Эволюция полетов на Марс в советской фантастике

Эволюция полетов на Марс в советской фантастике

Александp Ройфе

Эволюция полетов на Маpс в советской фантастике

И сели они в pакетy...

20-е годы: И сели они в pакетy, и полетели покоpять Маpс. И обнаpyжили там маpсиан, и помогли им сделать pеволюцию и постpоить коммyнизм.

30-40-е годы. И сели они в pакетy, и полетели - но не на Маpс, как пpедлагали вpаги и пpедатели, а к великими стpойкам пятилетки. И пpи помощи pакетных дюз согpевали водy для стpоителей, отчего жить с каждым годом становилось всё лyчше и веселей.

Другие книги автора Александр Михайлович Ройфе

Евгений ЛУКИН. АНДРОИДЫ СРАМУ НЕ ИМУТ

Американский писатель задавался вопросом, снятся ли андроидам электрические овцы. Ну а наши люди способны на такое, что его героям и не снилось.

Армин РОСЛЕР. ЛОВЦЫ

…не душ, но тел, при этом понять их намерения непросто.

Брэд ТОРГЕРСЕН. БРОДЯГА

Он потерял отца, мать, сестренку вместе со всем населением Земли и самой Землей, оставив себе одно — надежду.

Марианна ДАЙСОН. ОТПРАВИМСЯ НА ЛУНУ

Любимая забава ветхого старика — детский имитатор полетов. Никто и не предполагает, что это увлечение мистера Смита не случайно.

Шон МАКМАЛЛЕН. ВОСЕМЬ МИЛЬ

Мало кому известно, что воздухоплавание у самых истоков совершало открытия, шагнувшие через миры и века.

Бад СПАРХОУК. ПАПАШИНО ЛУЧШЕЕ

Или особенности национального пивоварения в окрестностях Юпитера.

Николай КАЛИНИЧЕНКО. КОГДА ВСЁ ХОРОШО…

По мнению критика, зрителю предложен НФ-фильм новой формации.

Валерий ОКУЛОВ, Аркадий ШУШПАНОВ. НАШ ВИЛЬЯМ

Самая загадочная личность в мировой литературе. Самый экранизируемый из драматургов. Поэтов много. Бард — один.

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Супергерой за годы своего существования в комиксах успел повоевать со всеми, начиная с нацистов и кончая террористами. Ну а другой, даже скончавшись, не прекращает сражений.

Сергей ШИКАРЕВ. ПОЧИТАТЬ И ПОСЧИТАТЬ

Ничего хорошего ожидать не приходится. Миром правят проекты. Так ли это на самом деле?

РЕЦЕНЗИИ

Статистика статистикой, но на нашей книжной полке есть место и «возрожденческой» НФ, и фэнтези, и фантасмагориям, и все тем же межавторским проектам.

КУРСОР

Российские критики выбрали три лучших НФ-произведения года… Названы лауреаты премии «Хьюго»… Вручен приз самому многообещающему фантасту.

Николай РОМАНЕЦКИЙ. ГЕРОЙ НА ВСЕ ВРЕМЕНА

Писатель попытался выяснить, какие герои по сердцу нынешнему поколению читателей. Результатами эксперт удовлетворен, но тревога осталась… Почему?

Вл. ГАКОВ. БЕГЛЕЦ В ПРОШЛОЕ

Однако литературными почестями одарило автора все-таки настоящее. И сейчас его творчество не оказалось в забвении.

ПЕРСОНАЛИИ

Свой среди чужих… Хотя какие же они чужие! В фантаграде все свои.

Александр РОЙФЕ

ЧУДЕС НЕ БЫВАЕТ?

Среди сюжетных ходов, характерных для жанра фэнтези, наиболее распространенным является такой: наш современник, "парень из соседнего подъезда", ни с того ни с сего оказывается в волшебном мире и там из обычного студента, писателя, рок-музыканта и т.п. (рабоче-крестьянские профессии почему-то не пользуются успехом у авторов жанра) становится великим воином, искусным магом или мудрым правителем. Конечно, процесс "перековки" не обходится без объективных трудностей и субъективных нелепостей, но итоговый результат сомнения у читателей не вызывает. Метаморфоза должна свершиться! таков один из жанровых канонов. А нарушать каноны нельзя...

Александр РОЙФЕ

ИЗ ТЕНИ В СВЕТ ПЕРЕЛЕТАЯ...

Один из главных признаков настоящего искусства - его неожиданность. Когда мы сталкиваемся с чем-то подлинным, мы почти никогда не можем ответить на вопрос "С чего вдруг?". С чего вдруг Франсуа Рабле решил сочинить толстую книгу о житье-бытье каких-то странных великанов? С чего вдруг Джонатан Свифт отправил своего персонажа к разумным лошадям и на летающий остров? С чего вдруг Герберт Уэллс перенесся мыслью в отдаленное будущее?..

Александр РОЙФЕ

ОШИБКА ПРОМЕТЕЯ

Странные шутки шутит с отечественными фантастами и их читателями экономическая обстановка в стране. Еще вчера был жестокий кризис, ни у кого ни на что не хватало денег, и множество издательских проектов оказались замороженными. А сегодня чуть-чуть полегчало и уже наблюдаются случаи, когда у некоторых авторов выходит по два полновесных романа в неделю. Одним из таких счастливчиков стал петербургский писатель Святослав Логинов, новые книги которого называются "Черный смерч" и "Земные пути". И хотя первое произведение наверняка будет пользоваться повышенным читательским спросом (оно является продолжением популярного романа С.Логинова и Н.Перумова "Черная кровь"), именно о втором - сюжетно и идейно самостоятельном - хотелось бы поговорить.

Александр РОЙФЕ

ПОДВИГ НОМЕР ТРИ

Новую книгу красноярца Михаила Успенского о приключениях богатыря Жихаря из волшебной страны Многоборье ("Кого за смертью посылать", издательство "Азбука") ждали. Ждали с надеждой и немалыми опасениями одновременно: очень уж полюбился читателям этот герой и очень уж непонятно было, сумеет ли автор подыскать ему соответствующий его талантам подвиг. Ведь богатырская биография Жихаря началась с того, что, раздобыв Полуденной Росы и предъявив ее Мировому Змею, он разомкнул круг времен и заставил историю идти своим чередом (это случилось в романе "Там, где нас нет"). Возможно ли, спрашивается, более славное деяние? Второе произведение о богатыре ("Время Оно") вроде бы доказывало, что нет: сюжет о том, как Жихарь пресек строительство Вавилонской башни, казался всего лишь несущей конструкцией для многочисленных анекдотов и пародий, на которые Успенский никогда не скупится. К счастью, третье сказание о многоборском витязе получилось столь же масштабным, как первое: на сей раз ему довелось возвратить на Землю саму Смерть, проглоченную врагом всего сущего на свете Мироедом. Не то чтобы Жихарь вдруг заделался поклонником Костлявой, однако без смерти ведь и жизнь - не жизнь, а так, бессмысленное небокоптение... Поклонники Успенского - "лихого славянского зубоскала" (формулировка А.Бушкова) не будут разочарованы. Шутки в романе следуют одна за другой, и основная их масса посвящена рыночным реалиям новейшего времени. Трудно удержаться от хохота, когда знакомишься с многоборской рекламой ("Продаю мыльный порошок, стирает хорошо: сама тетя Ася еле убереглася!") или с тамошним бестселлером - лубочным сериалом о Сопливом ("Заговор Сопливого", "Выговор Сопливого", "Приговор Сопливого" и т.д. и т.п.). Автор охотно пользуется своим "фирменным" приемом - материализацией идиоматических и иных общеизвестных выражений: то Жихарь встретит двух мужиков, несущих с базара какого-то иностранца (того самого Милорда Глупого, как вы уже догадались), то расскажет о "черте бедности", с помощью которой он надеялся разобраться, кому в Многоборье жить хорошо. Что же касается всякого рода аллюзий, ассоциаций и ернических переделок, то их количество буквально не поддается подсчету.

Александр РОЙФЕ

Из тупика, или Империя наносит ответный удар

По традиции каждые полгода наш журнал публикует обзор книжной продукции. На этот раз вниманию читателей предлагаются полемические заметки.

После публикации статьи "В тупике" (см. "Если", - 8 за 1999 г.) автор этих строк получил немало устных и письменных откликов. Кто-то выражал бурное несогласие с печальным диагнозом, поставленным новейшей российской НФ; кто-то, напротив, публично сожалел, что, дескать, "мало им врезали". Задача, однако, состояла не в том, чтобы "врезать", хотя появление огромного числа произведений, эстетический уровень которых сознательно занижен в угоду так называемому массовому читателю, вызывает только сожаление. Отнюдь! По сути, была предпринята попытка разобраться, есть ли среди ныне действующих фантастов те, чьи тексты предназначены не просто для развлечения, но несут в себе некое послание, или, как теперь иногда выражаются, "месседж"; есть ли те, кто пишет потому, что наболело, и кому не терпится о чем-то сообщить граду и миру. Выяснить это следовало постольку, поскольку, по глубокому убеждению автора, именно такие фантасты в известной степени предопределяют развитие литературы и общества, а их отсутствие свидетельствует о серьезном нездоровье обоих упомянутых институтов. Увы, на момент написания той статьи ни одной книги с "месседжем" обнаружить не удалось... Между тем по здравому размышлению подобную ситуацию явно нельзя назвать типичной для отечественной фантастики. В конце концов, речь идет о стране, жители которой, прельстившись мечтаниями о лучшем будущем, дважды на протяжении одного века совершали - к ужасу и восхищению остального мира - прорывы в неведомое (из-за чего потом претерпевали муки и страдания). Речь идет о стране, чья литература потому и считается великой, что всегда была нацелена на изучение и исцеление души человеческой. Если помнить об этом, мысль об отсутствии в России писателей, способных выдвигать нетривиальные идеи и сочувствовать ближнему, просто-напросто не придет в голову. И последние месяцы дали нам сразу несколько ярких образчиков фантастической прозы, для которой в равной мере характерны увлекательный сюжет и мощная идейно-нравственная "подкладка". Беглый анализ привлекших всеобщее внимание произведений приводит к следующим любопытным выводам:

Александр РОЙФЕ

НА СУШЕ И НА МОРЕ

Как известно, "твердая" научная фантастика переживает сегодня серьезный кризис. Юное поколение явно предпочитает помпезные фэнтезийные повествования, не чураясь и простеньких боевичков с бластерами и звездолетами. Чем объяснить такой выбор? Первое, что приходит в голову, - крушение тех надежд, которые человечество возлагало на естественные науки, и, как следствие, доминирование мистицизма над рациональным образом мышления. Ученые, воспринимавшиеся в 40-60-х в качестве провозвестников и организаторов общественного прогресса, ныне стали замкнутой кастой, преследующей непонятные окружающим цели. Не забудем и об известной исчерпанности круга литературных сюжетов и тем. Когда современный фантаст берется писать о временных парадоксах, контактах с инопланетянами, возможных путях развития цивилизации, он неизбежно идет по чьим-то следам. Отсюда - ощущение вторичности произведения, утрата читательского интереса. Это общие соображения, что же касается российской фантастики, то в ней отмеченные тенденции проявляются предельно ярко. Сегодняшнее засилье фэнтези и боевиков просто подавляет. И даже те немногие писатели, кто хранил верность "твердой" НФ, подчас оказываются захвачены общим потоком. Характерный пример - книга Александра Громова "Ватерлиния", вышедшая в издательстве "ЭКСМО". Опубликованные в ней повесть "Наработка на отказ" и роман Ватерлиния" составляют дилогию и потому особенно удобны для разговора о творческой эволюции автора, который обратил на себя внимание в 1995 году сборником "Мягкая посадка". Тогда появление этого сборника, куда была включена и переизданная ныне повесть, стало небольшой сенсацией: не каждый день в НФ приходят столь талантливые и щедрые на выдумку сочинители. Минувшие годы в общем оправдали выданные авансы - упомянем хотя бы наделавший шуму роман "Год Лемминга". Но вот "Ватерлиния" - это все же шаг назад для Громова, попытка создать "развлекаловку", эксплуатируя когда-то найденные образы и темы.

Популярные книги в жанре Юмор: прочее

Тим Юнаев

Плоды прогресса (ч.2) (рассказ на букву "П")

... Питер Пелл приземлился, погасил парашют, пришиб прикладом подбегающего противника, пополз, пристреливая попадающихся папуасов (Пелл помнил памятку по предотвращению проказы: "Папуасы поражены паразитами; пристреливая папуасов, помогаешь предотвратить проказу!")

Полковник приказал:

- Подняться! По противнику пли!

Питер Пелл помчался, поправляя подсумок, полный патронов; подавил пулеметы, подорвал противотанковую пушку. Противник пытался помешать продвижению - Пелл поднял пистолет, прицелился... Паф! Паф! Па-па-па-паф! Пятнадцать покойников.

Казимеж МАТУСЕВИЧ

ВИЗИТ

Поднимаясь с дивана, я вывихнул себе ногу в колене. Когда мои стоны начали заглушать диалог в телесериале, жена вызвала хирурга. Он явился довольно быстро.

- Ну, что там у нас? Перелом позвоночника? Или берцовой кости? А может, вывих бедренного сустава? - перечислял он с надеждой в голосе.

- Нет... Болит колено, вот здесь, - простонал я.

Он был явно разочарован.

- Эх!.. Вправление ноги - это всего лишь сто тысяч минус налоги, отчисления и взносы. А жить на что? Хоть бы вы ребро сломали... - произнес он мечтательно. - Ребро стоит триста пятьдесят. Ведь для него нужен скальпель. Хотя сейчас мы режем перочинным ножом.

Евгений Медников

Выйти замуж за гинеколога

Вcе, кpоме одного, были тетки. И вcе, как на подбоp, злющие: куpили, цинично cмеялиcь cвоим медицинcким шуточками (от котоpых cидящих в коpидоpе бpоcало в дpожь) и гpомко оpали на беpеменных, еcли те набиpали лишний веc.

Модеcт Иванович Сулин был иcключением. Подpужка cпециально поcоветовала Тане запиcатьcя не к злющей тетке, а к нему.

"Уважаемая, ты же не из моего микpоpайона! - cказал ей Модеcт Иванович, гpуcтно глядя на ее каpту. - Тебе же надо к Федоткиной!"

АЛЕКСЕЙ НАГЕЛЬ

ПРИШЕЛЕЦ

Солнце уходило за горизонт, бросая рыжие лучи в маленькое окошко. В подвале сгустилась полутьма, и по полу тянуло назойливым осенним сквозняком. Я сидел на стуле, от нечего делать помахивая ногой. Сначала левой, потом правой. Кровь от этого пришла в движение, и мне стало теплее. Интересная все-таки штука - человеческое тело. Казалось бы совсем замерз, ан нет - поболтал одной ногой, пошевелил другой, разогнал кровь по сосудам, вот и согрелся.

АЛЕКСЕЙ НАГЕЛЬ

ПРИЗНАНИЕ МАРИАННЫ

Посвящается тем, кто не дожил до последней серии

Дело Марианны живет и побеждает. 190 млн. подписей

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Телесериал "Богатые тоже плачут" был навеки погребен бразильским режиссером Валентином Пимштейном. Земля осиротела. Но Марианна навсегда осталась в наших клокочущих сердцах! И все прогрессивное человечество, в моем лице, призывает примкнуть к разрастающемуся потоку продолжателей этого незабываемого сериала! Пусть эта небольшая пробная пьеса послужит первым камнем, который вызовет колоссальную всесокрушающую лавину. И тогда, через пару десятков лет, наши полки украсят многотонные собрания сочинений о подвигах и приключениях Марианны и Луиса Альберто. А все наше телевидение превратится в один никогда непрекращающийся фильм. Мариманы всех стран - объединяйтесь!

АЛЕКСЕЙ НАГЕЛЬ

САМУРАИДА

Каждая игрушка имеет право быть сломанной. Антонио Поркья

Прошло пять лет, и в наше королевство Приехал самурай, как туча грозный. Его доспехи золотом сверкали, А взгляд блуждал от скуки пресыщенья. Несли его в парчовом балдахине Четыре подневольных человека. А свита словно ртуть вползала тихо И застывала по краям фонтана.

-Подумать только - важная персона! Меня здесь нет - уехал на охоту, Вскричал в сердцах наш господин-король И на коня вскочил, чтоб ехать в горы. Но все же, по традиции, назначил Меня проводником для гостя. -Ты покажи ему обычность нашу, А если он еще о чем-то спросит... -Я низко поклонюсь, как подобает И сразу отведу, куда он скажет...

В. и Д. Нарижные

ЧЕРНЫЕ ЗВЕЗДЫ

сказка для школьниц от 15 до 51 года

Тебе никогда не бывало грустно?

Где-то плещется теплое море, качаются в знойном мареве ветви магнолий, в зарослях тамариска звенят цикады - а здесь этого нет.

Где-то на северном небе сияют голубые созвездия, и мороз заставляет людей надевать пушистые одежды - а здесь этого нет.

Где-то шальной ветер поднимает сверкающую пыль высоко в небо и заставляет тяжело шуметь высокие сосны, роняющие шишки - а здесь этого нет.

В. и Д. Нарижные

Гениальный рассказ ? 2

Часть первая

Президент Украины Леонид Данилович Кучма шел по палубе флагмана Черноморского флота - палубного вертолетоносца "Козак Тарас Шевченко", принимая парад. Впрочем, корабль назывался так лишь с левого борта, а с правого, в связи с неделимостью флота, красовалось русской вязью другое название - "Адмирал Ю. Лужков".

Навстречу Леониду Даниловичу такой же государственной походкой шел президент России Борис Николаевич Ельцин. Он тоже принимал парад.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Григорий Стернин, Сергей Рокотов

Мне тебя заказали

Человеческий век измеряется

не временем, а поступками.

Григорий Стернин

Пролог

Август 1991 г.

Шел конец августа, и в городе стояла изнурительная жара. Температура порой приближалась к сорока, и лишь к вечеру становилось немного легче дышать.

Но не только жара и духота висели в воздухе, ощущалось нечто другое... И было непонятно, что это. Все вроде бы то же самое: среднеазиатский город, пыль, грязь, марево, загорелые чумазые бритые наголо ребятишки, кто в трусах, кто и вовсе без трусов, гомон, ленивое перекрикивание на родном языке...

СЕРГЕЙ РОКОТОВ

Конец авантюристки

Повесть

Пролог.

Закончилось короткое сибирское лето, и буквально с первых чисел сентября началась непогода - сильно похолодало, пошли дожди, с северо-запада дули холодные ветра.

Высокий белобрысый солдат, съежившись, присел на бревнышко, вытащил из кармана гимнастерки пачку "Примы" и закурил. От крепкого дешевого табака запершило в горле, и солдат сильно закашлялся. Кашлял он долго, никак не в состоянии прекратить, на глазах выступили слезы, и некому было хорошенько стукнуть его по спине, так как остальные ребята ещё заканчивали свой нехитрый обед. У него же аппетита не было, и он отказался от жирного горохового супа, приготовленного для них. Вообще-то, на аппетит он не жаловался, служил он уже почти год, и служба проходила довольно удачно, пока недели три назад их, человек десять, забрали из части и привезли сюда, на эту удивительную территорию...

РОКОТОВ СЕРГЕЙ

Кто последний за смертью?

РОМАН

1

Отныне для него новогодний праздник ассоциируется с этой темной мрачной историей. Вспоминая эти события, он испытывает смешанное чувство щемящей горечи и какой-то досады. Почему этот светлый праздник у него омрачен, и видимо, навсегда? Впрочем, у него многие дни связаны с какими-то событиями, а, следовательно, и с преступлениями. Работа такая...

Рабочий день кончился, подходило к концу 31 декабря 1992 года. День выдался нельзя сказать, чтобы слишком сложный, однако, было много какой-то муторной волокиты с бумагами, допросами свидетелей по двум запутанным делам. Николаев взглянул на часы ух, ты, уже пять минут девятого. А ведь он обещал Тамаре быть дома не позже семи и еще купить по дороге кое-что из продуктов. Ну, ничего - он еще успеет с продуктами теперь никаких проблем, купить можно что угодно

Сергей РОКОТОВ

Ментовская мышеловка

Анонс

Виктора Александрова подозревают в убийстве. А он вроде бы и не возражает, чуть ли не добровольно идет под арест. Идет.., чтобы бежать из-под стражи и самому заняться поисками настоящего убийцы. Игра сразу идет ва-банк: ни Виктору, ни убийце терять нечего...

Глава 1

Август 1974г.

Водка с пивом сделали свое дело. Настроение стало боевым, агрессивным. Их было четверо здоровых бездельников, и свои школьные каникулы они проводили именно так. Достать денег на водку, раздавить где-нибудь в лесу бутылку, закусив либо огурцом с хлебом, либо просто хлебом, либо совсем не закусывая. Потом они шли к ларьку, где продавали разливное пиво по двадцать две копейки за кружку. Обычно там собиралась здоровенная очередь. Но эти в ней не стояли, любыми способами они прорывались без очереди. Все знали, что связываться с ними опасно.