Эгипет

Почему считается, что цыгане умеют предсказывать будущее?

Почему на долларовой банкноте изображены пирамида и светящийся глаз?

Почему статуя Моисея работы Микеланджело имеет рожки на голове?

Потому что современной эпохе предшествовал Эгипет; не Египет, но — Эгипет.

Потому что прежде все было не так, как нынче, и властвовали другие законы, а скоро все снова переменится, и забытые боги опять воцарятся в душах и на небесах.

Потому что нью-йоркские академические интриги и зигзаги кокаинового дилерства приводят скромного историка Пирса Моффета в американскую глушь, тогда как Джордано Бруно отправляется в странствие длиною в жизнь и ценою в жизнь, а Джон Ди и Эдвард Келли видят ангелов в магическом кристалле.

Обо всем этом — в романе «Эгипет» несравненного Джона Краули; первом романе тетралогии, которая называется — «Эгипет».

Отрывок из произведения:

Эта книга, даже в большей степени чем большинство книг, опирается на другие книги. И автору хотелось бы выразить глубочайшую признательность тем авторам, чьи книги он обирал обильнее прочих, и принести свои извинения за то, к чему он приспособил их труды. Это: Джозеф Кэмпбелл, Элизабет Л. Айзенстайн, Мирча Элиаде, Питер Френч, Ханс Йонас, Фрэнк Э. и Фритци П. Мануэль, Джорджио ди Сантильяна, Стивен Шенбаум, Уэйн Шумакер, Кит Томас, Линн Торндайк, Д. П. Уокер и прежде всего скончавшаяся не так давно дама [1]

Рекомендуем почитать

Джонатан Кэрролл — американец, живущий в Вене. Его называют достойным продолжателем традиций, как знаменитого однофамильца, так и Г. Г. Маркеса, и не без изрядной примеси Ричарда Баха. «Страна смеха» — дебютный роман Кэрролла, до сих пор считающийся многими едва ли не вершиной его творчества. Это книга о любви как методе художественного творчества, о лабиринтах наваждения и о прикладной зоолингвистике (говорящих собаках).

Научно-популярный очерк истории и культуры Древнего Египта, принадлежащий перу выдающегося русского востоковеда Б. А. Тураева, при всей своей лаконичности остаётся одним из самых глубоких и подробных исследований египетской истории. В состав работы входит также глава, посвящённая раннехристианскому Египту.

Книга не только представляет увлекательное чтение для всех, интересующихся культурой Древнего мира, но и может быть использована как учебное пособие.

Синяя Борода слушает Вагнера и увлекается символистами. Кот в сапогах примеряет роль Фигаро. Красная Шапочка зубастее любого волка. Любовь Красавицы обращает зверя в человека, но любовь Чудовища делает из человека зверя.

Это — не Шарль Перро. Это — Анджела Картер, удивительная и неповторимая. В своем сборнике рассказов, где невинные сюжеты из Шарля Перро преобразуются в сумрачные страшилки, готические и эротические, писательница добилась ослепительного совершенства...

Популярный венесуэльский писатель Франсиско Эррера Луке принадлежит к наиболее интересным современным мастерам исторического романа. Казалось бы, «Луна доктора Фауста» посвящена локальному в исторической перспективе событию – завоеванию Венесуэлы конкистадорами, но главное в этом романе – тесное переплетение исторической и мифологической канвы. Возрождая, казалось бы, отживший жанр средневекового «рыцарского романа», Луке проявляет себя тонким психологом и блестящим стилистом. Он пишет историю покорения Америки как увлекательную книгу, в которой причудливая смесь фантазии с реальностью имеет строго документальную основу.

Когда с вами происходит нечто особенное, найдите поблизости подходящую палочку — и не прогадаете. Это может быть встреча с любимым человеком или его внезапная смерть, явление призрака прошлого или будущего, убийственное выступление румынского чревовещателя по имени Чудовищный Шумда или зрелище Пса, застилающего постель.

Когда палочек соберется много, устройте им огненную свадьбу.

В древней европейской столице — Вене — молодой американский писатель пытается заглушить давний комплекс вины, связанный с трагической смертью старшего брата. Заводя новые знакомства, позволяя себе влюбиться, он даже не догадывается, что скоро услышит замогильный клекот заводных птиц и треск пламени из цилиндра мертвого иллюзиониста.

Уокер Истерлинг, бывший актер, а теперь сценарист, живет в Вене. Он знакомится с Марис Йорк, бывшей моделью, а теперь художницей. Они хотят пожениться.

Но почему коротышка-бородач на велосипеде, похожий на гнома из сказок братьев Гримм, окликает его: «Реднаскела»?

Почему Уокеру снится, что в предреволюционной России он был маньяком-убийцей?

Почему на венском кладбище он ввязывается в перепалку с двумя старушками на «дельфиньем» языке?

Помочь разобраться с этим (а заодно научить его летать) Уокеру обещает калифорнийский шаман Венаск.

Венаск еще не понимает, во что ввязался.

Богдану повезло. Рядом с ним оказалась женщина, о которой мечтают миллионы. Вначале Богдан гордился этим, но со временем понял, что семейная жизнь не для него.

Его навязчивой идеей фикс становится изменить прошлое, вернув себе свободу холостяка. Недаром говорят: бойтесь своих желаний. Откуда Богдан мог знать, что его заветное желание сбудется...

Другие книги автора Джон Краули

Июньским днем 19… года молодой человек неспешным шагом шел из северо-западной части большого города по направлению к небольшому местечку под названием Эджвуд, о котором он кое-что слышал, но в котором ему не пришлось побывать. Юношу звали Смоки Барнейбел, и он шел в Эджвуд, чтобы жениться; то, что он шел пешком, а не ехал, было одним из условий его прибытия в Эджвуд.

Хотя он вышел из своей городской квартиры ранним утром, солнце стояло высоко, когда он перешел по высокому мосту по узенькой пешеходной дорожке и оказался в упомянутом местечке на северном берегу реки. Целыми днями он вел переговоры и заключал сделки в этих местечках с индейскими названиями; транспортный поток был таким плотным, что он не мог даже двигаться по прямой, — приходилось лавировать, выбирая маршрут. Переходя из одного местечка в другое, он сворачивал в небольшие улочки, заходил на склады и в универсальные магазины. Прохожих было немного, встречались в основном местные жители, несколько подростков проехали на велосипедах; молодой человек не переставал удивляться, как они могут жить в этих местах, которые казались ему мрачными окраинами, хотя дети выглядели довольно жизнерадостными.

Что, если бы великий поэт Джордж Гордон Байрон написал роман "Вечерняя земля"? Что, если бы рукопись попала к его дочери Аде (автору первой в истории компьютерной программы — для аналитической машины Бэббиджа) и та, прежде чем уничтожить рукопись по требованию опасающейся скандала матери, зашифровала бы текст, снабдив его комментариями, в расчете на грядущие поколения? Что, если бы послание Ады достигло адресата уже в наше время и над его расшифровкой бились бы создатель сайта "Женщины-ученые", ее подруга-математик и отец — знаменитый кинорежиссер, в прошлом филолог и специалист по Байрону, вынужденный в свое время покинуть США, так же как Байрон — Англию?

«Когда кончается мир, для каждой живой души он кончается по-своему», — утверждает Краули. Так, для героев «Дэмономании» повседневные заботы волшебным образом трансформируются в нечто запредельное, выявляя силы, светлые и темные, что управляют их жизнью. Историк Пирс Моффет, думая, что пишет книгу о магии прошлого, открывает для себя магию настоящего. Его новая любовь Роз Райдер, живущая словно во сне, оказывается в секте, где ей сулят избавление от терзающих ее демонов. А маги эпохи Возрождения Джон Ди и Джордано Бруно призраками бродят в современном американском городке; их биографии, реальные и мнимые, будто разыгрываются заново, являя собой ключ к будущему. Ведь между Хеллоуином и днем зимнего солнцестояния открывается дверь из мира живых в мир мертвых, и каждый должен занять свою сторону в извечном конфликте надмирных сущностей, в преддверии последней битвы.

Впервые на русском — третий том тетралогии «Эгипет» прославленного Джона Краули, автора «Маленького, большого».

«Маленький, большой» – это «поистине уникальный роман, в одиночку совершивший жанровую революцию» (У. Ле Гуин); это эпический бестселлер о любви и волшебстве, о свободе воли и предопределении, о роли личности в истории, плетущейся невидимым, но могущественным рассказчиком.

Городской клерк Смоки Барнабл женится на Дейли Элис Дринкуотер, дочери детского писателя, и отправляется жить с ней в не отмеченную на картах усадьбу Эджвуд – загадочное сооружение, которое, чем глубже в него заходишь, тем больше становится и, кажется, вмещает в себя окружающие леса и поля, а то и весь мир. Герои «Маленького, большого», поколение за поколением, видят себя персонажами некой Повести, ощущают неочевидное соприсутствие сверхъестественных сил и неосознанно разыгрывают романтическую оперу по мотивам шекспировского «Сна в летнюю ночь», либретто которой мог бы написать Льюис Кэрролл.

Перевод публикуется в новой редакции, а также с новым авторским предисловием, написанным специально для данного российского издания.

Первые два романа тетралогии «Эгипет»: Эгипет. Любовь и сон

Снова элмеры. Изводит само их ожидание: думаешь, если тебя пропустили в прошлый раз, то уж на этот выберут обязательно, хоть и никто не знает, на каких основаниях ведется отбор. Известно лишь, что в атмосфере снова была обнаружена капсула (одним из тысяч спутников-шпионов и следящих устройств, с прошлого года не сводящих свои объективы с корабля-матки на орбите Луны). Хоть капсула и сгорела в атмосфере, все произошло как и в прошлый раз: вскоре повсюду появились элмеры. Можно было надеяться, что лично вас это не затронет — ведь кое-кого они пропустили тогда, несмотря на то, что никого из близких и соседей нашествие не обошло, и тема элмеров время от времени вновь всплывала в новостях, хотя, по сути, сказать о них было нечего — оставалось лишь по-прежнему строить догадки. Но все равно ловишь себя на том, что то и дело выглядываешь в окно и прислушиваешься, не позвонят ли в дверь посреди дня.

Ощущая слом эпох, Пирс Моффет пишет книгу об Эгипте (не Египте, но Эгипте), практикует героическую любовь по методу Джордано Бруно и наконец учится водить машину. Он, кажется, уже понимает, почему считается, что цыгане умеют предсказывать будущее, и откуда у микеланджеловского Моисея на голове рожки, но "Гипнеротомахия Полифила" по-прежнему ставит его в тупик. На заднем же плане продолжается извечная битва вервольфов с ведьмами, а Джон Ди и Эдвард Келли по наущению ангелов из кристалла оставляют туманный Альбион и в Праге ищут покровительства благосклонного к алхимикам императора Рудольфа.

Снова элмеры. Изводит само их ожидание: думаешь, если тебя пропустили в прошлый раз, то уж на этот выберут обязательно, хоть и никто не знает, на каких основаниях ведется отбор. Известно лишь, что в атмосфере снова была обнаружена капсула (одним из тысяч спутников-шпионов и следящих устройств, с прошлого года не сводящих свои объективы с корабля-матки на орбите Луны). Хоть капсула и сгорела в атмосфере, все произошло как и в прошлый раз: вскоре повсюду появились элмеры. Можно было надеяться, что лично вас это не затронет - ведь кое-кого они пропустили тогда, несмотря на то, что никого из близких и соседей нашествие не обошло, и тема элмеров время от времени вновь всплывала в новостях, хотя, по сути, сказать о них было нечего - оставалось лишь по-прежнему строить догадки. Но все равно ловишь себя на том, что то и дело выглядываешь в окно и прислушиваешься, не позвонят ли в дверь посреди дня.

Популярные книги в жанре Современная проза

Е.Парушин

Эстакада

Это был сон, но не обычный, а потому достойный внимания. Все время я понимал, что сплю, но ощущение реальности событий не позволяло отключиться от них и проснуться. Проснувшись, я записал его, стараясь не упустить детали.

Пасмурное небо, кузов грузовика, на котором мы ехали по совершенно разбитой колее, пока не застряли намертво. Вылезали по очереди, тихо чертыхаясь и матюгаясь. Hачальник коротко объяснил, что надо быстрее подниматься по недостроенной эстакаде. Туда, на самый ее конец должен прилететь вертолет, чтобы нас забрать. Только надо спешить, а то все могут не поместиться. Последнее меня задело я стал включаться в ситуацию. Вспомнить прошлое не удавалось. Прикинул, что нас тут два десятка и надо переться по брошенной стройке явно больше километра. Везде торчали куски арматуры, куски бетона, проволока, доски да еще грязь, пропитанная ржавчиной. По оси эстакады много брошенной техники, значит стоит идти ближе к краю. Осмотрел себя и огорчился. "Hе шибко удачный экземпляр человеческой породы, явно немолод и хиловат", - подумал я и пошел вслед за остальными, которые уже довольно далеко ушли вперед и разбрелись по всей ширине. Через сотню метров нога попала в проволочную петлю и застряла насмерть. Стал дергаться, но петля в ответ затягивалась все сильнее. "Так не годится, надо включаться, а то этот заморыш оторвет себе ногу", - подумал я и стал осматриваться, прекратив дергание. В метре от себя заметил видавшую виды лопату. С трудом дотянувшись до нее и вляпавшись в грязь я поднял ее и рассмотрел поближе. "Лопата, как лопата", - подумал я и с ее помощью освободил ногу от проволоки. Hога была помятой, но не поврежденной, кроссовка выглядела просто ужасно от ржавчины, которая была похожа на кровь. Опираясь на лопату, побрел снова к заветному концу эстакады, совершенно не рассчитывая на успех. Внимание опять притупилось.

Григорий Пасько

Человек с венком на шее

Почти голимая правда, записанная со слов матерого зека

Григорию Пасько - 42 года. Из них 20 был военным журналистом. За право писать правду о российском военном флоте дважды сидел в тюрьме и в лагере строгого режима. Автор нескольких книг, в том числе "Назначенный шпионом", "Мы поем глухим", "Цвет времени", "Не верь, не бойся, не проси". В 2000 году в "Знамени" был опубликован его рассказ "Пряник", который затем был переведен на несколько языков.

Олег Павлов

Антикритика

(полемические статьи девяностых годов)

Сборник литературно-критический статей. В состав сборника вошли полемические выступления писателя, публиковавшиеся в отечественной периодике 90-ых годов и ставшие заметным явлением в литературной жизни этого десятилетия. Публикуется в полном содержании.

Между волком и собакой

Антикритика

О Литинституте

Взгляд на современную прозу

Олег Павлов

Русская Атлантида

В теперешней Москве, то есть в новой эпохе, нет своей Хитровки, и не может никаким чудом быть, возникнуть. Но сама та Хитровка, которую знаем мы из очерков Гиляровского, была чудом. Муравейник жизни, сооруженный не трудягами, а паразитами общества, его отбросами - точно б вши нанесли соломинок, проделали ходы, быт наладили. Комнатухи, бабы, трактиры, околоточные, своя фирменная жрачка - потрошки! потрошки! "Хитровка" - имела свое право, как Царское село или Соловки. Не уродливый, что грыжа, городской притон, а своя окраина-земелюшка, вольница, с которой выдачи нет. Чудо то, что бродяги в кои-то веки стали почти народом, силой - гордыми духом "хитровцами", которых страшились обыватели, а писатели - спускались с уважением в запахшую преисподнюю их муравейника, с жаждой понять, постичь. Ходили даже не сами по себе - не смели просто так взять да пойти, а был свой Вергилий. Иначе, без Гиляровского, отмирала душа. Ходил на Хитровку сам Толстой! Гений человеческий приходил к отбросам человечества. Был там, у них. Что он искал, какой смысл? Пытался их понять, их возлюбить?

Олег Павлов

Соборные рассказы

КОНЕЦ ВЕКА

Рождество было или не Рождество, но праздник этот признавался как государственный, отмечался уже наравне с Новым годом, и могло иметь место, что отмечали той ночью в горбольнице, точно теперь не скажешь, и Рождество. Столпилось праздников, будто справляли старого года похороны. И все дни густо валил снег, засыпая бездонную Москву. Было дремотно от жгучих морозов, белым-бело, и долготу дня утопляли болотисто-морозные белые ночи.

Олег Павлов

Cпасителям России

Вы воспылали сыновней любовью к отечеству и возжелали уж в который раз его, заблудшее, спасти, вывести к свету, слепенькое, повязавши на политзнамена своих разнообразных амбициозных кучек эдакие клятвенные лозунговые ленточки: "Вперед, Россия!", "Россия молодая", "Выбор России", "Вся Россия", "Единая Россия", "Голос России" и тому подобные. Но вот загадка... Вы презираете Р о с с и ю и русский народ.

Для кого-то самым важным в жизни является власть, для кого-то – деньги, а для кого-то – дело, которому он служит. Александр Смолин, как это ни странно, так до сих пор и не определил для себя, что для него из этого списка наиболее приоритетно, но, правды ради, не сильно его это и печалит. Тем более что его жизнь такова, что иногда все три перечисленных понятия сплетаются в ней воедино, словно клубок змей перед тем, как впасть в осеннюю спячку.

И вот тогда спокойной жизни ждать не стоит, ни ему самому, ни тем, кто рядом с ним.

Унаследовав обычаи и традиции практически всех народов от седой древности до наших дней, современный этикет является всеобщим сводом правил поведения человека на службе, в общественных местах и на улице, на различного рода официальных мероприятиях – приемах, церемониях, переговорах.

В настоящей книге есть все необходимое для овладения правилами общения в той социальной среде, где вы живете и с членами которой взаимодействуете. В ней содержится большое количество приемов и рекомендаций, проверенных как отечественной, так и зарубежной практикой.

Эта книга – своеобразное учебное пособие, вводный курс для каждого, кто хочет повысить собственную культуру этикета.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Артем Кравченко

Петров (Рассказ на "П")

Португальский первопроxодец Петров посмотрел по сторонам. Подумал: "почему путь первопроxодца прочно пролегает по первобытным паxотам, политическим переворотам, перетрубациям, порочной плесени проституции?" Перекусил по-простому пошел полем. Печать перемен постигла первородно-простой портрет Петрова. Почти пара пятилеток прошла после прозрения: "Пора покидать пристанище; пойду переxодами по планете, поищу Правду" . Позабыв праздники, переправился паромом по Перемышле, прошел Польшу, Палестину; переползая пограничные поселки покрыл пол-Евразии. Повидал полчища проxожиx правдолюбов, поизносил пиджак. Пил понемногу, понемногу попрошайничал . Подторговывал промышленными продуктами. Покрывался придорожной пылю. Побаивался представительниц прекрасного пола. Постоянно помнил про первопричину путешествия.

Дмитрий Кравцов

Данных нет

рассказ (2001)

Выдержка из расшифровки показаний Прощукова Андрея

Владимировича, старшего смены монтеров Управления

Энергоснабжения Департамента Аварийных Ситуаций (ДАС)

"Москва", 39 лет:

...Вы слыхали небось про спиногрызов-то? Не, не про тех, которых еще детишками называют. Это люди некчемные, сами ни на что не способные, так говорят - утверждают свою силу, якобы мужскую. Я-то про настоящих спиногрызов речь веду, про тех что в натуре спинным мозгом питаются. Вот то-то и оно, что байкам веры нету.

Мориарти Крэйг

Автостопом по времени

"Не стой под стрелой!"

Из "Путеводителя для путешествующих автостопом по стреле времени".

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ВРЕМЯ.

"Никогда не задавайте на чужой планете дурацкого вопроса "Какое сейчас число какого месяца?" Месяцы отмеряются вращением спутника вокруг планетысюзерена. Между тем всей Вселенной известно, что из-за приливных флуктуаций разумная жизнь на планете с массивным спутником возникнуть не может - приливы и отливы быстро разрушат возникающий мыслительный аппарат.

Мориарти Крэйг

Больше, чем сатана

(Из серии "Интернетовский сыщик")

Я стоял, забившись в какую-то щель между двумя трущобами в районе старой автобусной станции Тель-Авива.

"Не слишком удобное положение", - подумал я. "Как же я сюда попал? И как мне отсюда выбраться, если учесть, что неподалеку гуляют трое парней с пистолетами?"

Пистолеты у них хорошие. "Магнум 45". "Магнум" этот имеет 44-й калибр, а "45"-м он называется потому, что стреляет не свинцовыми, а стальными пулями.