Голубой, оранжевый

Эльчин

ГОЛУБОЙ, ОРАНЖЕВЫЙ...

Перевод на русский - А. Орлова

Снова прокричал петух, и Гашам-киши с кувшином для омовения спустился во двор, но, увидев, что опять моросит, да еще и холодно, поднялся в комнату, накинул на плечи шинель, оставшуюся с войны, длинно зевнул и, все еще поеживаясь от холода, направился в конец двора,

В этом году осень пришла поздно, но уж пришла так пришла - неделю погода не прояснялась, все моросило и моросило, и сегодня, кажется, будет то же самое; нет, чтобы хоть один хороший ливень - и дело с концом.

Другие книги автора Эльчин

В основе этой повести — истинная судьба поисков и находок Михаила Ивановича Белова — доктора исторических наук, автора многих работ по истории географических путешествий о землепроходцах прошлого.

М. И. Белов много лет работал над историей открытия Антарктиды. В фундаментальном труде «Первая русская антарктическая экспедиция 1819—1821 гг. и ее отчетная навигационная карта» он доказал всему миру, что первыми открыли шестой континент корабли «Восток» и «Мирный», которыми командовали Ф. Ф. Беллинсгаузен и М. П. Лазарев.

Эльчин

КУМГАН

Перевод на русский - А. Орлова

1

- Я ведь просто советуюсь с тобой, Агабаба, дорогой, а ты уж, наверно, подумал, что мы первому встречному дом сдадим, не так ведь это, посоветоваться-то можно... Я ведь не о плохом говорю, о твоих детях забочусь, не о чужих же, не о себе думаю, Агабаба, мне что, у меня уж больше ушло, чем осталось, а хочется для детей что-нибудь сделать или нет?

Агабаджи в первый раз в жизни говорила мужу о себе такие вещи, намекала на то, что состарилась, как будто Агабаджи была уже не та Агабаджи, которая с утра, как просыпалась, проходила в заднюю комнату и, запершие! там на ключ, чтобы дети не вошли, минут десять - пятнад цать умащивала свое лицо, ни на один день не опаздывала красить волосы хной, и первая сплетница села Зубей да каждый раз - на свадьбе, на поминках или в бане,- увидев Агабаджи, выходила из себя: "Вы только посмотрите на нее, э, в возрасте моей бабушки (но тут уж Зубейда совсем завиралась, потому что сама она была старше Агабаджи на восемь - десять лет:ї во всяком случае, Агабаджи так говорила, и, поскольку почтиї всеї женщины поселка терпеть не могли Зубейду, они были на стороне Агабаджи). Ну да, в возрасте моей бабушки, а как мажется, вы только поглядите!... Для мужа своего накрашивается прихорашивается, да, для Агабабы"її (выводило из себя Зубейду как раз это, потому что у нее самой не было ни мужа, ни детей, одна-одинешенька, и вся вина была в ней самой, потому что, как предки хорошо говорили, то, что ты другим желаешь, то с тобой и случится). Такое было впервые, что в серьезных домашних делах, не в мелочах, мнения Агабаджи и Агабабы не сходились.

Автор: Эльчин

Эльчин

БРОНЯ

Перевод на русский - А. Орлова

"Наконец-то аллах услышал нас, наконец-то он смилостивился к нам, сказала потом Гюлли-хала, - нечего убиваться, всё дурное уже позади: дней через десять-пятнадцать Шахин будет совершенно здоров". Она снова - который уже раз! - подошла к постели больного ребенка и вгляделась в личико: "Душа моя, утешение ты мое! Да буду я твоей жертвой..."; слезы выступили на ее глазах, и как ни странно, но именно они, эти слезы, окончательно убедили меня в том, что наш Шахин выздоравливает и что кошмары последних дней действительно отошли в прошлое. Впервые за эти двадцать дней я обрел способность чувствовать что-то, и у меня чуть закружилась голова от дурманящего запаха лекарств, которыми была пропитана комната. Вопреки всему захотелось подойти к окну и открыть форточку.

Эльчин

СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР

Перевод на русский - Татьяны Ивановой

1

В будущее

Вечером в Баку, со стороны Каспия, дул легкий весенний ветерок, и этот вечерний апрельский ветерок заставлял едва различимо шелестеть свежие листочки хар тута, инжира, черешен во дворе управления на кладбище Тюлкю Гельди1. Шелест распространялся по двору и как будто вносил некую интимность во временное затишье, в безлюдье большого двора.

Эльчин

ЧУДЕСА В ПОЧТОВОМ ОТДЕЛЕНИИ

Перевод на русский - А. Орлова

1

И в это утро Адиля, как всегда, делала зарядку уже после того, как она прозвучала по радио. Теперь Адиля вполуха слушала последние известия и думала о том, что вчера, и позавчера, и позапозавчера диктор теми же словами и в той же интонации говорил те же или очень похожие вещи и что завтра, и послезавтра, и послепослезавтра она, делая утром зарядку, будет слушать то же самое, и не в ее власти изменить существующий ход вещей. Одно и то же изо дня в день, лишь зима сменяет осень, весна - зиму, потом приходит лето, и снова осень. И все чаще и явственнее чудилась ей сидящая в темном дальнем углу комнаты некая старуха, которая вяжет нескончаемые носки и бормочет под нос: "Четыре сына у меня - один родился зимой, другой весной, третий летом и четвертый осенью. Эти носки я вяжу моему старшему сыну. Он самый лучший мой сын. Самый сильный и смелый, быстрый, как огонь, горячий, как огонь..."

Эльчин

БЕЛЫЙ ВЕРБЛЮД

I

"Ты была моя жизнь".

Больше двух лет, возвращаясь с кладбища, я проходил мимо надгробного камня без имени, без фотографии, с одними только этими словами, и всякий раз простые слова, одна фраза волновали меня, вызывали щемящее беспокойство, как будто речь шла обо мне; бурый, потемневший, состарившийся, выщербленный многолетними ветрами, снегами, дождями, зноем, могильный камень вновь и вновь говорил о глубокой печали, говорил о превратном, быстротечном, говорил о чьем-то миновавшем счастье, которое навсегда осталось в прошлом, а прошлое невозвратимо.

Эльчин

ПОЕЗД. ПИКАССО. ЛАТУР. 1968

Перевод на русский - Г. Митина

Муж Мелеке-ханум и угрожал мне, и умолял меня о чем-то молча, взглядом, и при всем том у него был жалкий вид. Особенно когда проводница попросила провожающих выйти из вагона. Он поцеловал жену в щеку, сказал ей, чтобы позвонила ему тотчас по приезде в Москву и рассказала, как прошла дорога. И целовал он ее, и говорил он с ней, но все как-то выходило так, будто обращался он ко мне, а не к ней. Конечно, я мог бы немедленно успокоить его, например сказать ему: "Не волнуйся, дорогой друг, я ручаюсь, что ничего плохого не случится с твоей женой в дороге", - и прибавить про себя: "Потому что твоя жена меня совершенно не волнует"; или же мог сказать ему: "Ни о чем таком и не думай, хотя мы в купе одни, а дорога длинная - будь спокоен!", и прибавить про себя: "И спокойной тебе ночи, если, конечно, сам ты будешь спать один!" Все это я мог сказать ему, но не сказал. Я промолчал. Это была маленькая месть за его косые взгляды в мою сторону. Как справедливо кто-то заметил, на свете нет ничего хуже такой тревоги... Когда поезд тронулся, Мелеке-ханум сунула руку в окно и помахала, муж тоже махал ей, но смотрел только на меня. Воистину, нет ничего хуже такой тревоги!

Эльчин

САРЫ ГЯЛИН1

Перевод на русский - Натига Расул-заде

... потом полил сильный дождь, ливень и мгновенно очистил от песка и пыли утесы этой горы, ярко-зеленые лужайки и такие же ярко-зеленые кроны, там и сям растущих на этих лужайках деревьев, листья кустарников, овраги с крутыми скалистыми краями, внизу которых бело пенно кипя бежала река, все очистил, обновил ливень, все заставил сверкать и светиться чистотой благодатный дождь, и в это мгновение и горы, и зелень, и крутые скалы, тянущиеся вдоль оврагов - все напоминало, все говорило о широте и бесконечности мира, этого без начала и без конца, вечного мира...

Популярные книги в жанре Современная проза

Антон Михайлов

Синяя дорога

Шарики строили в ряд, полные бессилия они падали на ступени внизу. Они обожали падать, какая чудодейственная лёгкость царила где-то рядом, как-будто ощущение маленькой иголочки с остро-жёлтой улыбкой! Некоторые из них, вслушиваясь в тишину, влюблялись в тёмно-холодные прикосновения с наивно-прохладными ступенями. Они удивляли своими резвыми пассажами: то вознесутся вверх на качелях весны, то на одном свободном вздохе встретят песок морского дна. Они напоминали чёрно-белые клавиши, бегущие, тревожно-бессонные, пенно-бурные. Они окрашивали кисть чувством, к вечеру - разноцветным, утром - хрустальным. Блистательные пальцы, тонкие струны души, длинные, плавные, загадочные линии, взлетающие от восклицаний... Вечная дорога, болтовня часов в углу. Эти создания лишены сна, круговая весна, бегущие стрелки, пустая сладость, взволнованные голоса. А когда они умирают они шепчут о счастье и начинают вновь свою последнюю песню о водяных лилях и васельках. Утешает и усыпляет... Один сказочник рассказал им историю о вечном поле забвения, населенном тысячами маков, красных, нежных, переливающихся на солнце. Вы не встречали его, у него ещё нет имени, - его стёрло время, как вода стирает скалы...

Сергей Михайлов

Минута молчания

Рассказ

Обречён. Скоро конец.

Последний предел обозначен с точностью до секунды. Ожидание роковой минуты превращается в невыносимую пытку. Рвётся последняя нить, гаснет разум, рушится мир... чёрный вселенский холод неотвратим и уже на пороге... уже распахнуты врата в бездну небытия... и нет спасения, нет пути назад... А как хочется жить!

Но увы. Жизнь уходит. Навсегда. Страшное слово, сродни вечности. Только эта вечность со знаком "минус". Час, от силы два - вот всё, что ему осталось. А там...

Сергей Михайлов

Стена

Рассказ

1.

Судьба забросила меня в этот тихий, невзрачный посёлок около пяти лет назад. Забросила из крупного мегаполиса, где рафинированная жизнь била фонтаном, где всех нас лихорадило и трясло в каком-то стремительно-шизофреническом ознобе, где великая урбанистическая суета и гонка за чем-то неуловимым, но жизненно необходимым, неотъемлемым стали основными принципами нашего существования. Там все были одержимы скоростью, Интернетом, сотовыми телефонами, пейджерами, бизнесом, асфальто-железо-бетоно-стеклом, памперсами-тампексами-сникерсами, колебаниями курса доллара, импичментами и другой подобной чепухой... Да, теперь, по прошествии пяти лет, та жизнь казалась мне чепухой, но тогда... о, тогда! Тогда я чувствовал себя наверху блаженства, купаясь в лучах искусственного освещения, сияния витрин роскошных супермаркетов, электромагнитного излучения всех видов и типов, которым было пронизано пространство огромного индустриального центра, - и, конечно же, собственной славы. Я был видным учёным в области... уфологии, кажется? Память в последнее время что-то стала меня подводить... Когда-то, в бытность мою звездой первой величины в международных научных кругах и признанным авторитетом в среде моих менее удачливых коллег-учёных, я исколесил весь мир вдоль и поперёк, пожиная лавры своей славы и принимая как должное почёт, уважение, признание моих заслуг. Нью-Йорк, Париж, Буэнос-Айрес, Шри Ланка... Моё имя не сходило со страниц самых престижных журналов, а наиболее популярные каналы TV яростно оспаривали друг у друга право на показ моей персоны. Я был в эпицентре событий, в самой их гуще, и мир, как мне тогда казалось, вращается вокруг меня одного...

Ясмина Михайлович

Завтрак у "Цитураса"

Рассказ

Перевод с сербского Ларисы Савельевой

Не помню точно, когда я почувствовала непреодолимое желание попасть на греческий остров Санторин, но было это, по-видимому, давно. Однако по самым разным обстоятельствам у меня ничего из этого не получалось. Не знаю я и того, отчего в моем воображаемом, интуитивно составленном каталоге мест, по каким-то причинам казавшимсяся мне важными, именно поездка туда стояла на первом месте и казалась для моей жизни решающей.

Виталий Михельсон

HА ЗАКАТЕ ВЕЧHОСТИ

- Зачем ты пришла? Уходи.

Я был не в настроении говорить с ней. Последнее время мне не было дела ни до чего. Я не выходил из своего обиталища уже долгое время. Слишком долгое.

- Я пришла за советом. Да и вообще, мы давно не виделись.

- За советом? С каких это пор тебе нужны мои советы?

Она выглядела смущенной. Hа ее бледных щеках вспыхнул чуть заметный румянец. Hервничает - подумал я. Hа какой-то миг мне стало ее жалко.

Виталий Михельсон

Шанс

По какому-то странному наитию я зашел в этот кабак. Hастроение у меня было ни к черту - денек выдался суетной и хлопотный. Да еще Hастя звонила, сказала, что я могу собирать вещички и убираться. Сука. Hет, я не из тех, кто в трудную минуту заливает горло алкоголем, но ноги сами принесли меня сюда и остановили у стойки. Машинально я заказал пива и начал озираться в поисках свободного места. В кабаке было людно и шумно. Сквозь клубы сигаретного дыма я прошел к столику, за которым сидел средних лет мужчина, склонив голову к пустой кружке.

Виталий Михельсон

Золотой Купидон

Хорошая погода всегда действует на меня положительным образом. Особенно, летом. Веселое солнце, теплый ласковый ветерок и небо без единого облачка - этого достаточно, чтобы с самого утра и до позднего вечера у меня было праздничное настроение.

И вот, в один из таких летних деньков, я шел по улице, смакуя каждое мгновение, и наслаждался своей прогулкой. Вообще-то я шел по делу, так как еще утром мне позвонил Коля и таинственным шепотом сказал, что у него есть нечто такое, от чего я упаду на месте и буду целый час лежать в шоке. Улыбнувшись, я вспомнил, как в прошлый раз он с восторгом показывал мне коллекцию фарфоровых кукол, привезенных его дядькой из Японии. Куклы были действительно великолепны. Единственное, что их портило, так это клеймо фирмы-изготовителя. Колю трудно было назвать коллекционером, но его страсть ко всякого рода безделушкам была поистине огромна. Интересно, что же у него появилось на этот раз?

Николай Михин

Дача Долгорукова

(хроника пятидесятых)

Повести и рассказы

КОРОТКО О КНИГЕ

Николай Михин известен небольшому кругу петербуржцев любителей поэзии - тремя книжками стихов: "Мили и версты", "Начало Земли" и "В нашем доме". В прозе выступает впервые. И, на мой взгляд, удачно.

Рожденный и двенадцать лет воспитывавшийся в российской глубинке, автор никогда не прерывал с ней связи, что благотворно сказалось и на языке его произведений, и на тематике.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Эльчин

ХОДЯТ ПО ЗЕМЛЕ ПОЕЗДА...

Перевод на русский - А. Орлова

Много было на свете поездов: "Баку - Москва" и "Баку - Новороссийск", "Харьков - Баку" и "Баку - Одесса", "Махачкала - Баку"... А как только начиналось лето, появлялись летние поезда: "Баку - Кисловодск" и "Баку Сочи".

Во всех вагонах было полно людей, и люди были разные, по-разному одетые. Были даже совсем черные, были желтые-желтые, и все они тоже проезжали в поездах мимо селения, где жил Абили.

Эльчин

КРАСНЫЕ ГВОЗДИКИ В ОТЕЛЕ "ПЕРА ПАЛАС"

Перевод на русский - Натига Расул-заде

В "Цветочном пассаже" Тамара, прижав к груди аккордеон и жадно, глубоко затянувшись сигаретой, будто сто лет не курила, урезала мажор, пронзавший до кишок и заблеяла:

Юсиф, возьми меня,

Обними своими руками.

Иди поспи со мной.

А потом - бросай меня!

Без сомнения, ночные посетители "Цветочного пассажа" впервые слышали эти прекрасные слова, положенные на не менее прекрасную музыку, потому что снова наступил чудесный и неожиданный день презентации плодов творчества Тамары, но эта презентация отличалась от всех остальных тем, что автор, то есть видавшая виды Тамара, певшая неопределенным, потерявшим пол от настоявшегося столетнего спирта мира искусства (великолепного спирта!) и дыма сигарет, голосом, и сама впервые слышала то, что пела, так как только что наспех сыпровизировала эту песню в честь Юсифа Борша, который вместе со мной сейчас вошел в "Цветочный пассаж", и Тамара, глянув на него с той же столетней выдержки страстью, ярким пламенем горевшей в голубых ее глазах и истошно проорав этот куплет на весь "Цветочный пассаж", подмигнула бедному Юсифу Боршу, внезапно ставшему похожим на съежившегося, тощего, пугливого с дрожащими ушами зайца, и опять неизвестно - мужским ли, женским ли голосом протянула:

Эльчин

КРАСНЫЙ МЕДВЕЖОНОК

Перевод на русский - А. Орлова

Дж. Салимов работал инженером на судоремонтном заводе, и вот сегодня он снова задержался после работы часа на полтора, просмотрел кое-какие чертежи и подумал немного. Потом он долго глядел на прикнопленную к стене футбольную таблицу: интересно, войдет "Нефтчи" в восьмерку сильнейших команд или нет?

Выйдя из заводских ворот, он сел на троллейбус и вышел прямо у своего дома на улице Низами; сначала ключом открыл дверь и уже после этого, нажав на кнопку звонка, вошел в квартиру.

Эльчин

МОТОЦИКЛ ЗА ПЯТЬ КОПЕЕК

Перевод на русский - И. Золотусского

- Пап, а горы курят?

- Нет, курят только люди.

- Неправда! И обезьяны курят, я сам видел по телевизору.

- Ну, если ты видел... Обезьяна сами курить не может, ее кто-нибудь научил.

- Кто?

- Человек.

- А кто научил курить горы?

- Что ты мелешь? Где ты видел, чтобы горы курили?

- А вон! - И Толик протянул руку, показывая на Кавказский хребет.