Есть идея!

Телефон заверещал в семь утра. Не попсовым мурлыканьем от абонента Emili, не сидящим в печенках Моцартом от шефа, а сигналом экстра - "Полетом валькирий" - способным поднять и мертвого.

Кир оторвал от влажной подушки чугунную голову. Комната плавала перед глазами; валькирии, казалось, кружили под потолком. Притвориться, что заболел синдромом социальной апатии, что ли?

Звонок на мгновение умолк и грянул с новой силой. Пришлось нащупывать валяющуюся на полу трубку.

Другие книги автора Наталья Егорова

Продолжение серии книг про Наталью Иномирянку

Просто верь. В себя, в людей и нелюдей, а главное в то, что все будет хорошо.

Страх делает из слабого труса, а из сильного героя Академия гудела как потревоженный улей. К концу занятий в ее стенах не осталось ни одного человека, который был бы не в курсе произошедшего в обед в столовой. Адепты бурно обсуждали инцидент, собираясь небольшими группами в коридорах, холле и даже во дворе. Похоже, я была первой, кто решился открыто бросить вызов грозному завучу. Точнее я была единственной, у кого не имелось другого выхода — магия была для меня всем. Некоторые, встречая в коридорах, разглядывали меня с каким-то жадным интересом. В чем тут дело прояснил Эрин, прибежавший после перемены с известием о том, что многие заключают пари на то, сколько я продержусь до того как все-таки сбегу. Сроки разнились от одного дня до одного месяца.

Я очнулась в другом мире, где обозвали Избранной, но быстро выяснили, что ничего полезного я не умею. И только один лучик надежды — возможность исполнить свою заветную мечту и стать магом. Для этого придется приложить множество усилий, но разве это имеет значение, когда главное чудо в твоей жизни уже случилось? Это история об обычной девушке в необычной ситуации, ее маленьких друзьях, магической академии и взаимопомощи. Даже если сбылась самая заветная мечта, за нее еще придется бороться.

Нам рассказали как важно то, что мы будем делать, пришедшим поглазеть на построение жителям — какие мы сильные маги, отдельно отметили героев-первокурсников, которые наравне со вторым курсом вызвались помогать людям защищать селения от нечисти и болезней и под торжественный марш отправили навстречу рутинной работе столь нелюбимой архимагом Элтаром...

Даже программисты не станут отрицать, что они народ необычный. Недаром о них сложено столько анекдотов – Василий Иванович с Вовочкой позавидуют. Вот и родилась идея собрать под одним переплетом произведения авторов-программистов.

В сборник вошли рассказы пятнадцати авторов из США, Израиля, России, Украины и Эстонии. Всю информацию об авторах можно найти на сайте издательства «Млечный Путь»: http://milkyway2.com.

Картленд включил передатчик. В мёртвой черноте экрана отражались впалые щёки и тусклые глаза под набрякшими веками.

Красавец...

– Станция "Эра" вызывает базу Галактического кольца. Станция "Эра" вызывает базу Галактического кольца. Отзовитесь, сволочи, мать вашу! Станция "Эра"...

Впору было свихнуться.

Одиннадцать месяцев взаперти: два жилых яруса, четыре коридора, двадцать шесть кают, гальюн, душ, кубрик, рекреация, гидропонный блок... В ангарах не осталось ни капли топлива, только пыль лежала трясиной: ступишь - засосёт.

Зак украдкой скосил глаза из-под рваной повязки, служившей ему головным убором. Остальные рабы пока не заметили отставшего товарища по несчастью. Один из охранников, сопровождавших жалкую колонну, поправлял ошейник злобного пса-убийцы, другой закуривал вонючую самодельную папиросу. Это был крохотный, но шанс.

Зак юркой змейкой просочился в приоткрытую дверь. Полузасыпанный землей бункер, невесть как оказавшийся на территории бывшего кемпинга, нынче представлял собой огрызок коридора с шершавыми бетонными стенами. Двери по обеим сторонам прохода были наглухо запечатаны, но и та площадь, что оставалась в его распоряжении, давала некоторую надежду остаться необнаруженным. Рабов сгоняли в бараки толпой, для сна служило все пространство дощатого пола, а пересчитывали рабочую силу лишь с утра. Зак надеялся к этому времени проскользнуть мимо охранников, перелезть через невысокую двойную ограду из колючей проволоки и... дальше надежда только на собственные ноги.

Популярные книги в жанре Социальная фантастика

Что нужно Настоящему Писателю™?

Чтобы книги в издательстве брали без вопросов — раз!

Чтобы за них хорошо платили — два!

И чтобы пираты их не пиратили — три!

Компания «Магистериум» соответствует всем этим требованиям. Не хотите с ней поработать?

Череда загадочных убийств заставит детектива и поразмышлять, и побегать. С первым у него все в порядке, а вот второе дается с трудом.

Небольшая повесть о верности традициям

Шестнадцать пар глаз, не отрываясь, следили за экранами, где вот-вот должна была появиться планета.

— Три к одному, — сообщил второй пилот.

Шиэр З С, командир корабля и Старший Контактер, вошел в главную рубку.

— Как дела, парни?

— Все в норме, командор, — доложил Круас Т Т, молодой вахтенный офицер. — Сейчас войдем в континуум. Системы связи готовы.

Командор отечески положил четырехпалую руку на плечо Круаса.

— Волнуетесь, лейтенант?

Уважаемый господин Председатель!

Уважаемые господа члены клуба!

Позвольте мне, как секретарю клуба попечителей, открыть наше ежегодное рождественское заседание. Прежде всего прошу вас почтить память нашего доброго товарища и друга Герберта Шторферна, покинувшего нас в этом месяце. Увы, смерть не щадит и самых достойных.

Спасибо, прошу садиться. Итак, позволю себе напомнить, что сегодня у нас не совсем обычное рождественское заседание. Сегодня наш юбилей, двадцатилетие клуба. И в качестве приятного сюрприза к юбилею хочу сообщить, что благодаря удачным вложениям наш ежегодный призовой фонд возрос в этом году до 12 миллионов долларов. Разрешите считать эти аплодисменты одобрением работы нашей Финансовой комиссии. Но, разумеется, деньги имеют для нас чисто символическое значение, и вовсе не они, а чистый и благородный спортивный дух объединяет нас. Так было и двадцать лет назад, когда нашими усилиями был основан приют Гринсвуд. В честь этой славной даты, а также потому, что господин Филипп Шторферн, сын господина Герберта и наследник всего его имущества, сегодня впервые присутствует на нашем заседании, позвольте мне вкратце напомнить страницы нашей истории и устава.

В будущем в США засекреченный изобретатель создает «Штуковину» — устройство, которое может дублировать всё, включая самое себя. В романе блестяще экстраполируются социально-экономические последствия этого агрегата во всей его ужасающей прелести.

© ozor

Старик Фогель помогал многим. Сможет ли он помочь Джимми? Джимми обратил взгляд к индикаторам на приборной доске, и прочел дату и время. Изображение на небольшом экранчике машины выглядело реально, и залитые солнечным светом деревья, и теплое дыхание ветерка. Вот Джимми бежит в стайке мальчишек, все лет до двенадцати. Они карабкались вверх по склону к каменоломне, к мертвой ели. Джимми шагнул на ствол, и увидел внизу разверзшуюся пропасть. Сможет ли он пройти по дереву в этот раз, спустя два десятка лет? Правда, некоторые люди считают, что лучше забыть о прошлом и решать наши проблемы в настоящем.

© ozor

Повзрослевшие Тео и Габби теперь смотрят на мир совсем другими глазами: пережитые травмы сделали их сильнее, однако судьба продолжает подкидывать брату и сестре все новые и новые испытания.

Ричард больше не безропотный мальчишка, а возмужалый герой и смелый юноша, готовый на великий подвиг ради своей любви. Не сведет ли его с ума столь сильное чувство? Ведь последствия такого душевного урагана могут оказаться фатальными… Сможет ли Ричард взять за них ответственность в полной мере? И чем обернутся для молодых людей эти революционные – во всех смыслах – этапы взросления?

Комментарий Редакции: Первоклассное сочетание взрывного сюжета, легкого повествования и погружающих в сюжет декораций. В героев сложно не врасти!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вовка Гриф задумчиво тонул взглядом в литровой бульоннице с чаем. Одинокий пакетик заварки вяло болтался в жидкости, придавая ей цвет пожухлой травы. Да и на вкус выходило сено-сеном.

Гриф подцепил толстыми пальцами кубик рафинада, макнул краешком в чай и долго наблюдал, как поднимается желтизна по невидимым капиллярам.

Так и мы, - угрюмо подумал Вовка, - ползем, ползем наверх, а все ради чего? Чтоб бултыхнуть в общую посудину свою ложку дегтя и считать, что сделали важное дело? Эх...

– Дамы и господа. Виртуальный судебный процесс "народ Объединенной Земли против Рината Хлопова" объявляется открытым. Слово предоставляется обвиняющей стороне.

Прокурор - маленький круглый человечек, стремительно вскакивает с бортика бассейна и раскланивается.

– Ваша честь, достопочтенные господа присяжные. Позволю себе кратко напомнить основные факты этого дела. 13 декабря 2278 года из книжного мегамаркета "Эллипс" были украдены четыре книги, что само по себе является преступлением. Высокий суд, господа присяжные. Обвинение намерено показать, что у подсудимого имелись мотивы и возможности совершения этого преступления, и что мотивы эти отличаются особым цинизмом и извращенностью.

В тот день выпал первый снег.

Впрочем, разве ж это снег - вот в Сибири, говорят, как навалит сантиметров тридцать за ночь - веселуха! А здесь шоркаешь по тротуару, а за тобой асфальтовые следы тянутся. Зато холод собачий, и это уже в конце октября. По институту сквозняки гуляют, на улице ветер свищет, а перчатки я еще в прошлом году посеял, да так новые и не купил. Жаба задушила.

К тому же еще и магнитная буря разгулялась, по радио передавали, а я человек магнитозависимый. Слово красивое, а самочувствие поганое: голова чумная, спать хочется - спасу нет, очки к носу примерзли. И главное, угораздило же меня именно сегодня договориться курсовую у Белкина взять, да еще и на улице встречаться. В такую-то холодину.

– Алло, там! "Мегатаунхаус"? Вы в курсе, что у вас в секторе G дома кривые?

Прораб откусывает от гигантского бутерброда с клонированной ветчиной, лениво отрывает задницу от стула, чтобы заглянуть в экран.

– В смысле, кривые?

Человек на том конце волны коренаст и напорист. Волосы торчат надо лбом дикобразьими иглами.

– Сам смотри.

Прораб озадачен. Конструкция на плоском снимке больше всего напоминает мутировавший баньян: многоэтажные башни прихотливо извиваются, проникая друг в друга и образуя невероятные замкнутые поверхности.