Эпицентр

Этот сериал смотрят во всем мире уже пятый год. Он вобрал в себя все страхи нашего времени, загадки и тайны, в реальности так и не получившие научного объяснения. blablabla

Если вы хотите узнать подробности головоломных дел, раскрытых и нераскрытых неугомонной парочкой спецагентов ФБР, если вы хотите заглянуть за кулисы преступления, если вы хотите взглянуть на случившееся глазами не только людей, но и существ паранормальных, читайте книжную версию «Секретных материалов» — культового сериала 90-х годов.

Отрывок из произведения:

Плезантон, Калифорния.

Центр ядерных исследований Тэллера.

Понедельник, 16.03

Даже сквозь толстые стекла окон лаборатории старик слышал крики оголтелых демонстрантов. Они то скандировали, то пели, то вопили, не щадя сил в тщетной борьбе с завтрашним днем и прогрессом. И как им только не надоест: из года в год одно и то же, все те же лозунги. Да, горбатого могила исправит…

Он машинально поправил пластиковую карточку на лабораторном халате: неудачная фотография пятилетней давности, даже хуже, чем на водительском удостоверении. В отделе кадров не любят менять фотографии. Впрочем, как правило, на документах почти все не похожи на себя. Во всяком случае, за пятьдесят лет, с тех пор, когда он, будучи еще младшим техником, начал работать над Манхэттенским проектом [1] , удачных снимков у него не было. За полвека, а особенно за последние несколько лет, черты лица стали жестче, светло-русые волосы — там, где они остались, — приобрели нездоровый, желтоватый оттенок. Только глаза не менялись: живые и проницательные, они словно пытались проникнуть в потайные уголки вселенной.

Другие книги автора Кевин Джеймс Андерсон

Действие нового романа Брайана Герберта происходит между книгами «канонической» части саги – «Мессия Дюны» и «Дети Дюны».

Первая книга трилогии «Великие школы Дюны».

После великой битвы, в ходе которой была уничтожена последняя мыслящая машина, прошло 83 года, и вот уже слышатся отзвуки нового крестового похода, в котором сойдутся сторонники целесообразности и защитники Веры.

Последователи великого вождя Манфорда продолжают борьбу против машинной цивилизации. Ментаты тем временем направили весь свой потенциал на расширение интеллектуальных возможностей, рассчитывая положить конец многовековой зависимости людей от машин. Смогут ли они вывести человечество на новый гармоничный путь развития или благие намерения в который раз заведут цивилизацию в тупик?

«Дюна».

Самая прославленная сага за всю историю мировой фантастики. Сериал, который, увы, оборвался на полуслове…

Миллионы поклонников «Дюны» мечтали узнать, что же произошло с их любимыми героями дальше. И теперь их мечта сбылась!

Перед вами – книга, написанная сыном Фрэнка Герберта, Брайаном, в соавторстве с Кевином Андерсоном.

Пауль Атрейдес снова жив, как жив и его злейший враг, барон Владимир Харконнен.

Как это случилось? И продолжится ли их противостояние и теперь?..

Роман рассказывает о юношестве герцога Лето Атрейдеса, о его первых сражениях с Харконненами, о его знакомстве с принцем Ромбуром Верниусом, наследником Икса, который вынужден был бежать из-за захвата Икса тлейлаксианцами. Дом Харконнен планирует ввести Лето в конфликт с Тлейлаксом, а Бене Гессерит манипулирует бароном Харконненом как частью своего плана, растянутого на много поколений. Шаддам Коррино начинает плести свой заговор, жертвой которого должен стать Икс и его правящая династия. А на Дюне планетолог Пардот Кинес начинает секретный проект по трансформации пустынного мира в зелёный рай.

Цикл «Дюна» был и остается уникальным явлением, однако сам автор не успел довести свой замысел до конца. Сын знаменитого фантаста Брайан Герберт откликнулся на пожелания многочисленных поклонников и на основе черновиков и набросков отца выпустил в соавторстве с Кевином Андерсоном целую серию книг, значительно расширив вселенную Дюны. После победы над поработившими человечество машинами в империи начинается великая смута, в результате которой нарушается межгалактическое сообщение. Норма Ценва, открывшая способ трансформации человека с помощью пряности, начинает готовить навигаторов – людей, способных прокладывать межзвездные маршруты, сворачивая пространство.

Это – «Дюна».

Самая прославленная сага за всю историю мировой фантастики.

Вы читали сериал «Дюна»? Конечно!

Но – хотите вы знать предысторию саги о Дюне? Хотите знать, с чего началась история многовековой вражды Великих Домов Атрейдес и Харконнен?

Тогда – не пропустите!!!

Перед вами – увлекательная книга, написанная сыном Фрэнка Герберта, талантливым писателем Брайаном Гербертом, в соавторстве с Кевином Андерсоном, автором популярных во всем мире новеллизаций «Секретных материалов» и «Звездных войн».

Вы хотите снова оказаться в мире «Дюны»?

Прочтите. Не пожалеете!

Наконец Шаддам сидит на троне Золотого Льва, его ненадежная позиция как правителя Известной Вселенной зависит от того, будет ли у него сын-наследник. Но его лидерству также угрожает амбициозный Барон Владимир Харконнен, чья жажда власти приводит его к заговору против одной из самых мощных сил в Империи, надеясь поднять свой собственный жестокий Дом до беспрецедентных высот власти. Его главные цели: Дом Атрейдес и загадочная Община Сестёр Бене Гессерит. Община Сестёр не подозревают об этой угрозе, так как они готовятся к кульминации своей работы по созданию суперсущества, Квисац Хадераха.

Мир машин Икс стал жертвой заговора, и теперь там хозяйничают коварные тлейлаксы. Но правящий Дом Икса еще не знает, что за этим заговором стоит император Шаддам IV, возжелавший получить безпрецедентную власть. Для достижения этой цели он задумал создать искусственную пряность, которая является важным веществом во вселенной и которую до сих пор можно было добыть лишь на пустынной планете Дюна. Коварные тлейлаксы пытаются создать для императора искусственную пряность в подземных лабораториях Икса. Но маленькие силы отступников начинают сражаться, пытаясь вернуть Иксу свободу. Появляются новые герои: молодой Лиет Кинес на Дюне, хитрый и терпеливый К’тер на Иксе и несдающийся Гурни Халлек на Гьеди Прайм, желающий отомстить Харконненам.

Для Лето Атрейдеса наступил момент, когда надо выбрать между любовью и честью, дружбой и долгом, безопасностью и судьбой. У Лето уже есть наследник Дома Атрейдес, Виктор, и он примет любые действия, необходимые, чтобы спасти своего сына. Тем не менее, для Дома Атрейдес есть только один выбор — бороться или быть разгромленным.

Проект Шаддама IV по созданию искусственной пряности вот вот должен завершиться. Когда у императора будет в руках искусственная пряность, он готов будет пожертвовать даже Дюной, а это может привести к неминуемой катастрофе. Тем временем Барон Владимир Харконнен страдает из-за болезни, которой его тайно заразили. Даже чрезмерно дорогой доктор Сук, Веллингтон Юйэ, не может вылечить Барона. Дункан Айдахо тренируется с элитными мастерами меча Гиназа, а леди Марго Фенринг, жена имперского смотрителя на Арракисе, вступает в тайный контакт со священниками Фрименов.

© www.arrakis.ru 

Популярные книги в жанре Ужасы

Это трогательная и немного страшная повесть о встрече двух влюбленных, которой, может, и не было на самом деле, потому что они существуют в разных мирах.

Было бы совсем другое дело, если бы вы знали Бенлиана. Если бы вы хоть раз взглянули на него, как взглянул я, впервые встретившись с ним на узкой деревянной лестничной площадке у двери своей студии. Я говорю «студия», но в действительности это был всего лишь чердачный этаж, выходящий окном на лесной склад, который я использовал в качестве студии. Настоящая, большая студия находилась с другой стороны склада, и это была студия Бенлиана.

Здесь почти никогда никого не бывало. Не раз мне думалось, что лесоторговец умер или у него отказала память и он начисто позабыл про свое дело, потому что штабеля досок, уложенных крест-накрест для сушки (ну, вы представляете, как их складывают), были покрыты копотью, а стойки строительных лесов неизвестно с каких пор стояли нетронутыми вдоль стен, как палисад. Вход был с улицы, через дверь во временном заборе. На реке неподалеку от склада свистели пароходы, и в ветреную погоду доски гудели, подпевая им.

Haploteuthis Ferox — громадное головоногое животное, обитающее на больших глубинах, было известно зоологам только по трупам и по отдельным частям его тела, изредка находимым на берегах океанов или во внутренностях китов и кашалотов.

Так, в 1895 году, принц Монакский, катаясь на своей яхте, наткнулся на кашалота, раненного каким-то китобоем и околевшего в виду яхты. Во время агонии кашалот этот выбросил множество каких-то больших предметов, которые принцу удалось выловить из моря и которые оказались остатками головоногих животных, неизвестных до того времени науке. В числе их был, между прочим, и Haploteuthis Ferox.

Небезопасно копаться в прошлом чужих планет. Мало ли ЧТО можно откопать? Ведь до сих пор оставалось неизвестным, по какой причине планета земного типа Тертуллиан лишилась почти всех своих обитателей.

Увлеченный экспериментами с электричеством, Джордж Викерс частенько показывал своим друзьям что-нибудь интересное, производил какой-нибудь поражающий воображение эксперимент, объяснял какое-нибудь непонятное явление.

В этот раз, его приятели увидели странное существо, зародившееся в лаборатории Викерса…

Мой вольный перевод рассказа «Bothon» (1932). Совместное произведение Генри С. Уайтхеда и Говарда Ф. Лавкрафта. Я несколько лет ждал, что его кто-нибудь переведет, но в итоге пришлось сделать это самому. Судя по стилю и содержанию рассказ на 99 % написан Уайтхедом, а Лавкрафт лишь добавил «пугающие прилагательные». В официальном списке сочинений Лавкрафта «Bothon» не значится. У Г. Уайтхеда есть всего два рассказа, переведенных на русский язык: Ловушка (тоже в соавторстве с Лавкрафтом) и Губы. Так что мой перевод будет третьим. Сам рассказ кажется каким-то недоработанным, в нем есть сюжетные и смысловые несостыковки. Непонятно откуда Уайтхед взял, что столицей Атлантиды был город Алу, когда всем «известно», что главным городом был Метрополис.

Живем и думаем, что все делаем себе на пользу. А нет, как показывает время. Оно обличает результат наших действий, выворачивая хорошее и плохое с одинаковой непредвзятостью.

Проснулась, как всегда, в восемь. Глупая привычка — ложиться иной раз приходится под утро… Но она не хотела ее менять — сама не зная, почему. Или зная, но не признаваясь самой себе, что не хотела остаться без мимолетного ощущения детства, той утренней свежести, которая сопровождала ее по пути в школу… Выспаться можно и днем. Упруго потянувшись, она изогнулась, безжалостно смяв головой черную шелковую простыню, потом легко поднялась, мимолетно окинув взглядом свое отражение в стоячем омуте зеркала. Жаловаться пока не на что — не модель, конечно, но фигура подтянутая, без складок, а смутно отсвечивающая голизной кожа на вид гладка и упруга. Не было и следа той ранней дряблости, которая выдает привычку к залеживанию в постели. Еще несколько раз старательно потянувшись и походив на цыпочках, она раздвинула шторы и окинула взглядом пасмурную панораму утреннего города. Прямо под ней стыла в утренней сырости Садовая, а напротив Гостиный уже жил, как всегда, своей гостиной жизнью — зазывно светил в который уже раз обновленными витринами, устрашая плетущихся в поисках пивных бутылок бомжей неземным шиком и ценами. Не одеваясь, она прошла на кухню, рассеянно заглянула в холодильник — овощной салат, заботливо приготовленный с вечера, пара перепелиных яиц… Выпив кофе, закурила всегдашнюю утреннюю сигарету. Давно пора бы бросить — не всем нравиться табачный запах… В теле было то приятное утомление, которое остается после хорошо выполненной работы. Накануне у нее были постоянные клиенты: пожилая пара из Германии, навсегда покоренная рокочущей русской речью — без русского акцента процесс терял для них всякую прелесть. Как всякий уважающий себя «владыка», она читала Фрейда, но желания людей, ее клиентов, порой не поддавались никакому анализу, и де Сад вместе с Макаренко и Ушинским помогали ей ничуть не меньше… Каждому нужно было свое, для каждого надо было найти это «свое», о котором иногда не подозревал и сам клиент. За то, что она умела это делать, ее ценили в соответствующих кругах, да и сама она испытывала иногда, может быть, странноватую, но искреннюю гордость. Ведь она видела, насколько успокоенными и умиротворенными уходили от нее после сеанса. И, в отличие от многих коллег по ремеслу, не испытывала к ним презрения. Она чувствовала своеобразную суровую материнскую нежность, как к непослушным детям — многим именно это и было нужно… Вымыв посуду, она аккуратно поставила тарелку в сушилку, перевернула чашку, старательно протерла досуха вилку и положила ее в ящик стола, по пути турнув задорно торчащую оттуда «игрушку». Кухня иногда использовалась не только для приготовления еды — обилие разнообразных приспособлений просто-таки провоцировало на эксперименты, иногда получалось весело, особенно с молодоженами. Если бы ее мать увидела тут такое… «Что это ты делаешь?» Она даже привздрогнула, явственно услышав ее голос, и с детства знакомый сладостный страх вдруг напомнил о себе, пройдясь по телу бархатистыми кошачьими лапками. Мама, мамочка… С минуту она шмыгала носом, потом сполоснула лицо холодной водой, чтобы глаза не покраснели. Хорош будет властелин с заплаканными глазами… Правда, сегодня клиентов не будет — праздник. Недаром она вспомнила детство — именно к этому первому школьному дню мать всегда приурочивала подарки к ее дню рождения, который как-то незаметно происходил за неделю до этого. Она не знала, почему так было — так было, и это было правильно. И с раннего утра, когда, украшенная бантами и цветами, она уходила на первый урок, она твердо знала, что праздник будет достойно завершен вечером.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Чудовищный Скартарис, созданный с целью погубить Игроземье и прекратить Игру, начинает разрушение игрового мира. Играющие посылают на помощь своим персонажам новых союзников, но самое страшное оружие опасаются применять даже они. Ибо тогда под удар будет поставлено не только Игроземье…

«Ответный ход» – это второй роман популярной фэнтезийной трилогии «Мгроземье» известного американского фантаста Кевина Андерсона.

Окинув мегаполис долгим взглядом, Питер Коскинен почувствовал, как в душе поднимается ужас. Что мне теперь делать? От этой отчаянной мысли перехватывало дыхание.

Солнце в багровой дымке медленно опускалось за темную громаду Центра; в надвигающихся сумерках, словно яркие светлячки, сновали многочисленные аэрокары. Бесконечные кварталы стандартных жилых домов уходили за горизонт, кое-где разбавленные башнями небоскребов. Присмотревшись, Коскинен понял, что никакого горизонта на самом деле нет, а есть — насколько хватало взгляда — склады, заводы, жилые районы и снова склады, связанные в единый организм бесконечными изгибами труб надземки. В лучах заходящего солнца трубы казались тонкой серебряной паутиной, окутывающей пересечения улиц, транспортных поясов и линий монорельса. Уже начинали загораться огни: окна квартир перемигивались с уличными фонарями, фарами машин и поездов. В номере стояла полнейшая тишина, и город, раскинувшийся в сотне этажей внизу, казался нереальным, словно Питер смотрел новый фильм о чужой планете.

Читатель найдёт в этом выпуске фантастики Пола Андерсона космические путешествия будущего и юмористические приключения далёких предков в войне с космическими захватчиками.

Он настроился на направляющий луч, пришедший в ответ на его запрос.

«Снова домой», — подумал он. Руки его двигались по панели управления корабля, настраивая векторы управления нежнее, чем пианист касается клавиш фортепиано. И вот планетоход окончательно вышел на заданный курс. Кабина чуть подрагивала от работающего реактора.

Он глянул на обзорный экран, на котором была видна половина шара Ганимеда. Унылое зрелище! Горы, похожие на клыки. Кратеры, словно крепостные стены, длинные тени от которых простираются через серо-голубые равнины. И хотя восточнее гряды Джона Гленна было уже темно, ледовое поле Беркли, находившееся достаточно высоко, отражало мерцающий янтарный свет Юпитера в просторы Вселенной. С юго-запада, прорезая вершины и проходя тысячи миль над Долиной Привидений, тянулась, теряясь где-то у Красных Гор, пропасть Данте. Чуть севернее, почти на линии солнца, был виден мерцающий маяк Авроры. А за горизонтом темнота освещалась бриллиантами мириад немигающих звезд.