Фотограф невидимого

ВЛАДИМИР КОЛИН

ФОТОГРАФ НЕВИДИМОГО

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Пожалуй, эта история никогда не увидела бы света, если бы в одно прекрасное утро один вконец отчаявшийся человечек не проснулся с мыслью, что он должен, во что бы то ни стало должен сделать совершенно необычную фотографию. По правде сказать, эта мысль была подсказана ему главным редактором журнала "Семана илюстрада"[ Semana ilustrada -Иллюстрированная неделя (исп.)], не преминувшим и на вчерашнем заседании подчеркнуть банальность снимков, которыми человечек неутомимо снабжал страницы журнала. Все взгляды устремились к нему, и он тщетно пытался спрятать свои усы за широкими плечами редактора спортивного отдела.

Другие книги автора Владимир Колин

ВЛАДИМИР КОЛИН

Лнага

Я с первого взгляда понял, что этот проклятый гриб ядовит. Только отрава одевается в такой кардинальский пурпур, старательно украшает его золотыми прожилками, а потом выставляет себя на всеобщее обозрение в полной уверенности, что никто не рискнет к ней притронуться. Мы оба одновременно заметили его на покрытом гнилью, сочащемся зеленоватой водой пригорке у слоноподобного подножия огромного дерева, одного из тех чудовищ растительного мира, чьи могучие ветви раскидываются далеко во все стороны, словно скользкие и липкие змеи, не отличимые ни от обвивающих их лиан, ни от настоящих змей из плоти.

ВЛАДИМИР КОЛИН

ВЕСТАЛКА ВРЕМЕНИ

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Скучающе насвистывая, он подошел к подоконнику и, головой вперед, нырнул сквозь закрытое окно.

Когда биостекло восстановилось, он уже плавно летел над водами канала с искусственными лебедями, измеряя температуру, излучаемую солнцем в соответствии с заданной программой, и отмечая про себя, что облако дня очень удачно. Насыщение воздуха кислородом казалось безупречным. "Как вчера и как завтра" - подумал он, соображая в то же время, не заметил ли его кто-нибудь, потому что, как бы то ни было, мальчишеские выходки, подобные полету сквозь стекло, не подобали уже ему по возрасту. Но никто не казался шокированным - и теперь его бесило то, что повсюду люди так благоразумно взлетали со своих индивидуальных платформ. Какая-то старуха безупречно приземлилась и исчезла в биопроходе своей квартиры ... Ему оставалось лишь сделать как можно удачней поворот в воздухе и направиться к большим антеннам. Тут его окликнули.

ВЛАДИМИР КОЛИН

"ОНЕЙРОС"

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Прибыв с аэропорта прямо в большой зал заседаний административного совета заводов компании Гар энд Гу, председатель этого совета Хубт Гаран едва сдерживал негодование. Он то и дело покусывал губы и морщил нос, словно уловив нехороший запах. По очереди глядя на членов совета, он думал о том, что был вынужден прервать лечение в Саборе и прилететь сюда лишь потому, что генеральный директор оказался человеком бездарным. У него не было никаких претензий к мумиям, сидевшим в совете лишь благодаря своим звучным именам (двое из них могли даже предъявить документы о том, что их предки участвовали в крестовых походах), но он не понимал поведение пяти дельцов, державших почти половину акций. Что они, сговорились с наследственным врагом завода Модильоном или, осведомленные лучше него, Гарана, покидали корабль, готовый пойти ко дну, и с оружием и багажом переходили в лагерь врага? Акции Гар энд Гу упали до своей первоначальной стоимости, и председателю не хотелось верить, что, поставив на карту самую судьбу заводов, пять акул готовились нанести им решающий удар, даже не предупредив об этом его, Гарана.

ВЛАДИМИР КОЛИН

КРАСНАЯ ЛЯГУШКА

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Когда я вспоминаю то лето и удивляюсь, как я мог не заметить странных событий, ежедневно происходивших прямо у меня под носом, я нахожу этому одно единственное объяснение: что исключительному просто не было места в координатах моего существования. Я прирожденный статистик, человек всепобеждающей действительности. Воспитанный в духе уважения к этой действительности, я ищу в ней рациональное объяснение всех явлений, с которыми сталкиваюсь, и это кажется мне естественным и логичным.

Книга удостоена Государственной премии Румынии 1953 года.

Иллюстрации Марчела Кордеску.

ВЛАДИМИР КОЛИН

В КРУГУ, ВСЕ БЛИЖЕ...

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Да, мертвые дома стояли на своих местах. Когда немногочисленные проломы в стенах выдвигали наружу превращенные в лохмотья концы балок, какая-нибудь кровать неподвижно повисала в воздухе-странная бабочка в гигантской коллекции насекомых, какой-нибудь ковер взлетал вверх, сморщенный, как палатка из жести.. .

Какая-то статуя, сорвавшись с треснувшего фронтона, упала на ноги и, наполовину зарывшись в золу, смоляная женщина в тщетной мольбе протягивала руки к скореженным вывескам и металлическим каркасам, вздымавшимся из серой массы. Если можно было не обращать внимания на распыленные стекла окон, в которых ослепительно орало солнце и проходили все новые лики, то фасады чаще всего казались нетронутыми, хотя неизменно поражали своей траурной чернотой - словно были покрыты дешевой и очень старой краской, потрескавшейся и опадающей. Но, черные и в самой глубине, трещины не оставляли никаких иллюзий.

ВЛАДИМИР КОЛИН

КРЕПОСТЬ МЕРТВЫХ

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Скрестив на груди руки, замерев и словно затаив дыхание, индеец смотрел на Луну. Ее полный диск отливал багрянцем. Облака быстро скользили по небу, и Мак Аллен мог бы поклясться, что Луна каждый раз появлялась из-за них все более блестящей, словно облака были тряпками, которыми невидимые руки начищали огромное медное блюдо. "Что это с Луной?" - чуть не спросил он Атахуальпу, но не решился нарушить молчание. Два часа тому назад, когда они пересекали на плоту реку, индеец попросил его молчать: Если заговоришь, дорога убежит...

ВЛАДИМИР КОЛИН

СНЕГА АРАРАТА

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

- Каждый раз, вступая в эту долину, я вспоминаю гравюры Дорэ, - сказал Гурген.

- Дантовский ад, - шепнул я, глядя на скалистое ущелье, меж каменных стен которого узкой белой лентой вилась дорога.

Осень рассыпала золотые и кровавые блики по вулканическим бастионам циклопов. Наша машина мчалась среди них, как броневик иной эпохи. Чтобы защитить свою крепость, гиганты вздымали над машиной огромные булыжники, но не успевали их обрушить: машина проносилась мимо, и камни нависали над шоссе как тщетная и бессмысленная угроза. Время от времени огромное плечо вдруг выступало из камня скалы, и я воображал себе циклопов, навеки заточенных в горе. Их отчаянные попытки освободиться приводили лишь к образованию глубоких щелей, из которых, как сигнал обреченной на угасание жизни, тянулись худосочные побеги сорняков. Иногда сухой и извивающийся, как веревка, ствол соединял две скалы, повисшие в удивительном равновесии, и я искал руку, способную поднять эти огромные гантели. И, наконец, обнаруживал ее в другой скале, окаменевшую в своем бесплодном порыве много тысячелетий тому назад.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Его предвестником был холодный ветер, закруживший мусор на опустевших улочках древнего города.

Он вошел в этот город через Северные ворота.

Точнее, появился прямо в них из зыбкого марева Небытия.

Он выглядел светловолосым юношей с карими глазами, одетым в серебристое трико. В глазах его блестели искорки веселья.

Он выглядел совсем как человек, и все же был демоном.

Неторопливо он начал свой путь по брусчатой мостовой.

На белом песке под жарким солнцем лежали два смуглых тела, утомленных любовью. Ничто не нарушало одиночества этой пары на берегу безымянного островка. Даже спутникам-шпионам, пролетающим где-то далеко в черной выси, не дано было видеть их.

Девушка села и устремила свой взор в синюю даль океана.

— Я хочу ребенка, — задумчиво сказала она.

— Не начинай, — буркнул юноша, не оборачиваясь. — Тебе же объяснили. Ты же знаешь, что это невозможно.

С изумлением и ужасом я наблюдал, как темноволосая магиня в черном одеянии рассыпалась стаей птиц над замерзшей сиреневой пустыней.

Умом я понимал, что это всего лишь видеотрюк.

По-настоящему удивительным было само превращение белобрысой попрыгуньи-стрекозы в таинственную повелительницу Ночи.

Непосвященный мог бы принять меня в эти минуты за отсталого фэна, сходящего с ума по своим кумирам. Но мне, в принципе, было все равно — Мадонна там или Алена Апина.

В книгу вошел единственный фантастический роман А. Ульянского «Путь колеса» (1930) — «одно из самых оригинальных произведений советской довоенной фантастики» (И. Халымбаджа), повествование о борьбе с чудовищным, разрушающим Землю «колесом» — изобретением уставшего от европейской бойни ученого. Но главное в романе — не НФ-допущения, а убедительные сатирические и «постапокалиптические» сцены, в самом же «колесе» нетрудно распознать метафору кровавых исторических процессов. В издание также включен предшествовавший роману рассказ «Колесо» (1925), воспоминания об авторе К. Паустовского и Л. Борисова и заметка И. Халымбаджи.

Отрывок из романа «Дороги вглубь» под названием «Покорители земных недр» / Предисл. ред.; Рис. Н.Фридмана. // «Знание — сила», 1948, № 10, с. 23–26

Под прикрытием крупной корпорации идет незаконный вывоз с Марса обитающих там существ — т. н. «эльфов». Международные организации усиливают контроль, и делать прежние дела все труднее. К тому же контрабандисты не ладят между собой…

Население небольшого американского городка взбудоражено сообщениями о появлении могущественных индейцев, способных летать по воздуху и одним взглядом останавливать полицейских. Боясь возмездия, некоторые приобретают чудесную мазь, делающую их похожими на коренных обитателей Америки…

Первая повесть из киберпанк-цикла​ В Городе происходит странное преступление — ограбление в подворотне. Что странного? Жертвой оказался известный ученый, а грабители унесли ноутбук с секретными военными разработками. Дьявольский план террористов или обычный гоп-стоп? Разобраться в этом поручено лучшему следователю.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

ВЛАДИМИР КОЛИН

ПОД ДРУГИМИ ЗВЕЗДАМИ

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Бледные, худосочные побеги колыхались под красным солнцем, и хотя нельзя было угадать, крошечные ли они или огромные, как лес, их расслабленные движения говорили об агонии бессильно пульсирующей, безнадежно угасающей жизни. Они видели их на фоне туманного неба, на вершине зеленоватого песчаного холма - дюны величиной с Дом тел или волны шириной в ладонь. И лишь время от времени от холма бессильно отрывалась струйка песка, прокладывая ложбину, которую он, в своем равнодушии, тут же и зарывал.

ВЛАДИМИР КОЛИН

ВСТРЕЧА

Перевод с румынского ЕЛЕНЫ ЛОГИНОВСКОЙ

Здесь все необычно и странно. Здесь самые пропорции говорят о том, что нам никогда не истощить запасов удивления, которое я испытываю сейчас здесь, где все по-иному, все поражает и обманывает глаз.

Даже различия между животным и растительным царством подчиняются здесь иным, нам не известным законам, и я не знаю, так же ли поражает это богатство красок глаза существ, выросших под этим голубым небом, как мои глаза, ослепленные невыносимым блеском всего окружающего. Все сверкает, все колет и жжет глаз, не привыкший к этому приливу света, в котором все оттенки бурно трепещут. О, этот танец отчаянной жизни, танец разнузданных красок ...

Всеволод Колюбакин

О походах с детьми

У меня нет выхода в Фидо, эху я читаю в Инете. Прочитал я письма про походы с детьми и не вытерпел. А не вытерпел я по той простой причине, что не был упомянут один важный фактор. Скажу сразу, сам я с детьми не ходил, но довольно неплохо помню, как это было со мной и моими друзьями лет эдак 15 назад. К тому же в эхе в основном обсуждаются водные мероприятия, а мне кажется, что горно-пешие походы имеют свою специфику, в частности это касается и походов с детьми.

Джон Коллиер

Что дороже любви...

Перевел с англ. А. Шаров

Алан Остин в страшном волнении взошел по скрипучей заплеванной лестнице обшарпанного дома и, с трудом отыскав на одной из дверей нужное ему имя, повернул ручку. Комната, в которой очутился молодой человек, была обставлена на редкость непритязательно и бедно: кресло-качалка, кухонный стол да обычное кресло, вот и все убранство, если не считать маленькой полки с дюжиной мензурок, банок и колб.