Гиблое место

Во время полета в космосе всех, кто не занят делом, одолевает смертельная скука. каждый пассажир преодолевает ее по своему. На пассажирских лайнерах для этого создано максимум приспособлений. Всевозможные компьютерные гипнотические реальности в которые можно погрузиться на любое время, стереофильмы, которые, собственно говоря фильмами не являются, а являются теми же искусственными реальностями, но в них можно поучаствовать физически, давая нагрузку телу. Библиотека, бассейн, гимнастический, игровой и танцевальный залы… Совсем другое дело когда летишь в грузовом корабле. Там развлечений нет и каждый выкручивается как может. Мужчина и женщина, которые зафрахтовали корабль, не особенно скучали. Они летели на незнакомую планету, где должны были основать первое поселение с правом монопольной заготовки чудесного голубого леса этой планеты. Они уже дали ей имя взамен сухих цифр, присвоенных изыскательным отрядом. «„Гаяна“ — вот как она будет называться», — решила женщина, и мужчина одобрил имя. Так они летели, занимая свое время планированием своего будущего дома и своей жизни. Но они были не единственными пассажирами на этом корабле. Старик в инвалидном кресле тоже по своему тратил время. Он, как мужчина, не мог занять себя вязанием или шитьем, ни рисовать, ни сочинять музыку он не умел, а писать на бумаге казалось ему слишком скучным. И он разглагольствовал. Долгое время он говорил сам с собой, разъезжая по туннелю, ведущему в трюм. Но через несколько дней старик обнаружил, что люк в трюм не закрыт. И тогда он стал обращаться к безмолвным рядам законсервированных роботов, которых молодая пара взяла с собой на Гаяну. Проходя по коридору можно было слышать его гулкий голос, разносящийся по трюму. Команда только пожимала плечами, а супруги улыбались, видя такое чудачество. «Вот послушайте, — говорил старик, — возьмем, к примеру, такую проблему, как бездомные животные. Как ни странно, их до сих пор много в земных городах. Ну не важно откуда они берутся, но факт тот, что они есть. А все началось с того, что перестали топить котят! Это, видите ли, позорно и негуманно. Но вот подумайте что ждет этих котят, когда их выбрасывают на улицу! В конце концов они все — равно погибают. Но сколько мучений от голода и холода у них впереди! И это называется гуманным!? — горько спросил старик. — А возможность попасть под колеса или гусеницы ваших механических собратьев? Хотя вы все андроиды, кроме тебя вот». Он щелкнул по единственному полностью железному роботу. Потом повернулся и поехал в обратную сторону. «А дети? А больные и дебильные дети, которых до сих пор рождается много. Так вот, их тоже не усыпляют а растят! Представляете? — он обвел своих слушателей взглядом. — Они предпочитают оставить живое существо мучиться пять, десять, двадцать лет, прежде чем оно все равно умрет! А могли бы еще в младенчестве усыпить и избавить от страданий». Он помолчал. «Да за такие речи на Земле меня бы посадили в тюрьму, как преступника. Или вот преступники. Вот человек случайно совершил убийство. Так они засовывают его в какую-то машину и заставляют почувствовать на себе ужас несчастной жертвы, раскаяние и что-то там еще. После этого выпускают, но человек всю жизнь продолжает казнить себя. Изверги! Разве можно лишать человека забвения?! Да после такого наказания проще самому повеситься! Да-а-а, вот вам и гуманная система! А все потому, что все стали слюнтяями, нет больше твердой руки! И, главное, что и на новой планете будут такие же порядки… Понял меня, железноголовый?!» Он стукнул по железному роботу. Стеклянные зрачки робота тихо мерцали. Кибер внимательно слушал, анализировал и запоминал…

Другие книги автора Диана Мирзоян

Диана Мирзоян

СЛУЧАЙ ПОСЛЕ ДОЖДЯ

Я посмотрела вперед. Дорога была сносной, хотя, возможно, дальше, вне поля моей видимости, она готовила мне неприятные сюрпризы. "Идти, или нет?" задумалась я. С одной стороны, погода отличная, только что прошел дождь, и прибил всю пыль, неделями держащуюся в воздухе. Свежесть окружающей природы так и манила пройти эту остановку пешком. С другой стороны, этот дождь, очистивший воздух от грязи, развел неимоверную грязь на тротуаре, и поход после дождя в незнакомом районе мог превратиться из приятной прогулки в божью кару, и окончиться промокшими и грязными туфлями, сетованиями на окружающий мир, и грустными мыслями о своей собственной глупости, и сравнениями себя с некоей бабой, которая, не имея хлопотов от домашних, купила себе порося, для ощущения полноты жизни.

Диана Мирзоян

"ПОЛЮБИ ВРАГА"

Никто так и не понял откуда появились монстры. Может быть они прилетели на Землю из космоса. А может быть, развелись здесь, на Земле. Вывелись как новая мутация, благо поводов для нее было предостаточно. Однако скоро стало понятно, что среди нас живет другая раса, которая по многим показателям гораздо лучше и жизнеспособнее нас, людей. Тогда вспыхнула война. Коренное население планеты не хотело вымирать и оставлять старушку Землю чужакам. Мы стали бороться с монстрами. Но с ними оказалось очень трудно справиться. Война получилась хаотичная и беспорядочная. Монстры жили уже во многих крупных городах мира. Обычные методы ведения войны против них не годились. Тут скорее была работа для подразделений федеральной безопасности. Их стали арестовывать, а потом и просто отстреливать, как бешеных псов. Тогда монстры провели несколько быстрых штурмов, и захватили власть в самых крупных городах мира. Они установили там, что-то вроде оккупационных зон, и навели там свой, по-своему неплохой, порядок. Оттуда монстры стали диктовать условия. Они заставили землян упорядочить боевые действия. Обе стороны создали специальные подразделения воинов. И именно воины продолжали вести эту войну, истребляя друг - друга, но, не втягивая в сражения мирное население. Там, где монстров еще не видели, люди жили почти как и раньше, по принципу "меня это не коснется". О монстрах ходили самые разные слухи и их боялись, но мало кто верил, что монстры появятся их городе. Там, где монстры захватили власть, и основные посты управления, люди постепенно привыкли к ним, и приспособились к своему новому положению низшего сословия. Однако в пограничных районах стычки между воинами людей и монстров по-прежнему были яростными и кровавыми. Впрочем, война потихоньку стихала сама собой.

В зале заседаний Совета Звездной Федерации воцарилась напряженная тишина. «Таким образом, — продолжал Координатор Совета по Восточному Сектору, — нет никаких сомнений, что политика Струк дестабилизирует обстановку, подрывает мир и спокойствие всех планет Звездной Федерации. Правительство Струк вступило на скользкий путь раскола, что угрожает экономической и политической стабильности, с таким трудом налаженной членами Совета, и особенно его уважаемым Председателем. контрабандисты уже обратили внимание на благоприятную ситуацию и желание Струк обзавестись собственным оружием. На подлете к Системе Струк был выловлен грузовик с новейшим оружием „А“, которое засекречено, и представление о существовании которого, имеют далеко не все планеты — члены Федерации. По утверждению Струк, оружие им нужно для самозащиты, но на Струк никто не собирается нападать, и я твердо уверен, что правительство Струк враждебно Звездной Федерации, и в ближайшее время следует ждать агрессии, подлого нападения на планеты — члены Федерации». Координатор обвел тяжелым взглядом зал. «Таким образом, я думаю, что нельзя медлить, а следует нанести упреждающий удар по системе Струк, и подавить заразу в зародыше, пока она не пустила корни». В зале стояла мертвая тишина. Даже те, кто спал все заседания напролет открыли глаза и крутили головами. Слишком важный вопрос решался, слишком страшным могло быть решение. Члены Совета медлили высказывать свое мнение. Координатор продолжал: «Я знаю, что Струк — это не абстракция, а звездная система, которая служит домом миллиардам человек. Но помните, что мы не обыкновенные люди. Мы вершим судьбу Федерации. Нам должны быть чужды ненужная жалость и гибельные сомнения. И лучше превратить в пыль одну звездную систему, чем развязать руки агрессору, который уничтожит ваши планеты, ваши дома, и которого потом трудно будет остановить даже ценой затяжной, опустошительной войны».

Диана Мирзоян

ЕСЛИ ПРИХОДИТ "ОН"

/мистика/

Я - Алена, светловолосая девчонка с короткой стрижкой, в джинсах и тельняшке. Сегодня мы с ребятами играем в одном кабаке на выезде из города. Я, к вашему сведению, бас - гитаристка по специальности, и когда мне предоставляется случай сыграть где - нибудь пару вещей, то это лучшее проведение времени для меня, вот и сегодня предстоит такой приятный вечер. Стою я с одним знакомым музыкантом, болтаю о том - о сем, вдруг, какая - то мадам вплывает в нашу комнату, песню ей надо заказать. Уставилась на нас. И вдруг она меня узнала. Да как набросилась с комплиментами, как начала расспрашивать о том, о сем. Да еще и мужа привела. Да потом меня потянула к столику, где собрались восемь жирных морд вкушать честно заработанный ужин.

Диана Мирзоян

БАЛ МОЕЙ ЖИЗНИ

Кругом все сверкало. Свечи заливали холл жарким светом. Вокруг переливались радугой блестящие подвески хрустальных люстр. Мраморные ступени лестницы блестели, натертые воском. В кремовую штукатурку стен строители добавили слюдяной крошки, и сейчас, под светом многих свечей кусочки слюды пускали зайчики. Зайчики и радуга отражались в драгоценных ожерельях, надетых на шеи дам, и тихо светились золотые нитки люрекса в их платьях. Все было готово к началу Бала. Никогда еще мне не было так хорошо. Я была весела и спокойна. Мое Бальное платье было умопомрачительным, его пышные кружевные юбки совсем мне не мешали, наоборот, в этом платье я чувствовала себя королевой предстоящего Бала. Мои драгоценности радовали меня, я получала наслаждение от прикосновения к моим рукам тонких белоснежных перчаток. Мои прекрасные Бальные туфли рождали во мне желание поскорее начать кружиться по залу, и приподнимая края юбок, показать всем какие красивые у меня сейчас ноги. Это смешно, но это было так. Я без ложной скромности понимала что очень, очень красива и затмеваю многих девушек на этом Балу. И не просто красива. Я была ГОТОВА. В этом понятии заключается все - моя ухоженность от кончиков волос до кончиков пальцев, мой Бальный наряд, который не подведет меня ни при каких обстоятельствах, мои ожерелья, оттеняющие красоту кожи, и мое несокрушимо победное настроение. Я чувствовала, что Бал принесет мне такую удачу, о которой давно мечтают все, кто из года в год наполняет Бальный дворец. Один раз в жизни позволено участвовать в этом Балу. На Балу определяется кто и какое место будет занимать в этой жизни, кто и какую получит судьбу. И я знала, да просто знала, что мне уготована самая увлекательная и прекрасная судьба, судьба достойная избранных.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ДОМИНИРУЮЩАЯ РАСА

- До планеты осталось пол световой минуты. - Разворачивайся на снижение. - Есть разворачиваться. Десять секунд, сэр. - Приземляемся. - Так точно. Где-то в стратосфере планеты безэнерционный звездолет чужих мягко вошел в атмосферу Земли. Еще одна падающая звезда озарила ночное небо, давая романтикам лишний повод загадать желание. - Местные жители готовы к контакту? - Да, сэр. Это очень дружелюбная раса, с ними проблем не будет. - Очень хорошо. Тогда нам пора. - Да, сэр. Две размытые фигуры в сумерках поднимающейся луны отделились от громады звездолета. Через пять минут им предстояло наладить мирные торговые отношения с этой планетой. Этот мир был не очень важен, но Правление Галактики было настроено дружелюбно к развивающимся расам. Поэтому в комиссию по контакту вошло всего две особи.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

PROGRAM

Part 1 "There"

Вот так. Материя есть, жизнь есть, время, смерть тоже есть. Что же еще нужно? Ага, межпространственности нету, но это не страшно - оно не так уж и важно... Странно, зачем это я счастье закомментировал? Целую подпрограмму причем. Надо исправить... - Маурик!, - крикнула мама из кухни, - Ты что опять делаешь, играешь как всегда? А ну иди спать немедленно! Ненавижу когда она так говорит. Я никогда не играю, неужели это так трудно понять? Я не люблю играть да и у меня не так уж хорошо это получается... Я всегда проигрываю. - Нет, мам, я не играю... - А что же ты делаешь? Ну что можно на это ответить? Разве на компьютере кроме игр ничего не существует? Ладно, спорить все равно бесполезно. Сейчас поправлю счастье и пойду спать... - Маурик! Я кому сказала? Выключи свет! Черт! Ладно, счастье потом доделаю... - Да, мам!...

Роберт Шекли

Зачем?

Я и пытаться не стану описывать вам эту боль. Скажу только, что и под наркозом она была нестерпимой, а я терпел разве потому, что у меня другого выхода не было. После она утихла, и я открыл глаза и взглянул в глаза браминов, стоявших надо мной. Их было трое, и одеты они были в обычные белые хирургические халаты и белые маски из марли.

Эта дрянь для наркоза у меня только что из ушей не текла, так меня ею напичкали, и память работала какими-то урывками.

Александр Шохов

ПОХИТИТЕЛИ ПЛОТИ

Я изучаю нечисть. Такая у меня специальность. Вы можете перерыть все энциклопедии мира, а также алфавитные указатели профессий, а можете не тратить на это время и поверить мне на слово: такой специальности там нет. Но это только потому, что энциклопедии и указатели составляют люди, да еще к тому же далекие от всякой нечисти.

Я тоже был когда-то человеком. Самое забавное, что тогда я тоже изучал нечисть. Давно это было. Даже не берусь сказать, сколько лет назад. Меня, помнится, послали писать статью о таинственных событиях в N-ской губернии. Я быстро собрался и после четырех дней пути оказался в N-ске. Городок этот был тогда небольшим, тысяч пять жителей, добрая половина которых называла себя немцами, поэтому улицы в городке были на редкость чистыми, а дома опрятными. И (подумать только!)

Карл-Хайнц ШТЕЙНМЮЛЛЕР

Анжела ШТЕЙНМЮЛЛЕР

ОБЛАКА НЕЖНЕЕ, ЧЕМ ДЫХАНЬЕ

Рассвет только начинался, когда я вышел из дома. Холодный ветерок приятно освежал кожу, легкие перистые облака тянулись вдоль горы. Я не стал долго их разглядывать, ближайшее показалось мне вполне подходящим. Сглотнув отдающую кофе слюну, я снял с плеча почти невесомые лыжи. На траве кое-где виднелась изморозь. Осторожно стянул с лыж защитную фольгу, стараясь не касаться многослойной скользящей поверхности грубыми перчатками. Не спеша разложил фольгу на сырой земле, поставил на нее лыжи. Привычным движением ослабил крепления, потом замкнул их на ботинках. Вытянул кабель из источника питания и вставил в специальные гнезда на лыжах.

Анжела ШТЕЙНМЮЛЛЕР

Карл-Хайнц ШТЕЙНМЮЛЛЕР

СПУТНИК-БАРАХОЛКА

Как ты считаешь, Спутник-Барахолка вблизи Толимана - это не выдумка? Тебе не кажется, что это просто небылица из числа тех диковинных историй, которые сочиняют сами космонавты во время своих длительных, порой слишком длительных, перелетов, когда вся бортовая библиотека уже прочитана, а отношения в экипаже, оторванном от остального мира, начинают приобретать враждебный характер?

ИВО ШТУКА

Находка у Белых Камней

а, моя фамилия Ворличек, и эта загадочная находка - дело моих рук, вы попали по адресу. Но, право, не знаю, зачем еще раз рассказывать об этом, в газетах все уже сообщили и дали целых восемь строк. Да и времени у меня мало. Вот посмотрите, на столе ждут проверки добрых пятнадцать тетрадей, а на восемь часов я купил в городе билет в кино. Но поскольку вы приехали из самой Праги, товарищ журналист, заходите, хоть выпейте чашку кофе. Снимайте пальто. Находка эта, собственно, не моя, а бульдозериста Управления государственными лесами Алоиса Кулгана. На Белых Камнях - это вон тот холм - ребята прокладывали новую дорогу для вывоза леса. Они вгрызались в склон холма, бульдозер выворачивал пни и корни, на фоне окружающей зелени это выглядело жестоко, но ничего не поделаешь - для грузовиков нужна дорога. Как-то в июле, после полудня, этот Кулган прибегает ко мне и просит: "Пан учитель, пойдем посмотрим, перед моей машиной неожиданно покатился череп. Человеческий". Почему Кулган, найдя череп, прибежал именно ко мне, а не в госбезопасность? Видите ли, деревенским жителям чаще приходится иметь дело с костями, чем вам, горожанам: между вами и землей асфальтовая или каменная мостовая, так что вы не отличите кроличью челюсть от кошачьей. А Лойза сразу понял, что этот мертвец лежит в земле не одно десятилетие и никакую полицию в мире уже интересовать не может. Я здесь считаюсь, между прочим, главным специалистом по раскопкам. Видите ли, в наших краях достаточно разок-другой ковырнуть каблуком землю, чтобы наткнуться на кости какого-нибудь прадеда. Здесь все пронизано историей и предысторией. Человеческое общество сложилось в наших краях добрых сто тысяч лет назад. Как я стал заниматься археологией? В студенческие годы вы, вероятно, тоже искали заработка, если только у вас не было дядюшки миллионера. Работу по раскопкам мне предложила моя коллега. Поскольку девушка мне нравилась, да и соблазняла перспектива, не слишком надрываясь, проводить целые дни на воздухе, я согласился. А потом уж занимался этим каждые каникулы. Впрочем, наши ребята, работавшие на стройках, издевались над нами, уверяя, что мы стали полевыми мародерами. Мы рылись в земле неподалеку от Брно - там было какое-то доисторическое поселение - и время от времени находили то черепок, то обломок бивня мамонта. А что будут люди находить после нас при раскопках? Лезвия для безопасных бритв? Искусственные челюсти? Автомобильные покрышки? Там работал с нами студент художестванно-промысловой школы Ярда Тратил. Отсутствие денег этот парень компенсировал озорными выдумками. Так вот, Тратил говорил, что больше видеть не может, как наш доцент огорчается из-за этих черепков, здесь, говорил он, следовало бы обнаружить какую-нибудь мировую редкость. И мы решили это дело устроить. Как-то после обеда раздобыли пять килограммов глины, смешали ее с сажей и всякими отбросами, чтобы она приобрела старинный вид, и Тратил за полчаса вылепил такую прекрасную карикатуру на Вестоницкую Венеру, что сердце радовалось. Рабочие кирпичного завода, развлекавшиеся вместе с нами, немного, очень осторожно обожгли ее в печи. Затем Тратил оббил ее, выпачкал, мы назвали новую древность Поуздржанской Вендулой и, спрятав под рубашку, принесли на место раскопок. Хорошенько зарыли ее в один из срезов, который предстояло завтра или послезавтра раскапывать, и выжидали момента, когда западня захлопнется. Благодаря этой фигурке мы трижды хохотали. В первый раз, когда доцент нашел Вендулу в земле и поверил, что мы сделали уникальное открытие. Во второй раз через десять минут, когда он, установив, что попался на удочку и в газетах не будет широковещательных заголовков с его именем и латинского названия Венус Пайтли, прогнал нас с места раскопок, обещая поубивать всех до единого вкупе с нашими родственниками. А в третий раз звучали хохот и песни, когда над нашими сырыми лугами взошла луна, огромная, какой она бывает только над равнинами, а может, еще над морем. Тогда мы со скульптором Тратилом притащили из Поуздржан три бутылки белого вина, от которого возникает этакий холодок у самого корня языка, и вместе с доцентом отчаянно напились в знак примирения. Как видите, я на собственном опыте столкнулся с фальшивкой. Впрочем, в археологической литературе можно найти уйму таких случаев; подделки фабриковались не только из студенческого озорства, но и от отчаяния, от злости, а порой из-за священного увлечения идеей. Вам, вероятно, известна история Пилтдаунской челюсти или знаменитого метеорита со следами органических веществ; химики и биологи занимались им семьдесят пять лет, возникли целые космогонические гипотезы о переносе метеоритами живой материи, о блуждании живой материи по космосу, пока не пришли к выводу, что обнаруженные микробиологические элементы чертовски земного происхождения - просто остатки раздробленных хлебных зерен. Ни один обман в науке не вечен; в истории он возможнее, но история, в сущности, не наука, там люди выворачивают каждый фактик, как перчатку, в зависимости от того, какая сторона им в данный момент нужна. И бывают комичные случаи, когда в одну и ту же перчатку норовят всунуть две или три руки одновременно. Но в археологии это немыслимо. Находишь столько-то черепков, костей или камней и, как бы тебе ни хотелось, не составишь из этого материала большего дома, большей амфоры, большего человека, чем был на самом деле. Я говорю это, чтобы показать вам, что ничуть не заинтересован в увеличении числа подделок; да я бы и не сумел их толком сделать, меня тотчас разоблачили бы, как было в Поуздржанах, ведь я всего-навсего археолог-любитель. И все-таки вы наверняка услышите, что моя находка у Белых Камней - фальшивка, шарлатанство и обман.

В жизни Императора Виктора Седьмого, Властителя людей, повелителя живых и мертвых (и еще пол сотни титулов), наступает самый важный, для любого мужчины момент: выбор жены. Той, кто продолжит славный род, и станет истиной опорой в самых тяжких испытаниях.

Но кому поручить эту сложную миссию? Ведь даже у самого преданного вассала будут свои цели. Самые мудрые советчики могут ошибиться. Самые зрящие оракулы, бывает, путают истинное прозрение с иллюзией.

И Император призывает своих самых верных псов! Ричарда Гринривера и Рея Салеха, кровожадных ублюдков, чьи имена в кошмарах повторяют не только люди, но и демоны, и даже сами боги. Для которых нет цели выше, чем служить империи. Они не предадут, они не подведут, они не усомнятся.

Ну а в крайнем случае, их кожей всегда можно оббить трон. Ведь это и есть самая большая мечта императора.

В книге присутствует нецензурная брань!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

О том, что я — гениален, мне стало известно в двенадцать лет с помощью самого примитивного подслушивающего устройства, которое я вмонтировал в спальне родителей. Однажды я подслушал такой разговор:

Отец. Думаю, нам нужно уделить более серьезное внимание воспитанию Тони. Мальчик растет и развивается почти без нашего влияния.

Мать. Напрасно ты беспокоишься. Тони — гений. Его мозг устроен самым совершенным образом. Недавно я исследовала его с помощью моих тестов для электронной машины. Безупречное устройство…

Мой дорогой друг!

Сотвори молитву во мое здравие, ибо некому ее сотворить, ибо никто более не даст за жизнь мою и ломаного гроша. Но ты, друг мой, помолись, хоть и без пользы будет твоя молитва… Я одна, совершенно одна, наедине с собой и тем, что терзает душу мою. Друг мой, как жаль, что ты далеко… Нет-нет, молись, молись и благодари судьбу, что ты далеко от проклятой Джейн, и проклятье ее не коснется твоего бессмертия!

Через два часа сюда, в Уэстхолл, подъедет экипаж, и я отправлюсь к своей последней черте… Наконец-то расточатся кошмары, преследующие меня с самого рождения!

Короткие тексты, представленные в этой публикации, написаны для занятий семинара Литературно-художественного объединения в Копенгагене, который проводил автор.