фигурку в ячейку пятого яруса третьего столбца на северной грани, и у меня, как и у тебя больше не будет возможности продолжать игру, - Остопов разжал пальцы, и фигурка юркнула в паз на грани пирамиды. - Ой, - опустошенно сказал Резник. Грани тангольской пирамиды засверкали, и из нее полились плавные звуки, которые, равно как и любые другие слова, сказанные уроженцами Танголии III, накладывались друг на друга и звучали в унисон. Лингвафон, лежащий на столе в режиме устной трансляции, гнусаво перевел сказанное: - Варианты исчерпаны. Игра автоматически переходит в неигровое состояние. Мои поздравления ахну Максиму Остопову. После чего пирамидка рассыпалась, превратившись в кучку серого порошка. - Это мне напомнило демонстративную версию вакуумного шлюза, которую мы установили, возвращаясь с метрополисского конгресса вольных торговцев. Ностальгически проговорил техник, грустно обводя пальцем крошечный террикон. - Помнишь, когда к нам хотел вломиться тот четырехрукий гуманоид? Шлюз ведь растворился прямо в открытом космосе, как только истекло время пользования. Ты тогда еле успел скафандр натянуть. Вадим Резник вскипал. Он сдерживался, сколько мог, потом зарычал и резким движением сбросил лингвафон со стола. Тот полетел в угол и, брызнув искрами, пустил дымок. Остопов пожал плечами. - Ну вот, теперь мы остались без лингвафона. - Я не отдам свой стул! - отчаянно затряс головой пилот. - Ты его проиграл. Ты и стул отдашь, и лингвафон купишь за деньги из своей доли. - Да хоть болькинийца на четверть ставки! - выкрикнул Резник. - Но стул не отдам. - Он закинул руки за спину, что силы обнимая спинку своего эргономического антигравостатического пилотского кресла. Остопов аккуратно собрал прах игры в пакет, закупорил его и кинул в мусоросборник, где он должен был лежать несколько часов, дожидаясь выхода в адекватное трехмерное пространство. - Ладно, - сказал он. - Тогда ты заявишься к тангольцам, купишь у них комплект плантационных яиц и яйцерезку. Я автоматически забуду твою повинность в передаче мне стула. - Будет сделано, - отчеканил Вадим Резник. - Только сделаешь ты это за свои деньги, - напомнил проигравшему компаньону Остопов. Не долго думая, Резник согласился во второй раз.

В. ТИН

Об эволюции нежити

Ученые досуги

Ничто не принесло диалектическому материализму большего вреда, чем превращение учения о вечном развитии в набор застывших догм. Окостенение диамата пагубно сказалось на развитии естественных наук, в том числе биологии. Из круга интересов ученых в нашем отечестве выпал обширный класс существ, располагающихся между созданиями идеальными, существующими только в воображении, и теми, что известны нам из повседневной жизни.

Сергей ТИЩЕНКО

СУМКА

Плачет маленький мальчик. Мать его утешает - обычная сценка.

Прохожий:

- Не плачь, а то в сумку заберу! - и показывает большую сумку.

Через 20 лет.

"И зачем только я сказал, что заберу его в сумку?" - думает Иван Иванович, надрываясь.

А из сумки несутся негодующие вопли:

- Сказал "заберу", теперь корми! И пива побольше!

Владимир Михаилович Титов

У НАС, В XXI ВЕКЕ

(Странички из дневника руководителя молодежной организации)

Ну вот и изобрели где то там, в XXI веке, машину времени. Пока экспериментальную. Вчера явился ко мне из будущего на Пять минут мой прапрапрародственник.

По странному совпадению тоже Титов, и тоже Владимир.

Я, само собой, попросил его рассказать о делах и заботах молодежи будущего, поскольку сам секретарь комсомольской организации. Да много ли расскажешь за пять минут?

Александр Тюрин

ВЛАСТЕЛИН ПАМЯТИ

цикл "НФ-хокку"

Творец, в знак того, что тварь может быть лишь подобной, но не равной ему, внес немалые изьяны в нашу природу.

Смирение, о мои любезные ученики, вот единственный щит, которым мы можем прикрыть свои несовершенства. Увы, мы столь часто пренебрегаем этим тяжелым вооружением.

К числу наших несовершенств относится и память. Как знаки на песке стирается то, что укрыто в ней. Имена, облики, побуждения . В отличие от сосуда с вином, который сохраняет как сладкую жидкость, так и горький осадок на дне, в сосуде нашей памяти со временем пропадает горечь тех ошибок, которые мы совершили в силу гордыни или малодушия.

Леонид ТКАЧУК

КОНЕЦ ПУТИ

Волны накатывались на берег, стремясь снести его со своего пути. Но шумно взлетев на гальку, они теряли порыв и бессильно просачивались обратно в море.

Одинокий человек двигался вдоль берега, останавливался, снова пускался в путь, и останавливался опять. Красноватые, подернутые дымкой солнечные лучи пробивались над горизонтом, окрашивая окружающее нереальными, мерцающими при каждом движении, бликами. Феерическим пламенем сверкал камень, выраставший из волнующихся вод. Он был неотделим от стихии волн - неровный, шероховатый, со множеством выступающих граней.

Александр Торин

Ночь в Цветущих садах Бомбея

Все в жизни Лени Цыплова в течение последних трех недель складывалось на редкость неудачно. А началась полоса невезения ровно девятнадцать дней назад, когда он летел в самолете, совершающим рейс Москва-Сан-Франциско. И черт его дернул взять с собой эту проклятую книжку.

Дело в том, что бывший аспирант кафедры вычислительной математики Цыплов всегда славился среди друзей своим обстоятельным подходом к жизни, зачастую граничившим с занудством. Неудивительно, что получив приглашение на работу в Америке, Леня решил всесторонне подготовиться к жизни в новых условиях, и отправился в районную библиотеку. Там на интересующую Леню тему обнаружилась толстая, зачитанная до дыр книжка с интригующим названием: "Кремниевая Долина. Краткий очерк нравов и экономической географии". Но тут навалились дела, книжка пылилась на столе, а Цыплов получал визы и подписывал бесконечные обходные листы. Пришлось пойти на преступление против совести: книжка была временно похищена, а Леня твердо решил, что проштудирует книжку в самолете и вышлет ее обратно по почте.

Евгений Торопов

Киберужас

(футуристическая зарисовка)

Когда Петр засыпал, ему снились чудовищные сны о беспробудно диком прошлом его родины.

Во снах Петр представал то как полунищий гражданин страны, с которого милое государство сдирает непомерно высокие налоги; то на родненьком заводе до полугода не выдают зарплату; а то вдруг представлялось, попал он в "горячую точку" планеты - в неизвестную доселе страну защищать никому неизвестное правительство против жестокой оппозиции под грифом: "пушечное мясо". Во сне он подрывался на минах и прах тысяч кусочков его тела горько оплакивали многочисленные родственники и мал мала меньше горемычные дети.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Эту книгу можно понимать как продолжение книги «МЫ ... их!», но уже без спонтанного и непроизвольного использования русского мата.

Воришку Лаура заметила слишком поздно. А тот, должно быть, долго крался за ней следом – присматривался, принюхивался… И улучил-таки момент!..

Лаура, конечно, знала, что ей не следует, возвращаясь с рынка, бестолково глазеть по сторонам – но ничего не могла с собой поделать. С наивным любопытством провинциалки она каждый день разглядывала эти старинные дома. Теперь так не строят, теперь экономят на всем – ни красивых колонн у входа, ни декоративных башенок по углам. О скульптурах и говорить нечего – кто теперь их станет заказывать?.. Сегодня в ходу тяжеловесная простота, дома нынче строят так, чтобы их вид говорил скорее о надежности и благопристойности, нежели об изяществе и изысканности… Впрочем, в родном городке Лауры, далеко на западе, на берегу океана, не увидишь и таких зданий, какие возводят сейчас даже на окраинах столицы. Родной дом Лауры, в детстве казавшийся девушке огромным и даже красивым – всего лишь убогая развалюха по сравнению с новыми зданиями здесь, в Ванетинии… И уж совсем нелепо сравнивать его с этими вот домами в центре, великолепными и величественными, несмотря на почтенный возраст. Эти строения вызывали у Лауры наивный восторг, она любила подолгу разглядывать их, мысленно беседовать с украшающими их барельефами и скульптурами… И мечтать, что когда-нибудь, в один прекрасный день она поселится в таком вот доме… У нее будет даже балкон… С правой стороны балкон будет обрамлять мраморная колонна с резьбой, увитая побегами плюща… А слева на балкон будет взирать прекрасный юноша, высеченный из белого камня – точь-в-точь такой же, как и тот, на Серебряной улице… А еще…

Вестготское королевство всегда стояло особняком в истории раннего Средневековья. Вестготы, единственные из варваров, сокрушивших Западную Римскую Империю, смогли создать на довольно длительное время крепкое государство, которое избежало печальной участи остготского королевства и державы вандалов. Просуществовав почти три столетия, вестготская государственность была уничтожена арабским вторжением на пиренейский полуостров. Дитрих Клауде своей книгой «История вестготов» показывает, что сосуществование двух культур на определенном уровне возможно только, если они не противопоставляют себя друг другу и идут на взаимные уступки в основных сферах жизнедеятельности, демонстрируя тем самым толерантность и веротерпимость, так необходимые и в наше время.

На лекции по английской литературе Эдди Фостер впервые обратил внимание на эту девушку.

И не потому, что она села позади него. Конечно, девушка и раньше попадалась ему на глаза, когда он оглядывал аудиторию, пока профессор Юстон что-то писал на доске или зачитывал отрывок из учебника. Конечно, он видел ее, входя в аудиторию или выходя из нее. Иной раз проходил мимо нее в коридорах учебных корпусов или по дорожкам кампуса. Однажды она даже коснулась его плеча и протянула ему карандаш, который выпал из кармана.