Фантастическое приключение доярки Нюрки и коровы Шурки

Напоследок Нюрка машинально глянула в засиженное мухами трюмо, что стояло под божницей. В мутном стекле отразилась знакомая фигура: среднего роста, полная, с мощными икрами и с большой грудью, выпирающей из выцветшего до белизны когда-то синего халата, а также круглое лицо с двумя голубыми озёрцами глаз, чуть вздёрнутый нос. Морщин пока, слава Богу, нет. Какие морщины! Ведь Нюрке чуть-чуть за тридцать. Она пригладила непослушные пряди волос. Но причёсываться было некогда. Нюрка спешила на дойку. Она, как всегда, опаздывала из-за своего неугомонного мужа Кости.

Другие книги автора Владимир Ивенин

Авторы книги «Грешники» приглашают отправиться в увлекательное фантастическое путешествие.

Вас ожидают и приключенческие, и детективные истории. Вместе с героями вы побываете в самых невероятных местах: на Голубой планете, в аду, в селе Бубновый Туз.

Здесь вы найдёте юмор и сатиру, размышления о смысле человеческого существования, обращение к вчерашнему и сегодняшнему дню.

Сначала о селе, где родился и вырос герой нашей повести. Вернее, о его странном названии. Согласитесь, что для населённого пункта, расположенного где-то в Среднем Поволжье, оно, мягко говоря, не стандартно. Однако объясняется это просто. Ещё во времена правления Петра Великого за особые заслуги перед отечеством некоторые лица, не только из дворянского сословия, но и самые обыкновенные, получали в награду вместе с дворянским титулом какую-нибудь деревеньку. Получил такую деревню с тремястами душ и лихой рубака-драгун Николай Платонович Подельников, который во времена затишья, т. е. между военными кампаниями, был отчаянным гулякой и картёжником. Эта деревня называлась Кленовый Лист. Новоиспечённый помещик навещал её неожиданным наездом из двух столиц всего лишь раза три. Четвёртый его приезд стал роковым для деревни и крепостной девки Анюты, с которой драгун переспал несколько раз между игрой в карты. Николай Платонович проиграл все наличное, находившееся при нём, а заодно и селение вместе с его тремястами душами и ещё одной, уже зачатой в утробе Анюты, бывшему с ним приятелю. Прямо с крыльца, он прыгнул в седло своего боевого скакуна и выкрикнул:

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

Письмо редактора журнала фантастики начинающему писателю, приславшему дебютный рассказ на тему «Как я попал в прошлое и убил своего дедушку».

Курт Воннегут - уникальная фигура в современной американской литературе. Трагикомические произведения писателя, проникнутые едкой иронией и незаурядным юмором, романы, в которых фантастика и гротеск неотличимо переплетены с реальностью, сделали Воннегута одним из самых известных прозаиков XX века. Ранние рассказы великого Воннегута. Рассказы, в которых он - тогда молодой, начинающий литератор - еще только нащупывает свой уникальный стиль. Уже подлинно "воннегутовский" юмор - летящий, саркастичный, почти сюрреалистичный. Однако сюжеты и стиль этих рассказов все еще относятся к классической "нью-йоркской школе", столь любимой интеллектуальными читателями середины прошлого века - и сохранившей свое непосредственное и тонкое обаяние до сих пор.    

— Мадам, — сказал дед Евлампий, отгоняя хворостиной слепня. — Казак, заказ, потоп и топот.

На бахче было жарко и пусто. Обалдевший от безделья дед развлекался, придумывая слова, которые спереди и сзади читались одинаково. Хитрость заключалась в том, чтобы в слове было не менее пяти букв.

— Наган, — бормотал дед. — Шалаш, шабаш. Лакал… Впрочем, это глагол, а надо имя существительное… Репер.

Дед поднатужился.

— Радар.

Больше ничего не придумывалось…

Рисунок А. Банных

Первоклассник Славик смотрел телевизор. Скучный дядя что-то говорил про системы замкнутого водоснабжения, а тут, чтобы еще больше испортить Славику настроение, в комнату вошла мама в дорогом платье и парике.

— Вячеслав, ты опять занимаешься не тем, чем надо! Такое времяпрепровождение не свидетельствует о высокой культуре…

Славик хотел быть культурным и потому уныло поплелся в свою комнату. Папа тем временем кончил говорить по телефону, встал и крикнул:

Слухи - страшная вещь. Поэтому ввязываясь в пьяную драку бойся не своего противника, а того кто будет о ней рассказывать. А то мало ли что может случится...

Марсианин обитал на вершине гранитной скалы в горах Китая и мечтал попасть в место, где много науки и техники. В 1945 году американец не смог его понять. Спустя десять лет гостю Земли предоставился еще один шанс покинуть уединенные горы…

Кто-то постучал в дом конструктора Клапауция. Хозяин приоткрыл дверь, высунул голову наружу и увидел толстопузую машину на четырех коротких ногах.

— Кто ты и чего тебе надобно?

— Я — Машина Для Исполнения Желаний. А прислал меня в подарок тебе твой друг и великий коллега Трурль.

— В подарок? — переспросил Клапауций, который испытывал смешанные чувства к Трурлю, а особенно не понравилось ему, что машина назвала Трурля его «великим коллегой». — Ну, ладно, — решил он после короткого раздумья. — Можешь войти.

Однажды явился к Трурлю чужак, по обличью которого, едва успел он выйти из фотонного паланкина, сразу было видать, что персона это особенная и из дальних сторон, ибо там, где у прочих имеются руки, у него лишь веял благовонный зефир, там, где у прочих ноги, у него лишь дивно играло сияние радужное, и даже голову заменяла ему драгоценная шляпа; говорил же он из самой середки, ибо являл собою шар, идеально выточенный, наружности весьма привлекательной, опоясанный плазменным богатым шнуром. Поздоровавшись с Трурлем, он объяснил, что его тут двое, а именно: полушарие верхнее и полушарие нижнее; первое звать Синхронии, второе же Синхрофазий. Такое искусное конструкторское решение разумного существа привело в восхищение Трурля, и он признался, что никогда еще не доводилось ему видеть особу, сработанную столь тщательно, с манерами столь прециозными и таким брильянтовым блеском. Пришелец в свой черед похвалил конструкцию Трурля и после такого обмена любезностями рассказал, что его сюда привело; будучи другом и верным слугою славного короля Гениалона, прибыл он к Трурлю, чтобы заказать ему три машины-рассказчицы.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Несмотря на то что в современном ритме жизни готовить чаще всего не хватает времени, жить в комфорте все-таки хочется. А чтобы хорошо питаться, необходимо уметь готовить. Рецепты блюд, приведенные в этой книге, помогут разнообразить ваш повседневный рацион и, кроме того, позволят вкусно накормить, а может, и удивить пришедших к вам гостей.

Для тех, кто хочет вкусно готовить, не затрачивая много времени.

Соавторы этой книги – две американки: доктор Элизабет Макавой, психоаналитик, имеющая частную практику в Нью-Йорке, и писательница Сьюзен Израэльсон.

На Западе «Синдром Мэрилин Монро» («Lovesick») давно уже стал бестселлером. Это и серьезное исследование, посвященное проблематике любовных отношений, и увлекательный рассказ о судьбах десятков женщин, пораженных «синдромом».

Задача книги – стать первым средством помощи для всякого, кто страдает от бесплодных поисков настоящей любви, кому отношения с партнером несут только горе, кто мучится отвращением и ненавистью к самому себе, кто хотел бы самостоятельно избавиться от любовного недуга.

Историческая повесть «Ханский ярлык» рассказывает о московском князе Иване Калите, которому удалось получить ярлык в Золотой Орде и тем усилить свое княжество.

Уильям Батлер Йейтс стал первым Нобелевским лауреатом среди ирландцев вообще и ирландских литераторов в частности, что целиком справедливо, – знаменитая Британская энциклопедия и по сей день считает Йейтса одним из величайших англоязычных поэтов XX столетия.

Меньше известен русскому читателю другой Йейтс – страстный романтик и почитатель дохристианской кельтской старины, в которой он видел основу духовного возрождения Ирландии, раздираемой противоречиями между католическим и протестантским вероучениями. Языческое прошлое Ирландии привлекало Йейтса еще и стихийной близостью к сверхъестественному, неуловимыми моментами интуитивного приобщения к гармонии природы. Эти очаровательные легенды, где грань между древнеирландским бытом и волшебным миром домовых, фей, эльфов порой оказывается совершенно неразличимой, – настоящий подарок для тех, кто привык считать прозу одной из форм поэзии, пронизывающей своим дыханием все земное существование человека.