Год ЖЖизни

Книга «Год жжизни» основана на Интернет-дневнике Евгения Гришковца.

Живой журнал Евгений начал вести чуть больше года назад. Этот текст почти документ.

Год жизни. Нормальной человеческой жизни с волнениями, переживаниями, радостями и огорчениями, фильмами, музыкой, переездами. Всем тем, что и является жизнью. Всего год или Целый год.

Так же как и у Вас.

Отрывок из произведения:

Перед вами книга, которую я как книгу не писал.

Чуть больше года назад, совершенно не понимая, зачем и почему, а главное, не зная как, я начал вести свой Живой Журнал. Это случилось в известной мере по совету и настоянию друзей и коллег. По этому поводу у меня было очень много сомнений и, должен сказать, что сегодня этих сомнений у меня ничуть не меньше, если не больше. Нужен ли этот Живой Журнал, каким он должен быть, что для меня этот дневник в Интернете, нужен ли он мне, нужен ли он его читателям, не вреден ли он мне как писателю, не размывает ли он каких-то таинственных писательских рамок, не нарушает ли он ту самую дистанцию между писателем и читателем, которую размывать и нарушать нельзя? Я этого не знаю. Я задавал себе этот вопрос много раз и не знаю ответа. Но тем не менее дневник уже существует. А теперь есть и эта книга.

Рекомендуем почитать

«Одновременно: жизнь» – новая книга Евгения Гришковца, основанная на его интернет-дневнике.

Кажется, что Гришковец говорит о частной жизни, а получается, что формулирует важные для многих вещи. Те, что тоже вращались в голове, но никак не складывались в высказывание. Делится своими размышлениями о значимых для всех событиях и тоже – формулирует для кого-то то, что никак не удавалось додумать и проговорить. Насыщенность событиями очередного прошедшего года, в котором каждое последующее событие заслоняет собой предыдущее, не дает шанса осознать всего того, что с нами происходит. Дневник дает возможность спокойно оглянуться на прошедший год. Без суеты.

«151 эпизод ЖЖизни» основан на интернет-дневнике Евгения Гришковца, как и две предыдущие книги: «Год ЖЖизни» и «Продолжение ЖЖизни». Читая этот дневник, вы удивитесь плотности прошедшего года.

Книга дает возможность досмотреть, додумать, договорить события, которые так быстро проживались в реальном времени, на которые не хватило сил или внимания, удивительным образом добавляя уже прожитые часы и дни к пережитым.

Это четвёртая книга, основанная на интернет-дневнике Евгения Гришковца. Половина её пришлась на страницу в лайвджорнале, половина – дневник на собственном сайте odnovremenno.com. В книгу также вошли рассказ «Ангина», эссе про водку и эссе о шампанском.

“Почти рукописная жизнь” – уже пятая дневниковая книга Евгения Гришковца. Предыдущие полностью или частично были основаны на записях в блоге с возможностью обратной связи. Эта же книга целиком собрана из записей изначально диалога не подразумевающих, то есть в ней больше от дневника, чем от блога. Она меньше связана с событиями прошедшего года, высказывания в ней уже не так привязаны ко времени. Литературы в этой книге больше, чем публицистики. В книгу вошел дневник полярной экспедиции в национальный парк “Русская Арктика”, который Евгений вел в июле 2012 года с борта научно исследовательского судна “Профессор Молчанов”.

Книга «Продолжение ЖЖизни» основана на интернет-дневнике Евгения Гришковца.

Еще один год жизни. Нормальной человеческой жизни, в которую добавляются ненормальности жизни артистической. Всего год или целый год.

Возможность чуть отмотать назад и остановиться. Сравнить впечатления от пережитого или увиденного. Порадоваться совпадению или не согласиться. Рассмотреть. Почувствовать. Свою собственную жизнь.

В книге использованы фотографии Александра Гронского и Дениса Савинова.

Другие книги автора Евгений Валерьевич Гришковец

Роман называется «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Эта объёмная книга написана как биографическая история, но главным героем романа является не человек, или не столько человек, как призвание, движущее и ведущее человека к непонятой человеку цели. Евгений Гришковец

«Рубашка» – городской роман. Очень московский, но при этом примиряющий Москву с регионами. Потому что герой – человек провинциальный, какое-то время назад приехавший в Москву. Это короткий, динамичный роман о любви. Один день из жизни героя. Ему от 30 до 40 лет. Есть работа, есть друзья, есть сложившаяся жизнь и… Любовь, которая сильно все меняет.

«…Я знаю так много умных, сильных, трудолюбивых людей, которые очень сложно живут, которые страдают от одиночества или страдают от неразделенной любви, которые запутались, которые, не желая того, мучают своих близких и сами мучаются. То есть людей, у которых нет внешнего врага, но которые живут очень не просто. Но продолжают жить и продолжают переживать, желать счастья, мучиться, влюбляться, разочаровываться и опять на что-то надеяться. Вот такие люди меня интересуют. Я, наверное, сам такой»

Евгений Гришковец

Рассказчик – молодой человек лет тридцати-сорока, одет в морскую форму, чаще держит бескозырку в руках, иногда надевает ее на голову.

Текст можно дополнять собственными историями и наблюдениями. Те моменты, которые особенно не нравятся, можно опускать. Эту историю желательно рассказывать не меньше часа, но и не более полутора часов.

На сцене много канатов, разных морских атрибутов, ведро с водой и тряпка. В центре стоит стул.

Читая книгу Гришковца, очень легко почувствовать себя автором, человеком, с которым произошло почти то же самое, что и с его героями. Гришковец рассказывает о людях, сыгравших важную роль в его жизни. Какие-то истории, какие-то события — ничего экзотического.

Впечатления и переживания, которые много важнее событий. И внимание обращается уже не к героям, а к своей собственной жизни. К себе.

«Реки» – первая повесть Евгения Гришковца. Как и все, что делает Гришковец, «Реки» – произведение пронзительное и очень теплое. Для тех, кто находит причины жить там, где родился и для тех, кто нашел причины, чтобы уехать. О странном чувстве Родины. О странных системах координат во времени и пространстве, вызывающих у нас улыбку или же заставляющих плакать.

Это повесть о ненаписанном.

Повесть, объем которой дает ваша собственная история.

Пьесы, вошедшие в этот сборник, как и все произведения Гришковца, имеют отношение к современнику, к человеку переживающему, думающему, внимательному. Здесь есть монологи, которые Гришковец исполняет на сцене сам, и пьесы, написанные для постановок в театрах в привычном понимании этого слова. Есть хорошие люди в непростых обстоятельствах, есть тревоги, волнения, радость, забота, трудный выбор… и обязательно надежда. P.S. Не пугайтесь слова «пьесы» на обложке.

Дневниковые книги Гришковца основаны на блоге, который Евгений ведёт в интернете. Зачем тогда покупать книгу? Остановиться, листая бумажные страницы, намного проще. Книга даёт возможность управления временем. Прошедшим временем. Скорость жизни сейчас такова, что не успеваешь толком прочувствовать, что-то пролистываешь, что-то оставляешь на потом, что-то стараешься не замечать. В этой книге – возможность заново посмотреть на прошедшие два года. Рассмотреть что-то, что не получилось рассмотреть сразу, удивиться тому, сколько событий они вместили, может как-то иначе расставить акценты. Чуть-чуть замедлиться.

Популярные книги в жанре Современная проза

Алексей Смирнов

Убьем насекомых

Около пяти часов вечера Афанасий, крупный жизнерадостный мужчина с густыми усами, удивленно отметил, что мир становится враждебным.Первые недружественные знаки обнаружились часом раньше, но тогда Афанасий не оценил их должным образом.Отсидев рабочий день, он направлялся домой; тоскливый сентябрьский дождь зарядил с утра. Разверзлись троллейбусные врата, некто шагнул с подножки и выстрелил японским зонтом прямо в лицо Афанасию -до глаза не хватило нескольких сантиметров. Спеша попасть в троллейбус, Афанасий не стал дожидаться извинений. Он с неудовольствием догадывался, что ожидание будет напрасным. Через две остановки стряслась авария: рогa, искрясь и грохоча, сорвались с проводов, и что-то грузовое немедленно стукнуло троллейбус по боку. Разбилось стекло, осколки разрезали Афанасию, чинно сидевшему возле окна, щеку и мочку уха - неглубоко, но больно. Отвергая помощь и не слушая оханья бабуль, Афанасий выскочил из салона и побежал к станции метро. Правую половину лица он плотно зажимал несвежим платком, и скоро кровотечение остановилось. В вагоне Афанасию повезло: нашлось свободное место, и он сел. Прямо напротив расползлась на треть дивана бальзаковская женщина с толстым пакетом в объятиях. На пакете была надпись: "Lego" - хозяйка, таким образом, являла со своей ношей некую общность среднего рода. Афанасий вздохнул, полез в портфель, достал - хотя обычно читал одни еженедельники и бестселлеры - рукопись философа-соседа, которую тот всучил ему накануне, погрузился в чтение.

Белград, конец шестидесятых – прекрасное время, когда человек не задумывался о том, что ждёт его дальше. Беззаботная пора окутывала людей, все думали лишь о любви и радости.

Две семьи, жизни которых мистическим образом переплетены между собой. Практически единовременное рождение детей – еще одно странное совпадение в этой необъяснимой связке. Теперь многое зависит от них самих, но смогут ли они сделать правильный выбор, чтобы точно обрести счастье? Ведь кто-то или что-то очень им этого желает…

Комментарий Редакции: Увлекательная панорама повседневной жизни, в которой как будто бы нет ничего особенного, но которая сама по себе – почти одна большая небылица. За годом идет другой, за веком◦– век, но меняются ли люди?

"-OSIS" – душа, вывернутая наизнанку, в которой каждый узнает себя. Цельная реальность, единая для каждого из героев, обретает для каждого из них особую форму, искажаясь уязвимостью психики. Их сознание образует из привычных образов череду сменяющих друг друга циклов, где никто никому не приходится даже отдалённым знакомым. Герои борются со внутренними демонами, но каждый раз возвращаются к витку тянущей на дно петли. Непохожие друг на друга люди объединяются сражением за свободу мысли и творчества, но как сложится их судьба, если в один из дней им придётся обнаружить врага внутри себя?

Комментарий Редакции: Экзистенциальный сборник с непривычным названием откроет свою суть только тем, кто действительно умеет видеть незримое, чувствовать невозможное и слышать самые тонкие материи. Как знать, может быть, вы – один из них?

Загадочное самоубийство Марины нарушает спокойное течение жизни университетского городка. Ехидный преподаватель философии Константин пытается вытянуть своего друга Николая из черных лап депрессии, в то время как юная Кристина, взрослея, открывает в себе неожиданное чувство. Елизавета стоит на пороге загадки, которую не так-то просто разрешить. Легкость наивного бытия, которого никогда не было; мир, в котором все не то, чем кажется, и тайна, которую может разгадать лишь пытливый взгляд. Все мы – персонажи чьей-то истории, но кто ее пишет? И кто ее читает?..

Комментарий Редакции:

Мистический роман, который куда реальнее самого страшного сна и выше самого головокружительного чувства. Роман-зеркало, роман-открытие и роман-откровение, ведь лица его героев поразительно знакомы и беспредельно ясны. Не потому ли, что эти лица – наши?

Эпический роман индонезийца Эки Курниавана – удивительный синтез истории, мифов, сатиры, семейной саги, романтических приключений и магического реализма. Жизнь прекрасной Деви Аю и ее четырех дочерей – это череда ужасающих, невероятных, чувственных, любовных, безумных и трогательных эпизодов, которые складываются в одну большую историю, наполненную множеством смыслов и уровней. Однажды майским днем Деви Аю поднялась из могилы, где пролежала двадцать один год, вернулась домой и села за стол… Так начинается один из самых удивительных романов наших дней, в котором отчетливы отголоски Николая Гоголя и Габриэля Гарсиа Маркеса, Михаила Булгакова и Германа Мелвилла. История Деви Аю, красавицы из красавиц, и ее дочерей, три из которых были даже прекраснее матери, а четвертая страшнее смерти, затягивает в вихрь странных и удивительных событий, напрямую связанных с судьбой Индонезии и великим эпосом “Махабхарата”. Проза Эки Курниавана свежа и необычна, в современной мировой литературе это огромное и яркое явление.

Завораживающий литературный дебют о поисках истинной близости и любви – как человеческой, так и вселенской. Действие романа охватывает едва ли не всю Южную Азию, от Андаманских островов до гималайских заснеженных пиков. История следует за ученым, изучающим деревья, за его женой, общающейся с призраками, за революционером-романтиком, за благородным контрабандистом, за геологом, работающим на леднике, за восьмидесятилетними любовниками, за матерью, сражающейся за свободу сына, за печальным йети, тоскующим по общению, за черепахой, которая превращается сначала в лодку, а затем в женщину.

Книга Шубханги Сваруп – лучший образец магического реализма. Это роман о связи всех пластов бытия, их взаимообусловленности и взаимовлиянии. Текст щедро расцвечен мифами, легендами, сказками и притчами, и все это составляет нашу жизнь – столь же необъятную, как сама Вселенная.

“Широты тягот” – это и семейная сага, и история взаимосвязи поколений, и история Любви как космической иррациональной силы, что “движет солнце и светила”, так и обычной человеческой любви.

В современной Москве живет главный герой – врач-онколог Константин. Судьба его складывается непросто: тяжелые взаимоотношения с отцом, смерть возлюбленной, проблемы на работе и в личной жизни приводят к тому, что он постепенно погружается в иллюзорный мир своих фантазий. Там он – волшебник, который помогает людям избавляться от страданий; там у него есть семья и любовь. Как человеку справиться с враждебным ему миром? Можно ли найти спасение в альтернативной реальности? Константину это удалось. Но…

Комментарий Редакции: Страшный – во всех смыслах – и правдивый – для каждого по-своему – роман о жизни и смерти, который ставит перед собой честные, но жуткие вопросы. Найдется ли смелость на них ответить?

В небольшой больнице одной Южноамериканской страны приходит в себя пациент, который помнит о себе только то, что он знаком с Президентом Серхио Тапиа. Врачи и старые знакомые помогают мужчине вспомнить прошлое. Но правдиво ли оно? Хочет ли он быть тем, кем считает себя после аварии? Финал книги станет сюрпризом не только для дона Серхио и других героев, но и для читателей.

Комментарий Редакции:

Красочный роман, позволяющий почувствовать колорит Латинской Америки и насладиться увлекательными приключениями вместе с неутомимым главным героем.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Выдающегося казахского советского писателя, крупнейшего ученого — академика Академии наук КазССР, доктора филологических наук, профессора и видного общественного деятеля Мухтара Ауэзова знают не только в его родной советской стране, но и далеко за ее пределами. С интересом и любовью читают ныне его произведения миллионы читателей на разных языках народов мира.

В 1957 году тепло отмечался юбилей, связанный с шестидесятилетием со дня рождения и сорокалетием творческой деятельности замечательного писателя. Он был награжден высшей правительственной наградой нашей страны — орденом Ленина.

Жизнь на сцене маняща и непостижима. В ожидании славы дни бегут в окружении бутафорской роскоши, сплетен и интриг. Под неизменным слоем грима скрывается беззащитное лицо женщины, актрисы, так и не научившейся существовать в этом Зазеркалье. А может быть не стоило и учиться?.. Созданный ее воображением мир театра подарил ей гармонию, которую невозможно найти в реальной жизни…

Ходжа Насреддин – образ народного мудреца и острослова в фольклоре многих народов Ближнего и Среднего Востока, Средней Азии (у турок – Х. Н. и Бу Адам, у узбеков и таджиков – Афанди или Насреддин Ходжа, у иранцев – Мулла, у азербайджанцев – Молла Насреддин). Известен также казанским и крымским татарам, народам Кавказа и Восточной Европы (румынам, сербам) и др. Народная молва делает Х. Н. современником различных исторических деятелей: Тимура и Баязида I (14 в.), сельджукского султана Алаэддина (начало 13 в.). В Казахстане с Х. Н. слился образ шутника Алдара-Косе; в Туркмении многие анекдоты связаны с личностью поэта-сатирика Кемине, в Таджикистане – с поэтом Мушфики. Анекдоты о Х. Н. носят преимущественно социально-бытовой характер. Народная традиция создала и хранит своего героя – защитника справедливости, борющегося против социального зла оружием смеха.В Азербайджане его именем был назван сатирический журнал, который издавал Дж. Мамедкулизаде. Л. В. Соловьев (См. Соловьёв) написал «Повесть о Ходже Насреддине» (ч. 1 – «Возмутитель спокойствия», 1940; ч. 2 – «Очарованный принц», 1954). По мотивам этого произведения поставлены фильмы «Насреддин в Бухаре» (1943), «Похождения Насреддина» (1947) и «Насреддин в Ходженте, или Очарованный принц» (1960).

 Коротенькие поучительные рассказы являются художественным обобщением наблюдений над различными сторонами жизни и создаются неизвестными нам художниками, переходят из уст в уста, дорабатываются, шлифуются, совершенствуются и, наконец, превращаются в подлинное произведение коллективного народного творчества.

Анекдоты о Насреддине - самые любимые в Азербайджане. Смешные положения, забавные поступки, остроумные и резкие ответы всегда приписываются Молле. Многие крылатые выражения из его анекдотов превратились в пословицы и поговорки.

Что Арнольд Гамов, выйдя на пенсию, уединился в домике на заповедной Куршской косе юго-восточной Балтики, мне было известно. И что он не откликается на телефонные звонки, не отвечает на письма и телеграммы, не принимает приглашения на торжественные встречи и деловые совещания, тоже не составляло секрета. Я все же решился проникнуть к нему. Я надеялся, что самый знаменитый звездопроходец нашего времени заинтересуется моделью сверхмощного галактического крейсера, разработанного в нашем конструкторском бюро. Экспертная комиссия Большого Совета отвергла этот вариант космического корабля, компьютер Института Звездонавигации из ста восьмидесяти тысяч слов, хранившихся в его памяти, выбрал только два для оценки конструкции: "Неразумно смело". После такого убийственного заключения нам оставалось лишь поднять руки. Мои сотрудники, не пожелав сдаваться, задумали привлечь к экспертизе Гамова.