Эту книжку написал твой друг

Лев Кассиль

Эту книжку написал твой друг

Предисловие к книге

"Баруздин С. Твои друзья - мои товарищи"

Наверное, очень многие из вас, дорогие читатели, уже встречались со стихами и рассказами Сергея Баруздина. И подружились с ними ещё до того, как взяли в руки эту его книгу. Он много пишет для вас, для ребят младших и для ребят более старших, чем вы, и для совсем взрослых читателей. И всегда для всех пишет интересно.

Другие книги автора Лев Абрамович Кассиль

Про учительницу Ксению Андреевну Карташову говорили, что у нее руки поют. Движения у нее были мягкие, неторопливые, округлые, и, когда она объясняла урок в классе, ребята следили за каждым мановением руки учительницы, и рука пела, рука объясняла все, что оставалось непонятным в словах. Ксении Андреевне не приходилось повышать голос на учеников, ей не надо было прикрикивать. Зашумят в классе, она подымет свою легкую руку, поведет ею – и весь класс словно прислушивается, сразу становится тихо.

В город Свердловск приехала вместе со своей мамой девочка Римма Лебедева. Она поступила учиться в третий класс. Тетка, у которой, жила теперь Римма, пришла в школу и сказала учительнице Анастасии Дмитриевне:

– Вы к ней, пожалуйста, строго не подходите. Они ведь с матерью еле выбрались. Свободно могли немцам в лапы попасть. На их село бомбы кидали. На нее все это очень подействовало. Я думаю, что она теперь нервная. Наверное, она не в силах нормально учиться. Вы это имейте в виду.

В конце зимы 1914 года отбывающие наказание в углу братья Леля и Оська неожиданно для самих себя открывают Великое государство Швамбранское, расположенное на материке Большого Зуба. Так начинается новая игра «на всю жизнь», и происходят удивительные события, и захватывает братьев вихрь головокружительных приключений… Об этом и многом другом — повесть Льва Кассиля (1905–1970) «Кондуит и Швамбрания», любимейшее произведение нескольких поколений читателей.

Первая редакция повести (издание 1935 года).

Бывало так. Ночь. Спят люди. Тихо кругом. Но враг не спит. Высоко в чёрном небе летят фашистские самолёты. Они хотят бросить бомбы на наши дома. Но вокруг города, в лесу и в поле, притаились наши защитники. День и ночь они на страже. Птица пролетит — и ту услышат. Звезда упадёт — и её заметят.

Припали защитники города к слуховым трубам. Слышат — урчат в вышине моторы. Не наши моторы. Фашистские. И сразу звонок начальнику противовоздушной защиты города:

Сборник рассказов о Советской Армии и защитниках Родины Л.А. Кассиля

Рассказ о том, как в самые тяжёлые военные годы наше государство заботилось о детях, об их образовании.

Повесть о жизни и смерти юного партизана Володи Дубинина — героя Великой Отечественной войны.

В Москве, в Русаковской больнице, где находятся дети, изувеченные фашистами, лежит Гриша Филатов. Ему четырнадцать лет. Мать у него колхозница, отец на фронте.

Когда немцы ворвались в село Лутохино, ребята попрятались. Но вскоре хватились, что Гриши Филатова нигде нет.

Его нашли потом красноармейцы в чужой избе, недалеко от дома, где жил председатель сельсовета Суханов. Гриша был в беспамятстве. Из глубокой раны на ноге хлестала кровь.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Леонид Бахревский

Пеле

Пять лет тому назад я последний раз видел родной дом. Даже число запомнилось - 28 июля. Еще недавно наша улица была деревянной. Теперь от нее осталось два домика. Они окружены девятиэтажными коробками.

Я прошелся по комнатам, вышел во двор. От крыльца до сарая с шишками дорожка, по которой я сделал первые в жизни шаги. Когда-то это узкая полоска между сараем и огородом служила нам футбольным полем, тут мы проводили и нашу дворовую олимпиаду, а теперь она заросла высокими ромашками и одуванчиками. По одну сторону дорожки кусты малины, бывшие темными зарослями - обителью диких ирокезов. А на другом конце, у сараев, стояли два шиферных вигвама могикан. Среди малины - три груши, вокруг которых растут щавель, укроп, морковь, репа и флоксы. Когда-то тут стояла большая рябина, но она подгнила и упала. Мы обедали на кухне, как вдруг что-то тяжелое ударилось о землю, и стадо светло. Мы кинулись к окну - а рябины нет. Над кустами малины - темный уголок. Тень бросает американский ясень, свесивший свою могучую крону на забор и сарай, который мы почему-то называли амбаром, хотя тут хранились лопаты, грабли, вилы, молотки, пилы, трехлитровые банки, заигранные пластинки и подшивки старых журналов и газет. В этом темном уголке - самодельные качели, огромная крапива и тучи комаров. К амбару пристроен курятник. Здание курятника мрачно. Кур тут давно нет. Прошла какая-то чумка. При игре в прятки это было самым укромным местом, а вечером туда вообще заходить боялись. Во дворе курятника - дикая яблоня. Яблоки тут были маленькие и кислые, но никогда не зачервивливались.

Сергей Алексеевич Баруздин

Чёрный поросёнок

Родила свинья пять розовых поросят, а шестого чёрного.

Свинья удивилась, и розовые поросята не меньше.

- Откуда ты такой страшный? - спрашивают.

Ничего не ответил им чёрный поросёнок, только засмеялся, захрюкал.

- Это уже интересно, что ты первым научился хрюкать, - сказала свинья.

Месяц прошёл, все поросята подросли, а чёрный больше всех.

- Мы ещё посмотрим, - говорит, - кто лучше.

МИРАН ШИЛЬКЕ

Деревенская принцесса

Аннотация

Что делать, когда в один момент ты теряешь всё, что было тебе дорого? Кира прежде не задавалась этим вопросом. Известная актриса подросткового сериала, кумир миллионов, она осталась без работы, признания и популярности... Даже заветная мечта — поездка на Мальдивы теперь неосуществима: девушка вынуждена провести своё лето в глухой деревне у бабушки, где нет даже мобильной связи.

Очерк современных представлений о возникновении и развитии солнечной системы.

Сборник документальных рассказов о замечательных людях Ленинграда, мастерах своего дела — судосборщике Ф. В. Вишнякове, экскаваторщике В. И. Кукине, доярке Н. И. Брашкиной, инструментальщике Н. Н. Русакове и печатнице М. В. Щаденко.

Он чихнул.

— Будь здоров! — сказал я громко.

Пассажиры, сидевшие рядом со мной в автобусе, рассмеялись.

Щенок испуганно попятился и снова чихнул.

— Будь здоров! — повторил я.

Пассажиры вновь засмеялись.

Щенок посмотрел на меня и робко подполз к моим ногам.

Очевидно, он почувствовал, что я искренне пожелал ему

здоровья и потому решил держаться ко мне поближе.

Больше он не чихал.

Когда я вышел из автобуса, он выскочил за мной следом.

Все признаки расизма были налицо.

Он был черный, и на него никто не обращал внимания.

Его белые братья и сестры стояли в багажнике легкового автомобиля, тряслись от страха и старались спрятать от окружающих свои белобрысые тупые рыльца.

Потому что покупатели приценивались к ним, белым, и их хозяин то и дело хватал кого-то из них за заднюю ногу и извлекал для осмотра. Они испуганно визжали. Некоторых из них покупали и клали в мешок. Там они визжали еще громче. Того, который покупателю не нравился, ставили обратно в багажник и он, дрожа от пережитого ужаса, забивался мордочкой внутрь, так что наружу торчал лишь его белый, аппетитный зад, да хвостик колечком.

Саша Чёрный

Катись горошком

Укатила барыня, командирова жена, на живолечебные воды, на Кавказ. Остался муж ейный, эскадронный командир, в дому один. Человек уж не молодой, сивый, хоша и крепкий: спотыкачу в один раз рюмок по двадцати охватывал. Только расположился на полной свободе развернуться, от бабьего гомону передохнуть, глядь-поглядь на двор барынина мамаша на пароконном извозчике вкатывает. Перья на шляпке лопухом, скрозь вуальку глазищами, словно вурдалак, так и лупает. Барыня ей, стало быть, секретный наказ послала: "Приезжай, последи за моим сахарным. А то без меня дисциплину забудет, – либо обопьется, либо с арфянками загуляет. В дом наведет, из приданых моих чашек лакать будут". Отдохнул, значит!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Когда хотят сказать, что какая-нибудь история очень стара и давно всем известна, то говорят, что она уже имеет длинную бороду.

Про мою новогоднюю историю тоже можно сказать, что эта история с длинной бородой, и даже не с одной, а с двумя, если хотите…

Всё, о чём я собираюсь вам сейчас рассказать, случилось вскоре после войны, в канун Нового года, недалеко от Минска, в рабочем посёлке при заводе, где директором товарищ Барабаш. Заводские комсомольцы порешили устроить для ребят славные каникулы. Ребят в посёлке было много, и, как выражался секретарь заводского комитета комсомола Сеня Михалёв, ёлка работала в три смены – трижды в день зажигали на ней цветные лампочки; и утром, днём и вечером седовласый неутомимый бородач в звёздной шапке водил ребячьи хороводы вокруг воздвигнутой посредине барака высокой ели, привезённой комсомольцами из лесу.

Л. Кассиль

Изустный период в г. Покровске

Из материалов к книге "Кондуит".

Покровск на Волге - столица. Главный город Республики немцев Поволжья. Это из географии. К сведению.

Вывески двойные - немецко-русские. Язык тройной. Вроде одеколона. Украинский, русский, немецкий.

Интересный городок. Летом пыль - жуть. А это было зимой. В 1927 году. Снег был до окон, до крыш, до безобразия.

У Халтурина - это значит в клубе им. Ст. Халтурина. Клуб совторгслужащих. Раньше назывался приказчичий. Когда переименовали, все думали, что будет вроде ресторана-кабаре. Халтурный клуб.

Лев Кассиль

Про жизнь совсем хорошую

Оглавление:

ГЛАВА 1. Счастье с честью

ГЛАВА 2. Своими руками

ГЛАВА 3. "Хочу", "нельзя" и "надо"

ГЛАВА 4. Чужими руками

ГЛАВА 5. Самая главная несправедливость

ГЛАВА 6. Великий поворот

ГЛАВА 7. Напрямик к заветному

ГЛАВА 8. Семилетним шагом

ГЛАВА 9. Огонь добрый и злой

ГЛАВА 10. Насчет конфет

ГЛАВА 11. Как все это будет?

ЛЕВ КАССИЛЬ

ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ Е. КОКОВИНА "ДИНЬ-ДАГ"

СИВЕРКО, ПОМОРСКИЙ ВЕТЕР...

Всякий раз, как я открываю книгу Евгения Коковина, новую или давно уже прочитанную, мне кажется, что со страниц её веет на меня свежим северным ветром, - сиверко называют его поморы, жители беломорских берегов, земляки писателя, книгу которого вы сейчас держите в руках.

У детской литературы богатая и просторная география. Талантливые писатели, пишущие для ребят, живут не только в Москве и Ленинграде. Хорошую большую литературу для детей делают во многих краях нашей родины. Подойдёшь к её карте, окинешь её, громадную, взглядом - и думаешь о дорогих товарищах по работе: они везде, куда ни глянь!