Джентльмен что надо

Джентльмен что надо

Романтическая история сэра Уолтера Ралея, рассказывающая о его морских путешествиях, открытиях и о его королеве.

Отрывок из произведения:

Library of the Huron: [email protected]

Москва, Армада, 1998

Серия:"Великие пираты"

ISBN 5-7632-0729-7

Переводчик: Б.Г. Клюева

Перевод вступительной статьи и комментариев: В.М. Мартов

Художник:

Другие книги автора Нора Лофтс

Альенора, герцогиня Аквитанская, — одна из блистательнейших женщин Средневековья. Ей выпал жребий быть супругой двух королей, матерью Ричарда Львиное Сердце; во время второго крестового похода она вела отряд доблестных рыцарей Аквитании и Пуату, участвовала и в третьем походе. Альенора была своенравна, хороша собой, имела множество поклонников — сделало ли это ее счастливой?..

Роман Норы Лофтс «Королева в услужении» — это история любви и несостоявшейся мечты. В нем есть место дворцовым таинствам и любовным интригам, предательствам и высоким чувствам.

Молодой доктор Хамфри Шедболт, возвращаясь из Кембриджа домой, встретил в дилижансе юную Летицию Роуэн и пленился ее хрупкой красотой. Летиция едет к своей тетушке, миссис Роуэн, работать в ее кафе. Она опасается, что это не подходящее место для молодой невинной девушки, но ей некуда больше идти. Хамфри неотступно думает о новой знакомой, но не представляет, как прийти ей на помощь…

Шеда Вуди повесили сентябрьским днем, когда природа меняла свой облик. Было довольно прохладно, когда я вышел из дому и направился через поля по тропинке, окутанной голубым туманом. На мокрой от росы траве оставались мои следы. Но вскоре над кронами деревьев зарделось солнце, и, когда я добрался до Маршалси, туман рассеялся. Мое лицо и руки, влажные и липкие от тумана, отогревались на осеннем солнце. Васильки и кусты черной смородины, растущие вдоль тропы, все еще сохраняли влагу и сверкали на солнце серебряными росинками. Я шел быстро, но, свернув на тропу, ведущую к большой дороге, замедлил шаг и не спеша рассматривал только что вспаханную стерню, любуясь яркой зеленой свежестью, которая приходит на пастбища вместе с сентябрьскими дождями, сменяющими августовскую жару. Листья на деревьях начинали желтеть. Это был слишком прекрасный день для смерти, даже для тех, кто стар и кому чужды наслаждения, — а Шед был не из таких. Дойдя до конца последнего поля и ступив на изрезанную бороздами дорогу, я остановился в изумлении. Никогда еще, кроме ярмарочных дней, не видел я такого наплыва людей. Их взгляды устремились к Маршалси, а лица были возбуждены. Многие ехали верхом, немало было и пеших, неспешно ковылявших по дороге, — женщины, придерживавшие юбки, мужчины свободно вышагивавшие, дети семенившие сзади, как молодые телята и жеребцы. На меня никто не обращал внимания. Дорога заканчивалась у зеленой лужайки возле Черч Корнер, и, обогнув его, мы увидели виселицу, вонзавшуюся в бледную чистоту неба. Она стояла здесь издавна: когда-то на ней болтался разбойник Боб Финч, потом Дейв Парсонз, убивший своего хозяина, — не без основания, как говорят. Несмотря на это, виселица всегда была для меня частью зеленой лужайки, и до того, как там повесили Шеда, я придавал ей не больше значения, чем церкви, дому приходского священника или вывеске постоялого двора. Однако, с того самого дня я уже никогда не мог равнодушно смотреть на нее. Да и сейчас еще мертвое дерево или какие-то скрещенные бревна старого сарая пробуждают во мне болезненные воспоминания.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Роман повествует о международном конфликте, вызванном приходом России на Дальний Восток, является как-бы предысторией русско-японской войны.

Лев Бердников

Казус Липмана

версия для печати (76895)

╚ ▀ √ ⌡ ╩

Лев Бердников

К А З У С Л И П М А Н А

Исторический очерк

1550-1750-е годы в Европе называют периодом абсолютизма и меркантилизма. Именно в это время на историческую авансцену выходят придворные евреи, без коих не обходится ни один европейский венценосец. Они занимали высокие посты и рядились в пышное платье, словно опровергая слова из известной песни Александра Галича: ⌠Ах, не шейте вы евреи, ливреи!■. Обладая аналитическим умом и предприимчивостью, ⌠еврей в ливрее■ обычно служил своему государю как финансовый агент, поставщик драгоценностей и ювелирных изделий, главный квартирмейстер армии; он начальствовал над монетным двором, создавал источники дохода, заключал договоры о займах, изобретал новые налоги и т.д.

Лев Бердников

ШУМНЫЙ АМЕРИКАНЕЦ

Авторы этого номера заполняют "Анкету Пруста": Лев Бердников

   Лев Бердников    Многие помнят название романа Грэма Грина “Тихий американец”; однако американец американцу рознь. Вот и русский граф Федор Иванович Толстой по прозвищу Американец (1782-1846) тихим отнюдь не был, а, напротив, слыл человеком шумным, взбалмошным. Личность легендарная, персонаж скандальных историй, самый эксцентричный представитель славного рода Толстых, послуживший прототипом не одного литературного героя, он вызывал и ужас, и восхищение. Неугомонный бретер, стрелявший без промаха и убивший на дуэлях 11 человек, пьяница и обжора, нечистый игрок в карты, опасный сплетник – он был в то же время патриотом и героем войны, верным и самоотверженным другом, неистощимым остроумцем, личностью, сумевшей заслужить уважение таких выдающихся людей, как П.А.Вяземский, А.С.Грибоедов, Д.В.Давыдов, Е.А.Баратынский, К.Н.Батюшков, В.А.Жуковский, В.Л.Пушкин да и сам А.С.Пушкин. Все они сходились во мнении, что Ф.Толстой – удивительно яркая и крупная фигура.

Лев Бердников

Главный самоед империи

версия для печати (85786)

╚ ▀ √ ⌡ ╩

Лев Бердников

Лев Иосифович Бердников родился в 1956 году в Москве. Окончил литературный факультет Московского областного педагогического института. Во время учебы сотрудничал с ╚Учительской газетой╩, где опубликовал десять очерков. После окончания института работал в Музее книги Российской государственной библиотеки, где с 1987√1990 годов заведовал научно-исследовательской группой русских старопечатных изданий. В 1985 году защитил кандидатскую диссертацию ╚Становление сонета в русской поэзии XVIII века (1715√1770 гг.)╩. С 1990 года живет в Лос-Анджелесе. Автор трех книг и более 350 публикаций в России, США и Израиле. Лауреат Горьковской литературной премии 2010 года. Почетный дипломант Всеамериканского культурного фонда Булата Окуджавы.

Лев Бердников

Русская жизнь Лейба Неваховича

версия для печати (68789)

╚ ▀ √ ⌡ ╩

Термин "русскоязычный писатель" был, кажется, пущен в ход во времена горбачевской перестройки. Его придумали писатели-почвенники, выдававшие себя за истинных патриотов России, дабы отмежеваться от пишущих на русском языке инородцев (читай: евреев).

Однако, первый еврейский культурный деятель, вполне отвечающий определению "русскоязычный писатель", появляется в России еще в начале XIX века. Жизнь и судьба этого литератора весьма поучительны, ибо ему √ на удивление "патриотам"! √ удалось соединить в себе то, что казалось им несоединимым: заботу о судьбе евреев и горячую любовь к России и русскому народу. Речь идет о публицисте, драматурге и философе Иехуде Лейбе бен Ноахе, или, как его называли на русский манер, Льве Николаевиче Неваховиче (1776-1831).

Чувашский писатель Михаил Юхма известен своими историческими романами «Дорога на Москву», «Голубая стрела», а также повестями, рассказами, очерками о современниках.

Новая его повесть посвящена жизни и деятельности видного татарского революционера Мулланура Вахитова. Автор рассказывает о юности Вахитова, о его подпольной работе, о деятельности на посту комиссара Центрального комиссариата по делам мусульман. В годы гражданской войны он руководил формированием мусульманских частей Красной Армии. Погиб от рук белогвардейцев, защищая Казань.

Пятое издание моего романа «Путь к Софии» на болгарском языке, приуроченное к столетию освобождения Болгарии в результате русско-турецкой войны, обязывает меня обратить внимание читателя на некоторые моменты исторической достоверности. Ввиду того, что роман не отражает описываемые события подобно зеркалу, с абсолютной точностью, а воссоздает их в художественной форме, отдельные образы — Леандр Леге (Ле Ге), Сен-Клер, Шакир-паша — получили свободную, собирательно-типизированную трактовку.

Что же касается драматических событий истории — ярко выраженной поляризации сил, дипломатических ходов западных государств, страданий, выпавших на долю жителей Софии, и в первую очередь беспримерного героизма братьев-освободителей, — то при их воспроизведении я с огромным чувством ответственности соблюдал историческую и художественную достоверность. 

Он получил от современников далеко не самое почетное прозвище. Историки-«западники» обвиняют его в «предательстве» и «раболепстве перед Ордой»: дескать, его власть держалась на татарских саблях, на его руках кровь соплеменников, а на его совести — мученическая смерть тверских князей...

Иван Калита действительно дрался за власть люто, яростно, беспощадно, не щадя ни других, ни самого себя, не брезгуя ни подкупом, ни доносами хану, ни ордынской помощью.

Но именно в его княжение Русь получила необходимую передышку, окрепла, оправилась, подняла голову (по свидетельству летописцев: «Быстъ тишина христианам и престаща татарове воевать Русскую землю»), именно при Иване Даниловиче и его сыновьях родилось «непуганое» поколение, посмевшее выйти на Куликово поле, именно его внук Дмитрий Донской одержал великую победу, с которой началось осво-бождение и возвышение Руси...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Однажды агорианин Боб сделал на Земле Человека. Лучше бы он этого не дела... Впрочем, читайте сами

В брошюре в очерковой форме рассказывается о людях, находящихся на трудном и благородном посту следователя и прокурора, и о том, как любовь к своей профессии, знания и опыт следственной работы помогают успешно и правильно расследовать уголовные дела.

Причиной собрания жителей городка Помпело стал ужас, витающий среди холмов. Осенью и весной древний народ, обитавший там, исполнял свои жуткие ритуалы, насылая на жителей окрестных деревень ужас…

Но в этот год страх был особенно сильным: люди знали, что ярость древнего народа нависла над Помпело.

©Кел-кор

Роман «Духов день» — первый роман в новой литературной программе «Западно-восточный диван» и одновременно дебют молодого немецкого автора Андреаса Майера, получивший высокую оценку критики, назвавшей его «совершенно сумасшедшим и совершенно потрясающим романом». В необычной манере — в форме косвенной речи — рассказывается о людских взаимоотношениях в одном из «медвежьих углов» Германии, о человеческих типажах, в которых блистательно отразился «паноптикум всего немецкого общества».