Двести вторая ночь Шахразады

Журнал «Техника-молодежи» 1978 г., № 8, стр.53-55

Отрывок из произведения:

При раскопках развалин средневековой мечети недалеко от Самарканда археологическая экспедиция нашла плотно закупоренный сосуд. Осторожно вскрыв его, ученые обнаружили небольшой рулон потемневшей от времени шелковой ленты шириной в ладонь. Ткань была покрыта непонятными знаками. Вскоре ученые установили происхождение и время создания рукописи: арабский Восток, XIII век нашей эры.

Сам текст представляет собой неизвестный фрагмент «Повести о шахе Шахрамане, сыне его Камар-аз-Замане и царевне Будур», которую прекрасная Шахразада со 170-й по 249-ю ночь рассказывает своему мужу-царю.

Другие книги автора Владислав Алексеевич Дебердеев

НА ГРАНИ ФАНТАСТИКИ

Владислав ДЕБЕРДЕЕВ

ЧУЧУНА МЕЧЕТ БУМЕРАНГ

Как только ни называли это существо с тех пор, когда в середине нынешнего века пресса стала писать о нем особенно широко! "Снежный человек" и палеоантроп, йети и реликтовый гоминид, гоминоид, "дикий человек" и прочая, и прочая. В те годы были организованы многочисленные экспедиции для поисков сего таинственного существа. Но, увы, ни одна из них так и не смогла предоставить убедительных данных о "снежном человеке".

При раскопках развалин средневековой мечети неподалеку от Самарканда археологическая экспедиция нашла рукопись 202-й ночи Шехерезады. В рукописи рассказано, как сын царя Шахрамана по имени Камар-аз-Заман встретил пришельцев с неба.

Традиционный молодогвардейский сборник научно-фантастических повестей, рассказов, очерков и статей.

Популярные книги в жанре Рассказ

Сайт автора: http://www.proza.ru/author.html?oleanmdr

Проклятый христианами, потомками и даже современниками.

Каким Вы думаете он был? Каким бы Вы могли представить его в своем воображении?

Может быть - в виде старца, с трясущимися руками и капающей слюной из кровавого рта?

Опс! Ошибка номер один дорогой читатель.

Нерон - был двадцатилетний юноша. Бледный и мечтательный по словам его современников.

Когда же ты родился Нерон?

— Вы хотите, мадмуазель, чтобы я рассказал, с чего это все у меня началось? Хорошо, включайте свой диктофон. Вы не против, если я закурю? Итак, представьте себе голодное лето девяносто третьего года, а потоми голодную осень. Октябрь. Село Лопатниково в ближайшем Подмосковье. В комнате у окна открытого в сад сидит человек в очках и рассеяно курит. Стол завален книгами. Это кандидат филологических наук, преподаватель пединститута. Он готовит цикл лекций по творчеству Ивана Бунина. Настроение у него отвратительное. Замучило безденежье. В этом году он впервые за последние пятнадцать лет не смог поехать летом на юг с семейством, и вынужден проводить отпуск у тещи в деревне. Теща хороший человек, она уважает занятия зятя, несмотря на то, что они не приносят никаких доходов, и тихо возится на огороде. Жена в городе на работе. Она тоже относится к профессии мужа с уважением, но ее терпение на пределе. Филолог знает об этом. Знает он так же и о том, что никаким курсом лекций, даже самым выдающимся, финансовое положение семейства не поправишь. Он поворачивается к окну, чтобы выстрелить в него окурком и видит там меж деревьями тещиного соседа, здорового, мордатого мужика, веселого как все милиционеры на пенсии, по кличке Гусь. "Пойдем, выпьем" — показывает жестами сосед. В интеллигентской душе кандидата наук борется отвращение ко всякого рода "хождениям в народ" с острым желанием плюнуть на все и напиться. В конце концов, он выбирается в окошко и присоединяется к веселому менту и они усаживаются прямо под деревьями вместе с крановщиком Степанычем, также проводящим отпуск в Лопатникове.

(Основные персонажи:

Альтер Ид — наивный парень,

Хомо Тортус — его друг и сосед по квартире,

Лавус Кубис — их общий знакомый,

Вильгельм — талантливый фокусник,

Темно-фиолетовый цилиндр, обитый замшей — принадлежит Вильгельму,

Кролик Зегнер — обитатель цилиндра,

Мирей — гостеприимная женщина,

Мадам Тортус — мать Хомо Тортуса,

упоминается также Доктор Роткел, ученый-любитель)

Пришедший вечером домой, я, страшно уставший и голодный Альтер Ид, первым делом заметил ее. Шляпу на столе в гостиной.

«Увязнув длинными ногами в своей куцей полуденной тени, пастух стоял на обочине и держал руку шлагбаумом. Шестнадцать обшарпанных машин, шедших на юг, остановились. Колонна захлопала высокими дверцами «КамАЗов» и зарычала выхлопными трубами…»

«Er wirft ihr den Handschuh ins Gesicht

Den Dank, Dame, begehr ich nicht» 1

И вот я здесь. Тяжелая, горячая волна крови, что секунду назад билась в виски, внезапно отхлынула, и теперь я, должно быть, очень бледен и спокоен на вид. Я и в самом деле спокоен, ибо взгляду моему надлежит теперь быть ясным и необычайно зорким. Две секунды предстоит поделить на три части: войти в круг, медленно и уверенно, чуть левее первого барса и поближе ко льву — потом наклониться плавно и естественно, двумя пальцами поднять перчатку — потом повернуться и точно таким же шагом — о, это самое важное! — точно таким же шагом вернуться к решетке.

«Для нас, великих – я имею в виду живых классиков, – страшны не хула и не беспричинная хвала, а забвение.

Вот меня, к примеру, забыли.

А ведь я…

Впрочем, лучше по порядку…»

Уилл Селф (р. 1961) – один из самых ярких современных английских прозаиков, «мастер эпатажа и язвительный насмешник с необычайным полетом фантазии».

Критики находят в его творчестве влияние таких не похожих друг на друга авторов, как Франц Кафка, Уильям С. Берроуз, Мартин Эмис, Виктор Пелевин.

С каждым прикосновением к прозе У. Селфа убеждаешься, что он еще более не прост, чем кажется с первого взгляда. Его фантастические конструкции, символические параллели и метафизические заключения произрастают из почвы повседневности, как цветы лотоса из болотной тины, с особенной отчетливостью выделяясь на ее фоне. Автор заставляет нас поверить в полную реальность происходящего, которая то и дело подтверждается десятками и сотнями конкретных деталей, заставляя удивляться и сопереживать, восхищаться и утирать слезы от смеха.

Пылающий очаг как бы сжигает время и высвечивает в наших душах дороги прошлого. Атавизм это, что ли? А может быть, мы перерождаемся в эти минуты, и наш далекий предок с помощью нас раздувает огонь, отыскивая себя в бесконечной ночи в шуме елового леса? Или мы возвращаемся к давно утраченному, пропавшему вместе с нашим детством?.. Трещат пни. Искры роем наполняют очаг, улетают в трубу, чтобы соперничать со звездами. За стеной ночь, поздняя ночь октября, когда горы глухи и одиноко забыты. Дуплистые пни в очаге разинули свои пасти, словно голодные бродяги, сумевшие схватить лишь несколько полусгнивших листьев. Железная кочерга лежит у моих ног. Машинальноберу ее и, словно пастух непослушных овец, гуртую разлетевшиеся угли.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Журнал «Иностранная литература» 1977 г., № 6, стр. 260-262

Журнал «Техника-молодежи» 1987 г., № 9, стр. 45

Журнал «Техника-молодежи» 1987 г., № 9, стр. 44

Произошел ли атомный взрыв? И, если да, то что это — катастрофа на отдельно взятом острове или во всем мире? Что ждет человечество? На эти и другие вопросы ищет ответы ученый Ларсен…

Вариант киносценария к/ф «Письма мертвого человека». Опубликован в Альманахе «Киносценарии», 1985, выпуск I.

Государственная премия РСФСР 1987 года.