Евангелие мира от ессеев. Ч. 1

Арамейские и древнеславянские рукописи

третьего века нашей эры, в четырёх книгах

Книга первая

ЕВАНГЕЛИЕ МИРА ОТ ЕССЕЕВ

(The Essean Gospel of Peace)

Предисловие

Почти два тысячелетия прошло с тех пор, как Сын Человеческий обучал людей пути, истине и жизни. Он давал здоровье больным, мудрость - тем, кто пребывал в неведении, и счастье обездоленным. Он покорил половину человечества и всю западную цивилизацию. Этот факт доказывает вечную жизненность слов Учителя и их высшую и уникальную ценность.

Другие книги автора Эдмонд Бордо Секей

Все 4 части перевода древних текстов, найденных Э. Шекели в архивах Ватикана в начале ХХ века.

Эти тексты несут в себе забытые истины учения Иисуса Христа, столь важные для осознания людьми нашего времени.

Популярные книги в жанре Религия

Эта книга представляет собой дневник непрерывных событий, происходящих в реальной жизни двух современников, когда-то крайне амбициозных материалистов, жестко нацеленных на высокие материальные победы, стремившихся в нашем диком ритме успеть все и получить от жизни все — по максимуму и самое лучшее! И вдруг, в один миг осознавших призрачность этих побед, потерявших смысл всех своих чаяний, но получивших взамен безценный дар — новую жизнь, новый смысл, новые цели и новую надежду!

Может быть, кто-нибудь найдет в этой книге и для себя что-то важное и получит ответы на свои вопросы.

В погоне друг за другом летели над лесом невесомые светло-серые облака. Верхушки пихт и елей дремотно покачивались, и над мелкорослой бурой чащей неумолчно плыл тончайший гул. В него время от времени врывался то громкий крик, то трепет крыльев взволнованных птиц. Пернатые были суетливы, резвы, но удивительно мирны — ястребок улетал от дрозда, сыч — от малиновки, а дятлы, он и она, щеголяя своими алыми шляпками, самозабвенно танцевали вокруг дупла. Из сумрачных зарослей к узкой дороге струились запахи свежей соломы, прелой травы и сырости, а от гривки сочного вереска, если ее растереть между пальцами, уже веяло ароматом фиалок. В разрыв облаков глянуло и ярко вспыхнуло солнце. На черной дороге заблестели лужицы, кое-где просверкнули еще не успевшие дотаять льдинки. Однако солнышко спряталось так же быстро, как и появилось; по земле пополз холодок, лес опять помрачнел, и звучания его стали резче.

Известный современный библеист Джеймс Кугел увлекательно и доступно, в форме диалога между двумя евреями — пожилым банкиром и молодым филологом, — рассказывает о проблемах и задачах современного еврейства. Читатель узнает из его книги немало полезного и интересного, и самое главное — что значит в современном мире быть евреем и что для этого нужно делать.

Имя преподобного Максима Исповедника известно, кажется, всякому верующему и тем более тем, кто хоть в какой‑то мере знаком с православным богословием. Его личность яркой звездой сияет на небесном небосклоне. Известный своей высокой подвижнической жизнью, он известен и как писатель, как богослов, как абсолютный защитник Православия в борьбе с еретическими нападениями, как “Исповедник”. Именно последний титул и утвердился за святым Максимом еще с древнейших времен. Вслед за святым Софронием, вступив в брьбы с монофелитством, преподобный становится “душей” и вождем православных в борьбе с “единовольческой” ересью, которая приняла статус государственной религии. Всю жизнь оставаясь простым монахом, он смело обличал в неправомыслии всех отступивших от Истины — будь то простой верующий или первоепископ столичного города. Бесстрашие и мужество он проявляет и на суде в Константинополе, свидетельствуя о своей верности Преданию, о своей любви ко Христу. Именно последняя и сделала его Исповедником, она чувствуется на страницах всех его сочинений, независимо от того аскетический это трактат или догматическое сочинение. Говоря о литературной деятельности преподобного Максима, необходимо отметить, что он болше известен как православный, боровшийся с монофелитством, и внесший значительный вклад в развитие Христологии. Но здесь сразу же надо отметить, что святой не был только полемистом, а его сочинения на данную тему, хотя и занимают треть всего его литературного наследия, — не единственны. Еще он известен как аскетический писатель, как автор удивительных по глубине мысли “Глав о любви” и “Слова подвижнического”. Но, во–первых, это не единственные его сочинения по аскетике, а, во–вторых, и этим не исчерпывается широта его взглядов. Знакомство практически с любым его произведением, на наш взгляд, сразу же позволяет почувствовать глубину и богатство его духовного и богословского опыта. И действительно, — он был исключительно талантливым богословом и писателем. С. Л.Епифанович, пожалуй, самый серьезный русский исследователь творчества преподобного писал: “Обладая необычайной силой творческого синтеза, он словно предназначен был к тому, чтобы объединить и связать те разнообразные течения, которые сама жизнь преднамечала к органическому. Одинаково сильный и как богослов–философ, и как аскет–мистик, и как капелист, он мог взять в свои руки все отрасли византийского богословия и, как творческий ум, претворить все богатое содержание его в единство целостной системы, и мог сделать это со всей силой своего оригинального духа, безмерно возвышаясь над маленькими богословами – эксцерпторами своего времени, еле успевавшими намечать контуры своих скромных по замыслу и исполнению каппилятивных произведений”[1]

Мировая история полна событий, найти объяснение которым зачастую не представляется возможным. Когда рухнул Советский Союз, стало нормой преподносить зло как добродетель, благо, и наоборот. Лихорадит не только Россию, но и весь мир в целом. Под угрозой – духовные основы бытия. Откуда эта агрессия? Кто и что стоит за исподволь внедряемыми лукавыми правилами поведения?

В книге Николая Мальцева, в духовно-философском плане не имеющей аналогов, сделана попытка ответить на эти и многие другие вопросы. Автору открылось нечто, что скрыто от посторонних глаз.

Как и кому молиться, чтобы встретился человек, который будет хорошим мужем и отцом? Как мужчине просить о крепкой семье с любимой супругой? Какие молитвы читать родителям, чьи дети оказались в сложной ситуации?

На страницах этой книги вы найдете все молитвы, которые помогут вам обрести свое счастье в любви и сохранить благополучие в браке.

Фундаментальная монография Мирчи Элиаде по истории религий обобщает данные этнологии, сравнительного религиоведения и мифологии. От анализа конкретного материала, связанного с определенными нормами культа (неба, светил, земли, воды и т. п.), автор переходит к наиболее общим проблемам истории религий, функциям мифа и символическим структурам как универсальным способам ориентации человека в пространстве и времени.

Православная газета «Приход» не похожа на все, что вы читали раньше, ее задача удивлять и будоражить дух. Поднимаемые в ней вопросы призваны поддержать здоровую дискуссию вокруг важнейших вопросов жизни Церкви, а не заклеймить и растоптать. Газета будет интересна как делающим первые шаги в Церкви или уже крепким прихожанам, так и людям, у которых Бог в душе. Среди постоянных рубрик «Прихода» – «Мнения», «Новый Завет», «Миссионерская школа» и «Культура».

Открывает газету календарная история про Андрея Первозванного. В миссионерской рубрике рассказ из далекой Мексики, о том, как многодетная семья, бросив обычный образ жизни, занимается сложными подростками в, наверное, самом бандитском районе страны – Тихуане. Священник Томас Хопко продолжает знакомить нас с особенностями служения литургии и на этот раз говорит о том, зачем так много поминаний во время богослужения, и что такое поминание вообще. В завершении «Миссионерской школы» забегаем немного вперед и смотрим на январский праздник еще одного апостола. Как это, поклоняться веригам Петра?

Евангелие и Апостол как обычно встречаем в лекциях и проповеди архимандрита Ианнуария Ивлиева. Для рассмотрения берем не такой уж простой эпизод Богоявления. Разбираемся, где в повествовании евангелиста Луки факты, а где – образы.

Очень сложный и трогательный текст в «Полемике». Что делать, если убили ребенка? Можно ли простить и понять убийцу, его родителей? Как жить с этой ношей?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Евангелие от Лукавого

I

Нарвались! Он сперва и не заметил ничего - щурился близоруко, стараясь разглядеть что-нибудь в темноте проулка, и слыша - ближе и ближе - долетавшие голоса, - он даже не сразу почувствовал, как Андрюха Волочаев вцепился накрепко в рукав его курки: - Назад, назад, - выдохнул он, поворачиваясь обратно - к белевшим шитой строчкой фонарям на набережной. - Да что? что? - не понимал Лёха, и все они - пятеро пацанов остановились, выжидая, - подобрав в кулаки похолодевшие пальцы. Навстречу им показались всего трое. Один, ёжась в тонкой ветровочке, перекатил во рту "бычок" и осклабился: - Ребята, б..., вы откуда? И занесло же вас, а!.. Серёга Завьялов - трепло и заводила - что-то ответил ему - тихо, с невольно просквозившей хрипотцой, но мог бы и не отвечать - драка всё равно была неминуема. Их "Китай" считался в городе "мажорским" районом: давно, лет с десять тому назад, приехали строители-югославы и протянули на болотистой пустоши ряд невиданно красивых многоэтажек; ордера в них доставались по крутому блату, за взятки, и тех, кому повезло, весь неустроенный - барачный местами городок - прозывал "деньгарями". Здесь, на "Горке", среди старых рабочих дворов, нечего было и думать отделаться по-хорошему. Лёху прохватывало боязливым ознобом, он повторял себе, чтобы успокоиться: "С ними-то - что? С ними мы разойдёмся", - но за теми троими - вытащившими уже из карманов руки - подходили ещё и ещё, целая стая человек в пятнадцать. Первым ударили Ковалёва. Как штыком - ткнули палкой "под дых", накинулись скопом, не давая опомниться. Лёха вырвал у малорослого - с длинной челкой на лоб - пацана стальной прут и пробежал до черной, выщербленной стены дома. - Этого! этого! - полоснуло вдогонку, и в те мгновения, пока они стояли, пружинясь, забирая поглубже в нос сопли, метавшийся Лёхин взгляд запечатлел Пашку Сохина, которого носили по кругу кулаками, не давая упасть, Серёгу с его узким ножом-заточкой и навзничь лежавшего скулившего на земле Андрюху. "А ведь убьют нас!" - отчаянно испугался он, и испуг этот подтолкнул его на совсем уже глупость: он с маху хлестанул кого-то прутом (кто-то ахнул и застонал), замахнулся снова и ринулся от стенки вперёд - только бы пробиться сквозь них. От него отскочили - и тут же нависли со спины на шею, потом всё замелькало, рассыпалось лоскутами, и ночь, глубокая холодная ночь, сменилась кромешною тьмой...

ЕВГЕHИЙ ОHЕГИH

(роман в стихах)

Hа свете братцы все говно,

Все мы порою что оно,

Пока бокал пенистый пьем,

Пока красавиц мы ебем,

Ебут самих нас в жопу годы Таков увы закон природы. Рабы страстей, рабы порока, Стремимся мы по воле рока,

Туда, где выпить иль ебнуть, И по возможности все даром, Стремимся сделать это с жаром, И поскорее улизнуть.

Hо время между тем летит, И ни хуя нам не простит, То боль в спине, в груди отдышка, То геморрой, то где-то шишка,

СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Фатальная Любовь

Седьмое Откровение

(By Alex Sokolov)

"Малдер, я знаю, ты меня слышишь..."

агент Скалли, эпизод 701,"extinction".

После того, как Малдер исчез из больницы, агент Фоули поднимает на ноги всех штатных сотрудников ФБР, надеясь отыскать пропавшего и не подозревая о том, что его похищение инициировано её боссом, Курильщиком. Он возвращает Малдера к жизни, применяя артефакт и метод, созданный Кричгау - в результате чего тот избавляется от аутизма и "может" принять правду, уготованную ему серым кардиналом погибшего теневого правительства. Но доктор Барнс, накопив последние силы, восстановленные им на побережье Слоновой Кости (Западная Африка), прибывает в Штаты, дабы уничтожить последнее, как он считает, звено "внеземной" связи - Фокса Малдера. Он находит его секундами раньше, чем коллеги - и приводит в исполнение свой дьявольский план, движимый одним стремлением - убить...

Шотландская сказка

ФЕЯ И КОТЕЛ

Островок Сандрей, один из Внешних Гебридских островов, расположен к югу от острова Барры, и его омывает безбрежный Атлантический океан. Вокруг островка кипят волны с белыми гребешками, а на берегу всегда дует соленый резкий ветер. Над островком, пронзительно крича, проносятся морские птицы: чайки с жалобными голосами и устрицееды, что, выпятив грудь и распластав крылья белым крестом, летают с криком: "Би-глик! Би-глик! Би-глик!" (Осторожней! Осторожней! Осторожней!)