Фея красного карлика

На далекой окраине Галактики встретились двое подростков — космический странник Ши и потомок звездоправов Тори…

Отрывок из произведения:

Из темноты явно тянуло старостью. Кто-то кряхтел. Сыпался шорох предсмертного сжатия. Бледные радиолучи, царапали пустоту.

Ши зябко шевельнул стабилизаторами. Вряд ли ему хоть раз самому бы захотелось забраться в этот район спирали. Но дед был где-то здесь, среди звезд своей молодости…

По ресницам скользнул холодный радиолуч. Ши слегка передернуло. Он не любил думать о смерти, а здесь было все: старческие венчики вырожденных атмосфер над лысинами белых карликов, последние радиовопли одиноких нейтронных звезд, замогильная жадность черных дыр… Хотя, может быть, последних здесь и нет, кроме центральной… Поди найди их…

Другие книги автора Николай Юрьевич Ютанов

Осадные башни и горящие города, жестокие военные походы и дворцовые интриги — таков «путь обмана» миры Ель, гениальной девочки–полководца, волею судьбы и по праву рождения ставшей королевой воинственной страны на далекой планете. Самый кровавый правитель своей страны, чья юность была сожрана бесконечной войной и безмерной властью… Что скажет она случайному звездному гостю из детства, когда его падающая звезда вновь вспыхнет на небосклоне Ольены?.. Помимо повести «Путь обмана», в сборник включены повести «Оборотень», «Фея красного карлика» и рассказы «Аманжол», «Прилетаево», «Возвращение звезды Капернаума».

Содержание:

Путь обмана (повесть) - c. 5–146

Оборотень (повесть) - c. 147–330

Фея красного карлика (повесть) - c. 331–374

Аманжол — c. 376–401

Прилетаево — c. 402–415

Возвращение звезды Капернаума — c. 416–441

Приключения маленькой фехтовальщицы Лены в сказочном Королевстве Тридцати Близнецов и его окрестностях.

Жестокий холодный мир Ольены мир вечной воины – и теплый романтический мир Страны Несозданных Сказок, мир не рожденной фантазии. Маленькая фехтовальщица, принц Тессей и принцесса Арианта, прощающиеся с детством под топот лошадиных копыт, звон шпаг и рев драконов И мира Ель, чья юность была сожрана бесконечной войной и безмерной властью Умирающая цивилизация линнов и мерцающих, чьи исчезающие островки разбросаны по старым звездным скоплениям И возвращение звезды Капернаум, последний раз всходившей над миром две тысячи лет назад.

Кризис — чертовски удобное понятие: емкое, глобальное и всеохватное. И списать на кризис можно все, что угодно, и ждать его можно, затаившись и предостерегая, ежегодно и ежечасно, а если "варвары вдруг да и не прибыли", то все равно лучше перестраховаться — особенно в России. У нас ведь куда ни посмотри — везде кризис. Кризис культуры, нации, финансов, идеологии, армии и флота, а также общемировой — как надсистема всех наших бед. И тут, конечно, исламское завоевание не за горами, и, следовательно, вся (европейская) цивилизация пребывает в кризисе как пить дать. Человечество то боится будущего, то надеется на него. И чаще всего наше коллективное бессознательное стремится сохранить то, что есть. Сохранить "хрупкое" равновесие. Независимо от разрешения всех кризисов какое-то будущее у нас будет. Вопрос — какое? Фантазий на футурологические темы появляется все больше, но это именно фантазии. За последние двадцать пять лет ни в литературе, ни в науке, ни в результате деятельности социальных институтов не появилось сколько-нибудь значимых работ, посвященных развитию европейской цивилизации. Во всяком случае, не возникло "проколов Реальности", соизмеримых с разработками Римского клуба или "классической моделью Ефремова — Стругацких". Получается, что к списку кризисов можно добавить еще один — кризис футурологии. Может быть, это и есть основной кризис современного мира? Нельзя же идти в никуда, да еще с завязанными глазами.

НИКОЛАЙ ЮТАНОВ

ОРДЕН СВЯТОГО ПОНЕДЕЛЬНИКА

В мастерской повествования любой эпизод

отбрасывает тень в будущее.

Хорхе Луис Борхес.

"Повествовательное искусство и магия"

Глава первая

Нам предстоит разговор о будущем.

Станислав Лем

Это случилось однажды под вечер. Мой живот, предназначенный исключительно для положения на алтарь науки, был выведен из строя теплым кефиром, который подавали сегодня в институтской столовой. Я лежал на кровати и безмерно маялся животом, как вдруг вспомнил, что завтра приезжает из командировки Стеллочка, а в соловецком кинотеатре уже третий день идет обещанная ей "Кавказская пленница". Будь здесь Витька Корнеев, он бы сообщил мне, что кино - это вырожденчество и маловажность, если вообще не полный кретинизм. И что мне не пузо на одеяле греть надо, а собирать кости и двигать к "Алдану-ЗМ", да подключать КАМАК-периферию для ми-кигами - зеркал Аматэрасу, изготовленных декаду .назад в Опытном Производстве нашего института. У меня даже руки зачесались. Я протянул одну из них и, пошарив в тумбочке, вытащил толстую пачку описаний, отпечатанных на селедочной бумаге. Полистав страницы, украшенные бесконечными РОСТОВСКИМИ ТУ, ТО, ЩА и ССТ, определяющими крепежные нормативы стальных уголков и параметры несметного числа плавких предохранителей, нашел единственную страницу с характеристиками новой ЭВМ. 128 килослов... вчетверо скорости счета, технология "больших интегральных схем". Скорее всего, придется освоить и вторую половину семнадцатого этажа. Поставим шкафы-блоки новой периферии, а десять новеньких вещих зеркал через трансгрессионные кабели - в машинный зал к старому и новому "Алданам": достойный инструмент для модельного воплощения некоторых аспектов проблемы Ауэрса. Великой проблемы Ауэрса.

Cценарий развития Республики Армения в 2003-2020 гг.

Для Армении когнитивная проектность была связана, прежде всего, с участием страны в российском инновационном движении, с самого начала носящем постиндустриальный характер. Cтрана быстро превратилась не только в одного из важнейших внешних партнеров российской Федеральной Инновационной Системы, но и в своеобразную "визитную карточку" этой системы. Подобно тому, как Прибалтика являла миру немного приукрашенный образ советской индустриальной Империи, Армения и Белоруссия выступали в качестве витрины, представляющей успехи стран СНГ в когнитивном переустройстве мира

Николай ЮТАНОВ

Идущие в Тени

Всю жизнь мы провели в одном из теневых миров. Наши мечты были смутны, желания - убоги. То тени скрывали нас, то вдруг впереди янтарной блесткой вспыхивал огонек надежды. И мы, жадно вытянув лапы, кидались на свет с криком "Дай!" Нас не интересовало, кто даст нам счастье: боги, правители, герои, любимые люди... Даже облик счастьедающего был неважен для нас. Главное - чтобы по-больше, по-лучше, по-чаще и - поровну. Поровну! Не приведи случай, если виночерпий счастья минует твой стаканчик и лишит тебя законного. Мы живем в Тени и большего нам не надо. Мы будем "ездють по всяму мюру", жрать "кентукковые ящщеркины окорочка", но делать это не мимоходом, меж подвигов и приключений, а целенаправленно, сладострастно, все мысли, чувства и движения посвящая самоценному процессу. В лучших традициях "русской тоски" светлая печаль будет посещать нас лишь в песнях и пьяных снах. А мы будем старательно зарываться в грязь и делать все возможное, лишь бы ничего не менялось. Лишь бы ничто не потревожило нас в нашей зловонной луже, теплой и до боли своей.

Николай Ютанов

Комментарии к переводу 1-го Эмбера

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

Любой перевод книги требует решения довольно неприятной, страшно неоднозначной задачи. Хорошо бы, если слова, события, имена, сюжеты и цитаты в переведенном тексте несли столько же информации и вызывали столь же обширные ассоциации для русского читателя, как,например, и для английского. Но при этом оставались исключительно словами, событиями, именами, сюжетами и цитатами англоязычных культур. Фактически в рамках русскоязычной культуры можно выделить субкультуры других языков, как некоторое отображение существующих языковых структур. Отображение естественно неполное, неправильное, вернее, искаженное примитивными традициями и сглаживающими принципами "серого перевода". Одной из самых диких традиций, вероятно, является латинизированная транскрипция непереводимых имен. Здесь царит полная неразбериха. Если Невтон все-таки стал Ньютоном (хотя почему-то остался Исааком), то имя астронома Галли по-прежнему скрывается под псевдонимом "Галлей", а Айнштайн до сих пор Эйнштейн. Удивительно, как Бернс не стал Бурнсом, и непонятно, как возникают дикие метисные сочетания типа "Дип Перпл". Конечно, хочется произнести словечко или по-гармоничней, или по-привычней. Действительно, есть смысл в том, чтобы подкрашивать имена в благозвучные тона русского языка, но и в этом должно быть чувство меры. Принцип фонетической транскрипции естественен и неоскорбителен> для человека или героя, чье имя перевели на чужой язык.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Расторгуев глубокомысленно молчал, внимательно разглядывая предложенные ему снимки. Слишком внимательно рассматривал, словно искал в них какой-то подвох, ретушь или подчистку. И слишком долго… Для Кедрина, жившего в последние дни как на иголках, медлительность «Главного Теоретика» института была сущей пыткой.

— Я надеюсь, ты не считаешь меня злостным мистификатором?.. — спросил Кедрин. — Или отпетым фальшивомонетчиком?.. Или как там всё это ещё называется?..

На одной из башен пустующего ныне марсианского космодрома висит набитый стружками скафандр.

Никто не знает, кто повесил его и что хотел этим сказать. Может, это было просто пугало, предупреждающее всех, идущих за нами следом?

А может, просто символ человеческого присутствия, как инициалы, вырезанные на стене великолепного древнего здания и словно говорящие: «Я слишком глуп, чтобы творить, но уничтожить могу. И вот свидетельство этому».

Девушка выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. Высокий блондин в мешковатом костюме хотел было последовать за ней, но передумал.

— Умница, — послышалось из открытого окна.

— Кто там? — юноша повернулся, вглядываясь в темноту.

— Это я. Ферди.

— Почему ты шпионишь за мной? Я же сказал Карлу, что приду.

— Я не шпионю, Ян. Меня послал Карл. Можно мне войти?

Ян безразлично пожал плечами, и в окно влетел коренастый мужчина. Как только его ноги коснулись пола, он облегченно вздохнул. Вернувшись к окну, Ферди наклонился и взглянул вниз. Восемьюдесятью этажами ниже по мостовой мчались машины.

Холли Харкель — специалист по фольклору. Впрочем, некоторые относятся к ней с подозрением. Еще бы! Она ведь утверждает, что понимает язык этих гоблиноподобных Шелни...

Для такого молодого человека у него был слишком  красный нос, с мелкой сеткой лопнувших сосудов, какой бывает у алкоголиков, а также странные, на выкате глаза. Но он не был алкоголиком, он был космонавтом. Спейсером...

...Это были глаза человека, умершего и восставшего из мертвых. По сути так оно и было, хотя Роув и не перенес физическую смерть...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

1. Неведомые всадники

Хмурый декабрьский вечер 1610 года. В селе

Погост, близ Мурома, к избе старосты опрометью

подбежали две женщины и давай барабанить в дверь.

На крыльцо вышел худой седобородый старик.

— Что такое?!—сказал он. — Гляди, как

стучат! Неужто ума у вас нет? Чего шумите?

— Ой, беда, Клементьич! Супостаты идут! —

заголосили женщины. — Своими глазами видели!

Много их!.. Ой, много!

На биостанции научного городка произошла авария непонятной природы. В центре катастрофы осталась руководительница программы, нейробиолог с мировым именем. На помощь к ней отправились двое самых близких ее людей…

«Пенсионер Иван Иваныч, принимающий макулатуру в обветшалом деревянном сарае, заинтересовался рукописью, случайно прочитав один из листочков. Не без труда он понял, что в рукописи перемешаны протоколы заседаний какой-то комиссии, записки Сенатора, отрывки из дневников и писем. Иван Иваныч оставил загадочную рукопись себе на память и на досуге перечитывает, но так и не разобрался в ней до конца…»

«Кирилл Сарнов (псевдоним), прозаик и поэт, живет в Советском Союзе. Пережил несколько бурных увлечений, в том числе цветоводством. Православный христианин, интересуется монархизмом. „Вечера Паши Мосина“ — первая публикация писателя».

Я прошу вас только об одном: никому не рассказывать эту историю. Зачем это нужно, чтоб потом ходили всякие разговоры? Да и вообще… Я же знаю, как это у нас делается. Туда-сюда, заинтересуются, выводы выведут, да кто, да зачем…