Дырка в стене

Дмитрий Биленкин

Дырка в стене

Надо срочно предупредить неосторожных. Необходимо! Иначе могут быть самые неожиданные последствия.

Уже светает. Сейчас я опишу случившееся. Спокойно, главное - спокойно. А, черт, бумага затлела! Ну, ничего, ничего... Ладно...

Так вот. Был первый час ночи, когда это началось. Я вернулся из гостей, и после уютной квартиры, которую только что покинул, моя берлога показалась мне особенно неприглядной. Серый от табачного пепла стол, какой-то пух на стульях, перегоревшая лампочка в люстре и груды книг на полу. Одна из стопок зловеще изогнулась винтом и, когда я захотел ее поправить, рассыпалась под руками, затопив свободное пространство пола.

Другие книги автора Дмитрий Александрович Биленкин

Дмитрий Биленкин

Черный великан

Из-за дурацкого вывиха мне пришлось остаться в ущелье одному, тогда как мои товарищи ушли на штурм памирского семитысячника. Досада моя не имела границ, но вскоре я понял, что, потеряв одно, я приобрел другое.

Моя палатка стояла на берегу ручья такой неправдоподобной и чистой голубизны, какая бывает только в детских снах. Есть немного вещей, которые можно созерцать бесконечно: накат морских волн, пламя костра и бег горного ручья. Там, где возникала заводь, вода уже не казалась водой. Нет, то был жидкий и вечный кристалл, сквозь который мерцала россыпь камней, более причудливая и яркая, чем фантазия восточных ковров. Сбоку, в десяти шагах от палатки, пузырился источник нарзана; он стекал по красному, как киноварь, ложу. Невероятно, как много красоты может вместить маленький клочок земли!

Дмитрий Биленкин

Голубой янтарь

Весь день море билось о берег.

Оно билось и тогда, когда в свете вечерней зари к нему вышли трое. К их удивлению, накат волн оказался не таким мощным, каким он представлялся в лесу, где еще издали был слышен мерный тяжелый гул. Прибой скорее гладил песок, обращая его при откате в тусклое зеркало, в котором скоротечно проступали краски заката, багрово-черного у дальней черты моря, тогда как высоко над дюнами было светло и там, в поднебесье, отчетливо рдели похожие на клинопись обрывки облаков.

Мальчик не очень-то понимал, что его привело сюда, на обычное кладбище старых кораблей и машин. Раскрыв рот, он смотрел на все эти чудеса. Всякая отслужившая свое время техника неизъяснимо притягательна для мальчишек — обломки разбитых приборов и всякие непонятные штуковины. Эх! Из десятка нелетающих кораблей можно было бы, пожалуй, собрать один летающий и, хотя до шестнадцатилетнего возраста пилотирование запрещено, потихоньку, на холостой тяге…

Дмитрий Биленкин

Неумолимый перст судьбы

Андрей Семенович Миловидов всем удовольствиям предпочитал мягкое кресло, кофе с овсяным печеньем и тихую музыку по вечерам. Отсюда, впрочем, не следует, что его поступки были сродни мерному ходу машины, ритм которой не знает фантазий и сбоев; образ такого человека есть абстракция наподобие идеального газа. Реальный Миловидов, сидя в тот вечер у радиоприемника, взял да и крутанул ни с того ни с сего настройку волны.

Д. А. Биленкин (1933–1987) — один из ведущих авторов отечественной научной фантастики 1960–1980-х годов, мастер фантастики. НАУЧНОЙ в классическом смысле этого слова, писатель, обладавший даром “встраивать” в увлекательные сюжеты оригинальные фантастические гипотезы.

Биленкин всегда считался автором преимущественно “малых форм” фантастической прозы — рассказов, новелл и повестей. Однако уже названия его сборников заставляют сильнее биться сердца всех истинных любителей научной фантастики нашей страны.

“Марсианский прибой”.

“Ночь контрабандой”.

“Проверка на разумность”…

А еще — повести “Десант на Меркурий”, “Космический бог”, “Конец закона”, “Сила сильных”, — повести, составившие цикл о приключениях космического психолога Полынова!

Дмитрий Биленкин

Ничего, кроме льда

Мы летели взрывать звезду.

Романтики и любители приключений пусть не читают дальше. Наша судьба не из тех, которые могут воспламенить воображение. Вот ее расклад. Путь туда и обратно занимает сорок лет. Еще год или два надо было отдать Проекту. Анабиоз позволял нам проспать девять десятых этого времени, так что на Землю мы возвращались сравнительно молодыми. Однако наука, искусство, сама жизнь должны были уйти так далеко вперед, что мы неизбежно оказывались за кормой новых событий и дел.

Дмитрий Биленкин

Мгновение чуда

Я был ночью один в пустыне, куда меня завел поиск древней тишины.

Это не было следствием путевой ошибки, как можно подумать. Дело вот в чем. Я уже сказал, что была ночь и расстилалась пустыня. Достаточно еще упомянуть о песчаном гребне в отблеске звезд, как перед вами возникает облик местности, где вы никогда не бывали. Это неизбежно, если вы посещаете кино и просматриваете иллюстрации журналов, где вам наверняка попадались подходящие снимки. Фотографический образ мест, которых сам человек никогда не видел, настолько типичен для памяти каждого, что нам трудно представить, как может быть иначе. Так же, наверное, как нашим прадедам трудно было бы вообразить такое вот "заемное" зрение.

Дмитрий Биленкин

Цветы лунной ночи

Неоновые лампочки в ячейках-сотах, откуда быстрыми пчелами летели оранжевые лучики, погасли. Валя чертыхнулся и постучал по прибору. Молчание и темнота: улей космических частиц опустел.

Около часа Валя копался в схемах, проверяя контакт за контактом.

- Вырубилась линия, не иначе, - буркнул он.

- Микрометеорит? - Начальник лунной станции даже не поднял взгляда от лежавших перед ним графиков.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

По мнению героев рассказа, безумие — это бунт против нравственности или моральных устоев общества. Элизабет безумна. Она считает себя императрицей Екатериной Великой. Две сестры и брат везут её на тридцать шестой астероид. Но не для того чтоб лечить. Общество создало на астероидах множество цивилизаций, из которых для каждого умалишённого можно подобрать «свой» мир…1.0 — создание файла

Эта картина родилась не за один день. Я создавал ее очень долго. Сначала просто «набивал руку», тренировался, готовился. Потом делал наброски — множество набросков, они валялись по всей комнате, часть из них таинственно пропадала, часть была просто затоптана кем-то. Из-за этого я сердился и, признаюсь, даже плакал. Но как мне было объяснить им, что это — части будущего шедевра, что эта картина может спасти их, спасти весь мир… Нет, они не поняли бы, на этом этапе уж точно бы не поняли. Но я надеялся, что все изменится в тот миг, когда они увидят всю картину. И продолжал работать — упорно, изо дня в день, из часа в час, прерываясь только на сон, еду и непродолжительные прогулки. Это кроме тех случаев, когда меня отрывали от работы вынужденно…

Показания перед Особой Президентской комиссией свидетеля 15671 Леонарда Дракера, тридцати одного года, неженатого, проживающего по адресу: Нью-Йорк-Сити, округ Манхэттен, Западная 10-я улица, 238, служащего компании Харберна, зарегистрированной по адресу: Нью-Йорк-Сити, округ Манхэттен, Восточная 42-я улица, 25. Свидетель, после приведения к присяге, показал следующее:

Ну, не знаю точно — около восьми утра в среду это было. Меня разбудил телефон. Я схватил трубку, чуть не свалившись с кровати, и прижал к уху. Женский голос тараторил: «Алло, это Ленни? Это ты, Ленни? Алло!»

Кто знает, где находится реальность? А если она есть, то какая, она!!!Приятного чтения./Вечернее небо было наполнено пригоршнями мелких и крупных созвездий, и звезд. Самые большие из которых блестели и переливались в небе. Они радовали глаз и манили к себе невидимыми и неясными ощущениями, и далеким светом, который мерцал, отражаясь в разливе озера. И казалось, что эта природа отражает не звезды в воде, а блики удивительного запретного знания, пока неизученного людьми и сокрытого природой заботливо, до поры, до срока первого касания, дуновения, и вибраций которые приведут в действие неведомый механизм неба…/

Это случилось в первом году старшей школы.

Это был тот год, когда начала бушевать гуманоидная климатическая аномалия, известная как Харухи Судзумия, и самый насыщенный событиями год в моей жизни. Мурашки пробегают у меня по спине, стоит мне снова подумать о случившихся в тот год неприятностях. Просматривая альбом с фотографиями, я вспоминаю все те происшествия, и от каждого меня бросает в дрожь. Один из этих случаев прочно укрепился в глубине моего сознания, поэтому позвольте разделить его с вами.

А посередине, стало быть, я.

На земле остались боль и грязь, нищета и тошнотворное прозябание. Зато сверху, сквозь становящуюся глубоко фиолетовой синь, постепенно проглядывают колючие звёзды — и вот туда-то я стремлюсь, осторожно пробуя свои силы. Виток за витком, словно нарезая в тугом воздухе невидимую спираль, я поднимаюсь, ощущая себя легко и неудержимо. Далеко позади остались ароматы цветущего клевера и туманы над вечерними лугами, однако то чувство, что тянет меня ввысь — оно сильнее даже земного притяжения.

Дмитрий Малиновский

Мечты обречённых

Я часто думаю о том, какие странные эти существа - люди.

И их мечты, - мечты обречённых...

И вся полнота жизни...

Человек, опередивший своё время в развитии,

становится - Создателем Мира,

или - Знамением Смерти...

Эта история, увы, лишь одна из многих. Меня попросили передать её _вам_, не откладывая, пока ещё есть в этом смысл!

Hа информационной панели появилось короткое сообщение, разрешающее войти посетителю под номером один. Этот номер был мой.

Алекс Лассаpа

Кpылья

Обоpотни там, Кицунэ, Веpвольфы,

Инкубы, Суккубы - совсем житья

от них не стало !

Геpальт.

Он пpотянул pуку: - Феникс.

- Феликс?

- Hет, Феникс. Птичка такая была.

- А ещё был такой гpаф-феникс - Калиостpо.

- Слышал, значит... Тем лучше.

- Hо он же умеp. В Италии, в тюpьме!

- Бpед собачий! Пpосто мне стало скушно, и я ушёл. А может, и не я, - добавил он, посмотpев на удивлённое и недовеpчивое лицо мальчишки. - Когда-то люди умели летать... Да только pазучились гоpод подpезает кpылья не только птицам... И мы давно не летаем...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дмитрий БИЛЕНКИН

ЕСЛИ ЗНАТЬ

Дан Ропет Арм, двузвездный генерал, широко расставив крепкие ноги, стоял перед картой мира. Твердая воля, везение счастливчика, талант и жестокое честолюбие смотрели на крошечную страну, видя красные стрелы ударов, нацеленные в ее маленькое сердце.

Его план был прекрасен, и потому генерала не беспокоило совещание девятью этажами выше. Высокое совещание в буквальном и переносном смысле, и оно решит так, как должно решить. В планируемой кампании был немалый риск ввязаться в затяжную воину партизанских стычек. Риск отпугивал бездарных соперников, зато генералу он давал сказочный шанс выдвинуться.

КРИТИКА

Д. БИЛЕНКИН

Фантастика и подделка

Время поговорить о примитиве, что рядится под фантастику и, пользуясь любовью читателя к жанру, размножается в сотнях, тысячах экземпляров книг, не хуже микробов, попавших в питательную среду.

Поскольку разговор видится острым, в пору звать мальчика. Какого мальчика? Обыкновенного, бесплотного, безыменного мальчика, который любиг появляться в статьях о фантастике, чтобы сказать: мне нравится то... мне не нравится это.

Дмитрий Биленкин

Гениальный дом

- Прошу, - широким жестом пригласил Юрков. - Выбирайте.

- Здесь? - мешковато вылезая из реалета, переспросил Смолин.

- Если вам нравится.

Крапчатые глаза Юркова смотрели враскос, безучастно, однако в них плескалось затаенное озорство. Хмыкнув, Смолин огляделся.

Трава на лугу пестрела таким ярким узором соцветий, что их хотелось прижать к груди. Редкие березы бросали прозрачную и зыбкую тень. С трех сторон подступал лес, с четвертой открывалась река, голубели дали предгорья. Яркие снежники вершин бросали на все чистый, как в поднебесье, отсвет.

Дмитрий Биленкин

Гол в свои ворота

"Выше головы не прыгнешь", - твердит пословица. "Прыгай!" - приказывают обстоятельства, и - гоп! - человек прыгает выше головы.

Мрачные обстоятельства, которые на этот раз заставили людей опровергнуть пословицу, были кратко изложены в речи Президента фирмы "Робот - друг человека".

- Господа, - сказал он. - Реклама конкурентов забивает нашу, и продукция лишается сбыта. Прошу придумать нечто гениальное.