Феофаныч

В 1993 году наша семья — родители, моя сестра Катя и я — переехала из столицы Тувы Кызыла на юг Красноярского края. Катю взяли в труппу Минусинского театра, а я с родителями поселился в селе Восточном, километрах в пятидесяти от Минусинска.

Жить в деревне мне, двадцатидвухлетнему парню, не очень-то хотелось, и я часто бывал в Минусинске, пытался найти работу, жильё, а главное — познакомиться с какими-нибудь творческими людьми, обрести товарищей. Сам я в то время занимался рок-музыкой, пытался рисовать, писать рассказы.

Другие книги автора Роман Валерьевич Сенчин

Новая книга от фаворита крупнейших отечественных литературных премий 2009–2010 годов Романа Сенчина. Жесткий реалист по манере письма, Сенчин – неисправимый романтик в душе. Его герои оказываются порой в безвыходных ситуациях – как отважный скалолаз из повести «Абсолютное соло», погибающий в снегах Гималаев с надеждой быть услышанным хотя бы одной живой душой. И даже если спасения нет, личный подвиг неотменим: буря и натиск, известные еще со времен Шиллера и Байрона, живут в сердцах сенчинских героев. Испытания закаляют их, иногда лишая жизни, но ни разу они не изменяют себе. Подражать им – безумно, любить их – обрекать себя на страдание. Но не восхищаться ими невозможно.

«Елтышевы» – семейный эпос Романа Сенчина.

Страшный и абсолютно реальный мир, в который попадает семья Елтышевых, – это мир современной российской деревни. Нет, не той деревни, куда принято ездить на уик-энд из больших мегаполисов – пожарить шашлыки и попеть под караоке. А самой настоящей деревни, древней, как сама Россия: без дорог, без лекарств, без удобств и средств к существованию. Деревни, где лишний рот страшнее болезни и за вязанку дров зимой можно поплатиться жизнью.

Люди очень быстро теряют человеческий облик, когда сталкиваются с необходимостью выживать. И осуждать их за это может только тот, кто сам прошел путь возвращения: от успеха и денег – к нищете и страху, от сытости – к голоду и холоду…

Сенчин жесток и не жалеет никого – но в этой жестокости кроется очищение. После «Елтышевых» не так-то просто будет сказать привычное «люблю». Это слово для вас изменится на вкус…

Роман Сенчин – прозаик, автор романов «Елтышевы», «Зона затопления», сборников короткой прозы и публицистики. Лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна», финалист «Русского Букера» и «Национального бестселлера». Главный герой нового романа «Дождь в Париже» Андрей Топкин, оказавшись в Париже, городе, который, как ему кажется, может вырвать его из полосы неудач и личных потрясений, почти не выходит из отеля и предается рефлексии, прокручивая в памяти свою жизнь. Юность в девяностые, первая любовь и вообще – всё впервые – в столице Тувы, Кызыле. Его родители и друзья уже покинули город, но здесь его дом, он не хочет уезжать – сначала по инерции, а потом от странного ощущения: он должен жить здесь… А в Париже идет дождь.

Роман Сенчин – прозаик, автор романов «Елтышевы», «Зона затопления», «Информация», многих сборников короткой прозы. Лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна», финалист премий «Русский Букер», «Национальный бестселлер». Слом, сбой в «системе жизни» случается в каждой истории, вошедшей в новую книгу Романа Сенчина. Остросоциальный роман «Елтышевы» о распаде семьи признан одним из самых важных высказываний в прозе последнего десятилетия. В повестях и рассказах цикла «Срыв» жизнь героев делится на до и после, реальность предлагает пройти испытания, которые обнажат темные стороны человеческой души и заставят взглянуть по-другому на мир и на себя. Но даже в кажущейся стихии беспросветности можно отыскать свет. Главное – оставаться способным его воспринимать. Сенчин тестирует читателя на эту способность.

Новый роман Романа Сенчина «Информация» – по-чеховски лаконичный и безжалостный текст, ироничный приговор реализма современному среднему классу. Герой «Информации» – молодой человек с активной жизненной позицией, он работает в сфере рекламы, может позволить себе хороший автомобиль и взять кредит под покупку квартиры. Но однажды его такая сладкая жизнь дает трещину: узнав об измене жены, герой едва не погибает, но выжив, начинает иначе смотреть на окружающий мир. Сходится со старым другом – поэтом-маргиналом, влюбляется в молодую революционерку и… катится, катится под откос на полной скорости.

Жизнь внутри катастрофы – привычное состояние героев Сенчина. В новом романе катастрофа выглядит приключением, читая про которое – невозможно оторваться!

В героях «Информации» читатель узнает известную литературную богему современной Москвы и не раз улыбнется, угадывая прототипов.

В книгу вошли две повести Романа Сенчина — «Минус» и «Вперед и вверх на севших батарейках». Их герой — полный тезка автора — и автопортрет, и самопародия: как настоящий реалист, он пишет о том, что хорошо знает.

Действие «Минуса» происходит в небольшом сибирском городке, Роман работает монтировщиком в театре. Таскает тяжелые декорации, спит с актрисами, пьёт от тоски по вечерам… а ночью мечтает о далекой столице. Герой повести «Вперед и вверх на севших батарейках» уже живет в Москве, учится в Литинституте, успел жениться и развестись, и близок к цели — стать известным писателем. Но для этого надо, преодолев отчаяние и безденежье, работать, писать — и тянуться вверх, вперед и вверх…

«Нубук» — третья книга молодого, но уже достаточно известного прозаика Романа Сенчина. На сей раз его герои пытаются войти в хаотичный и опасный мир русского бизнеса конца XX века. Циркуляция товара от посредника к посреднику, финансовые хитросплетения, ссоры из-за долгов, а вечером отдых — бильярд, экстази, клубы, текила. Не углубляясь в психологические лабиринты, стилистические изыски, автор рассказывает истории о взлетах и падениях несостоявшихся «новых русских» — Вэла, Макса, Романа. Один, сделав неверный тактический ход в своем бизнесе, разоряется, другой попадает в питерскую тюрьму «Кресты», третий прячется от проблем в глухой сибирской деревне.

«По пути в Лету» – продолжение своего рода хроники литературной и общественно-политической жизни России, которую Роман Сенчин ведёт с начала 00-х. Узлами этой хроники стали сборники «Рассыпанная мозаика» (события 2000–2007 годов), «Не стать насекомым» (2008 – март 2011) и «Тёплый год ледникового периода» (декабрь 2011 – декабрь 2012). В сборник «По пути в Лету» включены статьи и очерки 2013–2015 годов, а также не вошедшие в предыдущие книги избранные работы 2011 года. Среди героев и антигероев сборника как наши современники – Валентин Распутин, Евгений Евтушенко, Василий Шукшин, Борис Екимов, Захар Прилепин, Юрий Поляков, Эдуард Лимонов, Алексей Балабанов, Борис Немцов, Алексей Навальный, Владислав Сурков, так и значительные фигуры прошлого – Лев Толстой, Иоанн Кронштадтский, Александр Тиняков, Константин Победоносцев.

Популярные книги в жанре Публицистика

Когда в январе 2005 года исследовательский зонд «Гюйгенс» совершил посадку на поверхность Титана — самого большого спутника планеты Сатурн, — сообщения об этом действительно выдающемся событии современной астронавтики появились под заголовками «Неожиданные открытия в космосе», «Ученые говорят: «Мы такого не ждали!». У многих читателей и зрителей телевизионных каналов сложилось стойкое убеждение: ученые никогда не знают заранее, что именно они обнаружат, посадив межпланетную станцию на Титан, Марс, Венеру или даже Луну. То есть, в общих чертах, конечно, они предполагают существование таких-то и таких-то условий, иначе вообще не смогли бы сконструировать свои аппараты, но действительность всегда опровергает их предположения, ибо подлинные научные открытия непредсказуемы, иначе — какие же это открытия?

Евгений Терновский // Atelier Gille Dacquin, Paris

Воспоминания о Лифаре и Свешникове, Плавинском и… Гойе. Роман из жизни художника с непридуманной фамилией. И самое важное: можно ли применить принципы живописного искусства к прозе?

Евгений Самойлович Терновский, он же Eugène Ternovsky, относится к редкой категории двуязычных писателей. Редкой, ибо мы часто склонны путать двуязычие бытовое и литературное, писателей типа Конрада и Набокова, из которых первые, будучи иностранного происхождения, не опубликовали, однако, ни строчки на своём родном языке, тогда как вторые, оставив вполне убедительный след в родной литературе, перешли на язык новой страны обитания.

Подборка публицистики о хакерах

Не по правилам

Мирза Бабаев, Максим Пресняков

Новая порода нонконформистов

хакать - это хорошо или все же плохо?

Английское слово 'beat' (побить) слилось с русским суффиксом 'ник' (он вошел в английский язык в конце 50-х внутри 'спутника') - и появились битники. На смену 'побитому поколению' явились беззаботные 'дети-цветы'. Большинство хиппи отрицательно относились к компьютерам, видя в них лишь средство централизованного контроля. Те же немногие, кто увидел в них мощную силу, способную преобразовать мир согласно идеалам творческой свободы и неиерархического, недоступного никакой цензуре общения, стали работать над этим превращением. хиппи ушли в прошлое, а их идеалы - в будущее, заложив философскую базу кибернетической революции. На арену истории вышла новая порода нон-конформистов: хакеры.

< АHТИПРОГИБИЦИОHИСТЫ ВСЕХ СТРАH N 1/98 >

Информационный бюллетень антипрогибиционистских действий Выходит один раз в две недели

15 января 1998 - (Год четвертый) N 1

===================================== CO.R.A. |

| Ассоциация Радикальная | Транснациональной Антипрогибиционистская | Радикальной Партии Координация | =====================================

OLD - Observatory of laws on drugs

Hаблюдательный совет по законам о наркотиках

Год назад[1] в Мексике скончался самый современный поэт из блестящего поколения середины двадцатых годов: я имею в виду Луиса Сернуду. Может показаться, что смерть Сернуды, тихая и мало кем замеченная несмотря на величие и исключительное значение его творчества, подтвердила горькие предчувствия поэта, которого гражданская война заставила в 1933 году покинуть родную Испанию. Этими предчувствиями проникнуто одно из последних и самых поразительных его стихотворений, написанное незадолго до кончины и адресованное «Соотечественникам»:

В недавно вышедшей из печати посмертной книге очерков «Поэзия и литература» Сернуда пишет о поэтах и прозаиках — представителях модернизма и поколения 1898 года: «Прошло более полувека с тех пор, как увидели свет первые книги упомянутых писателей, и между ними и испанским обществом разверзлась пучина кровавых, ужасных событий последней (пока еще последней) гражданской войны. Окидывая взглядом жизнь этих писателей во всей ее трагической перспективе, мы можем сегодня судить о том, как воспринималось современниками их творчество до войны и после нее. Случай для испанской литературы исключительный: творчество всех этих писателей в целом всегда вызывало и продолжает вызывать одни лишь хвалебные отклики, надо сказать, достаточно опрометчивые, ибо никто не пожелал задуматься над тем, что в пословице, предостерегающей нас: „Не все то золото, что блестит“, может содержаться доля истины. Истины, которую по всей видимости, подтвердит беспристрастное изучение наследия некоторых из этих писателей, где явного блеска золота не наблюдается (речь здесь не идет, разумеется, о произведениях Ортеги-и-Гассета или X. Р. Хименеса)… Да и мало сказать „хвалебные отклики“, уместнее было бы говорить о „восхищении“ и даже о „преклонении“, намекая на лавры, которыми беспрестанно венчают представителей модернизма и поколения 1898 года читатели и критики. Несмотря на то, что никого из них, за исключением Асорина, уж нет в живых, а их эпоха и время, описываемое ими в своих произведениях, давно отошли в прошлое, до сих пор нет никаких признаков той неизбежной, вполне естественно следующей за первой реакцией читателей историко-эстетической переоценки ценностей, которая в конце концов приводит к забвению писателей и произведений, не принадлежащих уже нашему обществу, нашему времени (не будем здесь упоминать о других, более субъективных причинах и механизмах подобных переоценок). Ничего похожего у нас не наблюдается: налицо по-прежнему одно лишь всеобщее преклонение»[1]

Опубликовано в журнале «Иностранная литература» № 3, 1986

Из рубрики «Авторы этого номера»

…Журнал публикует главы из его книги американских путевых очерков «Все дальше и дальше!» (Токио, Бунгэй сюндзю, 1983).

В книге очерков «Нам нужна… революция» собраны материалы, опубликованные автором в 1990-х годах и в начале 2000-х, в основном в газете «Природно-ресурсные ведомости» и в журнале «Деловая жизнь России». Это было время, когда власть и законы менялись так часто, а беззаконие и безнаказанность процветала так пышно, что, казалось, преступная жажда наживы затмевала разум даже здравому смыслу, а закон самосохранения, выживания в этих диких условиях подавлял все человеческие качества. Сегодня, оглядываясь в то прошлое, больше всего вызывает удивление, что и тогда находилось немало людей, которые противостояли злу и беззаконию, защищали интересы страны, государства и народа, несмотря на страдания, испытывая отчаяние от несправедливости и цинизма некоторых чиновников. Эта книга — нерукотворный памятник людям, для которых честь и достоинство, гражданский долг и патриотизм совсем не пустые слова. Многих из них уже нет в живых, как не существует и тех организаций, в которых они работали. Но остались те морально-нравственные проблемы в обществе, которые были затронуты в те годы. Они еще ждут своего решения, поэтому и забывать о них мы не имеем права. Как и о тех людях, которые пожертвовали всем, защищая главное народное достояние — совесть человеческую, веру в добро, которое непременно победит, если все честные люди будут непреклонны в борьбе со злом. Это их завещание, их наказ будущим поколениям!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Человек из будущего в наших реалиях. Не толерантно. Ненормативная лексика. Книга вторая.

Главный герой романа современной итальянской писательницы Паолы Каприоло попадает в психиатрическую клинику. Юноша не говорит, не пишет, и врачам никак не удается выяснить, кто он и откуда. Тогда ему дают листок бумаги, и юноша рисует фортепьяно. Его подводят к роялю, на котором он начинает виртуозно играть сочинения разных композиторов. Музыка сильно действует на больных, раскрывая потаенные стороны их расшатанного внутреннего мира. Для пациентов музыка — это страдание, радость, память о прошлом, испытание, болезненное обнажение души, в звуках сплетаются жизнь и смерть. Так зачем же в судьбы персонажей вошел этот странный немой пианист, наделенный бесчувственностью и обостренной чувствительностью? Кто он такой? Его игра — благо или вред?

В этом повествовании, названном автором романом-хроникой, на большом историческом, документальном материале раскрывается вся гнилость и обреченность самодержавного строя в России и его основной опоры — царской армии — в период первой мировой войны.

Автору, свидетелю и участнику многих из описываемых событий, с большой убедительностью удается показать разложение правящей верхушки, бездарность царских генералов, бессмысленную муштру и издевательства над солдатами — все то, что заставляло лучших представителей армии встать на путь революции и под руководством партии Ленина свергнуть ненавистный помещичье-буржуазный режим.

На мемориальном кладбище в Копенгагене найден труп женщины-юриста. Убийство странное, очень похожее на ритуальное, тем более что мемориал создан на месте, где во время фашистской оккупации Дании немцы казнили героев Сопротивления. Дело взято под правительственный контроль, на полицейское руководство давит министр юстиции. Не надеясь на собственные силы, шеф отдела убийств столичного полицейского управления уговаривает бывшего инспектора Сару Лунд, уволившуюся из полиции два года назад, взяться за расследование преступления…

Впервые на русском языке роман, продолжающий детективную линию, начатую в книге «Убийство» — романе, основанном на одноименном датском телесериале, снискавшем такую всеевропейскую популярность, что американский телеканал АМС создал собственный вариант сериала, который имел успех уровня культового «Твин Пикс».