Голубой Ксилл

Голубой Ксилл

На планете Иммета найден минерал ксилл, обладающий целебными свойствами. Планета закрыта для промышленного использования, согласно договора между Галактическим содружеством и Промышленной корпорацией. Но Корпорация шлёт своих агентов тайно добывать ксилл. Патрульный пилот Влад Стин и доброволец Иан Сайко захватывают прорывающихся на планету контрабандистов и от них узнают, что на планете обосновался резидент Корпорации. Начальник Особого отдела охраны Имметы Павел Щербаков с пилотами Стином и Сайко решает высадиться на Иммету и арестовать таинственного резидента.

Об авторе

Анатолий Сергеевич Ромов родился в 1935 году в Москве. Окончил Ленинградское мореходное училище, плавал на судах морского флота. Затем учеба в Литературном институте имени А.М. Горького, Высшие сценарные курсы Госкино СССР. В 1961 году опубликовал первую детективную повесть «След обрывается у моря». Затем в различных периодических изданиях увидели свет детективные повести писателя «Таможенный досмотр», «Соучастник», «Ротмистр авиации», «Человек в пустой квартире», «Золото в форпике», «Без особых примет», роман «Хокуман-отель» и другие.

Анатолий Ромов — автор вышедших отдельными книгами сборников остросюжетных повестей и романов «Воздух», «Приз», «При невыясненных обстоятельствах», «Следы в пустоте», «В чужих не стрелять». По произведениям писателя и по его сценариям поставлены художественные фильмы «Легкая рука», «Невероятная правда», «Развязка», «Колье Шарлотты», «Чужие здесь не ходят», «Хокуман-отель», «При невыясненных обстоятельствах». Ряд произведений Анатолия Ромова переведён на иностранные языки и издан за границей. Живёт и работает в Москве.

Иллюстрации И. Айдарова.

Отрывок из произведения:

Журнал «Вокруг света», 1984 г., №№ 7—10.

— Внимание! Всем, кто меня слышит! Всем, кто есть на Иммете! Сообщество Галактики предлагает вам вернуться!

Внимание! Здесь, в джунглях Южного материка, на поляне прибрежного массива, в пятнадцати градусах двадцати минутах восточной долготы и сорока градусах одиннадцати минутах южной широты, нами сброшены тюки с продовольствием, инструментами и энергопитанием.

Всем, кто меня слышит! Наше пребывание на Иммете заканчивается! Каждый, кто явится к месту сбора, сообщите о себе по микрорации!

Другие книги автора Анатолий Сергеевич Ромов

Российский авианесущий крейсер продан Ирану на металлолом. В своих трюмах он тайно везет сверхновое оружие ценой в миллиард долларов. Уголовные авторитеты, рейнджеры — наемники, коррумпированные чиновники, словно стая акул кружат вокруг лакомой добычи. Убийства, пиратские нападения, кровь и предательство мрачным шлейфом тянутся за кораблем. И всему этому беспределу противостоит один человек — агент Главного разведывательного управления.

Расследование убийства выводит сотрудников КГБ на след преступной группы, переплавляющей за границу ценные произведения ювелирного искусства. Поединок с опытными и хитрыми преступниками оказывается для чекистов серьезным испытанием.

Пятерых раненых участников глубокого разведрейда, располагающих данными большой важности, необходимо срочно перебросить в тыл, в Приморье. Во время полета наш «Дуглас» обстрелял блуждающий японский ночной истребитель. Самолет благополучно сел на Ляодунском полуострове, в нескольких сотнях метров от «Хокуман-отеля» – место отдыха высшего состава командования японской армии.

В центре повести «В чужих не стрелять» действия военных разведчиков накануне Первой мировой войны.

Рано утром, как обычно, примерно в четверть девятого, я вышел из своей квартиры на Харью, недалеко от Ратушной площади, чтобы как раз в 9.30 успеть в управление. Я не спеша шел мимо Ратуши, мимо маленьких кафе, мимо огромной гостиницы “Виру”, разглядывая давно уже ставшие привычными детали улиц, мостовых, тротуаров, домов — так, будто я, старый москвич, шел сейчас не по Таллину, а по одному из арбатских переулков. Стоял конец августа, и было солнечно, но, судя по довольно холодному сейчас воздуху, жара уже прошла и не вернется до следующего сезона. Но все равно, если в августе несколько дней подряд стоит солнце, это, по нашим меркам, идеальная погода.

За какой-то час тайфун накрыл остров плотными, тяжелыми тучами. Вечер наступил раньше обычного, это было заметно сразу. Сумерки сгустились уже к трем часам, а низкое сахалинское небо, казалось, совсем легло на крыши домов. Было что-то гнетущее в надсадном вое ветра, в снегопаде, в размытых контурах человеческих фигур.

И даже когда совсем стемнело, на фоне окон и витрин в свете уцелевших фонарей было видно, как валит снег. Лохматые, взъерошенные снежинки шли сплошной массой. Сугробы набухали, затопляли улицы, подбираясь к подоконникам нижних этажей. То, что мягкой тяжестью валилось сверху, вряд ли можно было назвать снегом — словом, за которым с детства видится что-то праздничное. Шел совсем не тот снег, который так украшает новогодние улицы, ресницы и так красиво ложится на провода, крыши, заборы. Это была уже стихия.

Итак, есть треугольник: банкир — бандит — красавица. При таком раскладе без трупа не обойтись. Однако труп бесследно исчезнувшего банкира-американца найти не удается. Зато вскоре частный сыщик Павел Молчанов обнаруживает труп отечественного бандита по кличке Бурун. С красавицей тоже проблемы: ее все время пытаются похитить. Сплошные загадки. Но есть тот, кто знает ответы, тот невидимка, который дирижирует всеми этими преступлениями…

На I, IV страницах обложки рисунки Геннадия НОВОЖИЛОВА к роману «В ЧУЖИХ НЕ СТРЕЛЯТЬ».

На II странице обложки рисунок Геннадия ФИЛАТОВА к рассказу «СЛОВЕСНЫЙ ПОРТРЕТ».

На III странице обложки рисунок Юрия МАКАРОВА к фантастическому рассказу «УТРО АВТОРА».

Новое произведение известного автора детективов А. Ромова — роман «Алмазы шаха» — изобилует критическими ситуациями для его героев. Этот роман, написанный динамично и увлекательно, читается, что называется, на одном дыхании.

Книга рассчитана на массового читателя.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

Я И МОЙ ТЕЛЕВИЗОР

На улице грязно - идет дождь. Крупные капли бьются о подоконник. Лица прохожих надежно скрыты пятнами пестрых зонтов.

До лекции четверть часа. Ты смотришь в окно и говоришь, что чудес не бывает. Но это не так, и я не могу не возразить тебе.

- Ты не права, - говорю я. - На Земле постоянно происходит много того, что заметно разнообразит жизнь ее обитателей.

Ты только вспомни - у нас на планете все время что-нибудь происходит: то динозавры исчезают целыми коллективами, то Атлантида без предупреждения переходит на подводный образ жизни, то где-то в Лох-Нессе выныривает, Бог весть откуда взявшийся, плезиозавр. А тайна Бермудского треугольника? А извержение Везувия? А самовозгорающиеся брюки и летающие тапочки? Этот ряд можно продолжать снова и снова, и нет никакой гарантии, что он будет более или менее полным и, главное, точным. С абсолютной точностью можно сказать лишь то, что где-то там, в этом ряду, на весьма скромном месте, будем стоять мы с моим телевизором.

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

РЕЛИКТ

(киноновелла)

Приглушенно звучит белый блюз конца шестидесятых годов.

На мониторе компьютера карта озера - ярко-желтая линия берега, извитая бухтами и мысами. В нескольких местах она помечена красными точками.

Боб сидит, откинувшись на спинку стула, пьет чай и время от времени поглядывает на экран. У Боба тонкие черты лица, длинные волосы, на щеках недельная щетина, одет он чуть небрежно, по-походному - шейный платок немного сбился на бок. Ему около 30 лет.

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

СЕДЬМОЙ ПРИНЦ КОРОЛЕВСТВА ЮМ

(арабеска)

[Они] сумеют найти хорошего коня, [но] не смогут

найти чудесного коня. Ведь хорошего коня узнают по [его]

стати, по костяку и мускулам. У чудесного же коня [все

это] то ли угасло, то ли скрыто, то ли утрачено, то ли

забыто. Такой конь мчится не поднимая пыли, не оставляя

следов.

Из даосской притчи

Их было шестеро.

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

ВОЛШЕБНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

(сценарий киноновеллы)

1

В небольшом концертном зале, похожем скорее на барак из гофрированной жести, - серый полумрак. Грязно, сильно накурено, - сквозь дым и мрак видны лица зрителей. В основном, это молодые ребята и девушки в потертых куртках. Кто-то сидит на стульях, кто-то - на фанерных ящиках, кто-то просто примостился на полу, поджав ноги.

В глубине слабо освещенной сцены стоит небольшой аппарат на складных ножках, с рядом клавиш, кнопками и тумблерами. За аппаратом на какой-то коробке сидит парень лет двадцати пяти, слегка склонный к полноте, с копной мелко вьющихся волос.

Владимир Щербаков

Мост

Скрипнул полоз саней. На улице раздались знакомые, казалось, голоса. Шаги на ступеньках полусожженной школы. Негромкий разговор.

В гулком пустом классе, где раньше нас было больше, чем яблок на ветке, камень разбитой стены ловил мое дыхание. Светлый иней оседал на красных кирпичах, Я считал эти летучие языки холода, выступавшие как бы из самой стены. Где-то хлопнула уцелевшая дверь. Голоса приближались. И я понял, что это не сон.

Владимир Щербаков

Поэтесса

"Стоял апрель, и зеленели звезды - причудливы, тревожны, высоки. Тогда ко мне нежданные, как слезы, незваные, пришли стихи".

В апреле?.. Да, это я помнил. Но не придал значения тогда. Сейчас я знаю - это было первый раз в апреле. Два года назад. Совсем не трудно было запомнить эти стихи. А вот почему: "На сорок рук - одна рука навстречу робкому движенью. На сорок верст - одна верста, подвластная долготерпенью. На сорок строк - одна строка с нерукотворным выраженьем".

Владимир Щербаков

Помните меня!

Иногда я спрашиваю себя: почему эта малоправдоподобная история представляется мне совсем реальной, а не сном наяву? И не нахожу ответа.

В комнате ничего не изменилось. Тот же письменный стол, шкаф с моими старыми студенческими книгами, бронзовая пепельница, статуэтка Дон-Кихота. Среди этих привычных вещей все и произошло.

Прежде всего - о встрече с человеком без имени. Мы заканчивали проект и работали допоздна. Когда я возвращался домой, в метро было совсем мало народу, а мой вагон был и вовсе пуст. Тускло светили лампочки. Жужжали колеса по невидимым рельсам. Темно-серые тени на бетоне тоннеля проносились мимо. Перегон. Станция. Перегон. На остановках хлопают двери. Снова тени бегут навстречу.

Владимир Щербаков

Прямое доказательство

Летом в лощинах поднимались высокие травы. В озерах, оставленных половодьем, шуршал тростник. Мы делали из него копья.

На холмах трава росла покороче, зато одуванчиков было больше, попадались васильки, и мышиный горошек, и цикорий. Склон казался местами голубым, местами желтым. И какая теплая была здесь земля) Можно было лечь на бок, и тогда лицо щекотали былинки, шевелившиеся из-за беготни кузнечиков, мух и жуков. Скат холма казался ровным, плоским, и нельзя было понять, где вершина и где подножье. Сквозь зеленые нитки травы виднелся лес, и светилось над лесом небо, то сероватое, то розовое от солнца, какое захочешь, как присмотришься. И можно было заставить землю тихо поворачиваться, совсем как корабль.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

К кулинарии я пришел уже в зрелом возрасте. Когда я был маленьким, меня деликатно ограждали от подробностей происходящего в кабинке для голосования, в супружеской постели или под церковными сводами. И, уже по собственному почину, я обходил своим вниманием еще одну закрытую, по крайней мере для мальчиков, сферу английской жизни — я имею в виду кухню. Оттуда появлялись мама и еда — еда, приготовленная в том числе и из плодов отцовского сада-огорода, но ни он, ни мой брат, ни я не расспрашивали (впрочем, нас к этому и не призывали) о том, каким образом продукт преобразуется в еду. Никто не утверждал, что это “чисто женское” занятие, просто считалось, что мужчины к нему не приспособлены. По будням завтрак готовил отец — подогревал овсянку с патокой, поджаривал бекон и тосты, а мы с братом чистили ботинки и возились с плитой — выгребали золу, закладывали уголь.

«Чёрная Маска из Аль-Джебры» — продолжение сказки «Три дня в Карликании», вышедшей в 1964 году в издательстве «Детская литература».

Действие сказки происходит в соседнем с Карликанией государстве Аль-Джебре.

Житель Арифметического государства Нулик случайно очутился у входа в таинственную пещеру. Здесь он увидел странное существо в чёрной маске. Незнакомец сообщает Нулику, что он заколдован и обречён носить маску до тех пор, пока его не расколдуют.

Но Нулик ещё слишком мал для такого серьёзного дела. Поэтому он вызывает в Карликанию своих друзей.

Ребята попадают в незнакомую им страну Аль-Джебру. Там с ними происходят всевозможные приключения, о которых они рассказывают Нулику в письмах.

Новое слово в искусстве реалити-шоу!

Герои и героини шоу, которых отбирают вульгарные красотки телеведущие, вдруг обнаруживают: ЛЮБЫЕ их желания, даже продиктованные завистью, тщеславием или злобой, — СБЫВАЮТСЯ!

Блистательная мистификация?

Возможно. Ведь красавец демон, участник шоу, — всего лишь актер, надеющийся стать популярным…

Но почему сценарист шоу буквально одержим мыслями о дьяволе — с того самого дня, как у него в доме поселился… черный кот?

Быть может, продажа души дьяволу в прямом эфире — это совсем не шутка?..

Любовь, она и в космосе, любовь. Вольные торговцы, драконы — оборотни, космические пираты и… любовь. Естественно, на все времена — иначе никак…

И, само собой разумеется, «через тернии — к звёздам».

Проба пера.

Черновик.

За обложку огромное спасибо волшебнице laki.