Два желания

По дороге домой мы с Сашкой нашли джина. Он был запечатан в витую бутылку из-под "Кока-колы". Мы по очереди пинали ее ногами, пока она, налетев на бетонный тротуар, не треснула по всей длине. Из трещины повалил густой белый дым, а когда он рассеялся, мы увидели низкого пузатого человечка в малиновом пиджаке. В левой руке он держал джиэсэмовский телефон, а правой поигрывал крупной золотой цепью, висящей на шее.

Мы пялились на него во все глаза. Наконец, глубоко вздохнув, Сашка произнес:

Другие книги автора Максим Моторный

По дороге домой мы с Сашкой нашли джина. Он был запечатан в витую бутылку из-под "Кока-колы". Мы по очереди пинали ее ногами, пока она, налетев на бетонный тротуар, не треснула по всей длине. Из трещины повалил густой белый дым, а когда он рассеялся, мы увидели низкого пузатого человечка в малиновом пиджаке. В левой руке он держал джиэсэмовский телефон, а правой поигрывал крупной золотой цепью, висящей на шее.

Мы пялились на него во все глаза. Наконец, глубоко вздохнув, Сашка произнес:

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

В канун 2286 года жителям Энска был преподнесен сюрприз: каждый желающий мог заказать себе на новогодний вечер собственного Деда Мороза, единственного и неповторимого. Понятно, живых исполнителей в таком количестве не наберешь, речь шла о роботах. В зависимости от желания заказчиков эти роботы, придя тридцать первого декабря в дома, должны были водить хороводы с детьми, рассказывать сказки, петь, танцевать, показывать фокусы, дарить подарки — в общем, кому что нравится. А некто Семенов, одинокий пожилой человек, по своим вкусам пожилого человека заказал себе Деда Мороза в стиле ретро: с бородой и усами, в тулупе и валенках. И чтобы только поздравил и ушел. И, кстати, чтобы, поздравив, не отказался принять рюмочку. Сами люди к этому времени давно уже не принимали никаких рюмочек и даже такой посуды не имели в домах, и Семенову было любопытно посмотреть, как это выглядит. У него как реликвия сохранялась старинная хрустальная рюмка, из которой, согласно семейному преданию, по большим праздникам пил вино его прапрапрадед.

В гробу картонном мы прожили года два. По чести сказать, ничего хорошего в нем нет, в гробу этом. Во-первых, тесно. Во-вторых, не видать ни хрена, кроме рубашки соседа, что под тобой. Или соседки. А тебе в рубашку тот, кто над тобой, пялится. Или та. Календарю только повезло, его сверху присобачивают, значит, никто в задницу не смотрит. Хотя вот убейте, не понимаем, ну на кой фарт на нас календарь кладут. Это все равно, что в коробку с леденцами презерватив засунуть.

Карамельно-прозрачное море время от времени посылало к песчаному пляжу игрушечную, кокетливо кудрявившуюся пеной волну, но и та, лениво прокатившись вдоль бухты, разглаживалась задолго до берега. Матово-белое, яркое, но не обжигающее солнце, отвисев положенный срок в зените, устало скатывалось к горизонту. Лёгкий бриз, в полдень спасавший от жары, теперь осознал свою ненужность и тоже успокоился. Тишину летнего вечера нарушала лишь негромкая, заунывная, чем-то неуловимо похожая на родную, русскую, и оттого приятная песня, доносившаяся из рыбацкой деревушки, что располагалась рядом с базой. Или правильнее было бы сказать, что это база располагалась рядом с деревней? Ведь рыбаки жили здесь всегда, а учёные прилетели чуть больше месяца назад.

За бронированной стеной подземного коридора тихо жужжали колонны синтеза. Каждые три минуты — хоть проверяй часы — контору сотрясал грохот: свежая партия нефти низвергалась в хранилище.

Мастер приоткрыл базальтовую дверь своего кабинета и, склонив набок голову-треуголку, прислушался к ровному гулу. «Надо бы сделать профилактику», — подумал он. Но этим займется уже его сменщик, который, должно быть, сидит сейчас в мягком кресле на борту «Пришельца-154» и листает руководство по черному и белому синтезу. Отличная книга! А вторая ее глава «Способы обеспечения незаметности при изготовлении в земных условиях вязких горючих жидкостей» не уступит хорошей детективной поэме…

Вы держите в руках не обычную книгу. Лишь на первый взгляд эта книга выглядит привычной стопкой листов в картонной обложке. На самом же деле это — уникальный продукт инновационных текстовых нанотехнологий, которые станут известны лишь в конце XXIII века, получив название «Dolby Virtual Кириллица Surround». Дело в том, что вы держите в руках не книгу, а полнометражный 3D-мульфильм с прекрасным стереоизображением и бесподобным звуком. Убедиться в этом несложно: перед началом чтения проверьте, включено ли ваше воображение. Если воображение включено, то по ходу чтения вы сможете просмотреть мультфильм своим внутренним взглядом так ярко, словно сами участвовали во всех сценах и событиях. Вы будете поражены, но это реально работает!

Перевод первого авторского сборника Р.А.Лафферти «Nine Hundred Grandmothers».

Настойчивое жужжание вентиляторов уносило остатки резкого запаха горелого пластика. Ещё недавно изысканный, дизайн командирской рубки был изрядно подпорчен. На ажурной серебристой отделке неряшливой чёрной кляксой красовался след от выстрела из лучевого пистолета. Опаленный участок придавал интерьеру довольно удручающий вид. Не менее удручённое выражение имели лица трёх человек, двух крепких мужчин и хрупкой миловидной девушки, нерешительно переминавшихся с ноги на ногу в узком проёме рубки управления. Экипаж первого земного гиперпространственного звездолёта уныло взирал на незваных гостей.

Может ли сборная России по футболу стать чемпионом мира? «Только с инопланетной помощью», – усмехнётесь вы. И окажетесь совершенно правы! Потому что обладающий уникальными физическими данными житель далёкой планеты Крон уже с нами!

Жаркие футбольные баталии, страстные любовные истории, приперченные щедрой порцией искромётного юмора – всё это вы найдете здесь! Оле-оле-оле-оле, Россия, вперёд!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Гук Кирилл Сергеевич

Русско-Японская война 1904-1905 гг.

Аннотация:

Русско-японская война 1904-1905 гг. Военная альтернатива..ПО сути дела РЯВ это пролог к истории Мира царя Михаила-VII Вначале 6 лет назад я описал все события альтернативы в виде таймлайна затем переработал все в виде книги. Русско-японская война с моей точки зрения одно из переломных событий 20 века, сильно повлиявших на дальнейшую историю и не только России. Начинается все с того момента что отряд Виренниуса в Россию не вернули…Посмотрим же как могли в дальнейшем происходить события.

Новая работа военного историка О. Гончаренко посвящена самому трагическому периоду в истории Русского Императорского флота. Сражения 1914–1915 гг. на Черном и Балтийском морях, гибель линкора «Императрица Мария» и крейсера «Жемчуг», революционные волнения и массовые казни офицеров стали переломом в его судьбе. И все же это не было гибелью флота. Вновь созданные белые эскадры и флотилии вели боевые действия на Балтийском, Черном, Каспийском и Баренцевом морях, а также на Онежском и Ладожском озерах, на Волге, Каме, Шилке и Ангаре. История Русского Императорского флота завершилась трагическими днями эвакуации остатков Белой армии и последним походом эскадры Черноморского флота в Бизерту.

Досиживает свой срок лидер криминальной подмосковной бригады Спартак Никонов. Эти годы не прошли для него впустую. Он стал «законником», крепко держит зону и воровской общак. Да и на воле у него все схвачено. Однако проблемы пришли, откуда не ждали… Младшая сестра Спартака Катя закрутила любовь с молодым бандитом Костей. Одновременно на нее положил глаз известный олигарх Красновский. Он похищает Катю, но, узнав, что она сестра самого Спартака, отпускает ее. При этом все стрелки он искусно переводит на Костю: дескать, похищение – его работа. Даже Катя в это поверила. Скоро Спартак выйдет на волю, и тогда он разберется, кто прав, кто виноват. И суд его будет суровым, но справедливым…

Давно отгремел Большой Взрыв. Прошло много лет, но в мир так и не вернулся покой. По бескрайним просторам рыщет множество мутировавших тварей. Невесть откуда взявшийся Легион сжирает заживо целые семьи, дворы и неродившихся детей. И лишь странники пыльных дорог рискуют пересекать обезлюдевшие пространства на бронированных автокораблях. Густав — странник.

Он думал, что знает об этом мире все. Встреча с Хирургом стала для Густава личным ядерным взрывом. Вот так живешь-живешь и вдруг выясняется, что ты ни черта не знал ни о том, как устроен мир, ни о том, что он на грани нового кровавого передела, ни о том, кто ты сам такой, на что способен и что тебе на роду написано. Встреча с Хирургом ломает прежнюю жизнь Густава, как сухую ветку.

А ведь есть еще двое: Бегун и Беглец. От первого Густав узнает страшный секрет, услышав который, двадцать человек уже расстались с белым светом. А от второго… Впрочем, Беглеца сперва еще нужно найти и догнать…