Феномен Лидии Чарской

Светлана Коваленко

Феномен Лидии Чарской

Весной 1893 года состоялся очередной выпуск Павловского института благородных девиц в Санкт-Петербурге. Все шло по определенному и не подлежащему переменам, как и сама жизнь в стенах института, регламенту. На другой день после экзаменов лучших везли во дворец для получения медалей из рук государыни Марии Федоровны, под попечительством которой находились Смольный, Екатерининский, Николаевский, Патриотический и Павловский институты. Среди воспитанниц Павловского института была и Лидия Алексеевна Чурилова (1875 - 1937), вскоре получившая всероссийскую и европейскую известность как Лидия Чарская.

Популярные книги в жанре Публицистика

«…Мы желаем уведомлять наших читателей о мирном благоденствии держав, о полезных учреждениях во всех землях, о новых мудрых законах, более и более утверждающих сердечную связь подданных с монархами. Военные громы возбуждают нетерпеливое любопытство: успехи мира приятны сердцу. Оставляя издателям «Ведомостей» сообщать в отрывках всякого рода политические новости, мы будем замечать только важные…»

Верховная Рада в последние годы превратилась чуть ли не в главнейший дестабилизатор Украины. И народное терпение когда-нибудь прольётся через край. Сборище семейных кланов, криминальных группировок, представителей крупного капитала, клоунов и циркачей на публику — вот что собой представляет украинский парламент.

«На наших глазах происходит странное и весьма интересное явление. С тех самых пор, как существует достоверная история, мы видим две причины вражды между народами, которые нам кажутся совершенно неизбежными, – это национальность и религия…»

«В обычные времена размышления о человеческой судьбе (откуда, куда, как, почему) в данном обществе являются, как правило, уделом крохотной группы мыслителей и ученых. Но во времена серьезных испытаний эти вопросы внезапно приобретают исключительную, не только теоретическую, но и практическую важность; они волнуют всех — и мыслителей и простонародье. Огромная часть населения чувствует себя оторванной от почвы, обескровленной, изуродованной и раздавленной кризисом.

Замечания, мысли о искусстве, о литературе, о критиках, о самом себе.

«Всеобъемлющий гений Пушкина охватывал все стороны духовной жизни его времени: не только интересы искусства, в частности – поэзии, но и вопросы науки, общественной деятельности, политики, религии и т. п. Тем более энциклопедистом был Пушкин как писатель: все, так или иначе связанное с литературой, было им вновь пересмотрено и продумано…»

«Приняв поручение редакции „Печати и Революции“ сделать обзор русской поэзии за пять лет, 1917–1922, я сознавал, что беру на себя немалую ответственность и вообще как автор такого обзора, и в частности, как поэт, участник поэтического движения последних десятилетий. Прежде всего трудно было достичь полноты обзора, говоря о периоде, когда нормальное распространение книг было нарушено, когда нередко книга, напечатанная в Петрограде, тем более в провинции, оставалась неведомой в Москве. Очень вероятно, что ряд явлений, может быть, интересных, ускользнул от моего внимания. Вместе с тем огромное все-таки количество альманахов, книг, книжек, брошюр со стихами, изданных за 5 лет, которые не все можно было вновь получить в руки, заставляло о многом говорить по памяти. Вполне возможно, что, делая посильную оценку нескольких сот изданий, я в иных случаях допустил суждения, недостаточно обоснованные. Во всех этих пропусках и промахах заранее прошу извинения, не столько у читателей, сколько у товарищей-поэтов…»

«В истории русской рифмы существует резкий перелом, наметившийся лет 15 тому назад. Принципам рифмы „классической“, – той, которой пользовались последователи и эпигоны Пушкина, футуристы противопоставили принципы „новой“ рифмы. Сначала то были неясные, неоформленные искания, часто сводившиеся к тому, что новые поэты просто небрежно относились к рифме, позволяя себе пользоваться созвучиями очень приблизительными, ассонансами весьма сомнительными. Но понемногу характер новой рифмы стал приобретать совершенно точные очертания. Из стихов В. Маяковского, особенно же Б. Пастернака и Н. Асеева, можно уже вывести определенную теорию новой рифмы. За последние годы эта новая рифма получает все большее распространение, усвоена, например, большинством пролетарских поэтов и покоряет постепенно стихи других поэтов, футуризму по существу чуждых…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Татьяна Коваленко

Две сказки

Содержание:

Фея бабочек

Слон в посудной лавке

Фея бабочек

Невдалеке от красивого леса, в народе считавшегося волшебным, на чудесном лугу с высокой травой резвилась молодая девушка с длинными волосами и карими глазами. Ее яркое платье мелькало то на одном, то на другом конце луга. Вдруг она резко остановилась и замерла, прислушиваясь. Потом встрепенулась, отпрянула назад и, словно быстроногая лань, стремительно полетела к лесу. Что же так напугало бедняжку? Три всадника на взмыленных конях галопом въехали на луг. Всех троих никак нельзя было назвать случайными проезжими. Увидев убегающую девушку, всадники помчались за ней. Расстояние до нее быстро сокращалось. Но вскоре красавица, в ужасе заметавшись, неожиданно исчезла. На ее месте порхала большая, невиданной красоты бабочка. Да и та, сделав круг над головами незнакомцев, скрылась за деревьями. Всадники попытались ехать следом, чтобы отыскать беглянку. Внешне, однако, они выглядели весьма мирно и дружелюбно. Долго проплутав по лесу, оставив лошадей далеко позади, все трое лишь к вечеру добрались до хижины лесника, находившейся в самой непроходимой чаще.

Татьяна Коваленко

Приключения Петра Веснушкина в стране Мистерии

Содержание:

Два дня в сказке

Не трите левый глаз!

Два дня в сказке

Вы не знакомы с Петей Веснушкиным? И даже не знаете о том, что он два месяца назад побывал в загадочной стране Мистерии и вернулся из нее после необычайных и удивительных приключений? Как, неужели вам это неизвестно? Помилуйте, вы много потеряли. Но так и быть, я расскажу вам эту историю от начала и до конца.

Татьяна Коваленко

Принцесса Мур-Мур

1

Лиза пришла к нам сама. Родившись от уличной кошки и прожив первые два месяца своей жизни в подъезде нашего дома, она попросилась жить в нашу квартиру. Решила, по-видимому, что в семье с двумя детьми и для нее найдется уголок. И не ошиблась. У детей трехцветная кошечка вызвала бурный восторг, и даже бабушка не смогла устоять перед ее обаянием. Девочки окрестили новоявленную "сестренку" Елизаветой и та, довольная собой, быстро приняла во владение свой новый дом.

Татьяна Коваленко

Серебряный грот

Сэм Сириус, светловолосый мужчина среднего роста, был не в духе. Жизнь его складывалась также невзрачно, каким был и он сам. Жену к сорока годам он так и не нашел, карьеру тоже не сделал. Единственным его утешением была кошка норвежской лесной породы по имени Дульсинея, золотая медалистка многих престижных выставок.

Сэма Сириуса мучили кошмары. Каждую ночь ему снился один и тот же сон. Ему снился Серебряный Грот. Будто бы...