«Если», 2001 № 09

«Если», 2001 № 09
Авторы:
Перевод: Ирина Гурова, Андрей Новиков, Татьяна Перцева
Жанры: Научная фантастика , Газеты и журналы
Серия: Если (журнал)
Год: 2001
ISBN: ISSN0136-0140

Андрей САЛОМАТОВ. В БУДУЩЕМ ГОДУ Я СТАНУ ЛУЧШЕ

Смутные желании гонят героя из одного мира в другой. И каждый оказывается забористее предыдущего.

Павел АМНУЭЛЬ. ПО ДЕЛАМ ЕГО…

Увеселительная прогулка окончилась дикой и необъяснимой гибелью одного из приятелей. Кто виноват? Детектив превращается в фантастику.

М. Шейн БЕЛЛ. ДЕБЕТОВОЕ САЛЬДО

Укладываясь в спячку на четыреста лет, подумайте, все ли вы предусмотрели.

Виктор КОМАРОВ. НЕУДАЧНИК

Последний рассказ известного фантаста и популяризатора науки.

Терри БИССОН. МАКИ

Премия «Небьюла» нынешнего года.

Олег ОВЧИННИКОВ. БОЛЬ

Как часто, сопереживая близким, мы готовы взять на себя их боль…

Роберт РИД. СЛИШКОМ МНОГО ДЖОЭЛОВ

Людям мало чужих жен и денег. Им и жизнь надо прожить — чужую.

ВИДЕОДРОМ

Электроник по-американски… Франкенштейны, Кинг Конги, мумии так любят возвращаться… Неизвестный пан Станислав…

Евгений ХАРИТОНОВ. ГРУСТНЫЙ ВЗГЛЯД ВЕСЕЛОГО ЧЕЛОВЕКА

И нашей литературе есть два прозаика с одним именем и фамилией.

Дмитрий ВОЛОДИХИН. ЗАБЫТЫЙ ДОМ И ШУМНЫЙ ПЕРЕКРЕСТОК

«Семья — ячейка общества»… Писатели, оказывается, другого мнения.

РЕЦЕНЗИИ

Рецензенты, к бою!

КУРСОР

Премии вручают не только в Канзасе, но и в Сибири.

Сергей НЕКРАСОВ. В УЕЗДНОМ ГОРОДЕ N

Московский критик анализирует социальную «Муть».

КОНСИЛИУМ

Может ли фантаст писать реалистическую прозу? А реалист — фантастику?

ПЕРСОНАЛИИ

Авторы о себе и критики об авторах.

Отрывок из произведения:

Окон здесь не было. Именно это больше всего беспокоило Джеймсона в том времени, куда его занесло. Он никак не мог понять, почему окна больше не нужны. Ему хотелось снова видеть мир, удостовериться, что он по-прежнему зеленый, небо — голубое, цветы еще цветут… но во всем здании не оказалось ни одного окна.

Робот осторожно поднял Джеймсона и подложил подушку под голову. Металлические пальцы неприятно холодили кожу даже сквозь теплый костюм.

Рекомендуем почитать

Кейдж БЕЙКЕР. КОРОЛЕВА МАРСА

Марс атакуют! Политики, авантюристы и недолечившиеся психи.

Олег ДИВОВ. ЛИЧНОЕ ДЕЛО КАЖДОГО

Понятно, что речь идет о выборах. Но что, в конце концов, выбираем-то?!

Брайан ПЛАНТ. ПОЮЩАЯ МАШИНА

Не секрет, что роботы способны на высокую и жертвенную любовь.

Чарлз ШЕФФИЛД. ЗАБРОШЕННАЯ ЗЕМЛЯ

В этой детективной истории все непросто. Даже физика происходящего.

Андрей ЩУПОВ. СМОТРИТЕЛЬ

Бывший председатель бывшего сельсовета тужит о рухнувшей карьере, однако приобретает полномочия, о каких и не мечтал.

Пол МАКОУЛИ. РИФ

Этот объект поражает ученых разнообразием биологических видов, но научный проект хотят закрыть.

Дмитрий ЯНКОВСКИЙ. ПАРАДОКС ФИЛИМОНОВА

Горе-спасателя за «заслуги» собираются отправить на пенсию, однако неожиданно поручают ответственное задание.

ВИДЕОДРОМ

Фродо — молодой, да из ранних… Мало кто запоминает их имена, но их вклад в кинофантастику переоценить трудно… Все больше мистики на экране: вампиры, оборотни и монстры плодятся и размножаются.

Андрей СТОЛЯРОВ. О ТОМ, ЧЕГО НЕТ

Нет, речь не о деньгах: кое-когда они все же появляются. А вот этой «материи» нет в принципе. Хотя очень хочется ее увидеть.

ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ

Как и ожидалось, для фантастов человеческая достоверность важнее реалистичности создаваемых моделей.

РЕЦЕНЗИИ

Редкий случай: рецензенты почти поголовно добродушны. Интересно, что бы это значило?

КУРСОР

Перемещаясь по экрану фантастики, курсор непременно задержится на иконке «Новости».

Кирилл БЕНЕДИКТОВ. ГЕНИИ? В СЕРИЮ!

Откуда у дона российская грусть?.. На этот раз издательство «Новая Космогония» представило читателям книгу испанского автора.

Эдуард ГЕВОРКЯН. ТОП-МЕНЕДЖЕРЫ ПОСТАНОВИЛИ

Их коллективное решение комментатора радует. Правда, с оговорками.

Вл. ГАКОВ. ЧЕЛОВЕК СО СВОИМ ЛИЦОМ

…или Бегущий по лезвию жанра.

ПЕРСОНАЛИИ

Кое-какие подробности о жизни и творчестве, предложенные самими авторами. И сведения, собранные библиографами.

ПРИЗ ЧИТАТЕЛЬСКИХ СИМПАТИЙ

Редакция призывает читателей принять участие в организации литературной премии имени Кира Булычёва. И ответить на вопросы нашей традиционной анкеты.

Гордон ДИКСОН, Челси Квинн ЯРБРО. СОШЕСТВИЕ НА ПЛАНЕТУ ОБРЕЧЕННЫХ

Что опаснее для судеб Вселенной — темные страсти, способные овладеть человеком, или беспрекословное повиновение роботов, готовых выполнить любую волю людей? Знаменитые авторы космического боевика задумываются и над этой проблемой.

Аллен СТИЛ. КУДА МУДРЕЦ БОИТСЯ И СТУПИТЬ…

Исследование подробностей загадочной гибели «Титаника» давно отдано на откуп кинематографистам. Судьба дирижабля «Гинденбург» заинтересовала американского фантаста.

Андрей САЛОМАТОВ. ПРАЗДНИК

Гости, которые нагрянули к вам не из другого города и даже не с соседней улицы, а с ваших собственных антресолей, — это что-то новенькое.

Диана ДУЭЙН. НЕ ТРОГАЙ ЭТУ ГАДОСТЬ!

Если молодая симпатичная девушка отправляется на поиски приключений, да еще и абсолютно обнаженной, то она эти приключения получит. Но совсем не те, о которых вы подумали…

Мария ГАЛИНА. ФОРЕЛЬ

Двое бродяг, возвращающиеся из скитаний по мирам на родную и желанную Землю, неожиданно узнают друг о друге и о самих себе самое главное.

Николай ГОРБУНОВ. ГИБЕЛЬ ТИТАНОВ

Как и почему погиб дирижабль «Граф Гинденбург», пак повлияла эта трагедия на историю воздухоплавания?

Вл. ГАКОВ. ПУТЬ ДОРСАЯ

Всю свою жизнь Гордон Диксон осваивает новые миры и борется за торжество Закона и Порядка в галактике.

ЗВЕЗДНЫЙ ПОРТ

Вас ждут очередные приключения на астероиде, новые истории Старого Капитана, переписка с землянами и неземлянами, гневная отповедь плохим переводчикам и многое другое.

ПРИЗ ЧИТАТЕЛЬСКИХ СИМПАТИЙ

В голосовании приняли участие 428 читателей нашего журнала. Репортаж о награждении победителей и последующем космическом полете читайте в этом номере.

КУРСОР

Отовсюду обо всем — мир фантастики в разрезе событий и планов.

РЕЦЕНЗИИ

Как всегда — мнение рецензента не догма, по прислушаться стоит.

ПЕРСОНАЛИИ

Некоторые подробности об авторах этого номера.

ВИДЕОДРОМ

Страх и смех, слезы и улыбки в кинофантастике должны быть умело дозированы.

О фильмах, снятых по произведениям Рэя Брэдбери, читайте в рубрике «Экранизация».

Лэнс Хенриксен разрезан пополам, но от этого он не стал хуже.

СОДЕРЖАНИЕ НОМЕРА:

Наталья РЕЗАНОВА. ХОЗЯИН ЖЕЛЕЗА

Таинственное королевство полно загадок и противоречий. Люди в нем жить не могут, но население там имеется. Кто же они, обитатели Заречья?

Борис РУДЕНКО. НАСЛЕДНИК

В битве за престол мало проявить отвагу, силу и мастерство. Этого у всех претендентов в достатке. Но надо знать еще кое-что…

Генри Лайон ОЛДИ. СМЕХ ДРАКОНА

Жадные, мелочные предатели — прямо дракону на смех… Слезы-то ведь лить не ему.

Дмитрий БАЙКАЛОВ. БРЕМЯ УЧЕНИКОВ

Взлетит ли комиксный буревестник, черной молнии подобный, в прокатную высь?

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Существует ли грань между мистикой и стимпанком в понимании современных модных режиссеров?

Аркадий ШУШПАНОВ. ЗИМА ПАТРИАРХА

Есть в прошлом кинофантастики имена не то чтобы забытые, но постепенно выпадающие из памяти современников. А ведь вклад этих патриархов переоценить трудно.

Святослав ЛОГИНОВ. ОСЬ МИРА

Все остается людям. И даже великие маги не имеют права посягать ни на Ось Мира, ни на Великую Черепаху, ни на Покров небес.

Гэри ДЖЕННИНГС. РАНО ИЛИ ПОЗДНО ЛИБО НИКОГДА-НИКОГДА

«Ведь на нем же из одежды — ничего, помимо бус…» Как далек от истины этот традиционный образ дикаря!

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ. ПРОГЛОТ

Что ни день, все хлопотнее служба современного домового. Ноутбук блюсти — это вам не пыль из углов выметать.

Дмитрий ВОЛОДИХИН. ВОЗВРАЩЕНИЕ В ГРИНЛАНДИЮ?

Московский писатель и критик — в поисках нового литературного явления, подозрительно похожего на городскую сказку.

РЕЦЕНЗИИ

«Злоупотребление» чтением — лучшая из человеческих привычек. Не отказывайтесь от нее!

Николай КАЛИНИЧЕНКО. ВСЕМИРНАЯ ВЫГРЕБНАЯ ЯМА

Категоричность месседжа нового романа харьковского дуэта явно не понравится любителям «нефильтрованного базара».

Вл. ГАКОВ. КАРТОГРАФ АДА

Настоящий английский джентльмен, интеллектуал, идеолог «Новой волны», большой знаток космических теплиц и беспробудный весельчак-балагур. Удивительно, но все это — одно лицо. И ему в этом году исполняется 85 лет.

Сергей ЛУКЬЯНЕНКО. ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РАЗГОВАРИВАЛ С АНГЕЛАМИ

…И наконец договорился. Правда, населению столицы пришлось несладко.

КУРСОР

«Желтая» пресса попыталась использовать имя Б. Н. Стругацкого для раздувания скандала. Приводим ответ самого писателя.

ПЕРСОНАЛИИ

Единственное, что отличает их от нас — это умение облекать свою бурную фантазию в слова. Во всем остальном они самые обычные люди.

ФАНТАСТИКАЕжемесячный журналСодержание:

Роберт Янг. САД В ЛЕСУ, рассказ

Дэвид Брин. КРАСНЫЙ СВЕТ, рассказ

Борис Силкин. С ЧЕГО ЖЕ НАЧАЛОСЬ ВСЕ-ВСЕ-ВСЕ

Ларри Нивен. ДЫМОВОЕ КОЛЬЦО, роман

Сергей Ениколопов. МЕНЯТЬСЯ ИЛИ МЕНЯТЬ МИР?

ФАКТЫ

Жан-Мишель Ферре. ЦЕФЕИДА, рассказ

Эдуард Геворкян. БОЙЦЫ ТЕРРАКОТОВОЙ ГВАРДИИ (окончание эссе)

РЕЦЕНЗИИ

ПРЕМИИ ГОДА

PERSONALIA

На правах рекламы [Издательства представляют]

ВИДЕОДРОМ

Дизайн: Ирина Климова, Наталья Сапожкова.

На обложке иллюстрация к роману Ларри Нивена «Дымовое кольцо».

Авторы иллюстраций: О. Васильев, А. Жабинский, К. Рыбалко, А. Филиппов.

Семиклассник Аллен Додсон сидел на уроке математики, уставившись в затылок Пегги Коркоран, когда на него снизошло озарение, изменившее мир. Сперва его собственный мир, а затем постепенно, наподобие костяшек домино, падающих в заранее заданном ритме, мир каждого из нас. Хотя мы, разумеется, тогда этого не знали.

Источником озарения стала Пегги Коркоран. Аллен сидел позади нее с третьего класса (Андерсон, Блейк, Коркоран, Додсон, Дюквесн…) и никогда не считал сколь-нибудь примечательной. Да она таковой и не была. Происходило это в 1982 году, и Пегги расхаживала в майке с Дэвидом Боуи и с растрепанными косичками. Но в тот момент, глядя на ее мышиного оттенка волосы, Аллен внезапно осознал, что в голове у Пегги наверняка полная каша из обрывков мыслей, противоречивых чувств и полуподавленных желаний — совсем как у него.

ФАНТАСТИКАЕжемесячный журналСодержание:

Жюль Верн. ПАРИЖ ПОКОРЯЕТ ВСЕХ, рассказ

Вл. Гаков. БЕСКОНЕЧНАЯ ВОЙНА

Зенна Хендерсон. ЖАЖДА, рассказ

Пол Картер. ТАЙНА БРИЛЛИАНТОВЫХ КОЛЕЦ, рассказ

Сергей Дерябин. ВСЕЛЕННАЯ НЕ СТОПКА БУМАГИ

Джонатан Летем. ХОЗЯИН СНОВ, роман

Банк идей

*Дэвид Брин. «ТС-С-С», рассказ

Прямой разговор

*Андрей Столяров. «ВЫШЕ ЛЮБЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ»

Вл. Гаков. ПОХИЩЕНИЕ ЕВРОПЫ

КУРСОР

РЕЦЕНЗИИ

PERSONALIA

ВЕРНИСАЖ

*Вл. Гаков. ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РЕАЛИЗМ МАЙКЛА УЭЛАНА

ВИДЕОДРОМ

*Тема

-- Дмитрий Караваев. «ПЯТЫЙ ПУНКТ КИНОФАНТАСТИКИ»

*Рецензии

*Приглашение к разговору

-- Сергей Кудрявцев. ИЛЛЮЗИЯ В КВАДРАТЕ

*Тема

-- Василий Горчаков. ВЕЛИКИЙ МЕЧТАТЕЛЬ НА ЭКРАНЕ

Обложка: Майкл Уэлан. Иллюстрации: Н. Алексеев, О. Васильев, А. Филиппов.

ДЭВИД БРИН. ДЕЛО ПРАКТИКИ

Модель мира, придуманная Д. Брином, удивит даже самых искушенных знатоков фантастики.

Дж. Дж. ХЕМРИ. ЕСЛИ ЛЕГОНЬКО ПОДТОЛКНУТЬ…

Отправляемые на Марс исследовательские аппараты гибнут один за другим. В чем причина? Вы не поверите…

Василий ГОЛОВАЧЕВ. НЕВЫКЛЮЧЕННЫЙ

Героя рассказа постигает странная форма амнезии: из его памяти исчезают книги, знаменитые актеры, исторические персонажи и целые государства.

Фред САБЕРХАГЕН. ОБМЕН РОЛЯМИ

«Наш» агент отправляется в Лондон XIX века, чтобы нейтрализовать вражеского андроида, угрожающего будущему всего человечества.

Бен БОВА. ВОПРОС

Ни одна угроза инопланетян не смогла бы привести человечество в такое смятение, как это мирное предложение…

Эдуард ГЕВОРКЯН, Николай ЮТАНОВ. НИЩИЕ ДУХОМ НЕ СМОТРЯТ НА ЗВЕЗДЫ

Грозит ли нам вырождение, если мы забудем о космической миссии человечества?

Михаил ЮГОВ. ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН?

О феномене Шерлока Холмса рассуждает психолог.

ВЛ.ГАКОВ. ВОСХОЖДЕНИЕ ДЭВИДА БРИНА

Знаменитый фантаст до сих пор сожалеет, что не стал ученым или инженером.

БАНК ИДЕЙ

Фзнтезийная задача оказалась неожиданно трудной для участников традиционного конкурса.

Юрий БРАЙДЕР, Николай ЧАДОВИЧ. «ХОРОШУЮ ИСТОРИЮ ЖАЛКО ОБРЫВАТЬ»

На вопросы читателей отвечают известные белорусские писатели Юрий Брайдер и Николай Чадович.

ПОЛЕМИКА

У читателя есть претензии к нашему автору… У автора — к читателю!

КУРСОР

Что еще новенького в мире фантастики?

РЕЦЕНЗИИ

Что еще новенького в книжном море?

ПЕРСОНАЛИИ

Специально для любителей подробностей.

Евгений ЛУКИН. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ПОЭМА ВТОРОГО ПОРЯДКА

Известный писатель вернулся в родные места, но ситуация оказалась настолько фантастичной, что пришлось восстанавливать последовательность событий.

Аллен СТИЛ. НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЙ ПУНКТ

Кеннеди и Хрущев об этом так и не узнали… Да и что бы они сумели сделать?

Юджин МИРАБЕЛЛИ. ПОГОВОРИМ ПО-ИТАЛЬЯНСКИ?

Вот что бывает, когда у вас в квартире начинает петь вода.

Пьер ЖЕВАР. СКОЛЬКО ВСЕГО СЛУЧИЛОСЬ…

На самом деле все произошло не так, как в действительности.

Джек СКИЛЛИНСТЕД. ЦИФРОВОЙ ПУДЕЛЬ

Есть вещи куда более важные, чем копирайт.

Тимур АЛИЕВ. E-MAN

В компьютерную эпоху у людей в головах заводятся не только тараканы.

Анна КИТАЕВА. ДЕНЬ ПРИОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ

Одна из самых популярных тем в фантастике — попытка изменить собственное прошлое, но здесь с неожиданным «техническим» решением.

Александр БАЧИЛО. НЕ НУЖНЫ

Да кто же, в конце концов, эти инопланетяне?

Евгений ГАРКУШЕВ. БАРСУКИ

Вот бы порадовался Гринпис!

Дмитрий БАЙКАЛОВ. НЕ ЗАРЕКАЙСЯ…

Твой дом — тюрьма. Космическая.

Аркадий ШУШПАНОВ. ПОСМЕЁМСЯ «ПО-ЧЁРНОМУ»

Зачем разрываться между фантастикой и юмором, когда их можно объединить, решил Барри Зонненфельд — и сделал «Людей в черном».

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Все супергерои в одном флаконе! Не случилось бы передоза.

Владислав ГОНЧАРОВ. ЗАЧЕМ МЫ ИГРАЕМ?

Взгляд изнутри человека, который и в самом деле знает, зачем и как.

РЕЦЕНЗИИ

Говорят: «Друзей не выбирают». А книга, как известно, лучший друг. И не только потому, что умный. Но еще и потому, что всегда оставляет право выбора.

КУРСОР

На «Интерпрессконе» доказали: биографическая работа об авторе вполне может победить при голосовании фэнов монографию самого писателя.

КОНКУРС «РОСКОН-ГРЕЛКА»

По традиции, знакомим читателей с одним из рассказов-лидеров.

ПЕРСОНАЛИИ

Это как своеобразный ежемесячный ритуал: почитал тексты, познакомься и с авторами.

Другие книги автора Песах Рафаэлович Амнуэль

Книга, не имеющая аналогов в отечественной научной фантастике!

Пятнадцать ведущих писателей-фантастов, среди которых такие суперзвезды, как Сергей Лукьяненко, Александр Зорич, Александр Громов и другие, создали роман о первой экспедиции к Марсу. За публикацией первоначальной версии в Интернете следили не только рядовые пользователи, но и участники проекта по имитации полета на Красную планету «Марс-500»!..

Первая половина XXI века. Международная экспедиция на Марс сталкивается с противодействием неведомых космических сил. Космонавтам и астронавтам требуется немало мужества, чтобы не только живыми добраться до цели, но и раскрыть самую главную тайну Солнечной системы за последний миллиард лет…

Величественный, грозный, внушающий трепет Монастырь, в котором паломника, пришедшего пешком, встретит монах. И паломник получит помощь, если мольба его — о невозможном.

Содержание:

• Павел Амнуэль. ПРИЗРАК. (повесть)

• Кирилл Берендеев. 90х60х90. (повесть)

• Евгений Ледянкин. МАЛЕНЬКАЯ РЫБКА, ДОРОГОЙ КАРАСЬ. (повесть)

Мария ГАЛИНА

ДАГОР

Крошечную миссию, затерянную в тропических лесах, посещает он. Его невозможно изгнать, ведь он тот, кто всегда с тобой.

Владислав КРАПИВИН

АМПУЛА

Ну вот и возвратили наконец Империю, столь желанную для многих наших сограждан. Да и клинья монархизма готовы под нее подбить. Отчего же столь неуютно в ней героям? Какие-то они неправильные…

Стив БЕЙН

ИНФОРМАЦИД

И вновь напряженная дуэль двух интеллектов — искусственного и человеческого. Кажется, уже побеждает человек, но возможно ли убить мудрый суперразум?

Джеймс МАКСИ

ПОСЛЕДНИЙ ПОЛЕТ ГОЛУБОЙ ПЧЕЛЫ

Автор вовсю играет со штампами американского комикса, но при этом, как ни странно, не превращает рассказ в пародию.

Сергей СЛЮСАРЕНКО

В НАШУ ГАВАНЬ ЗАХОДИЛИ КОРАБЛИ

Увы, уже не в нашу. И не совсем корабли. Да и заходили как-то странно…

Наталья РЕЗАНОВА

ХОРОШИЙ ПИСАТЕЛЬ

Достоевский с Толстым воскресают, и это не фантастика, а всего лишь происки дельцов от издательского дела.

Александр РОЙФЕ

СУПЕРГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Приедается все, лишь этот персонаж продолжает волновать, если и не умы, то сердца зрителей.

Антон ПЕРВУШИН

МНОГОЛИКИЙ МАРС

Марс — это не только шоколадные батончики, как думают многие молодые читатели, но и самая популярная планета фантастов.

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

Кажется, мы все-таки сумели догнать и перегнать Америку. Правда, не в том, в чем хотелось бы.

Дмитрий БАЙКАЛОВ

ПО ВОЛНАМ ЖАНРОВ

…или Синкретическая эклектика. В этой книге, кажется, представлены практически все ключевые направления и жанры — причем не только фантастики. Но самое любопытное, что истоки романа кроются в одной публикации в «Если» четырехлетней давности.

РЕЦЕНЗИИ

Возвращение создателя «Космической одиссеи», предтеча киберпанков, тайны черепа Шерлока Холмса, мир, в котором Рим выстоял, а Советский Союз наносит ответный удар. Все это вы найдете на нашей книжной полке.

КУРСОР

Названы лауреаты премии «Хьюго», подведены итоги «Филиграни-2006», состоялась очередная «Аэлита».

Павел АМНУЭЛЬ

ОПАЛЯЮЩИЙ РАЗУМ

Бывший ГУЛАГовский заключенный, изобретатель, создатель теории изобретательства, наконец, один из лучших авторов отечественной «твердой» НФ 1960-х. В научных кругах он был известен как Генрих Саулович Альтшуллер, а читателям фантастики хорошо знаком под именем Генрих Альтов. В этом году писателю и изобретателю исполнилось бы 80 лет.

ПЕРСОНАЛИИ

Живой классик и дебютант в нашем журнале стоят рядом. И не только литературный опыт, но половина земного шара, разделяющая их, не мешают соседству.

Роман Михайлович Петрашевский встал, как всегда, в шесть. По утрам он обычно писал черновики, долго думал над каждым словом, получалось немного, страница или две, и Роман Михайлович считал это хорошим результатом. Уходя в институт, он оставлял написанное справа от машинки, чтобы Таня перепечатала набело. Сегодня он сделает это сам, на работу не пойдет — библиотечный день.

Р.М. заканчивал книгу. Впрочем, книга — это слишком сильно. Брошюра на четыре листа. Осталась последняя глава, описание прогноз-матрицы. Не самое сложное, работа над задачами и анализ пошагового алгоритма куда труднее. Прогноз-матрица была единственным звеном, зависевшим от знаний читателя в своей области науки. Для решения учебных задач специальных знаний не требовалось, физики, биологи и даже издательские рецензенты справлялись с упражнениями равно успешно. Но чтобы составить матрицу — а без нее к прогнозу открытий не подступиться, — требовались профессиональные знания. Отвечая на десятки наводящих и проверочных вопросов, читатель, если бы добросовестен, выкладывал все, что знал и умел. Но беда заключалась в том, что каждый знал и умел разное, и составление матрицы, хочешь-не хочешь, оказывалось процессом субъективным.

Что представляет собой мир, в котором мы живем? Кто он — человек разумный? Какова его роль в этом мире? Есть ли смысл в человеческой жизни? Чем для человека является любовь? Есть ли предел совершенствованию мира и человека в нем? На эти и очень многие другие вопросы постарался ответить себе и читателю Павел Амнуэль в своем новом романе «Тривселенная».

Один из членов клуба любителей детективных сюжетов придумал метод убийства премьер-министра. А через три дня, именно таким методом был убит министр иностранных дел Израиля. За расследование принимается комиссар Бутлер.

Израильские путаны отправляются в Мекку времен Мухаммеда, чтобы соблазнить пророка и нашептать ему текст сур Корана, где было бы сказано о дружбе мусульман с иудеями.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Александр Юринсон

Сочинения (собрание стихотворных произведений)

БРЯЦАЕТ РАЗГОВОРЧИВАЯ ЛИРА,

МЕЛЬКАЮТ ОСЛЕПИТЕЛЬНЫЕ СНЫ,

НО ОСТАЕТСЯ МИР ДУШИ ДЛЯ МИРА

ТЕМНЕЕ ТЬМЫ И ТИШЕ ТИШИНЫ.

Автобиография

Я не был; после появился, Познал себя, к мирам привык, И, осмотревшись, удивился: Как нем стихами мой язык.

Я не нашел поэта-брата. Моя страна - увы, но так Одной историей богата, А в настоящем - бред и мрак.

Тимур Литовченко

По обе стороны экрана

Бывшему министру

здравоохранения УССР

тов. Романенко А.Е.

ПОСВЯЩАЕТСЯ

Вася включил телевизор. Экран покрылся полосами, затем изображение прояснилось. На Васю глянуло официальное лицо в очках. Его подпирал строгий синий галстук, белая рубашка почти сливалась со стеной.

- ...в настоящее время стабилизировался. Напоминаю, что период полураспада цезия-137 составляет двадцать лет.

Эрнст Малышев

Живой радар

"Я родился в 1730 году, ровно за 25 лет до известного Лиссабонского землетрясения. Мой отец Энрике Диаш, потомственный, но обедневший дворянин, сумел скопить толику эскудо и дать мне приличное образование. Надо сказать, что я не оправдал его надежд. Отличаясь веселым нравом и легким характером, я большую часть времени проводил в Верхнем квартале города, общаясь со своими друзьями и сомнительного поведения девицами. С детства меня привлекали путешествия, а рассказы моряков о Новом Свете только будоражили мое и без того чрезмерное воображение. По вечерам я любил бродить по каменным лабиринтам Лиссабона, зайти в таверну и пропустить кружку красного вина. Особенно меня завлекала таверна, находившаяся недалеко от собора Кармо. Там танцевала знаменитый испанский танец "фламенко" красивая танцовщица. Признаюсь, я давно был неравнодушен к ее чарам. Да и как было устоять, когда в полутемном зале появляется эта знойная девушка с алым цветком розы, окруженная пушистым ореолом дивных черных волос... Зазвучит гитара, и под стук кастаньет ее напрягшееся тело вдруг взметнется вверх в исступленном ритме зовущего к сладострастию танца... Будто ветер поднимает пышные оборки ее многочисленных юбок, и Кармен, как большая розовая птица, взмахивая руками-крыльями, уносится в небо. В этом танце сочетается и заунывная мелодия Сахары, и дикая скорость скачки, и страх перед могучими силами Матери-природы. Под последние визги рожка и пламенные аккорды, едва не разрывающие струны, танцовщица исчезает. Этот танец был для меня, как глоток воды для странника, задыхающегося в пустыне от страшной жажды... Меня всегда влекло сюда, чтобы лишний раз увидеть эту прекрасную испанскую мадонну и насладиться ее изумительным танцем. В тот злополучный день, в середине осени, я зашел в таверну неожиданно рано, уселся на свое излюбленное место и заказал вина. '.'..'Держа в ладонях прозрачный бокал с рубиновой, искрящейся при свете свечей жидкостью, я глубоко задумался... Вдруг колоссальной силы подземный толчок сотряс всю таверну и последнее, что я увидел, это огромную зигзагообразную трещину, расползающуюся по противоположной стене, и обваливающийся на меня потолок. Не помню, сколько времени я пролежал без сознания, но, когда я открыл глаза, то увидел над собой небо. Необыкновенно мрачное, седое небо! Только выбравшись из-под обломков, я ощутил острую, совершенно непереносимую боль в затылке. Обхватив голову руками, я застонал и опустился на камни. Когда боль немного утихла, привстал и огляделся. До сих пор не знаю, как мне удалось выжить в этом всеобщем хаосе. Кругом простирались руины развалившихся домов, а от соседнего храма Кармо остались только стены. Не помня себя от отчаяния и горя, я бродил между развалин в поисках Кармен. Но ее нигде не было. Вой и стоны раненых и искалеченных людей сопровождали мои поиски. В те страшные дни, как я потом узнал, в городе погибло более 50 тысяч жителей. И Кармен, моя Кармен осталась погребенной под каким-то обвалившимся сводом. Ни среди мертвых, ни среди раненых, тем более среди живых, измученных, запуганных людей я ее не обнаружил. Мне нечего было больше делать в этом городе, в этой стране, и спустя несколько дней на одном из торговых судов я плыл на Иль-де-Франс, куда завербовался в качестве служащего в контору одного французского негоцианта. В тесной и душной каюте мне нечем было дышать. Я вообще не мог долго находиться в помещении. Слишком тяжелой и незаживающей раной сказался в моей душе тот бесконечно длинный трагический день... Дни и ночи я проводил на палубе, вглядываясь в необъят-ные океанские просторы. Погода была прекрасной. Океан - величаво спокоен, а его темно-синяя бездна приковывала к себе мои затаенные мысли и желания. Неожиданно вдалеке я заметил силуэт судна. Прич'ем не глазами, нет! Каким-то "внутренним зрением" я увидел, скорее, ощутил, что где-то далеко, в тайниках моего еще незажившего от удара затылка, вырисовывается картина несущегося на всех парусах французского фрегата. Я крикнул стоящему на судовом мостике капитану, что вижу судно, и указал направление. Он повел туда подзорной трубой, долго обшаривал горизонт, затем рявкнул, чтобы я спустился в каюту и проспался, а то у меня от бессонных ночей начались галлюцинации. Я обиженно отвернулся в сторону и опять... опять тем же "внутренним зрением" увидел испанскую галеру... Взволнованный, я еще раз попросил капитана направить подзорную трубу в то место, слева по борту. Нехотя он уступил моему желанию, а спустя несколько минут раздраженно произнес: - Синьор Диаш, может быть, хватит дурачить меня, или вы считаете остроумными ваши выходки? Не забывайте, что вы находитесь на моем корабле. Здесь я хозяин! И ваши "шутки", по крайней мере, неуместны. Прошу больше не беспокоить меня, синьор Диаш, и не отвлекать по пустякам. Ко-рабельная служба - не игрушка! "Может, действительно, померещилось", - подумал я, опустив глаза вниз, и неожиданно отчетливо, совершенно ясно увидел дно... Да, обыкновенное морское дно. Правда, в, каком-то тумане, синеватой дымке. Я видел коралловые рифы, трещины, разломы. ' - Синьор Маручино, - снова обратился я к капитану. - Попросите проверить глубину, кажется, мы сейчас сядем на мель. - Да вы что, издеваетесь надо мной! - уже не заорал, а завопил он, размахивая руками. - Да здесь глубина не меньше мили! Я исходил эти широты вдоль и поперек. - Может, "банка", - осторожно заметил я. - Спустить лот, - скомандовал капитан. Когда лот подняли, то, белый от бешенства, капитан заявил, что если он услышит от меня до конца плавания хотя бы одно слово, то выбросит за борт... Каково же было удивление капитана, когда на следующий день, прямо по нашему курсу, на всех парусах мимо пронесся французский фрегат. Я не сводил глаз с этого судна: те же мачты, заостренный бушпритом нос, немного тяжеловатая корма, все это я видел вчера, когда между нами было не менее ста миль. Хотя я никогда не был моряком, но прекрасно разбирался во всех видах и типах кораблей. Мы обменялись с капитаном взглядами, но я промолчал. Он тоже. Вечером справа по борту мы обошли испанскую галеру! Капитан чертыхнулся и ушел с мостика, не преминув ехидно заметить: - В следующий раз, когда увидите свои "воздушные замки", соблаговолите не сообщать мне об этом. То, что нам попались эти два судна, случайность. Обычная случайность! Мало ли в море встречается кораблей! Но я-то теперь понимал, что это вовсе не случайность, а нечто другое. Выходящее за пределы человеческого понимания, но другое! Очевидно, после травмы головы у меня появилось какое-то "внутреннее зрение". Вчера я видел эти корабли, именно эти, а не какие-либо иные! Чтобы окончательно проверить себя, я подошел к борту и заглянул вниз. Под нами в глубине отчетливо проплывали силуэты подводных холмов, я ясно видел изломы океанского дна и многочисленные тени рыб. "Интересно проверить себя еще раз", - подумал я и взглянул на горизонт, и там, в туманной дали, снова увидел судно. Это был корвет. На этот раз я промолчал и ничего не сказал капитану, а два дня спустя нас обогнал военный корвет под английским флагом... Прибыв в Порт-Луи, я рассчитался с капитаном и устроился на работу в соответствии с заключенным контрактом. Первое время я боялся даже подходить к морю, но однажды не выдержал и взглянул за горизонт. И сразу увидел, буквально сразу. К острову один за другим направлялись три судна. Одно из них - португальское, а два - французских... Я отправился на гору Синьял, где был оборудован наблюдательный пост, и попросил офицера тщательно посмотреть на горизонт, не видно ли там каких-либо судов. Вежливый француз повел подзорной трубой в указанном мной направлении и, галантно улыбнувшись, произнес: - Я сожалею, месье, но горизонт чист. Кроме того, по нашим сведениям, в ближайшие два дня в Порт-Луи не должен прибыть ни один корабль. Вечером следующего дня в городе появилась португальская каравелла, а через день - два французских фрегата! Теперь все сомнения исчезли. Я мог видеть, видеть на сотни миль вокруг. Это было чудо! Но кто мне поверит? Мне, бедному португальскому служащему. Здесь, на этом острове, заселенном французскими военными во главе 1с чванливым губернатором... Постепенно моя жизнь в городе вошла в колею. Каждый вечер я заходил в один из портовых кабачков, где меня ждали мой ежедневный бокал испанской мадеры, табачный дым, гам и -болтовня пьяных матросов. Вскоре я познакомился с одним из французских офицеров, лейтенантом Жераром де Бристолем, высоким, худощавым брюнетом, с бледным отечным лицом. Как-то раз, изрядно охмелев, я не выдержал и сообщил ему свою тайну о существующем в моей голове "внутреннем зрении". Жерар рассмеялся и сказал: - Луис, я готов заключить пари на тысячу франков, что ваше "внутреннее зрение" - плод больного воображения. След мозговой травмы. Обыкновенные галлюцинации. Мы ударили по рукам. На следующее утро мы вместе вышли на берег. Я посмотрел и увидел на небольшом расстоянии друг от друга силуэты четырех кораблей. Три из них были французские торговые судна и один английский "купец". Жерар поднялся на гору Синьял, осмотрел с наблюдателями все окрестности, вернулся и, хлопнув меня по плечу, весело проговорил: - Дорогой Луис, вынужден вас огорчить. С вас причитается 1000 франков. Готов получить наличными. - Не торопитесь, месье Жерар, - уверенно ответил я.- Эти суда появятся в Порт-Луи в течение трех дней. - Хорошо, Луис. Жду три дня, но не больше. Не забудьте приготовить деньги. На следующий день утром в порту появилось два французских судна, вечером английское, а через день - еще один французский корабль. Ошеломленный Жерар, выплатив долг, заявил, что это - чистой воды случайность, и снова готов побиться об заклад. - Хорошо, - согласился я. - Готов вернуть ваши деньги и выплатить еще десять тысяч франков, если в течение двух дней в Порт-Луи не появятся две испанских каравеллы и русский фрегат. - Ну, знаете ли!.. - вскричал лейтенант.-Если они появятся, то не вы мне, а я вам на этом самом месте выплачу не десять, а пятнадцать тысяч франков. - Не боитесь проиграть, месье Жерар? - Нисколько! Бешеный от злобы, Жерар был готов разорвать меня на части, когда на следующий день на рейде появились названные мной корабли. Лейтенант не преминул рассказать о моем феномене своим друзьям и вскоре экспансивные офицеры один за другим стали заключать со мной пари, которые ваш покорный слуга неизменно выигрывал. Не было случая, чтобы я ошибся в типе или времени прибытия судна. Со временем я научился распознавать, на каком примерно расстоянии находятся корабли от Иль-де-Франса. Надо сказать, что если бы я захотел, то на одних пари стал бы миллионером, но зачастую я спорил только ради интереса и нередко прощал долги. Между тем все это не принесло мне особой популярности. Многие офицеры невзлюбили меня и стали косо поглядывать. Через некоторое время меня пригласили к губернатору острова. Едва я успел войти в приемную, как услышал хриплый голос: - Это тот самый португальский шарлатан, который обирает честных французских офицеров. Полагаю, что ему нечего делать на моем острове. Я увидел пышно одетого коротышку - краснолицего, с багровыми прожилками на большом, нависшем над верхней губой носом. - Извините, сеньор губернатор. Но, во-первых, я не шарлатан, а такой же дворянин, как и вы. А во-вторых, ваши офицеры сами заключают со мной пари. И если я его выигрываю, то только благодаря моему "внутреннему зрению". - Какое еще "внутреннее зрение"? Рассказывайте эти сказки младенцам, а не мне. Я старый волк и давно вышел из детского возраста... Убирайтесь немедленно, чтобы духу вашего не было на острове. А вообще подождите... Посадите-ка его лучше в тюрьму, - обратился он к дежурному офицеру. Пускай "на досуге" поразмыслит над своим так называемым чудесным даром предвидения. В незапамятные времена его бы успешно сожгли на костре как колдуна и еретика. Вывести его и заковать в кандалы! Почти год я пробыл за решеткой. К моему счастью, губернатор скончался и на его место назначили нового. С помощью Жерара и двух товарищей мне удалось выбраться из тюрьмы. Они сумели убедить де Моля, что бывший губернатор поступил со мной несправедливо. Новый губернатор принял меня прямо в кабинете. Это был еще не старый человек в аккуратном парике. У него оказалось волевое решительное лицо, которое несколько портил шрам от сабельного удара, пересекавший левую щеку. Подняв голову от бумаг, он внимательно оглядел меня и сказал: - Расскажите мне все по порядку. Я хочу установить истину. Де Моль выслушал мой рассказ с большим вниманием, ни разу не перебив. Затем, несколько секунд посидев в раздумье, сказал: - В течение года вы письменно, лично мне будете сообщать о том, когда и какие корабли, по вашему предположению, появятся в Порт-Луи. Если вы хоть раз ошибетесь, то вас расстреляют как шпиона. Если все ваши предсказания сбудутся, то я подумаю, как можно будет вас использовать. Во время боевых действий вы сможете оказать Франции большую услугу. За двенадцать месяцев я предсказал появление в порту 227 судов и ни разу, ни разу не ошибся! Каждое мое письменное "предвидение" регистрировалось и затем тщательно проверялось. Через год меня снова вызвали к губернатору. - Теперь я сумел убедиться в вашей неординарной прозорливости. Я долго размышлял над вашим феноменом. У меня сложилось впечатление, что ваше "внутреннее зрение" каким-то образом связано с атмосферными явлениями и как бы напоминает мираж в пустыне. Я подготовил письмо во Францию маршалу де Кретби. Полагаю, что вам следует немедленно отправиться на военном корвете в Марсель, а оттуда поедете в Париж. Маршал - умный человек, и он сумеет решить, как с вами поступить. Дело в том, что как противник, вы представляете серьезную угрозу безопасности Франции. Надеюсь, ваше плавание будет удачным, - и кивком головы он дал понять об окончании аудиенции. По пути во Францию я дважды помогал капитану избежать нежелательной встречи с английскими военными судами. Обстановка между этими двумя странами была достаточно накалена. А один раз вообще спас судно, предупредив командира корабля об опасном скалистом рифе, не нанесенном на карту. Последнее произвело на капитана особенно сильное впечатление, и он обещал посодействовать моей встрече с маршалом - оказывается, они были дальними родственниками, что-то вроде двоюродных кузенов. Таким образом, я снова, неожиданно для себя, вернулся в Европу. В Париже меня встретили чрезвычайно холодно. К маршалу меня даже не допустили. Заключение членов Французской Академии наук по поводу моего "внутреннего зрения" было однозначным - "бред и шарлатанство". Видимо, мои недруги успели попасть во Францию несколько раньше и соответствующим образом настроили де Кретби. Больше всего мне досталось от прессы, которая обвиняла меня во всех смертных грехах и объявила "чернокнижником". Оставшись без единого франка в кармане, я попробовал через английское посольство в Париже попасть в Англию, но был схвачен жандармами и арестован. Все мои попытки объясниться с моими тюремщиками оказались неудачными, кроме всего прочего, меня обвинили в шпионаже в пользу "недружественной" страны. Находясь в темнице, я пришел в полное отчаяние. Я не знал, что делать, что предпринять. В этой стране никто, буквально никто не хотел меня понять. Ведь какую неоценимую пользу человечеству могло принести мое "внутреннее зрение"! Сколько я смог бы спасти кораблей от столкновения с неизвестными подводными рифами, сколько новых дорог сумел бы проложить на океанских и морских путях, сколько... Да что говорить, число этих "сколько" могло быть бесконечным. Но я гнил заживо, погребенный в секретной военной тюрьме Франции. Однажды я попытался бежать и был схвачен. Меня приговорили к смертной казни. В качестве последнего желания палачи разрешили мне написать эти записки. Льщу себя надеждой, что когда-нибудь человечество поймет, что оно потеряло вместе с моей гибелью. Прощайте, люди... Святая дева Мария, помоги мне.... Боже, как не хочется умирать! Луис Диаш". Эту рукопись четыре года назад привез из Франции мой старый товарищ, который писал книгу об участии советских военнопленных во французском Сопротивлении в период второй мировой войны. Долго, прежде чем ее опубликовать, вчитывался я в эти печальные строки, написанные рукой живого радара... Радара-человека! Неизвестно, как бы сложилась история человечества, если бы тогда, в XVIII веке, его поняли и оценили!

Анатолий Матях

Кукла для девочки

Маленькая девочка идет по обочине скоростной трассы. Когда-то красное с белым, ее платьице перемазано черной копотью и грязью, на грязном личике - светлые дорожки высохших слез. Сбоку, возле уха, запеклась кровь. В руке - деревянная игрушка, улыбающийся клоун - но такая улыбка вызовет скорее страх, чем смех. Девочка уже не плачет то ли уже незачем, то ли уже просто не может плакать. Она просто идет вперед, что-то тихо напевая. Голова деревянного клоуна болтается, даря злую улыбку окружающей местности.

Анатолий Матях

Следующая остановка

Я стоял на остановке, курил и слушал музыку. Была душная летняя ночь, где-то без четверти двенадцать. Вряд ли уважающие себя троллейбусы ездят в такое время, но я надеялся на какой-нибудь заблудившийся экземпляр, тихо бредущий в депо через конечную точку маршрута. Рядом стояли, глядя в разные стороны, еще три человека парень в сером летнем костюме, девушка в жилетке и пожилой герой полной груди медалей, с палочкой и в синей кепочке.

Александр МОКИН

НЕ НАДО ИГРАТЬСЯ СО ВРЕМЕНЕМ!

- Мне надоело!.. До чертиков надоели эти игры со временем!.. - Профессор Гарднер, успокойтесь, пожалуйста, - мягко произнес кто-то. Лучше поделитесь с нами, что побудило вас к таким действиям? Вы очень здравомыслящий человек. Это известно всем. Уильям Гарднер бросил взгляд на пульт, который уже долгое время держал в правой руке. Затем положил его перед собой. Вновь взглянул на монитор видеофона. По его поверхности пробежала красная точка лазерного прицела и наверняка остановилась у профессора на затылке. "Снайперы! Успокойся, не паникуй! - шептало ему второе я. - Они же знают, что если твое сердце прекратит биться, детонатор сработает автоматически! И они знают, что это не блеф!" Экран был поделен на сорок равных частей. Его слушали все Сильные Мира Сего... Как он ждал этого момента. Ждал... Но не в таком проявлении. Лет на двадцать раньше. Когда он был молодым мечтателем с радужными цветами человеческой перспективы перед глазами. Тогда его не интересовали последствия. Ему нужна была цель. Цель в жизни. И он нашел ее. Во множественном числе... Он хотел - и изобретал. Не хотел, и изобретение, которое могло бы повернуть мир к лучшему, навсегда оставалось неоформленной в физическое тело, забытой никем идеей. Нет, это встреча должна была состояться при других обстоятельствах. Президенты "поют" дифирамбы. Звучат фанфары... Вот так это должно было быть. Они хотели машину времени. Он сделал ее. За три недели решил задачу, забравшую не один десяток лет труда у сотен гениальных ученых. Лишил главной темы тысячи писателей фантастов. Отобрал у людей любимую тему разговоров. Она стала обыденной, потому неинтересной. Гарднер закрыл лицо руками. Помассировал лоб и виски. Боль, вызванная чрезмерным напряжением последних дней, немного утихла. - Вы хотите знать, что побудило меня к "безрассудному поступку"?.. Хорошо. Я скажу... Во-первых, по уже сказанной мной причине - мне просто надоело. Это не причина глобальных изменений? Согласен... Во-вторых, скажите мне, ну кому больше всего нужна машина времени?.. А?.. Молчите. Правильно делаете. Да-да, темпоратор больше всего нужен палеонтологам и преступникам. И не отрицайте! Это факт. А как же историки и романтики, спросите вы? Хочешь в доспехах проехаться на бравом скакуне, победить на рыцарском турнире?! Пожалуйста. Добро пожаловать в Средневековье. Хочешь вызвать на дуэль Дантеса?! На здоровье, если жизнь недорога... Романтики и мечтатели - это почти синонимы, потому они и предпочитают острые ощущения от виртуальных путешествий настоящим впечатлениям. И это хорошо... Палеонтологи... Их немного, но это единственные пользователи темпоратора, заслуживающие уважения. За два года его существования, они практически полностью изучили флору и фауну юрского периода... Историки... Они больше любят писать сказки, чем факты. В противном случае, они остались бы без работы. Да и их аргумент насчет того, откуда мы знаем, что попали в свою ветвь истории, имеет место! Кстати, если бы темпоратор хоть на миг разорвал канал, соединяющий исходный поток времени с посещаемым, то родное время для горе-путешественника было бы безвозвратно утеряно. Но все это мелочи, по сравнению с тем, что делают лжеромантики. Преступники! Другого слова я не нахожу... Нет, они не преступают закон общества. Все гораздо хуже. Они нарушают законы самой природы - законы Первозданного Времени. Они используют машину как рулетку. Синтезатор азарта. Ради забавы убивают Гитлера, пытаются одолеть Ганнибала, Наполеона, Цезаря, Македонского. Охотятся на птеродактилей, нападают на Трою, штурмуют Зимний, Бастилию, Карфаген. Даже среди вас есть... люди, вдоволь потешившие свое самолюбие под прикрытием чужой истории. Кто-то кашлянул. Промелькнуло несколько виноватых взглядов. - Но вы же сами утверждали, что время имеет древовидную структуру. Из будущего невозможно изменить прошлое. - Да, я это говорил. Но в вашей интерпретации мои слова приняли эгоистичную форму! Что-то вроде: если это не наш мир, можно делать с ним все, что душе угодно! А где же ваш хваленый гуманизм? Я создавал темпоратор не для того, чтобы рубить чужие временные ветки, что вы с успехом делаете... В левом ухе профессора отчаянно запищало. Сработала сигнализация. - Вы заставляете меня нервничать, господа Президенты. Отзовите своих людей! Писк мгновенно прекратился. - У вас еще есть ко мне вопросы? Спешите, у меня осталось совсем мало времени! - Куда же это вы спешите? Если, конечно, не секрет? - На тот свет, - мрачно отозвался Гарднер. - Итак, я слушаю вас! - Но почему вы так уверены, что уничтожите все темпораторы? А как же контрабанда, шпионаж? Да сейчас по всему миру есть сотни машин времени. - Это просто абсолютно точные копии моего изобретения. Я не делаю описательных чертежей, поэтому никто пока не разобрался в принципе его работы. А одновременно со взрывом моей лаборатории выйдут из строя все темпораторы. Во всем мире. Поверьте мне. Я кое-что вложил в конструкцию... Дополнительно. Еще в первые, пробные экземпляры. Тогда я не понимал, зачем это делаю. Мной руководили исключительно интуиция и осторожность... Профессор взглянул на часы. - Теперь прошу прощения, я спешу!.. В ухе опять запищало. Но это уже ничего не решало. "Пока они дойдут до лаборатории, нас уже не будет - меня и моих творений". Рука потянулась к пульту. Прогремел выстрел. Звон разбитого стекла. Пуля срикошетила от бронированной поверхности дистанционки, только слегка сдвинув ее с места. Гарднер предусмотрел и это. Не дожидаясь, когда очередная пуля найдет своей целью уже его руку, резким движением схватил пульт. "Им же главное, чтобы не остановилось сердце. От легкого ранения за последние два десятка лет еще никто не умирал. По крайней мере, сразу". "Они могут стрелять и не в руку!" - поторопила внезапно возникшая мысль. Раздались отрывистые выкрики. "Отвлекают. Пытаются выиграть время". Его палец на мгновение завис над кнопкой "OFF"... И быстро опустился, подобно молотку, вбивающему непокорный гвоздь.

Майкл Муркок

Волк

Кому ты принадлежишь, друг городок? Кто твой хозяин? Ты привольно раскинулся в неглубокой долине, отгородясь от мира сосновым бором. Твои улицы все в рытвинах и ухабах, надгробные памятники на твоих кладбищах холодно посверкивают в лучах солнца. Ты живешь сам по себе, однако долго так продолжаться не может. Я стою на твоей тихой центральной площади, смотрю на низенькие домишки и выглядываю твоего хозяина. В моем мозгу, где-то на грани сознания, клубится мрак.

Ц.-Е. НАМОРКИН

(Цицерон-Елисей Наморкин)

СУЕТА В БЕЗВРЕМЕНЬЕ

(Палиндром)

Ля фам э ля компань да лем

Амвросии Выбегалло, доктор наук

Струей протекало время. Закольцовывалось пространство, сжималось.

Снова Выбегалло тревожился - тайм-рекогнсциратор-дупликатор клинило.

Дубель возник размытым пятном:

- Привет!

- Привет!

- Знаешь меня, а?

Обнялись.

Стелла фыркнула:

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В пособии хорошо описывается теория решения изобретательских задач и рассматриваются её инженерные приложения в качестве примеров. Последняя глава книги посвящена идеям и жизни создателя ТРИЗ — Г. С. Альтшуллера (писателя-фантаста Генриха Альтова).

Сетевая, неполная версия учебника.

Уходя в армию, Генка был уверен, что для его любви к Инночке не может быть никаких препятствий. Ни то, что Инночка — его начальник, ни то, что она намного старше, ни ее почти взрослый сын… И даже то, что она не ответила ни на одно его письмо, не вызывало в нем сомнений в том, что она его дождется. Но с изуродованным лицом и беспалой рукой он не мог показаться ей на глаза.

А Инночка просто не заметила, что он изуродован… Любовь слепа. Слепа? Да ничего подобного. Любовь умеет видеть главное — большую душу, большое сердце, большую ответную любовь.

Строившийся для боевых действий, этот корабль волею судьбы так и не сделал ни одного выстрела в бою, хотя учебными стрельбами его служба изобиловала. Но прошло три десятилетия, и он, как и все его ровесники, устарел. И лишь тогда, будучи исключенным из состава флота, он испытал на себе всю мощь воздействия артиллерии с линейного корабля.

На страницах этого научно-популярного очерка рассказывается о первых шагах, сделанных человечеством на пути создания книги — величайшего детища цивилизации. Вместе с автором читатель пройдет по залам древних библиотек и познакомится с предками современной книги, книгой-свитком и книгой-кодексом. Из Египта, ставшего родиной книги, она распространилась по всему цивилизованному миру, но только у греков и римлян она заняла центральное место в культурной жизни, став главным источником научной информации н вещественным носителем произведений художественного слова.

Одновременно читатель узнает о процессе производства первой бумаги человечества — папируса, о том, как издавалась и отделывалась античная книга. Особое внимание при этом уделяется городу Александрии, где была создана величайшая библиотека древности, и Риму как центру книготорговли и книжного дела вообще.