Героям не место в застенках

Героям не место в застенках

В Литве осужден на долгий тюремный срок 85-летний полковник КГБ в отставке Макар Капитонович Бузько. В 1945 году, будучи начальником отдела СМЕРШ, он и его группа уничтожили банду литовских националистов. «Демократический» литовский суд осудил Бузько за убийство. Но с решением суда в корне не согласно руководство России. Легально освободить старого контрразведчика никак не получается. Тогда пришлось задействовать нелегальный способ. В Литву под видом гражданских лиц едет группа спецназа ВДВ во главе с сержантом Владимиром Локисом. Ему поручено выкрасть из литовских застенков старого партизана и доставить его на родину – живым и невредимым…

Отрывок из произведения:

Камера следственного изолятора в литовском городе Шяуляе была стандартной для всех пенитенциарных заведений советского периода. Мрачная тесная комната, стены которой были оштукатурены «шубой», двухъярусные нары-шконки, металлические стол и лавки, намертво прикрученные к полу. В углу грязный унитаз и давно не мытая раковина со следами ржавых подтеков, над которой уныло нависал выкрашенный ядовито-зеленой краской кран.

С нижней шконки с трудом поднялся щуплый старик. Седые редкие волосы, неровно остриженные зэком-парикмахером, клочками торчали в разные стороны. Старик был одет в несвежую рубашку и помятый черный старомодный костюм. Он с трудом передвигался в лагерных «прохорях» – специальных ботинках, не имеющих формы, без шнурков, на очень твердой, негнущейся подошве, которые выдавались всем помещенным в изолятор временного содержания или СИЗО.

Рекомендуем почитать

В спецподразделении разведчиков «Каскад» служат поистине железные люди. Группа идеально слажена, она способна выполнить самые трудные, кажущиеся невыполнимыми задачи, даже если для этого потребуется выйти за грань человеческих возможностей. Так и в этот раз. «Каскаду» поставлена задача уничтожить полевых командиров, собравшихся на военный совет. При этом не допустить, чтобы моджахеды заподозрили в сотрудничестве с федералами главу селения. И командир «Каскада» по прозвищу Седой решает пойти на хитрость…

Ранее книга выходила под названием «Мужской закон»

В Антитеррористический центр поступила информация, согласно которой скандально известная бизнесвумен Белла Темногорская установила деловые отношения с международным террористом Шамилем. Сотрудники Центра внедряют в окружение Темногорской подполковника спецназа ВДВ Константина Антонова с заданием выяснить, что та затевает. Антонов начинает расследование и вскоре выясняет, что Шамиль и Белла готовят беспрецедентную по масштабу террористическую атаку. Они планируют захватить три российские атомные электростанции и под угрозой их взрыва потребовать от Президента отказа от своего поста в пользу американского ставленника…

На Филиппинах агентами ЦРУ арестован гражданин Швеции Виталий Рождественский. Его обвиняют в шпионаже в пользу России: согласно имеющейся информации, Рождественский регулярно передавал в Москву секретные сведения о тихоокеанском флоте США. На помощь резиденту российской разведки срочно вылетает отряд спецназа ВДВ под руководством майора Лаврова – легендарного Батяни. Бойцам приказано во что бы то ни стало освободить Виталия и доставить его в Москву. И сделать это нужно как можно быстрее – ведь если американцам удастся выбить из Рождественского признательные показания, разразится международный скандал…

Российские специалисты разработали уникальный космический аппарат, с помощью которого им удалось похитить с орбиты американский спутник-шпион. Спецслужбы США провели ответную операцию: захватили находящегося в Колумбии одного из создателей спутника-перехватчика инженера Виктора Лымарева. Похитители надеются с помощью пыток узнать у него коды управления российским спутником. Специальная команда, отправленная для освобождения инженера, поставленную задачу не выполнила. Последняя надежда — на бойцов легендарного десантника майора Лаврова. Только они способны сразиться с самым опасным противником в любой точке планеты и победить.

Россия на грани катастрофы. Арабские террористы готовят взрыв атомной электростанции, действующей на границе с Казахстаном. Последствия теракта будут столь масштабными, что печально известная авария на Чернобыльской АЭС покажется хлопком петарды. Федеральная служба безопасности совместно со спецназом ВДВ спешно разрабатывают операцию по предотвращению теракта. Но задача усложняется тем, что никакой оперативной информации раздобыть не удается – арабы пользуются услугами тщательно законспирированных наемников. И группе спецназа ВДВ во главе с капитаном Никоновым приходится самостоятельно вычислять подрывников…

Начало первой Чеченской военной кампании. Батальон 137-го гвардейского парашютно-десантного полка под командованием Героя России гвардии подполковника Святослава Голубятникова брошен в самое пекло войны – на привокзальную площадь Грозного. В узких кварталах беснуется пламя, взрываются снаряды и мины, свистят пули, рвется и горит металл. Офицеры сорванными голосами отдают команды, пытаются связаться с высоким начальством и запросить поддержку. Десантники, неся потери, тем не менее продолжают неистово сражаться… Они совершили невозможное. Они выполнили боевую задачу, не посрамив чести и доблести российского десантника. За проявленный героизм весь (!!!) личный состав батальона был представлен к награждению орденом Мужества. Пятерым офицерам присвоено звание Героя России. Подобный массовый, единодушный подвиг зафиксирован впервые после Великой Отечественной войны.

Роман издавался ранее под названием «Батальон мужества»

Такого задания у майора спецназа ВДВ Лаврова по прозвищу Батяня еще не было. Во главе группы спецназа он должен вылететь на Дальний Восток, отыскать там и вернуть на базу сверхсекретного боевого робота, похищенного по заказу китайской разведки предателем майором Бутусовым. Конечно, у Батяни богатый боевой опыт, так что разыскать чудо-робота в тайге ему не сложно. Но вот захватить этого монстра в титановом корпусе, пожалуй, будет проблемой. Ведь тот запрограммирован на уничтожение любого вооруженного человека и начисто лишен команды распознавания "свой — чужой". А значит, противником, которого надо уничтожить, для него станет группа Батяни. Так что бой предстоит нешуточный…

Майору ВДВ Андрею Лаврову по прозвищу Батяня приказано укрепить своим батальоном границу с непризнанной кавказской республикой, чтобы перекрыть поток контрабанды. Батяня неподкупен, и вскоре контрабандисты понимают, что с его приходом потеряли удобный транзитный канал. На границе стали происходить странные и жуткие события, а вскоре был безжалостно вырезан караул десантников. Батяня знает, кому выгодна прозрачность рубежа, но конкретный исполнитель кровавой акции ему неизвестен. Найти виновных и расправиться с ними — его святой долг…

Другие книги автора Сергей Иванович Зверев

Спецназовец Костя Панфилов поистине прошел круги ада – сначала в Афгане, а потом в родных лагерях и тюрьмах. Он выдержал все и даже заслужил лихую кличку Жиган. Но в родном городе, куда он вернулся, царят все те же, хорошо известные ему волчьи законы – торговцы наркотой и рэкетиры держат людей в страхе. Они со всей охотой готовы принять в свои ряды отчаянного и бесстрашного парня. Но Жиган выбирает свой путь, и на этом пути его ждут испытания покруче тех, что выпадали ему раньше.

Послевоенная Украина. Во Львовской области разведка СМЕРШ установила место, где скрывается руководитель УПА Роман Шухевич. Принято решение взять фашистского прихвостня живым. Для этого на место срочно направлена группа полковника Михаила Боровича. Кажется, загнанному в угол преступнику не избежать справедливого возмездия. Но в последний момент оперативный план неожиданно оказывается под угрозой срыва. Что это – серьезный просчет при подготовке, роковая случайность или чья-то провокация? Ответ на этот вопрос знает только один человек – сам Борович, человек с непростым и загадочным прошлым…

Группировка саяно-шушенских «отморозков» желает обзавестись своим «вором в законе», чтобы, значит, все у них было по понятиям и на стрелках «законник» разруливал бы все проблемы по уму. Для этого они устраивают побег из зоны вору по кличке Батя. Но вора во время «рывка» перехватывают другие братки – молодые авантюристы из «Группировки Ленинград» – и переманивают его к себе, предлагая стать лидером. Однако устроители побега решительно не согласны с таким раскладом. Их унизили, а такое не прощается. Вы хотели войну? Будет вам война!…

Осень 1941 года. Враг у стен Москвы. Основные предприятия и учреждения эвакуированы в Горький, где формируется новый рубеж обороны. Чтобы посеять панику и помешать выпуску военной продукции, фашисты забрасывают в наш тыл хорошо подготовленных диверсантов. Борьбу с ними ведут части НКВД под командованием майора госбезопасности Василия Ясного. Опытный чекист понимает: мало выявить и уничтожить мелкие группы врага, важнее перехватить стратегическую инициативу. С этой целью Ясный создает специальную группу и начинает вести с фашистами тонкую радиоигру…

Жиган не из тех, кто зря льет кровь. Он терпелив и спокоен, словно свернувшаяся в тугой узел кобра. Но и его терпению есть предел. А враги, похоже, взялись за него всерьез. Уничтожена его бензоколонка, гибнут сотрудники его фирмы, да и сам он явно под прицелом. Но кобра хладнокровна и безжалостна. И так же, как невозможно уклониться от ее броска, нельзя укрыться от ненависти и мести Жигана.

Смерть в чане с расплавленным металлом легкой не назовешь. Но именно так погибают олигарх Воловик и его любовница. Вокруг наследства олигарха начинают кружить хищники всех мастей. Вот им-то как раз и не нужен Жиган, знающий многие секреты погибшего.

И снова Жиган оказывается в самой гуще схватки, из которой два выхода или чистая победа, или в чан с расплавленным металлом.

Бывший снайпер-афганец, он же бывший зэк по кличке Жиган, а ныне бизнесмен Константин Панфилов, даже не предполагал, что он встанет на пути наркодельцов, уголовников и «азербайджанской мафии». Эти люди понимают лишь один язык — язык силы, но им-то Жиган владеет хорошо. Тяжко только то, что в числе его врагов оказались и бывшие однополчане. Но Жиган не привык отступать...

Осень 1941 года. Враг у стен Москвы. Один из плацдармов удерживает сводный механизированный корпус, в котором сражается экипаж танка Т-34 младшего лейтенанта Алексея Соколова. В самый разгар боев танкисты получают задание: в составе оперативной группы захватить и удержать населенный пункт, в окрестностях которого разведчики будут искать пропавшие советские реактивные снаряды с секретным топливом. Соколов понимает: чтобы выполнить приказ, рассчитывать надо не только на крепкую броню и могучее орудие, но и на проверенную солдатскую смекалку…

Популярные книги в жанре Боевик

Немуро Нишитцу знал – однажды император умрет.

Многие японцы просто отказывались об этом думать. Почти никто уже не верил в бессмертие императора Хирохито. Считать, что нынешний император бессмертен было ничуть не логичнее, чем думать, будто бессмертен был его отец, или дед, и так далее, вплоть до легендарного Джиммо Тенну, первым из семейства взошедшего на Хрустальный Трон, и первого японского императора, отошедшего в мир иной.

В божественном происхождении императора сомневаться не приходилось.

Андрей ЩУПОВ

ТО, ЧТО ХУЖЕ ЧУМЫ

Слоппер заявился к вечеру, когда в салун уже порядком набилось народу, и воздух, помутнев от сигарного дыма, дрожал, раскачиваемый возбужденными голосами. Подвыпивший Дуг толкался среди людей, назойливо уговаривая Римму, свою новую подружку, прогуляться наверх, к комнаткам, где шныряла ухмыляющаяся прислуга и в полумраке едва проглядывали лица собеседников. Он и не заметил появления приятеля. Бесшумно растворив двери, Слоппер шагнул в салун и, высмотрев широкоплечую фигуру Дуга, стал проталкиваться через толпу танцующих. Чахлый оркестрик из трех музыкантов как раз выдавал разухабистую "Марианетту", и за столиками оставались лишь совсем захмелевшие. Не без труда Слопперу удалось одолеть всю эту перетаптывающуюся массу людей. Это было все равно, что пересекать в брод горную бурливую реку. Дуг уже поднимал девушку на руках, намереваясь унести наверх, когда Слоппер тронул его за плечо.

Андрей ЩУПОВ

ЗАБЛУДИВШИЕСЯ НА ЧЕРДАКЕ

"Дни-мальчишки,

Вы ушли, хорошие,

Мне оставили одни слова

И во сне я рыженькую лошадь

В губы мягкие расцеловал..."

Б.Корнилов

Странный у него обитал квартирант. Ежеминутно плюющийся, тощий, злой, с двумя выпуклыми макушками. Евгений Захарович втайне его побаивался и оттого ни разу еще не скрестил с ним шпаги. Он понятия не имел, откуда берутся такие соседи, но предполагал, что очень издалека. Может быть, это главным образом и пугало. Гость издалека - все равно, что чужестранец, а чужестранец - производное от "чужого". Нехитрая этимология, наводящая на нехитрые мысли. Они жили вместе, но мечтали жить врозь. Вернее, Евгений Захарович мечтал наверняка, - о тайных желаниях жильца приходилось только догадываться. А, догадавшись, пугаться...

Не одно поколение советских людей приучали к мысли, что интересы государства превыше всего. Но часто влиятельные политики и чиновники в первую очередь думают о себе, о приумножении своих богатств. И лишь немногим на самом деле «за державу обидно». Именно они защищают интересы государства – возвращают награбленное, спасают неповинных от расправы, срывают преступные замыслы…

Таков Глеб Сиверов – секретный агент ФСБ по кличке Слепой.

Владимир Зам

Рыцарский рассказ

..но вдруг из темноты раздася рев,

затем с петель слетела в доме дверь,

за шумною толпой,

бежал огромный страшный зверь..

Чаров встал и начал продвигаться в сторону выхода.

- Постой. - остановил его властный голос, - Доставить это нужно очень срочно, и со всевозможными предосторожностями.

- Hу, что вы Олег Степанович, когда я вас подводил? Раньше вы во мне никогда не сомневались.

Великое землетрясение потрясло Мексику и вернуло свободу жадным ацтекским богам, наконец-то получившим долгожданный шанс завоевать весь американский континент. Индейцы формируют чудовищную армию, во главе которой – древние кровожадные демоны...

Но нет такой опасности, которой не могли бы противостоять два героя – Римо Уильямс, Верховный Разрушитель на службе самого секретного агентства Америки, и его учитель Чиун, последний мастер великой корейской школы боевых искусств Синанджу...

Корысть и стяжательство шарлатанов от религии, задумавших ввергнуть человечество в безумие братоубийственных войн, ставят планету на грань катастрофы. Проповедникам насилия и жестокости удается затуманить разум Дестроера, тело его попадает в сети эротических чар жрицы зла...

Только Мастер Синанджу в силах избавить Дестроера от наваждения и вырвать судьбу цивилизации из рук фанатиков.

Встретить Рождество в Швейцарии, в замке, да еще в приятной компании Подобное выпало разведчику Сергею Корину. К сожалению, праздник оказался омрачен несколькими загадочными убийствами Под сводами замка словно витает зловещая тень А ведь именно «Тень» называетс некая нацистская организация. Но это еще не все…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Поразительный роман о любви, веками вдохновлявшей писателей, скульпторов, художников и режиссеров.

Молодая американка Джулия Джейкобе обижена: любимая тетушка все свое состояние оставила ее родной сестре, а самой Джулии - только ключ к депозитному сейфу в банке Сиены.

Разочарованная девушка отправляется в Италию, не подозревая, что это путешествие навсегда изменит ее жизнь.

Потому что именно ей предстоит раскрыть тайну Ромео и Джульетты, подлинная история которых во многом отлична от той, что изложена в пьесе Шекспира.

Рафальский Сергей Милич [31.08.1896-03.11.1981] — русский поэт, прозаик, политический публицист. В России практически не издавался.

Уже после смерти Рафальского в парижском издательстве «Альбатрос», где впоследствии выходили и другие его книги, вышел сборник «Николин бор: Повести и рассказы» (1984). Здесь наряду с переизд. «Искушения отца Афанасия» были представлены рассказ на евангельскую тему «Во едину из суббот» и повесть «Николин Бор» о жизни эмигранта, своего рода антиутопия, где по имени царя Николая Николиным бором названа Россия. А в 1987 увидел свет сборник статей Рафальского «Их памяти» — собр. заметок на культурные и политические темы, выходивших в «Новом русском слове», «Континенте» и «Новом журнале». В отличие от своей ранней статьи с обвинениями в адрес интеллигенции в этом сборнике Рафальский выступает в ее защиту. «Кто только не бросал камешков… в огород русской интеллигенции. К стыду своему и нижеподписавшийся к этому, не слишком благородному делу… и свою слабую руку приложил» (С.7). В статье «Вечной памяти» Рафальский защищает от нападок имя А.Ф.Керенского, присоединяется к обвинениям А.И.Солженицына в адрес западных интеллектуалов за поддержку советского режима («Страна одноногих людей»), но отстаивает свое понимание социализма как демократического общества («Путь человека»). Весь сборник объединяет мысль о защите демократических ценностей как от властей в СССР, их попирающих, так и от тех, кто считал саму демократию виновницей всего случившегося в России.

Статистика — она, помимо всего прочего, может быть прочитана совсем по-разному. Недаром в СССР бытует пословица: есть ложь грубая, есть ложь тонкая, а есть и статистика… Вы, наконец, читаете воспоминания о той эпохе, какую описывает в этой книге ее автор, Сергей Милиевич Рафальский (1895–1981). Мемуары А. Ф. Керенского — и Л. Д. Троцкого, П. Н. Милюкова — и Суханова, ген. А. И. Деникина — и, скажем, графа Игнатьева… Но все эти деятели тех лет, вольно или невольно, сознательно или бессознательно, но стремятся в первую очередь оправдаться «перед лицом истории», да при этом еще и мало были причастны к той непосредственной, рядовой, именуемой ими «обывательской», — жизни, какая и есть жизнь народа, жизнь страны, жизнь эпохи. Из книг этих, из этих воспоминаний вы не почувствуете никак того самого существенного, самого главного, что называется, очень неточно, атмосферой эпохи. Вы ее не увидите, а потому — и до конца не поймете.

Но вот воспоминания не вождя, не «деятеля», не партийного вожака, а просто современника той или иной эпохи — они неизмеримо больше дают для понимания самого воздуха времени, «шума времени» (по словам О. Мандельштама), «музыки эпохи» (выражение А. Блока). В них мы чувствуем сам пульс эпохи, саму ее живую жизнь. Видим, как эпоха переживалась ее рядовыми, пусть и не выдающимися дарованиями, современниками. А ведь в этом-то и сама суть жизни, суть истории, ни в какие даты и статистику не укладывающейся, никакими схемами не объясняемой.

Этот-то вот неповторимый воздух эпохи, все пронизывающий — от столиц до «глубинки», и передают нам ярко и выпукло картины, нарисованные умелой рукой С. М. Рафальского.

Рафальский Сергей Милич [31.08.1896-03.11.1981] — русский поэт, прозаик, политический публицист. В России практически не издавался.

Уже после смерти Рафальского в парижском издательстве «Альбатрос», где впоследствии выходили и другие его книги, вышел сборник «Николин бор: Повести и рассказы» (1984). Здесь наряду с переизд. «Искушения отца Афанасия» были представлены рассказ на евангельскую тему «Во едину из суббот» и повесть «Николин Бор» о жизни эмигранта, своего рода антиутопия, где по имени царя Николая Николиным бором названа Россия. А в 1987 увидел свет сборник статей Рафальского «Их памяти» — собр. заметок на культурные и политические темы, выходивших в «Новом русском слове», «Континенте» и «Новом журнале». В отличие от своей ранней статьи с обвинениями в адрес интеллигенции в этом сборнике Рафальский выступает в ее защиту. «Кто только не бросал камешков… в огород русской интеллигенции. К стыду своему и нижеподписавшийся к этому, не слишком благородному делу… и свою слабую руку приложил» (С.7). В статье «Вечной памяти» Рафальский защищает от нападок имя А.Ф.Керенского, присоединяется к обвинениям А.И.Солженицына в адрес западных интеллектуалов за поддержку советского режима («Страна одноногих людей»), но отстаивает свое понимание социализма как демократического общества («Путь человека»). Весь сборник объединяет мысль о защите демократических ценностей как от властей в СССР, их попирающих, так и от тех, кто считал саму демократию виновницей всего случившегося в России.