Две копейки

В тот день я задержался на работе. Вышел на улицу и почувствовал, что вот сейчас просто умру от голода. Согласитесь, что для здоровенного двадцатипятилетнего оболтуса выпитый в полдень стакан чая и пара бутербродов! И когда, наконец, в нашем КБ организуют столовую? Сколько лет твердим об этом на каждом профсоюзном собрании, а воз, как говорится, и ныне там.

У ворот Иоанновского равелина стояли на скамейке прикрытые клеенкой дымящиеся корзины, и две женщины бойко торговали пирожками. Я споткнулся о кабель, который тянулся из ленфильмовского автобуса к «юпитерам» в проеме ворот, — опять в крепости снимали какой-то фильм. Сглотнув слюну, сунул руку в карман, на ощупь вытащил два двугривенных и протянул продавщице.

Другие книги автора Андрей Дмитриевич Балабуха

Андрей Балабуха родился 10 апреля 1947 года. Окончил семь классов 157-й средней экспериментальной школы Академии педагогических наук (бывшей гимназии принца Ольденбургского), два года учился в Ленинградском топографическом техникуме, в 1970 году окончил 12-ю ШРМ Октябрьской ж.-д. Работал топографом, шлифовщиком на зеркальной фабрике, фотографом в Центральном военно-морском музее, рентгенодефектоскопистом на листопрокатно-штамповочном заводе, легководолазом, прошел путь от чертежника до начальника отдела строительства и генплана в проектно-конструкторском бюро Управления местной промышленности. В 1966 году участвовал в создании коллективной радиоповести ленинградских писателей-фантастов «Время кристаллам говорить». Первый рассказ «Аппендикс» был опубликован в 1967 году в ежегоднике «Фантастика» издательства «Молодая гвардия». С 1974 года — профессиональный литератор. Член Профессиональной группы писателей при Ленинградском отделении Литфонда РСФСР, затем — член Союза писателей СССР и Союза писателей Санкт-Петербурга; председатель секции фантастической и научно-художественной литературы. С 1983 года соруководитель (совместно с Анатолием Федоровичем Бритиковым), а с 1996 года — руководитель Студии фантастики. В 1994–1999 годах президент благотворительного литературного Беляевского фонда. Автор многочисленных переводов с английского, публицистических статей. В 1999 году избран членом-корреспондентом Метрологической академии Российской Федерации.

— Пошли на третий, — сказал Баркан. Он имел в виду третий виток облета. Поскольку он ни к кому в отдельности не обращался, ответа не последовало. Впрочем, ответа Баркан и не ждал. Он слегка ослабил ремни, но оборачиваться не стал: чем заняты остальные четверо, было ясно и без того. Баркан отчетливо представил их себе. Штурман Бурдо, работа которого уже практически кончилась, сидит сейчас с закрытыми глазами и мечтает. О чем? Трудно сказать. Но одно можно утверждать с точностью — мысли его не там, внизу, а на Земле, в Академии Космонавигации. Он, наверное, больше всех думает о возвращении. Оно и понятно — годы дают себя знать. И Баркану понять это гораздо легче остальных: он и сам не намного моложе… А юная троица, пожалуй и после трех месяцев полета все остается внове, мужественно вперила взгляды в экраны и ждет посадки. Сейчас они чувствуют себя героями-космопроходцами. В конечном счете именно они ведь добились организации этого перелета. Неразлучная тройка — Банах, Белин, Беляков: бортинженер, врач и связист.

Забудьте, чему вас учили в школе. Не верьте «профессиональным» историкам.

Не считайте учебник истиной в последней инстанции.

История никогда не была точной наукой – она перенасыщена мифами. Прошлое полнится людьми, безвинно проклятыми и оклеветанными или, наоборот, незаслуженно возвеличенными.

Князь Святополк не был Окаянным, царевич Дмитрий – самозванцем, Ричард III – злодеем, а Александр Невский – Святым. Вымышлены подвиги и Сусанина, и «героев-панфиловцев».

Все было совсем иначе.

Как? Читайте новую сенсационную книгу Андрея Балабухи!

Носовский и Фоменко отдыхают.

Через систему Ксении проходит неизвестный объект, предположительно исскуственного происхождения. Отправленный на перехват и исследование этого небесного тела, экипаж Бориса Болла опознает в объекте космический корабль «Велос» более трехсот лет назад направленный на ныне уже закрытую и загадочную планету, на которой происходят соврешенно непонятные и опасные вещи и получивший в последствии название Карантин. 

Похоже что «Велос» побывал на той планете и смог улететь оттуда. Какие загадки он несет сейчас в себе?…

Сегодня заговорщики собрались в доме Мелиссандра Стукка в последний раз. Дом, собственно, был уже продан, и деньги за него полностью получены, причем солидным мингириатским золотом, но по цене достаточно разумной, чтобы новый владелец — брандмейстер Перегар Водкинс из Переселья — согласился вселиться только на следующей неделе. Так что покуда они по-прежнему оставались тут полными, хотя уже и не полноправными хозяевами.

Последним, сгибаясь под тяжестью рюкзака, пришел Пишегрю Бар-Сукк.

Работать по утрам не любит никто — а уж хоббиты меньше всех. Утречком порядочному хоббиту надо: во-первых, выспаться, а для этого встать надлежит поближе к полудню; во-вторых, позавтракать, а на это серьезное занятие отводить меньше двух часов грешно; в-третьих, вдумчиво перекурить, что означает минимум три трубки. За этим последним занятием, правда, можно заодно обдумать дела, которыми предстоит посвятить день. Так то порядочным! А здесь собрались те, кому на приличную нору где-нибудь в Засельи, скажем, да чтобы с каким-никаким участком, еще вкалывать и вкалывать. А вкалывать приходится и по ночам, и по утрам. Какая уж тут порядочность — один распорядок!

На планете с непроходимой сельвой 4 базы разных стран. После прибытия грузового корабля с Земли появились случаи нарушения сухого закона. Поначалу думали, что контрабандно провезли пару ящиков виски, но для 400 человек, находящихся на базе, они уже давно должны были кончиться, а пьянство все продолжалось и продолжалось. Лишь по счастливой случайности удалось установить причину пьянства.

А еще говорят, будто эльфы не умирают…

Фортинбрас Стукк встал, сделал шаг и невесомо-легким движением закрыл покойному глаза. Он провел здесь весь вчерашний вечер и всю ночь, потому что хоббит ли, эльф, верзила или гном, да хоть орк поганый, не важно — всегда должен найтись тот, кто посидит рядом и проводит в неведомое. Туда никто не должен уходить в одиночестве. Так заведено спокон веку, и заведено правильно.

Кто сказал, будто эльфы не умирают?

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Это была странная процессия - четверо спутников, бредущих в никуда.

Впереди шел Ройял Мичер, мой единокровный брат. Его костлявые руки боролись с ветром, пытавшимся содрать с него сильно поношенную накидку. Отвязавшись ненадолго от брата, ветер наваливался на Туртона, нашего бедного старого Туртона, которому и без того тяжело приходилось - он тащил на себе Кандиду. Увы, ему в этом не могли помочь без толку болтавшиеся третья рука и нога - последствия ужасного воздействия радиации. Со своими дополнительными членами, торчавшими из-под черного плаща, он был похож на жука.

Читатель, взявший в руки эту книгу, получит ответы на важные, актуальные вопросы. Что, к примеру, страшное и зловещее таится в набухающих весенних почках? Или другое: почему Утверждение Жизни Активным Способом, данное в сокращении, рождает УЖАС? Из каких побуждений пациент упрашивает зубного врача удалить ему все до единого зубы? Кто и зачем покоится в Мавзолее — единственном строении, оставшемся от прошлого мира? Что такое Королевские Капли? И так далее.

Матью открыл глаза и пробежал взглядом по противоположной стене. Солнечный зайчик находился в пяти сантиметрах от левого края маленькой старой картины, висевшей посередине стены. Восемь с минутами, Матью не шевелясь впился глазами в зайчик, все сообщения утренней электронной почты уже получены. Стандартное время доставки официальных сообщений, восемь утра, уже прошло, и можно быть уверенным, что сегодняшний утренний файл готов к просмотру.

Не тяни, идиот, мысленно сказал он самому себе, у тебя не так много времени, как тебе бы хотелось. Но ни один его мускул не двинулся, а взгляд по-прежнему не отрывался от светлого пятна на стене, неуловимо медленно подбиравшегося к раме картины. Матью вспомнил старую игру Кэрол. Когда они поженились и переехали в эту квартиру, она любила в выходной день, только проснувшись, определять время по солнечному зайчику не глядя на часы. Сначала они загадывали время, а потом долго со смехом спорили, кто из них был точнее. Постепенно оба достигли совершенства в этом искусстве, и когда счет пошел на секунды, Кэрол это наскучило. Матью был поражен, когда одним утром Кэрол вдруг оборвала игру, коротко бросив: “Надоело”. Он не нашелся, что сказать, беспомощно ткнулся носом ей в плечо, зарылся лицом в волосы, промолчал, потом схватил ее зубами за шею чуть пониже уха, зарычал, как рассерженный барбос, легонько сжал зубы и, не успела Кэрол опомниться, одним прыжком скрылся в ванной.

Вчера пришел ко мне сосед и спросил: «Когда же это кончится?» В этот вечерний час я читал, сидя перед телевизором, газету «Маарив», на первой полосе которой огромный заголовок извещал даже полуслепого о том, что президент государства Палестина направил ноту президенту государства Израиль, и как президент президенту заявил, что не намерен терпеть далее бесчинства еврейских поселенцев в секторе Ариэль. И если поселенцы будут продолжать бросать камни в проезжающие арабские машины, он, облеченный властью именем народа президент независимого государства Палестина, прикажет своим полицейским, и те, естественно, сами понимаете, целоваться не будут.

Аннотация:

Рассказ: Фантастика. Хороним литературу. Опубликовано в сборнике "Аэлита. Новая волна — 002" (2005)

Когда поймёшь, что жизнь не получилась, что всё глупо и бессмысленно, всегда можно перешагнуть роковую черту, расставшись с неполучившейся жизнью. А там, за чертой, откуда уже не вернуться, тебя встретят и укажут дорогу, по которой идти. А что дорога эта коротка, так ты сам этого хотел.

Однажды Бог создал мир.

И населил Бог мир различными существами, дабы не был он пустым и мертвым.

И создал Бог людей, и наделил их разумом, дав им возможность самим совершать свои поступки, но самим и отвечать за содеянное.

И было у этих людей все, чтобы жить в своем мире и быть счастливыми.

Сделав все это, провел Бог черту между миром, им созданным, и миром, из которого он пришел — миром высшим.

Спустился Бог к людям, и сказал так:

Был мир. И жили в этом мире люди.

И были все эти люди разными, и каждый мог идти туда, куда хотел идти, и делать то, что хотел делать. Потому что не было в мире никаких границ, и ничто не препятствовало людям жить так, как они того хотели.

Была у этих людей особенность: не все цвета они видели одинаково хорошо. У каждого же был свой цвет, который он видел лучше других.

И вот вышел однажды один человек, чтобы все его видели, и сказал:

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Имя Василия Федоровича Ванюшина известно широкому кругу читателей по книгам «Вторая жизнь», «Старое русло», «Волчий глаз» и другим. «Желтое облако» — новое произведение писателя в жанре научной фантастики.

Когда на японские города упали американские атомные бомбы, озаботилось не только человечество Земли. Об атомных взрывах стало известно на далекой планете Альва. Альвины однажды пережили атомное нападение с соседней планеты Рам; обеспокоенные взрывами на Земле, они посылают свою экспедицию на Луну — ближайший спутник Земли.

Советский космонавт Николай Стебельков прилетел на Луну, чтобы положить здесь начало созданию научной базы. Совсем с иной целью появился на Луне Дин Руис, сын президента «Атлантик-компани»…

Альвинам были известны планы милитаристов — использовать для войны космос. Этого нельзя было допустить: «желтое облако» — сила, разрушающая металлы, но безвредная для человека, готова была уничтожить на Земле все оружие, а заодно и достижения цивилизации.

Борьба за сохранение мира и цивилизации шла не только на Земле, но и на Луне. Поистине героический подвиг совершил советский космонавт. О судьбе Николая Стебелькова и Дина Руиса стало известно только через семнадцать лет, когда неожиданно у Земли появился искусственный спутник, запущенный альвинами. С этого и начинается роман, развивающийся дальше динамично и напряженно.

Не допустить войны, сохранить мир, цивилизацию — вот основная идея романа.

Научно-исследовательский корабль «Меркурий» вошел в систему Эпсилон Эридана.

— Координаты 423-688-321, - доложил штурман.

— Включить автоматическое управление. Посадка на планете номер семь, — отдал распоряжение командир Ларр.

Зелено-голубой диск на щите видеографа все увеличивался, пока наконец не заполнил экран. Двигатели «Меркурия» взревели, корпус его начал мелко вибрировать, затем все стихло. Перегрузка, вызванная ускорением, ослабла; люди с облегчением почувствовали, что снова могут двигаться нормально.

Научно-исследовательский корабль «Меркурий» вошел в систему Эпсилон Эридана.

— Координаты 423–688–321, — доложил штурман.

— Выключить автоматическое управление. Посадка на планете номер семь, — отдал распоряжение капитан Ларр.

Зелено-голубой диск на щите видеографа все увеличивался, пока наконец не заполнил весь экран.

Двигатели «Меркурия» взревели, корпус его начал мелко вибрировать, затем все стихло. Перегрузка, вызванная ускорением, ослабла; люди с облегчением почувствовали, что снова могут двигаться нормально.

Таинственный мистер Харли Кин появляется и исчезает внезапно. Недаром его имя так похоже на «Арлекин». Он всегда выступает другом влюбленных, но появление его ассоциируется со смертью.