Гадание о возможных путях

Многие из этих рассказов, написанные в те времена, когда об их издании нечего было и думать, автор читал по квартирам и мастерским, срывая аплодисменты литературных дам и мрачных коллег по подпольному письму. Эротическая смелость некоторых из этих текстов была совершенно в новинку. Рассказы и сегодня сохраняют первоначальную свежесть.

Отрывок из произведения:

Грузовик дал задний ход, въехал на тротуар и остановился.

Иван Кузьмич вылез из кабины, оглядел сквер, увидел старика на скамейке.

Старик сидел на скамейке. На коленях, на газете, лежал кусок черного хлеба.

— Закусываем? — деловито справился Иван Кузьмич, оглядывая сквер.

— Чем Бог послал…

— Как дела?

— Все хорошо, спасибо вам.

— Не за что… Давай, — крикнул он, — сюда подъезжай!

Грузовик въехал на газон.

Другие книги автора Николай Юрьевич Климонтович

«Скверные истории Пети Камнева» – новый авантюрный роман известного прозаика Николая Климонтовича. Петя Камнев – дерзкий молодой человек, плейбой и романтик. Его бросает от одной женщины к другой, география его романов от Прибалтики до Ледовитого океана. Он постоянно попадает в рискованные и двусмысленные истории, но из каждой выпутывается и возвращается на путь «поиска чести».

Николай Климонтович

... и семь гномов

Из книги "Далее везде"

Красавчик позвал Плешивого; Плешивый привел Крота; Крот свистнул Прусаку; Прусак пригласил Счастливчика; Счастливчик порекомендовал Придурка; Раввин напросился сам; всего семь гномов.

Однажды Красавчик позвал Плешивого в длинную коммунальную квартиру, в комнату с камином, облицованным старыми изразцами. На изразцах по белому полю вились синие цветы. Правда, потом Плешивый иначе излагал всю историю. Он вспоминал, будто Красавчик приехал к нему в Сочи, где Плешивый отдыхал со своей белоснежкой, арендовав какую-то лачугу. Будто бы лил дождь. Спустя годы Плешивый писал: "Со страху сами знаете перед кем мы переговаривались на пустынном пляже тут же сжигаемыми записками". Здесь, просим прощения за это слово, контаминация: испуг был не столь силен, записки пошли в ход позже. Да и был ли пляж, коли лил дождь? Впрочем, общие очертания Плана действительно нарисовались тем сентябрем.

Повесть для девочек, бабушек и говорящих собак наверняка окажется интересной и для мальчиков, мам и пап, и, само собой разумеется, для дедушек.

Фотографирование — как способ запечатления жизни, проявления ее скрытых форм и смыслов, а в итоге — рассказ о становлении Художника, — вот, пожалуй, та задача, которую поставил перед собой и блестяще выполнил автор этой книги.

Впервые опубликовано в журнале «Октябрь», № 11 за 2000 год.

Во всем был виноват первый и последний Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Здесь важно, что именно всемирный , раз одноименная революция не задалась. Слухи о нем поползли много раньше, чем на московскую землю впервые ступила нога человека в джинсах. Слухи были противоречивы, но угрожающи. Жители главной в мире страны социализма сомневались, не привезут ли капиталистические иностранцы с собой и на себе тучи невиданной доселе заразы. Поговаривали о возможных новых отравлениях колодцев. Особенные гигиенические подозрения внушали негры и желтые, но не те, конечно, с которыми братья навек , тех на фестивали не пускали. Никто толком не знал, какие именно нам грозят страшные болезни, но в том, что придет неведомая напасть, не сомневались. Так наглухо отгороженная страна не радовалась предстоящей встрече с внешним миром, но, напротив, томилась от страха. Возможно, с подобным чувством выходят на волю после долгого заточения, жмурясь от солнечного света и ежась от свежего воздуха, подавляя желание бежать обратно к воротам тюрьмы.

Вокруг «Цветов дальних мест» возникло много шума ещё до их издания. Дело в том, что «Советский писатель», с кем у автора был заключён 25-ти процентный и уже полученный авансовый договор, испугался готовый роман печатать и потому предложил автору заведомо несуразные и невыполнимые доработки. Двадцатисемилетний автор с издевательским требованием не согласился и, придравшись к формальной ошибке, — пропущенному сроку одобрения, — затеял с издательством «Советский писатель» судебную тяжбу, — по тем временам неслыханная дерзость. В результате суд был выигран, автору выплатили причитающиеся по условиям договора деньги, но роман напечатался лишь через одиннадцать лет, в 1990 году, когда литература без политических разоблачений уже мало кого интересовала. Смею утверждать, что, несмотря на громадный по нынешним меркам тираж, 75 тысяч экз., «Цветы дальних мест» остались не прочитанными. А между тем художественная ткань романа — это и есть, строго говоря, то, что называют настоящей, подлинной прозой.

Право, зря мы опасаемся встреч с былыми одноклассниками.

Однокашниками, как принято говорить отчего-то, будто речь идет о борзых щенках. Не знаю, как вы, я тщательно избегаю всяческих вечеров памяти, традиционных сборов, восклицаний, лобзаний и взаимной неловкости бывших выпускников. Может, я чрезмерно пуглив, но встречи эти напоминают об одном неприятном свойстве времени – слишком быстро течь. О бренности в конечном счете, ведь нет ничего печальнее, чем видеть свою бывшую соседку по парте, которой на уроках ты сжимал колено, а потом целовался в сквере за школой, – видеть осевшей, опухшей, расплывшейся, с плохо закрашенной сединой.

Неприятность поджидала меня уже в конце первой недели, что пребывал я в новой роли. Нет, это не было связано с исполнением моих прямых обязанностей – здесь пока все шло гладко, если судить по известной ласковости начальства: я, что называется, втягивался; это была неожиданная для меня встреча, причем нос к носу,- встреча, мигом испортившая мне настроение. Знаете, как бывает: идешь в гости, предвкушая приятный вечер в компании милых тебе людей, и вдруг, едва войдя в комнату, где гости уж сидят за столом, первым делом видишь какого-нибудь едва знакомого малоприятного типа, которого никак здесь встретить не ожидал.

Популярные книги в жанре Современная проза

На берегу маленькой и шустрой речушки Гривки, что в нашей губернии протекает, живёт с некоторых пор старенький астматичный мужичонко, на пенсию, по фамилии Цуг. Ранними утрами удит он рыбу, коей в Гривке ещё с советских времен осталось не выловлено — по недосмотру местной рыбоохраны — вот столько и ещё баржа. Если с утра пораньше вы отправитесь босиком по траве в сторону выселок, то непременно увидите соломенную шляпу от неблагоприятных метеоусловий и комаров — это и есть пенсионер Цуг Илья Климович в своей соломенной шляпе. Но только не пытайтесь с ним разговаривать в этот час, потому что он может и обматерить — не со зла, правда, а чтобы рыба шла. Но ведь всё равно неприятно.

Работа с детьми погибших чеченских милиционеров помогает отчаявшейся русской девушке обрести новые надежды…

О деле и долге, о коварстве и благородстве, о ненависти и любви, о низком и высоком, – о смыслах, наполняющих жизнь верой.

Три повести научного сотрудника Ильи Ильича Белкина – размышления о современной силе соблазнов, давно предложенных людям для самооправдания душевного неустройства.

Из «Методики» автор выводит, что смысл жизни закрыт от людей, считающих требования явного мира важнее врожденного религиозного чувства.

В «Приготовлении Антона Ивановича» рассказывает о физике, всю жизнь оправдывающегося подготовкой к полезной деятельности.

«В гостях» показывает душевную борьбу героя, отказывающегося от требований духовного развития ради семейного блага и в силу сложившейся привычки жить, как все.

«Антиполицай»

Борис – циничный подлый служащий столичного банка, мечтает о богатстве. Его девиз – «Кто с деньгами, тот всегда прав». Разработав преступный план по обогащению, Борис начинает действовать. При простоте сюжета и краткости произведения автор, заглядывая в прошлое Бориса, описывая настоящие события вокруг него, предоставляет читателям целый калейдоскоп человеческих отношений.

«Удушение»

Нина – милая молодая женщина, приехавшая отдыхать на юг, жаждущая секса, удовлетворяла свои потребности со всеми мужчинами семьи, где остановилась на постой. Отдых этот закончился для Нины трагически.

В обоих произведениях автор даёт читателям возможность не только наблюдать происходящее, но и заглядывать в мысли героев.

Мальчик, затем уже юноша, мужчина рассказывает в хронологическом порядке историю всей своей жизни, собственного становления, ощущений, мыслей, чувств и женщин, которых любил. Он взрослеет, и даже манера речи, взгляды, стиль повествования меняются с детских и наивных в более зрелые вместе с ним. Казалось бы, обычный человек вспоминает свою жизнь, но одна особенность мешает чистоте восприятия этого рассказа: слишком часто мечты и истинные события путаются, не давая понять, что было на самом деле, а что являлось лишь плодом фантазии. Окруженный любимыми людьми уже пожилой герой доживает свои абсолютно счастливые дни, пока еще не задаваясь вопросом, что именно из происходящего вокруг него реально… И кто реален.

Повесть, составляющая основу этой книги, посвящается незаконнорожденному поколению, интеллигенции 90-х. Это действительно было поколение уже не советское, но еще не вписавшееся в глобализацию и «парад суверенитетов». 90-ые это такая щель во времени, когда прошлое тотально критиковалось, но то новое которое постепенно возникало в настоящем пока тоже было вне признания обществом, хотя уже не было андеграундом. И, тем не менее, плодами всего этого воспользовалось старшее поколение, те, кому в 90-е было по 50–60 лет. Это они тогда господствовали и в политике, и в литературе, и в искусстве, иначе говоря, буквально во всем, упорно не воспринимая то новое, что начало появляться на их глазах, из года в год обретая все более уверенные очертания.

Сказ о том, как Змей Горыныч апгрейдил национальную идею и что из этого получилось.

Повесть «Лишние мысли» и рассказы, вошедшие в сборник, посвящены темам политики, искусства, социальной философии, а также проблеме изменения мышления человека в современном материалистическом обществе. Автор то высмеивает общественные пороги и тягу к материальным ценностям, то с горечью рисует зыбкую неустроенность нашей жизни, наделяя ситуации тонким психологизмом или абсурдом… а порой и оттенком безумия. Но самое важное — это установление фундаментальных закономерностей, которые относятся ко всем людям, безотносительно какой-либо формации, политического режима и фрагмента истории.

Многие из произведений в последние годы были напечатаны в известных литературных журналах и входили в лонг- и шорт-листы престижных премий.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Два новых рассказа о житье-бытие современных людей

«Дуэ́ль» — еженедельная российская газета (8 полос формата А2 в двух цветах), выходившая с 1996 по 19 мая 2009 года. Позиционировала себя как «Газета борьбы общественных идей — для тех, кто любит думать». Фактически была печатным органом общероссийских общественно-политических движений «Армия Воли Народа» (и.о. лидера Ю. И. Мухин).

Частые авторы: Ю. И. Мухин, В. С. Бушин, С.Г.Кара-Мурза. Публиковались также работы Максима Калашникова (В. А. Кучеренко), С. Г. Кара-Мурзы, А. П. Паршева, Д. Ю. Пучкова и др. Художник — Р. А. Еркимбаев

Первый номер газеты вышел 9 февраля 1996 года. До этой даты коллектив редакции выпускал газету «Аль-Кодс» (учредитель — Шаабан Хафез Шаабан). Главную цель новой газеты издатели газеты изложили в программной статье «Учимся Думать»[1].

В 2007 году Замоскворецкий районный суд города Москвы принял незаконное решение [2] об отзыве свидетельства о регистрации газеты. Решение вступило в силу в мае 2009 года, печать газеты прекращена. Коллектив редакции, не пропустив ни одного номера, продолжил выпуск новой газеты «К барьеру!», продолжающей традиции закрытой газеты «Дуэль».

[1] См.Статью «Учимся Думать» http://www.duel.ru/199601/?1_1_1

[2] Кремлевский режим и лобби одного маленького государства в России руками лоббистов этого маленького государства в судах России ..." http://www.kbarieru.info/200901/?01_1_1

Археолог Рэндал Баллок всегда считал себя убежденным атеистом. Он и мысли не допускал, что рассказы об Иисусе могут быть правдивы.

Но однажды в Южном Иерусалиме строителями была случайно вскрыта подземная полость, оказавшаяся древней усыпальницей. Внутри Рэндал обнаружил несколько каменных гробов, и один из них, если верить сохранившейся надписи, предназначался для Иосифа из рода Каиафы — того самого первосвященника, что возглавил судилище над Христом.

В этом гробу, кроме человеческих останков, лежали хрупкие папирусные свитки — документальное свидетельство смерти и воскресения Иисуса. Что это, долгожданная разгадка величайшей тайны человечества? Но если так, почему устроила заговор молчания падкая на сенсации пресса? Чем объяснить откровенную враждебность местных религиозных конфессий? И не грозит ли открытие Рэндала самому существованию нашей цивилизации?

Вот уже который век дворец самого древнего и богатого в Ираке рода имеет зловещую репутацию. Вот уже который век аль-Калли владеют драгоценным манускриптом с изображением фантастических животных, якобы обитающих в Эдеме.

Отреставрировать книгу — и разгадать скрытую в ней тайну — иракский мультимиллионер поручает молодому искусствоведу Элизабет Кокс. Но было бы ошибкой считать Мохаммеда аль-Калли невинным меценатом и бескорыстным покровителем искусств. Как было бы ошибкой считать изображенных в его книге зверей несуществующими…