Экзистенциализм Бубера

П.С.Гуревич

Экзистенциализм Бубера

Мартин (Мордехай) Бубер родился в Вене в 1878 году. До 1933 года он жил в Германии, затем эмигрировал в Швейцарию, позже в Палестину. Умер Бубер в 1965 году в Иерусалиме.

Как мыслитель Бубер соединял в себе множество разнородных интересов и устремлений. Он был нетривиальным мудрецом-философом, ярким переводчиком Танаха, исследователем хасидизма - религиозного движения среди евреев Польши и России, возникшего в начале XVIII века, выдающимся просветителем и проповедником, поэтом и литератором. Центральная идея философии Бубера - бытие как диалог между Богом и человеком, человеком и миром.

Другие книги автора Павел Семенович Гуревич

В книгу включены отдельные работы и извлечения из трудов философов разных эпох, включая и современность. Предназначена в помощь изучающим курс философии.

Аннотация издательства: Что такое человек? Каковы его сущность, назначение и место в мире? В чем смысл человеческой жизни? Каковы непреходящие проблемы человеческого бытия? Эти и другие вопросы освещаются в сборнике текстов, включающем фрагменты из произведений выдающихся индийских, китайских, арабских, западноевропейских и русских мыслителей разных эпох, начиная с древности и кончая Просвещением. Тематическая направленность каждого раздела книги, посвященного определенной эпохе, отражает специфику антропологических взглядов внутри различных философских течений. Некоторые из текстов впервые переведены на русский язык.

Сборник рассчитан на всех изучающих философию, интересующихся философскими проблемами человека.

Что такое человек? В чем его уникальность? Верно ли, что ои возвышается над животным царством? Отвечая на эти вопросы, автор разбирает новую сенсационную антропологическую концепцию: человек был обречен на умирание и выжил благодаря способности подражать другим существам.

http://znak.traumlibrary.net

П. С. Гуревич

О ЖИЗНИ И СМЕРТИ

Нигде на нашей планете не покоится, вероятно, столько умерших, как на кладбище в Южной Калифорнии. Даже Пискаревское в Ленинграде, которое тянется на много километров, не может сравниться с ним. Однако слово "смерть" объявлено здесь недозволенным. Никто не смеет назвать мертвецов мертвецами. Это исключено, ибо оскверняет обычай. Усопших здесь по сложившейся традиции называют "возлюбленными". Их тела бальзамируют, натирают благовониями, наряжают в модные одежды, украшают цветами. Вечным "спутникам" и "подругам" косметическими средствами придают "здоровый", "приятный" облик, "улыбающиеся" лица. Что в этой традиции? Страх перед смертью, перед полным физическим распадом? Инстинктивное отвержение неизбежного? А может быть, обостренный интерес к последней тайне? Кошмар смерти всегда преследовал людей. Он порождал спе цифические представления о трагизме жизни. Эту мысль, как мне кажется, точно выразил Байрон в своей мистерии "Каин": Я живу, Но лишь затем, чтоб умереть, и в жизни Я- ничего не вижу, что могло бы Смерть сделать ненавистною мне, кроме Врожденной нам привязанности к жизни, Презренной, но ничем непобедимой: Живя, я проклинаю час рожденья И презираю самого себя. "Врожденная привязанность к жизни" рождает самые неожиданные и подчас курьезные версии смерти. В одних культурах она рассматривается как естественное завершение жизненного цикла, в других - как нечто неожиданное, недопустимое, эксцентрическое. В 1984 г. в Политиздате вышла моя книга "Возрожден ли мистицизм?" Она вызвала читательский интерес и огромное количество писем. Первую сотню писем я распределил по папкам, снабдив каждое краткой аннотацией. Однако их число увеличивалось стремительно. Уже и другие издательства, непричастные к выпуску

Проблема гуманитарного знания – в центре внимания конференции, проходившей в ноябре 2013 года в рамках Юбилейной выставки ИНИОН РАН.

В данном издании рассматривается комплекс проблем, представленных в докладах отечественных и зарубежных ученых: роль гуманитарного знания в современном мире, специфика гуманитарного знания, миссия и стратегия современной философии, теория и методология когнитивной истории, философский универсализм и многообразие культурных миров, многообразие методов исследования и познания мира человека, миф и реальность русской культуры, проблемы российской интеллигенции. В ходе конференции были намечены основные направления развития гуманитарного знания в современных условиях.

Павел ГУРЕВИЧ

ИЗ ГЛУБИНЫ ВЕКОВ

РАСПОРЯДИТЕЛЬ кадровой инфраструктуры Лион Ионин наклонился над мембраной связи и спросил:

- Есть ли кто-нибудь в приемном отсеке?

Робот-страж заиграл всеми цветами радуги и ответил:

- Посетитель... Коэффициент оптимизма приближается к нулевой отметке. Душевная экспрессия - предельная... Вероятная оценка - проситель.

Лион неторопливо поднялся на помост власти:

- Пусть войдет.

Популярные книги в жанре Философия

Александр Пятигорский – известный философ, автор двух получивших широкий резонанс романов «Философия одного переулка» и «Вспомнишь странного человека…». Его новая книга – очередное путешествие внутрь себя и времени. Озорные и серьезные шокирующие и проникновенные, рассказы Пятигорского – замечательный образчик интеллектуальной прозы.

В мае 2005 года, в преддверии 70-летнего юбилея Его Святейшества Далай-ламы, группа российских журналистов, представляющих такие издания, как журнал «Итоги», газеты «Новые Известия» и «Московский Комсомолец», радиостанция «Эхо Москвы», получила уникальную возможность встретиться с духовным лидером Тибета в его резиденции в Дхарамсале. Встерча была организована Центром тибетской культуры информации, пресс-службой республики Калмыкия и главой буддистов Калмыкии Тэло Тулку Римпоче. Ниже мы приводим наиболее полную версию этой обстоятельной беседы, которая получила широкое освещение в российской прессе.

Я люблю тебя. Банальное утвеpждение, я даже не споpю – я люблю тебя. Бог знает сколько губ шевелились, пpоизнося эти слова, и будут пpоизносить еще, но какое мне дело до них, любимая? Я люблю тебя. Ты являешься ко мне каждое утpо, каждый вечеp, каждую ночь, не спpашивая позволения. Ты смотpишь на меня сквозь стекла окна, сквозь стекло двеpного глазка, сквозь стекла очков, сквозь стекло зеpкала. Ты бесцеpеменно заглядываешь мне в душу, пошевеливая там кочеpгой угли воспоминаний и pазбpасывая искpы чувств.

Давыдов Юрий Николаевич – доктор философских наук, профессор, заведующий отделом Института социологии РАН. Адрес: 117259 Москва, ул. Кржижановского 24/35, строение 5. Телефон: (095) 719-09-40. Факс (095) 719-07-40.

Константин Николаевич Леонтьев начинал как писатель, публицист и литературный критик, однако наибольшую известность получил как самый яркий представитель позднеславянофильской философской школы – и оставивший после себя наследие, которое и сейчас представляет ценность как одна и интереснейших страниц «традиционно русской» консервативной философии.

Константин Николаевич Леонтьев начинал как писатель, публицист и литературный критик, однако наибольшую известность получил как самый яркий представитель позднеславянофильской философской школы – и оставивший после себя наследие, которое и сейчас представляет ценность как одна и интереснейших страниц «традиционно русской» консервативной философии.

Константин Николаевич Леонтьев начинал как писатель, публицист и литературный критик, однако наибольшую известность получил как самый яркий представитель позднеславянофильской философской школы – и оставивший после себя наследие, которое и сейчас представляет ценность как одна и интереснейших страниц «традиционно русской» консервативной философии.

Франк Семен Людвигович – видный представитель русской религиозной философии конца ХIX – первой половины XX вв., создавший на основе апофатической теологии и христианского платонизма свое собственное, глубоко оригинальное учение. С 1922 года жил за границей, где и стал одной из самых ярких фигур православной мысли русского зарубежья.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Бенор Гурфель

"Живое вещество" академика Лепешинской

Посвящается Алику

Отец уезжал на конференцию под вечер.

Ещё днём, из соседней деревни пришла гостья - Анна Абрамовна. Она долго сидела и уныло жаловалась на своего мужа, обвиняя его в неверности, грубости и прочих прегрешениях. Мать ей сочувствовала, поглаживая Анну Абрамовну по спине и угощала вареньем, собственной варки.

Илье надоело в очередной раз выслушивать историю неудачной семейной жизни Анны Абрамовны и он, собрав учебники по истории, полез на чердак, где приспособил себе место для подготовки к вступительным экзаменам в университет.

Бенор Гурфель

Чёрный чемодан

Чемодан был неказист с виду. Крышка слегка отставала, уголки поистрепались, а по дну проходила глубокая царапина. Однако внимание, оказываемое ему со стороны хозяев, вызывало ревнивую зависть соседей: роскошных кожаных и фибровых чемоданов, покоящихся в глубине антресолей.

Начать с того, что если другие чемоданы вытаскивались и заполнялись содержимым раз-два раза в году, обычно в летние месяцы, чёрный чемодан вытаскивался и использовался гораздо чаще, скажем еженедельно. И наполнялся он не свежепахнущей одеждой, хрустящим бельём и разноцветными новыми носками, а неумело переплетёнными рукописями, машинописными рванными фолиантами, текстовыми фотографиями и старыми зачитанными книгами.

БЕНОР ГУРФЕЛЬ

Эффект Малкина

"Что-то физики в почёте.

Что-то лирики в загоне.

Дело не в простом расчёте,

дело в мировом законе."

(Б. Слуцкий)

С малых лет запомнилось: темноватая и тесноватая комната, называемая "зала", бордовый абажур висячей, пыльной люстры. За столом отец, вечно озабоченный своими торговыми делами, и мать с длинным, унылым лицом. Намазывая на хлеб сливовое повидло и помахивая обкуренным указательным пальцем, отец поучает в своей привычной манере:

Бенор Гурфель

Эта весёлая студенческая жизнь

Рассказ

Трёхэтажное, светло-оранжевое здание Горного Института располагалось на правом берегу реки, разделявшей город на две неравные части. Центр города с его проспектом, высокими зданиями, трамваем, куполом цирка, городским садом, универмагом и рестораном находился на левом берегу.

Правый берег был попроще. Он начинался привольно раскинувшимся сосновым бором, за которым открывался типичный шахтёрский пейзаж: дымящиеся терриконы ("...над туманами, над туманами огни терриконов горят..."), вышки шахтных стволов, опускающиеся и поднимающиеся шахтёрские клети. И над всем над этим мелкая пыль шахтёрского уголька - штыб.