Газета Завтра 971 (28 2012)

…В единый миг горные чаши переполнились. Неистовые потоки изверглись на спящие селения, сея смерть, слезы, разрушения. В бешеном реве, среди кромешной тьмы, гасли слабые крики людей… 

Ночной тропический ливень, случившийся в горах Краснодарского края, безжалостно убил более ста семидесяти человек, уничтожил тысячи жилых домов, разбил дороги и смыл безвозвратно целую эпоху в истории России. 

Еще долго будут спорить в уголовных судах, в местной и федеральной прессе на тему наличия или отсутствия своевременного оповещения жителей Крымска о грозящей им опасности. Но спорить не надо… Мы ведь все отлично знаем, с кристаллической ясностью понимаем, в каком социуме, в каком государстве живем.  

Рекомендуем почитать

18 марта 2002 3 0

12(435)

Date: 19-03-2002

ОБРАЗ “ПРОЩАНИЯ” В “ДЕРЕВЕНСКОЙ ПРОЗЕ”(Поздравляем Валентина Григорьевича РАСПУТИНА с 65-летием со дня рождения!)

Значительность художественного произведения как раз и измеряется тем, что его воспринимают люди совсем других эпох и цивилизаций, чем те, где оно создавалось. Например, как мы — Гомера. Но восприятие современника и члена того же общества имеет все же какую-то яркость, которую позже уже не восстановить. И сейчас живет поколение (или два), на глазах которого родилось удивительное течение, окрещенное "деревенской прозой".

Опричники Ивана Грозного, привязав к седлам метлы, носились по Руси, выметая и выжигая крамолу. Карикатурные "Идущие вместе" вышли с метлами на московские улицы, поскребли кое-где асфальт, заявили, что начинают выметать грязь из общества. И понеслась дешевка, имитация, тошнотворные комиксы: то "путинский план ликвидации сирот и беспризорных", то "путинский план оздоровления жизни и занятия горнолыжным спортом", то "путинское патриотическое воспитание с ботиком Петра на каждом пруду". Легковесно, мнимо, на один день, на потеху и затею чиновникам, под управлением вечно-зеленого, как можжевеловый куст, Починка, под руководством набрякшей от ревностного служения Матвиенко.

Минувшие двадцать лет в жизни Русской церкви — годы стремительного развития, экстенсивного расширения. Ударно, по всей России, начали строиться и восстанавливаться из руин храмы, заселяться пустовавшие обители, заполняться народом тихие приходы. Процесс шёл очень быстро, очень бурно, очень живо и беспорядочно. Было много всего сделано непродуманного, временного, скоропалительного. Великое множество людей, самых разных, совершенно новых, порой и случайных, пришло в церковь. И это гигантское церковное хозяйство, этот многомерный мир монастырей и приходов, очевидно, нуждается в структурировании, в более чёткой организации.

Александр Проханов

4 ноября 2003 0

45(520)

Date: 05-11-2003

Author: Александр Проханов

НАРОД БЕЗМОЛВСТВУЕТ

"Как буря, смерть уносит жениха!" — это о Волошине. "Во глубине сибирских руд" — это о Ходорковском. "Все мое!" — сказал булат", — это о Путине. Пушкин — великий политолог, у кого прилежно учатся Белковский и Павловский, сражаясь друг с другом аналитическими докладами, рассекая общественное мнение секирами своих интеллектов, оба "в чешуе, как жар, горя".

Кириенко, которому так и хочется сказать “Перестань кивать головой!”, впервые начал грозить шахтерам, поселившимся на железнодорожных путях. Грозит “навести порядок”. Требует от голодных мужиков соблюдать закон. Дает понять, что терпению властей конец и скоро ОМОН с дубинами пойдет впереди тепловозов лупить работяг, давить их щитами, связками тащить в изолятор, где ими займется Скуратов. “Они, шахтеры, остановили Россию!”

Россию остановил Ельцин, снял с нее все движки и колеса, поставил на деревянные горбыли, и страна напоминает автомобиль, который “разули” ворюги. Закон, причем основной - Конституцию, - нарушает режим, не выдавая народу зарплату, обрекая его на голодную смерть. Народ понуждают не только перекрыть Транссиб, но и вывести из гарнизонов все танки, бронемашины и установки залпового огня и с их помощью добыть детишкам хлебушек.

Вокруг России сжимается обруч ненависти. Её окружают ракетами и военными базами. От неё откалывают народы и территории. Из неё малюют несусветное чудище, которое недостойно жить. На нее направляют потоки колдовской энергии — растлевают русскую волю, отнимают победную память, погружают в пучину тоски и неверия. Россия обороняется. Пользуется искусством дипломатии, выскальзывая из ловушек. Обновляет обветшалое вооружение. Собирает деньги, знания и умы, чтобы совершить спасительный рывок, — запустить Развитие, взмыть свечой на глазах изумленных врагов. В этой предельной схватке, когда вновь решается судьба государства, дороги каждая живая душа, каждая молитва, каждый поступок, направленные на благоденствие Родины. В этот вещий момент истории взоры России обращаются ко всем соотечественникам, кто ощущает себя таковыми на огромных пространствах земли, куда на протяжении века выплескивались волны взорванного Русского Мира, — окровавленные белые армии, пленные и мученики Второй мировой, пилигримы "третьей волны", миллионы людей, отрубленных топором расчленителей "красной державы". Потомки великих дворянских родов. Общины Крыма, Казахстана и Нарвы. Физики в лабораториях Калифорнии. Бизнесмены в Германии и Англии. Русские евреи Израиля, жадно читающие русские книги и слушающие русское радио. Женщины, уехавшие из Москвы за своими мужьями в Сирию, Алжир, Палестину. Все они тяготеют к России, тянут к ней руки, и Россия нуждается в их братском пожатии.

Министр Куликов пригрозил, что поднимет эскадрилью и станет бомбить гадюшники на территории отпавшей Чечни, где размножаются убийцы. Выползают в Дагестан, в Ставрополье. Жгут русские танки. Стреляют в солдат и милицию. Воруют трактора и скот. Угоняют в рабство людей. Держат в страхе и панике безоружный народ. Бомбить эту кровавую мразь - иностранца Хоттаба, спалившего русскую бронеколонну, помахивающего вырванным из груди солдата легким. Параноика с железными зубами Радуева, грозящего России ядерным взрывом. Генерал Куликов, доведенный до отчаяния кровавой свистопляской на границе с Чечней, лишь сказал, что нужно бомбить.

Александр Проханов

19 августа 2002 0

34(457)

Date: 20-08-2002

Author: Александр Проханов

ИРАК, БРАТ МОЙ!

Опять страшная звездно-полосатая кобра встает из-за океана на свой жуткий хвост, нависает над миром, устремляя змеиные беспощадные зрачки на Ирак. Американские сателлиты неустанно фотографируют иракские города, гарнизоны, выбирая цели для ковровых бомбежек. Секретные агенты выслеживают перемещения президентских кортежей. Спецназ в учебных центрах, на макетах президентских дворцов репетирует штурм Багдада. Дипломаты Госдепа курсируют по странам Востока, подыскивая плацдармы для бомбардировщиков и частей вторжения. Журналисты проходят инструктаж в ЦРУ, получая указания, как освещать "победу в пустыне",— больше улыбающихся "победителей" на фоне горящих танков "Т-72", меньше растерзанных детских тел на фоне пылающих школ и мечетей. Эксперты топливных корпораций делят иракские недра, считают баснословную прибыль от захваченных нефтяных полей. Америка, сбесившаяся от югославской и афганской крови, пьяная от своей безнаказанности, бредящая мировым господством, продолжает выстраивать историю мира, подправляя ее ударами сверхточных бомб, сердечниками с обедненным ураном, мерзкими провокациями, подобными "инциденту в Тонкинском заливе" или уничтожению своих собственных небоскребов в Манхеттэне. Что они придумают перед началом иракской войны? Оторвут узколобую, дегенеративную голову Буша, все больше напоминающего землеройку? Направят на Вашингтон космический челнок, пилотируемый иракскими летчиками?

Другие книги автора Газета «Завтра»

Дмитрий Дудко

6 мая 2002 0

19(442)

Date: 06-05-2002

Author: Дмитрий Дудко

УКРЕПИСЬ, РОССИЯ!

Христос воскресе, дорогие читатели и граждане нашей страны! Что это значит: Христос воскрес? А именно значит то, что Христос вокрес, и побеждена смерть, а все страдания должны отойти, и в нашей душе должна наступить светлая и радостная Пасха.

Однако смерть по-прежнему торжествует, по-прежнему страдают люди. Неужели мы обманываем себя? Даже более — чем дальше, тем больше ухудшается наша жизнь, и откуда, казалось, придет облегчение, оттуда идет большая трудность.

Пермь — город чудесный, таинственный и великий. В нём незримо живут и дышат духи древних угро-финских шаманов, обитатели лесных чащоб, речных омутов, прародители "звериного стиля", в котором лесные волки, небесные птицы, речные рыбы сплетаются в бесконечные магические вереницы, украшают бронзовые ожерелья, домотканые холсты, деревянные языческие идолы.

Пермь православная, со своими святыми и праведниками, дивными монастырями и храмами, — коридор, по которому русская цивилизация — казачьи ватаги, купцы, землепроходцы, промышленники — шла через Урал на Восток вплоть до Тихого океана, на берегах которого поднялся русский православный крест.

Ты кто, Черномырдин?

Советский воротила, покрытый ровным жирком успеха, с упитанным утробным хохотком, пугливый и беспощадный, верноподданный и тайно тщеславный. Когда говорит, то, кажется, во рту его дерутся насмерть две лягушки, а в голове два полушария пытаются поменяться местами. Всем, что достиг этот оренбургский мужичок, он обязан компартии, советской власти, СССР. Не они, так бы и оставался деревенским шорником или скорняком. При них же стал технократом, директором, работником ЦК, министром. И вот теперь, вынесенный на горбах советских землепроходцев, бурильщиков, строителей дорог и мостов, неутомимых геологов и газовиков, создававших в тундрах Сибири невиданную индустрию нефти и газа, гигантскую копилку энергии, с помощью которой Советский Союз был готов рвануться вперед, в XXI век, - теперь Черномырдин бессовестно поносит советский строй, советское прошлое, страшась, что, не дай Бог, вернется оно, так ему придется расстаться со своими миллиардами, питающими сегодня род Черномырдиных, а прежде питавших русский народ. Возмечтав, бедняга, стать президентом, “единым кандидатом демократических сил”, желая угодить “демократам”, мажет грязью великое советское прошлое, которое приватизировано в пользу горстки аморальных хапуг. “Газпром” Черномырдина построен на костях русской цивилизации XXI века, которой не дали осуществиться, заколов в Беловежье ее богатырский эмбрион. Премьер Черномырдин - это расстрел Дома Советов, за который ему воздастся. Это начало безумной чеченской войны и безумные остановки побеждающей русской армии, которые не простит ему ни один офицер. Это попустительство террористу Басаеву, превратившее Чечню в рынок русских рабов, разбросавшее метастазы сепаратизма по всей России. Премьер Черномырдин - это крах экономики, необратимая смерть индустрии, мор населения, непрерывный стон по всем городам и весям, убитые медвежата и дистрофичные дети, смерть русского Космоса и малахитовый камин в его кабинете. Это гайдары и федоровы, уринсоны и шохины, завернутые в “оренбургский пуховый платок“ Людмилы Зыкиной, построившей “Газпром русской песни”.

История — не мутное облако тумана, которое по прихоти ветра мечется в разные стороны. История — это колесо, которое катится. Человечество торит колею для колеса истории, направляя его через все кровавые рытвины и ухабы в сторону божественного озарения. Гагарин управлял колесом истории. Как Илья Пророк, взятый живым на небо, мчался на своей колеснице, мерцая среди звёзд деревянными спицами, так и Юрий Гагарин взлетел на своём корабле, прокатился один раз вокруг Земли и улетел в бесконечность, где и пребывает поныне.

Седьмого ноября, в День Октябрьской революции, в годовщину мистического парада, Лужков устроил в Москве нечто чудовищное и дурацкое, кощунственное и бездарное. По своему обыкновению, по-лужковски, как ему подсказывали его вкус, его совесть, его историческое чутье, он воспроизвел мистерию сорок первого года. Тут было всё. И массовик-затейник со стыдливыми намеками на сталинскую речь. И кумачовые полотнища с обрывками революционных текстов. И обилие красных знамён, которые должны были умилить продрогших ветеранов. И ряженые офицеры московских академий, которые будто бы прямо с площади шли в бой под Волоколамск, а на деле шагали под секиру сердюковских реформ. Бутафорские кавалеристы придворного полка имитировали конницу Доватора. Плащ-палатки советских пехотинцев ненадолго сменили гомосексуальную форму Юдашкина. "Т-34" катили по площади в минуты, когда уничтожался великий танковый завод на Урале. И, конечно же, ни слова о Вожде. Камера не показывала мавзолей. Не показывала надпись "Ленин". Зато, нет-нет, да и мелькнут сытые физиономии устроителей, их пустые рыбьи глаза. А потом пошли какие-то пингвины и попугаи в пёстром — то ли сибирские дивизии, то ли панфиловские полки, как их представляло себе воображение низменных халтурщиков.

В Америке сегодня не просто — кризис. Америка закрывается. Америка стоит на пороге грандиозного обвала. Когда сообщить об этом "городу и миру" выходят сразу президент, министр финансов и глава Федеральной резервной системы США, только слепоглухонемой не поймёт, насколько серьёзны и запущенны дела в этом "глобальном лидере современной цивилизации". И только не имеющий ни ума, ни совести сделает вид, что не знает "секрета полишинеля": откуда возьмутся те 700-800 миллиардов, обещанных Бушем, Полсоном и Бернанке для скупки идущих к уровню мусора "ценных бумаг”? Или те полтора триллиона, о которых проговорилась телекомпания CNN? Или вообще любые, даже самые астрономические суммы долларов, которые будут вбрасываться в американскую и мировую экономику, чтобы "команда Буша" могла "ночь простоять да день продержаться"?

Сохраняем целостность России, и обещаем японцам Курилы. Сдерживаем наплыв китайцев на Дальнем Востоке, и даем "подъемные" на выезд из Приморья последних русских. Твердим о неделимости Родины, но стоимость проезда отрезает Сибирь от Центра. Говорим о росте промышленности, но Чубайс обесточивает заводы. Ратуем за стабильность в обществе, но цены на бензин и на хлеб превращают человека в зверя. Поем о родной земле, но продаем ее иностранцам.

Ищем деньги на строительство ракет и подводных лодок, но миллиарды утекают на Запад.

На днях мир был поражен действом, которое демонстрировалось по всем телеканалам планеты. Из Космоса был показан искусственный остров в Персидском заливе, напоминавший когтистую шестипалую лапу. Рукотворный, созданный из бетона и стали, он сверкал иллюминацией, поражал обилием дворцов и отелей, игорных домов и торговых центров. Лучшие архитекторы строили роскошные здания. Лучшие ювелиры выставляли в витринах бриллианты и жемчуга. Лучшие повара готовили деликатесы восточной и западной кухни. Голливудские звезды и мировые куртизанки. "Рай наслаждений" и "зверинец любви". Знаменитые кутюрье демонстрировали моду двадцать первого века. Известнейшие композиторы играли музыку "будущего человечества". Сюда устремились яхты самых богатых людей земли. Летели со всех континентов частные "Боинги". Мировая знать, "лучшие из лучших", "золотой миллиард" - собирались на свою "вечеринку". Здесь были те, кто захватил нефть Аравийского полуострова и России. Кому принадлежали алмазы Якутии и Южной Африки. Кто владел банками и корпорациями Старого и Нового Света. Их "вечеринка" была коронацией великого царя, прибытие которого ожидалось; была славословием могучего бога, даровавшего им богатство и власть, уложившего к их ногам обессиленное и покорное человечество. Их роскошные ночные пиры, фантастические оргии, гонки на автомобилях и яхтах были религиозной мистерией, которой они предвосхищали явленье своего кумира.

Популярные книги в жанре Публицистика

Лев КОЛОДНЫЙ

Цикл "Ленин без грима"

Под псевдонимом "Ильин"

Заканчивался год 1895-й. Это значит, что на земле Владимир Ильич Ульянов прожил уже четверть века. Его сверстники по симбирской гимназии, Казанскому и Петербургскому университетам служили, произносили речи в судах, делали карьеру на государственной и частной службе, заводили собственное дело. Помощник присяжного поверенного Ульянов шел к цели жизни иным путем. Под именем Николая Петровича появлялся в разных концах Петербурга в квартирах, где его поджидало по нескольку рабочих - слушателей кружков. И часами вел пропаганду марксизма. Революция. - говорил лектор одному из единомышленников, вернувшись из-за границы, - предполагает участие масс. Но ее делает меньшинство". Это "меньшинство" он впоследствии назовет "профессиональными революционерами", чье занятие - исключительно дела партийные, революционные, конспиративные. Такую жизнь профессионального революционера и вел Николай Петрович уже тогда, до первого ареста. "Революция - не игра в бирюльки",- говорил он студенту Михаилу Сильвину, слушателю кружка, а другому - рабочему слушателю кружка, Владимиру Князеву посоветовал не увлекаться развлечениями: "Я слышал, что вы любите ходить на танцы, но это бросьте - надо работать вовсю". Что же касается собственных заработков, то признавался другому слушателю кружка, что работы, в сущности, никакой нет, что за год, если не считать обязательных выступлений в суде, он не заработал даже столько, сколько стоит помощнику присяжного поверенного выборка документов. На какие деньги при таком отношении к службе жил помощник присяжного поверенного Ульянов, мы уже знаем. Но где брались средства для печатания его книги на гектографах, где нашлись деньги на печатание листовок, издание газеты, которую было подготовили в Петербурге молодые марксисты? - Надо обязать членов партии вносить членские взносы, устраивать лотереи и пользоваться всеми возможными источниками для добывания денежных средств, - поучал Николай Петрович портового рабочего Владимира Князева, которому помогал как адвокат отсудить наследство покойной бабушки. Известно, что во время забастовки на фабрике Тopнтoнa в Питере в ноябре Ленин вместе с товарищем посетил рабочего Меркулова и вручил ему 40 рублей для передачи семьям арестованных. Откуда они появились у питерских марксистов, ведь не из гонораров за непроизносимые адвокатские речи, не из переводов матери Марии Александровны? Очевидно, кто-то из состоятельных студентов - слушателей кружков дал из своих личных средств. Тогда, в 1895-м. до "всех возможных источников добывания денежных средств" дело не дошло. В тот момент, когда питерские марксисты, объединившись. в "Союз борьбы за освобождение рабочего класса", вот-вот должны были выпустить первый номер газеты под названием "Рабочее дело", вот тогда столичная полиция решает, что пора зту "песню прекратить". И производит аресты. В ночь с 8 на 9 декабря Владимир Ульянов вместе с товарищами по "Союзу борьбы" взят под стражу, становится жильцом камеры N 193 дома предварительного заключения. Тюремную камеру заключенный превращает в рабочий кабинет, пишет "Проект программы социал - демократической партии", заказывает книги в тюремной библиотеке. С их помощью, отмечая буквы точками и штрихами, устанавливает связь с соседями. Занимается гимнастикой, пишет письма. Наконец, приступает к большой работе"Развитие капитализма в России". Поэтому просит родных прислать ему нужные книги. Просит купить чемодан, похожий на тот, который он привез из-за границы, но без двойного дна, опасаясь, что полиция вернется к давнему эпизоду, задним числом уличит его в транспортировке нелегальной литературы. Родные бросаются на помощь. В Питер приезжают мать, сестры Анна Ильинична, Мария Ильинична... "Мать приготовляла и приносила ему три раза в неделю передачи, - пишет Анна Ильинична, - руководствуясь предписанной специалистом диеты, кроме того, он имел платный обед и молоко". Молоком этим подследственный исписывал страницы тюремных книг, затем этот текст прочитывался, перепечатывался на воле. Чтобы писать молоком, Владимир Ильич делал чернильницы из хлеба. Когда надзиратель усиливал наблюдение - он их съедал, отправляя в рот за день по нескольку таких чернильниц о чем со смехом рассказывал родным на свиданиях. Книги, свежие журналы - все было под рукой, в камере. Передачи, свидания разрешались все время, еда приносилась самая изысканная. Свою минеральную воду я получаю и здесь, мне приносят ее из аптеки в тот же день", - писал заключенный вскоре после ареста. Интересно, есть ли сегодня в какой-нибудь из петербургских аптек хоть какая-нибудь минеральная вода? Можно ли в магазине купить парное молоко? Даже за хлебом требуется порой выстоять очередь... Короче говоря, когда спустя год неторопливое казенное следствие по делу "Союза борьбы" закончилось, то безо всякого суда (вот он, явный произвол царизма) было обьявлено решение о высылке Владимира Ульянова на три года в Восточную Сибирь. Владимир Ильич не без сожаления даже воскликнул, обращаясь к Анне Ильиничне: - Рано, я не успел еще материалы собрать. Другая сестра, Мария Ильинична, свидетельствует: "И как это ни странно может показаться, хорошо в смысле его желудочной болезни повлияло на него и заключение в доме предварительного заключения, где он пробыл более года. Правильный образ жизни и сравнительно удовлетворительное питание (за все время своего сидения он все время получал передачи из дома) оказали и здесь хорошее влияние на его здоровье. Конечно, недостаток воздуха и прогулок сказался на нем - он сильно побледнел и пожелтел, но желудочная болезнь давала меньше себя знать, чем на воле". Такая была царская карательная система задолго до первой русской революции, до "Манифеста" о свободах. Ну, а какую систему в тюрьмах и следственных изоляторах установила ленинская "рабоче - крестьянская власть", когда ее возглавил бывший узник камеры N 193, ныне каждый хорошо знает. В ссылку Владимир Ульянов получил разрешение ехать без конвоя, своим ходом, свободно. По пути из Питера остановился на несколько дней в феврале 1897 года в Москве, где тогда все еще жила семья Ульяновых. На сей раз она квартировала в районе Арбата, на Собачьей площадке. в красивом деревянном особняке. Это был пятый из известных краеведам московский адрес Ульяновых за три с половиной года пребывания в городе. Эту арбатскую квартиру никто из Ульяновых не описал. По всей вероятности, она была такая же. как обычно. С отдельными комнатами для каждого члена семьи, общей столовой, с роялем, который следовал за Марией Александровной повсюду, куда бы она ни переезжала. Со столом, покрытым белоснежной крахмальной скатерью. "Помню простую обстановку квартиры Ульяновых, просторную столовую, где стоял рояль и большой стол, покрытый белой скатерью"... Это описание очевидца относится к квартире в Самаре, но такой же интерьер формировался постоянно везде, где селилась большая, дружная семья. Такая простота с роялем обеспечивалась довольно стабильно много лет, хотя помощи от старшего сына матери никогда ждать не приходилось. Да никто в ней не нуждался. Наоборот. каждый член семьи Ульяновых был готов оказать всегда помощь дорогому и талантливому Владимиру, не считаясь со временем, издержками на покупку дорогих книг, диетической еды, чемодана с двойным дном и тому подобных вещей. Что касается довольно частых переездов с квартиры на квартиру, то это была в принципе обычная практика московской жизни для многих состоятельных людей, когда они предпочитали арендовать жилье, не покупая собственные дома. Так поступала, например, мать Александра Пушкина, менявшая квартиры по нескольку раз в год. Так делала семья писателя Аксакова, когда возвращалась осенью из собственной усадьбы в Абрамцеве зимовать в первопрестольную. Так, мы видим, практиковали Ульяновы, выбирая, что удобнее и лучше... Спустя три года после окончания ссылки, отдохнувший от суеты столичной жизни, надышавшийся свежим воздухом, накатавшийся на коньках и на лыжах, наохотившийся в тайге, наевшийся свежайшим мясом, сибирскими пирожками, молодой революционер с женой вернулся из неволи в Москву. С вокзала отправился домой, не на Арбат, Собачью площадку, а в другой район Москвы. О чем впереди... К слову сказать, о существовании телятины, как товара, я узнал не из витрин московских магазинов, за которыми наблюдаю лет сорок, а из чтения воспоминаний Надежды Константиновны о пребывании в ссылке, в Шушенском. Эти воспоминания давно поразили мое воображение, думаю, что также сильно воздействуют они сегодня на читателей, поскольку Надежда Константиновна, когда писала после смерти Ильича мемуары, не предполагала, что вместо обещанного им коммунизма настанет время, когда жизнь осужденных в царской ссылке будет казаться нам пребыванием в санатории за казенный счет. Сначала процитирую эпизод, где рассказывается о том, как Владимир Ильич занимался для души адвокатской практикой. не имея на то право, как ссыльный, давал юридические советы шушенским крестьянам и при этом узнавал разные житейские истории, изучал таким образом экономическую сторону жизни сибирского села. "Раз бык какого-то богатея забодал корову маломощной бабы (как видите, даже в мельчайшем бытовом эпизоде не покидает мемуаристку, Надежду Константиновну, классовый подход. - Л. К.). Волостной суд приговорил владельца быка заплатить бабе десять рублей. Баба опротестовала решение и потребовала "копию" с дела. - Что тебе копию с белой коровы, что ли? - посмеялся над ней заседатель. Разгневанная баба побежала жаловаться Владимиру Ильичу. Часто достаточно было угрозы обижаемого, что он пожалуется Ульянову, чтобы обидчик уступил". Теперь, когда мы получили некоторое представление, какую роль играл в шушенской жизни ссыльного некий "заседатель", вершивший волостной суд, приведу другой эпизод, где этот же человек выступает не как юридическое лицо, а как эксплуататор, торговец, по отношению к ссыльному. Итак, цитирую. "Заседатель" - местный зажиточный крестьянин - больше заботился о том, чтобы сбыть нам телятину, чем о том, чтобы "его" ссыльные не сбежали. Дешевизна в этом Шушенском была поразительная, Например, Владимир Ильич за свое "жалованье" - восьмирублевое пособие - имел чистую комнату, кормежку, стирку и чинку - и то считалось, что дорого платит. Правда, обед и ужин был простоват - одну неделю для Владимира Ильича забивали барана, которым кормили его изо дня в день, пока всего не съест; как съест - покупали на неделю мяса, работница во дворе в корыте, где корм скоту заготовляли, рубила купленное мясо на котлеты для Владимира Ильича, тоже на целую неделю. Но молока и шанег было вдоволь и для Владимира Ильича, и для его собаки, прекрасного гордона - Женьки, которую он выучил и поноску носить, и стойку делать, и всякой другой собачьей науке. Так как у Зыряновых (хозяева избы в которой жил ссыльный. - Л. К.) мужики часто напивались пьяными, да и семейным образом жить там было во многих отношениях неудобно, мы перебрались вскоре на другую квартиру - полдома с огородом наняли за четыре рубля. Зажили семейно. Летом некого было найти в помощь по хозяйству. И мы с мамой воевали с русской печкой. Вначале случалось. что я опрокидывала ухватом суп с клецками, которые рассыпались по исподу. Потом привыкла. В огороде выросла у нас всякая всячина - огурцы, морковь, свекла, тыква; очень я гордилась своим огородом. Устроили мы во дворе сад - съездили мы с Ильичем в лес, хмелю привезли, сад соорудили. В октябре появилась помощница, тринадцатилетняя Паша, худущая. с острыми локтями, живо прибравшая к рукам все хозяйство". Так вот, припеваючи ("...Владимир Ильич очень охотно и много певший в Сибири..." - это тоже из воспоминаний Н. К. Крупской) жили ссыльные там, где сегодня днем с огнем не найти ни по дешевке, ни за большие деньги всего того, что так хорошо описала Надежда Константиновна. Слова Крупской дополняет интерьер дома в Шушенском, где ныне находится один из многочисленных музеев Ленина. Квартиру нашего будущего вождя в сибирском доме вдовы Петровой видели многие. ...По стенам комнаты, где поселились молодые, стоят кровати, книжный шкаф, массивная конторка, стол, стулья, тумбочка. кресло... В такой обстановке, при крепком рубле, позволявшем за копейки покупать телятину, осетрину, за десять рублей корову, заканчивает Ленин монографию "Развитие капитализма в России. Процесс образования Внутреннего рынка для крупной промышленности". Пишет статьи, где доказывает необходимость построения партии, которая должна во главе рабочего класса разрушить до основания этот самый рынок и построить новое общество без "богатеев", без "маломощных баб", без "заседателей", так плохо надзиравших за ссыльным, норовивших сбыть по дешевке ему свою телятину. Из мемуаров Крупской и многих других революционеров создается впечатляющая картина царской ссылки, испытанной тысячами противников самодержавия. Своих политических врагов режим отправлял на жительство в места "не столь отдаленные" нередко без охраны, за казенный счет. Получал каждый по 8 рублей жалованья в месяц. Никто не принуждал отрабатывать эти приличные деньги на лесоповале, на "химии", в рудниках и так далее. За восемь рублей ссыльные могли не только снимать нормальное жилье, но и питаться так, как сегодня не снится нам, свободным гражданам, семьдесят лет пытавшимся безуспешно претворить в жизнь заветы Ильича. А именно: регулярно, каждый день, потреблять телятину, объедаться клецками, бараньими котлетами, шаньгами и прочими сибирскими блюдами, дополняя мясо, рыбу овощами из собственного огорода, нанимая прислугу в помощь жене. Никаких при этом зон, лагерей, колючей проволоки, собак, чекистов, вертухаев, сексотов. шмонов и прочих большевистских изобретений и прелестей, никаких! Как же так вышло, что блестяще образованный юрист, пройдя такие ссыльные университеты, и его соратники, интеллектуалы, испытавшие царскую ссылку, создали невиданный в истории по жестокости "Архипелаг ГУААГ"? Загадка века, не иначе. Человек, который в Шушенском по вечерам "обычно читал книжки по философии - Гегеля, Канта, французских материалистов, а когда очень устанет - Пушкина, Лермонтова. Некрасова", стало быть, философски образованный, напряженно постоянно думающий о всеобщих законах развития природы и общества, воспитанный на шедеврах русской (лучшей в мире) литературы, именно он - автор 58-й чудовищной статьи советского Уголовного кодекса. Именно Владимир Ильич - автор "расстрельных" статей, требовавший ужесточения наказаний за инакомыслие, организатор первых в истории XX века концлагерей для сограждан. Сомневающихся в моих словах - отсылаю к 45-му тому Полного собрания сочинений В. И. Ленина, где напечатаны его "совершенно секретные" письма "т. Курскому", появившиеся в том последнем году, когда еще он мог водить пером по бумаге, незадолго до полного паралича. Этот т. Курский был наркомом юстиции. Вот ему-то умиравший Ильмч приказал к шести статьям Уголовного кодекса РСФСР, предусматривавшим за политическую деятельность высшую меру наказания, то есть расстрел, с 58 по 63 статьи, прибавить еще пять, с 64 по 69, завещав "расширить применение расстрела... По всем видам деятельности меньшевиков, с-р (то есть социалистов-революционеров. - Л. К,) и т. п.". Значит, убивать тех партийцев, с кем вождь отбывал срок в сибирской ссылке,,, В письмах к т. Курскому Ленин предстает в полный рост - безо всякого коммунистического грима. Карателем. ...В феврале 1900 года срок ссылки кончился. По дороге из Сибири (конечный пункт следования - Псков, где полагалось жить недолго после ссылки. - Л. К.) Владимир Ильич нелегально заезжает в Москву, к родным. В Подольске встретил его младший брат Дмитрий, отбывавший в этом подмосковном городе свой срок ссылки. Успел и он попасть под надзор полиции. "Нашел его в вагоне третьего класса дальнего поезда,- пишет Дмитрий Ульянов, - Владимир Ильич выглядел поздоровевшим, поправившимся, совсем, конечно, не так, как после предварилки". (Имеется в виду дом предварительного заключения. - Л. К.). "Мы жили в то время на окраине Москвы у Камер-Коллежского вала, по Бахметьввской улице, - дополняет рассказ брата сестра Анна Ильинична. Увидев подъехавшего извозчика, мы выбежали все на лестницу встречать Владимира Ильича. Первым раздалось горестное восклицание матери: "Как же ты писал, что поправился? Какой же ты худой!" Не успело утихнуть радостное возбуждение (как теперь пишут - эйфория) от долгожданной встречи, как дорогой Володя захлопотал о своем, о революционном деле, отправив младшего брата на почту, чтобы дать телеграмму дорогому товарищу, каким являлся для него в те дни Юлий Мартов (будущий непримиримый враг), с которым вместе намеревался выпускать за границей общерусскую газету, строить партию нового типа... "Смело, братья, смело, и над долей злой Песней насмеемся удалой", распевал в те дни Владимир Ильич песню, сочиненную Мартовым, не чуравшимся придумыванием песен. Пелись тогда и другие революционные песни, сочиненные другим ссыльным Глебом Кржижановским: "Беснуйтесь, тираны!". "Вихри враждебные"... Мелодии к ним Владимир Ильич и младшая сестра подбирали на семейном рояле, который, как видим, наличествовал и на Бахметьевской улице, на окраине. Нелегальное появление Ульянова в Москве не осталось незамеченным "недреманным оком" полиции. Небезызвестный начальник московского охранного отделения Зубатов доносил "совершенно секретно": "...в здешнюю столицу прибыл известный в литературе (под псевдонимом Ильин) представитель марксизма Владимир Ульянов, только что отбывший срок ссылки в Сибири, и поселился, тоже нелегально, в квартире сестры своей Анны Елизаровой, проживающей в доме Шаронова, по Бахметьевской улице, вместе с мужем своим Марком Елизаровым и сестрой Марией Ульяновой (все трое состоят под надзором полиции)". По всей вероятности, тогда охранка марксистов особенно не опасалась, никаких мер в отношении нарушившего предписание Владимира Ульянова не приняла, дала ему возможность пожить у родных в Москве.

Дм.Коваленин

Лучший способ потратить деньги,

ИЛИ ЧТО ДЕЛАТЬ

В ПЕРИОД ОСТРОЙ ДЖАЗОВОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ

космополитические анархии Харуки Мураками

- Скажите, вы любите деньги?

- О, да! Я очень люблю деньги! На них можно

купить свободное время, чтобы писать...

Из интервью Харуки Мураками журналу

"Нью-Йоркер", 1995.

Overture

Книги этого странного человека могут довольно серьезно изменить ваше отношение к японской литературе. Ибо ТАКОЙ японской литературы даже самый "продвинутый" наш читатель еще не встречал. Романы и рассказы Харуки Мураками вот уже более 20-ти лет покоряют сердца и воображение читателей в Америке, Канаде, Корее и Западной Европе - а бурные волны российской истории, как ни досадно, на полтора десятилетия задержали появление книг одного из самых экстравагантных писателей сегодняшней Японии на русском языке.

Н.М.Любимов

Сергеев-Ценский - художник слова

Сергеев-Ценский-прозаик ошеломляет прежде всего разнообразием тем и сюжетов, жанров и типов, разнообразием приемов, богатством изобразительных средств.

Его наследие составляют этюды и стихотворения в прозе, повести бытовые и психологические, романы психологические и исторические, новеллы психологические и бытовые, поэмы и эпопеи. В иных новеллах автор ограничивается указанием места действия, набрасывает портреты героев, сообщает, кто они по профессии, а затем передает слово им, сам же как бы стушевывается. Таковы его "сказовые" новеллы - "Сливы, вишни, черешни", "Кость в голове", "Воспоминания".

Иван Мак

Машина Времени. Фантазии и Реальность

Существует ли будущее?

Безусловно - да. Будущее существует. В нем существуют люди. Для них многое, что мы считаем фантастикой, таковой не является.

Существует ли машина времени? В нашем реальном понимании нет. Hо существует ли она в будущем?

Вполне возможно. Что в этом случае мешает осуществлению путешествия во времени? Ответ может показаться фантастическим. Да, он именно таков, потому что мешает этому - HАШЕ HЕВЕРИЕ.

ВСЕВОЛОД МАРТЫНЕНКО

ЗВЕЗДНЫЕ ВОЙНЫ И ЗЕМНОЙ РАСЧЕТ

О миллионах, затраченных на съемки киносериала Джоржа Лукаса "Звездные войны" -- говорить вряд ли имеет смысл, так как этим фактом советскому зрителю, лишь сейчас получившему возможность посмотреть фильм, ставший синонимом злокозненных идеологических поползновений, уже просверлили все его мировоззрение. В данном исследовании рассматриваются не достоинства сюжета и не прелести комбинированных съемок, а весьма узкая проблема -- тактические приемы использования и технические характеристики фантастической боевой техники, а так же один интересный факт, касающийся изображения таковой на экране. Говорят, Джордж Лукас, прежде чем приступить к фильму, затребовал из архива все наличествующие киноматериалы по второй мировой войне, "склеил" в единое кольцо продолжительностью восемнадцать часов, и смотрел их до "кровавых мальчиков в глазах". Плоды этого весь мир пожинает до сих пор, собирая с белых полей экранов не только хрустящие банкноты, но и мириады огненных вспышек, неисчислимые отблески лучевых залпов, звон световых мечей и зарева сгорающих планет. Все это эффектно. Все это помпезно, как станция метро "Комсомольская". Но все же не мешает вглядеться в этот лязг и гром повнимательней, чтобы найти следы тех самых восемнадцати часов кинохроники. А следы эти проглядывают повсеместно, как будто в роскошных, развесистых кустах комбинированных съемок закрепился целый полк из царей Мидасов, ослиные уши которых шевелит свежий ветерок. Начнем с кораблей. Нет, про конструкцию малых машин -- вплоть до "Тысячелетнего Сокола" Хана Соло, сказать нечего. Но при дальнейшем увеличении размеров несуразности растут в геометрической прогрессии. Крейсер Империи, этот изящный треугольник, сверкающий в черноте космоса, как наконечник стрелы, в боевом отношении скорее напоминает авианосец с подвесным мотором, построенный из дерева, покрашенный в оранжевый цвет и вооруженный револьвером системы "Наган" на лафете осадной мортиры. Почему такие яркие сравнения? А вот почему: Начнем с соотнесения размеров и функций крейсера. Махина в добрые три сотни метров самостоятельно не может ни догнать, ни уничтожить легкий корабль, вооруженный парой турельных установок. Для этого приходится выпускать истребителей, которые так же чаще всего возвращаются ни с чем. По сути дела -- это действительно авианосец, десантный, транспортный корабль, но никак уж не крейсер. В более точной классификации это моторная баржа. Теперь насчет прочности и маневренности. Во втором фильме, "Ответный удар Империи" несколько крейсеров с хрустом врезаются друг в друга, кроша соседа в мелкие обломки. Не будем говорить о их боевом строе, придумать который мог только человек, никогда не ездивший в автобусе. По эффективности самоистребления эскадра Империи уступает разве что динозавру, который наступил сам себе на ногу, споткнулся и сломал шею в рассказе Бориса Руденко "Фактор стабильности". Это еще один довод в пользу моторной баржи. Боевая машина космоса должна иметь соответственный запас прочности. Рассыпаться от удара предоставлено карточным домикам. Корабль цивильного назначения, следующий по расчищенной трассе, еще может быть построен на принципе подетальной сборки, но аппарат, предназначенный для сражений, желательно собирать внутри достаточно прочного и тугоплавкого астероида (или же напылять слой породы на заготовленную матрицу-каркас). Двадцати-тридцатиметровая, перемежающаяся амортизационными слоями броня защитит и от луча, и от удара, и от прямого попадания небольшой ядерной бомбы. А датчики, локаторы и вооружение можно монтировать в легкозаменимых модулях на поверхности. Вооружение -- особая статья. Зеленые лучи, вырывающиеся из-под корпуса крейсера, в принципе ничем не отличаются от таких же лучей истребителей. Все равно, что вдоль борта линкора выстроить пехотную роту и обмениваться с противником винтовочными залпами, ведь такое попадание только встряхивает "Тысячелетний Сокол". И последнее. Цвет. Ну кто в здравом уме пойдет на пулемет в белом мундире по свежему асфальту? Империя пойдет. Потому что все ее боевые корабли сверкают серебром и белизной (впрочем, как и корабли повстанцев). Я уже не говорю о антирадарной маскировке типа "Стелс" или окраске "негативный леопард", но хотя бы в банальный темно-серый цвет можно было бы покрасить ценную боевую машину. Правда, не так эффектно. Но для эффекта можно было бы нарисовать на всех гранях мишени против реакторного отсека. А что, красивые такие перекрестия с кружками. Все вышеперечисленное можно отнести и к "Звезде смерти". Правда, с вооружением тут значительно лучше, энергообеспеченность очень неплохая, форма идеальная - шар, но прочность и уязвимость... Впрочем, для смотревших "Звездные войны" и третий фильм серии -- "Возвращение джеддая", все ясно -сильнейший корабль Вселенной истребляют до основания два раза подряд. Наводит на размышления. Размазав по плоскости крупные корабли, перейдем к мелким. Здесь разговор пойдет не о конструкции -- претензий нет. Двухместные штурмовики повстанцев из второго фильма, "Ответный удар Империи" вообще могут служить образцом для любого малого боевого летательного аппарата, предназначенного для действий в атмосфере. Разговор пойдет о тактике применения и общей манере поведения таких машин на экране. Сравнение с фотоаппаратом и гвоздями здесь не подходит, скорее напрашивается аналогия с перочинным ножом, у которого из двенадцати лезвий используются два. Кинохроникальное происхождение проявляется в этом случае особенно рельефно. Отличить истребители Империи и пикировщики Юнкерс Ю-87, идущие в атаку, почти невозможно. Тот же переворот через крыло (или шестигранную плоскость), тот же, звеном по три, строй, даже нарастание звука то же самое. Как-то забываешь, что находишься в безвоздушном пространстве. Вот-вот кто-нибудь задымит и с надсадным воем пойдет к Земле. Только Земли нет. Воздуха и гравитации тоже. Но об этом как-то никто не вспоминает. Истребители повстанцев один за другим превращаются в клубы огненных осколков. При рассмотрении летательных аппаратов еще можно уловить какую-то логику. Но таковая совершенно отказывает, когда приходится обращаться к наземным машинам. В первом фильме Люк Скайуолкер запросто разъезжает на антигравитационном джипе, во всех фильмах неоднократно используются различные транспортные платформы, свободно парящие над землей. Так почему же, скажите пожалуйста, танки Империи понадобилось взгромождать на несуразные ноги, которые и послужили причиной их гибели? Тут творится что-то совсем непонятное. Можно, конечно, говорить о неминуемом разбросе по уровню технических достижений, но как-то с трудом верится, что семья фермеров может позволить себе иметь антигравитационный джип, а галактическая империя не в состоянии построить штурмовой супертанк, не заплетающийся в собственных мослах. Сравнительные стоимости джипа и танка значительно различаются и сейчас, а со временем и развитием техники это различие должно увеличиваться все больше. Конечно, очень эффектно выглядит штурмовик, раздавливаемый гигантским металлическим копытом, но как движитель, такое копыто уступает не то, что гусенице современного танка, а даже колесу древнеегипетской повозки. Если уж так хочется что-либо раздавить, то можно (на приличном танке) выйти на малой скорости из-за прикрывающих складок местности, зависнуть в трех метрах над объектом подавления, и плавненько отжать рычаг регулировки гравитационной подушки. Желающие могут еще и поерзать, давая вперед-назад малым ходом или прокручиваясь на месте а ля "Королевский Тигр". При этом желательно не иметь в брюхе люков, через которые каждый праздношатающийся диверсант может подложить мину. Даже не одну. Такое впечатление, что под идущий в атаку имперский "Верблюд" спокойно можно подогнать целый грузовик взрывчатки, перекидать ее во внутренние отсеки этого бронетанкового абсурда, поджечь фитиль и еще успеть зажать уши, чтобы не оглохнуть от взрыва и хохота тех, кто истребляет подобные машины чуть ли не перочинным ножиком. Кстати, о перочинных ножиках. То есть о световых мечах. Неизвестно, кому взбрело в голову именовать их "световыми". Скорее, это "светящиеся" мечи. Не спорю, боевые качества этого вида ручного оружия выше всяких похвал -- и малые размеры, и быстрота приведения в рабочее состояние, и поражающая способность -- нет вещества, способного противостоять удару такого меча. Интересна и сама идея того, что даже в самом современном сражении человеку нужно оружие ближнего боя, качественно превосходящее приклад и штык-нож автоматической винтовки. Словом, мечи отличные. Только вот логики в них еще меньше, чем во всех наземных и космических аппаратах галактики, вместе взятых. Не совсем понятно, как два меча, состоящие из света, энергии или черт его знает чего еще, могут сталкиваться со звоном и искрами. Кроме всего прочего, лучи света бесконечны, они фокусируются и рассеиваются, искривляются в гравитационных полях, в конце концов, но вот обрываться в пространстве на расстоянии метра от источника нормальный свет никак не может. Вот, собственно, и все. Разгромлены все виды вооружения, используемые противоборствующими сторонами в фильмах серии "Звездные войны". Вы можете удивиться -- как же все? А ручное оружие, всякие там бластеры и лучеметы? Или они тоже выше всех похвал? Нет. Просто все ручное стрелковое оружие, используемое в фильмах, не имеет НИКАКОГО отношения к фантастике. В качестве прототипов реквизита использовались совершенно реальные системы, состоящие сейчас или состоявшие ранее на вооружении армий Великобритании и фашисткой Германии. Солдаты Империи пользуются английским пистолетом-пулеметом "Стерлинг" L2АЗ с декоративным оптическим прицелом, в порту патруль разгуливает с ручным пулеметом "Льюис" образца 1915 года, увешанным цветными шлангами, по коридорам "Звезды смерти" торжественно проносят единый пулемет вермахта МГ-34. Не отстают от Империи и повстанцы -- отражая атаку имперских "верблюдов" в окопах снежной планеты, они с успехом используют английские автоматические винтовки L85А1 с электронно-оптическим прицелом. Сомнения вызывает разве что бластер Хана Соло, но и он напоминает маузер времен гражданской войны с оптическим прицелом и глушителем. Зато стационарные орудия повстанцев так же не имеют никакого отношения к реальности. Они скорее напоминают солнечную печь "ромашка" и на самом деле не способны дать сфокусированный луч так же, как козел -- сметану в фирменной упаковке. Пару таких орудий можно было бы поставить на крышу душевой, с подогревом воды они бы еще справились. Разумеется, все это стреляет ярко-красными лучами, с визгом разрезающими стены и прожигающими насквозь людей. Если подсчитать скорость такого луча, получится, что по этому параметру "бластеры" звездных бойцов уступают даже рогатке с аптечной резинкой.

СЛОБОДАH МИЛОШЕВИЧ

HАТО УМРЕТ, КОГДА ВЗОЙДЕТ РУССКОЕ СОЛHЦЕ

Сегодня самая большая, самая свирепая в мире военная машинаСША и девятнадцати свехоснащенных европейских стран набросиласьна нашу Сербию. История повторяется. В первую мировую войну мы стали жертвой агрессии со стороны Австро-Венгриии. Во вторую мировую войну на нас напал Гитлер. И оба раза мы сражались и победили. ВСербии за последнее столетие не было поколения, которое бы не сражалось, не проливало свою кровь за свободу Отечества... Сегодня враг прорывается к нам с неба... Они бьют нас издалека. Оттуда, где мы можем их достать... Они называют это "войной без риска". Американские пилоты в кабинах тяжелых самолетов где-то далеко от Сербии пускают свои ракеты, разворачиваются и уходят на базу еще до того, как ракеты долетают до нашей территории. Конечно, эти летчики ничем не рискуют. Однако человек, который уничтожает свою жертву ничем не рискуя, не может называться воином - он палач... И все равно за первые же двадцать дней войны мы сбили сорок два их самолета и сто девятнадцать крылатых ракет. Мы готовимся к наземной операции. Мы даже ждем ее. Во время этойоперации HАТО должно подойти к нам на расстояние выстрела. Тогда мы ихдостанем... Как только они подойдут к нам, мы их будем убивать. Сегодня, как и пятьдесят лет назад, наша сила в том, что мы сражаемся на своей территории с противником, который пришел издалека. И мы станем уничтожать его на пороге своих домов. Враг будет опрокинут и побежден... Каждый народ обязан защищать свою свободу. Исторический опыт говорит: свобода не достается даром. Свобода завоевывается. За нее проливается кровь. "Hовый мировой порядок", созданной американцами, пытается подчинить себе весь мир, весь земной шар. В Вашингтоне сегодня поселиласьдревняя идея мирового господства. Сегодня атакуют нас - завтра будет атакован другой народ. Здесь рубеж обороны, на котором борется не только Сербия, но и весь свободный мир... Я думаю, что военный блок HАТО умрет здесь, в Югославии. Сейчас HАТО отмечает пятьдесят лет своего существования, но он будет ознаменован их трауром и позором. Американцы думали, что в первые же ни бомбардировок мы поднимем белый флаг и уступим им Косово. Они надеялись на то, что мы испугаемся... Hо мы не отдадим Косово! Это маленькая территория, но на ней находитсяпять тысяч сербских православных церквей! В Косово - резиденция нашегоПатриарха. Hа что надеялось HАТО? Hа то, что мы просто так возьмем и сдадим им наши святыни? Когда на этой территории жили наши деды и прадеды, там не было ни одного албанца. Сегодня лишь одна треть населения Косова является сербами. Hо то, что албанцы размножились с такой скоростью, не дает им права отторгать нашу святыню - Косово... Помощь, которую оказывает нам Россия - неоценима. Громадные дипломатические усилия, которые предпринимает Россия, мы очень ценим. Hо одновременно с моральной поддержкой нам нужна другая помощь - прежде всего, военно-техническая. Мы хотим получить ее как можно скорее, пока агрессор не нанес нам невосполнимый, необратимый ущерб... Каждый серб смотрит с надеждой на восток, туда где восходит русское солнце... Русские добровольцы уже сражались за свободу Сербии в 1992 году. Русские солдаты сражались за свободу Югославии в 1944-45 году. Русские воины находили в Сербии всегда самый теплый, самый духовный, самый любовный прием. Когда после гражданской войны разгромленная белая амия во главе с Врангелем пришла сюда, мы открыли им свои двери. Мы дали им хлеб и кров. Помогли основать свои школы и храмы. Русские всегда были желанными гостями в нашем доме. Русские добровольцы могут рассчитывать на любовь нашего народа и нашей армии. В свое время вы, русские, вели освободительную Отечественную войну. Сегодня мы, сербы, ведем свою Отечественную войну. Уверяю вас - у нас не будет предателей. Сербы не поднимут перед натовцами белых флагов!

К. Милов

Послесловие к сборнику "Снежный август"

Сибирская фантастика зародилась давно, еще до революции появлялись первые фантастические рассказы Петра Драверта, а в первые годы Советской власти была опубликована повесть Вивиана Итина "Страна Гонгури", изображавшая нового человека и новое общество. Авторы двадцатых - тридцатых годов могли лишь мечтать - наши современники видят, как осуществляется задуманное когда-то, как действительность сегодня зачастую обгоняет самую смелую фантазию прошлого.

Дмитрий МИНЧЕНОК

Нестор и тень

Сталин все прощал лишь одному человеку - Нестору Лакобе. Сам же Лакоба прощал всегда Давлета Кандалию - своего охранника

Из досье

Нестор Лакоба - первый секретарь ЦИК Абхазской АССР. Близкий друг Сталина, убитый по его приказу в 1936 году. Невероятная личность, обросшая множеством легенд. Одна из самых загадочных фигур канувшей эпохи.

Его охранник и шофер - единственный живой свидетель тех лет. Не просто живой, а человек, сам ставший легендой. Это о нем Шаламов писал в своих "Колымских рассказах" как о единственном легендарном зэке-абреке, который умудрился сбежать с уранового рудника

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Победа сорок пятого года — священная, религиозная, связанная с присутствующими в мире божественными началами. Война сорок первого–сорок пятого года, увенчанная священной Победой, — это война священная. Победа восстановила божественные принципы, заложенные в мир при его сотворении, восстановила пошатнувшееся равновесие Вселенной, когда в мир вдруг хлынуло кромешное адское зло, и началось переустройство жизни по законам фашистского ада.

 Так уже было однажды, две тысячи лет назад, во времена Христа, когда зло искривило земную ось, исказило законы бытия и направило мир к погибели. Для победы над злом, для исправления чудовищной порчи мира понадобилась непомерная жертва. И Бог принёс эту жертву — отправил на крест своего Сына, который, мученически умерев на кресте, одолел эту порчу, отодвинул ад, попрал его, вернул в мир свет.

Никуда не уйдет из русской жизни "красный смысл". Русский народ на пашнях и в битвах, на дыбе и в странствии, в молитве и в гульбе хранит лампаду "красного смысла". В князе и в монахе, в художнике и в космонавте воспроизводит эту божественную вселенскую силу, избравшую для своего земного обитания русскую душу. Красный конь. Красное солнце. Красная весна. Красное слово. Красное знамя. Красная площадь. "Красный Октябрь".

Когда осыпется тусклая перхоть демократии, слиняет сусальная позолота кремлевских "реставраторов", погаснет галлюциногенная цветная картинка на водянистом экране, мы снова узрим на белокаменной стене неистребимую фреску. Красный ангел распростер над Россией огненные крылья. Красная конница летит по степям и долам, собирая империю. Красный крейсер выплывает на студеную воду, в которой купается, плещет алый конь с золотым наездником. Идея Русского Рая, Русской Победы будет жить, покуда живет и дышит последний русский. Ибо эта идея вменена человечеству, как железо вменено земной материи. Будет пребывать в ней в виде колчедана, стального двутавра или райского наливного яблочка.

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/