Два голоса

Маленькая повесть о любви. Два голоса, сливающиеся в один. Похоже на сказку, на выдумку, но я отчего-то знаю точно: так бывает. Хотя и очень редко.

Отрывок из произведения:

Пролог

— Теперь ты меня никогда не оставишь.

— Теперь не смогу. Но ведь и ты не сможешь уйти. Даже если захочешь.

— Не захочу.

— Глупышка. Нам теперь самое место в психушке. Нас ждет ледяная вода на бритую голову и костоломы-санитары.

— (Смеется) Ты отстал от жизни. Теперь там не так мрачно.

— Я пошутил, я ведь знаю точно, как там. Не мрачно? Как сказать. Укольчики трижды в день и въедливые доктора, убеждающие тебя, что меня не существует.

Другие книги автора Ника Викторовна Созонова

Самый последний текст и один из самых любимых. Фантастика, с уклоном в глубинную психологию. Те, кто уже прочел, называют самым мрачным из написанного, а мне видится и здесь свет.

Это достаточно тяжелый текст. И жанр, как практически у всех моих вещей, непонятный и неудобоваримый: и "жесть", и психология, и мистика.

Маленькая повесть-сказка, сон-фантасмагория. Очередное признание в любви моему Питеру — прекрасному и страшному, черному и серебряному, теплому и ледяному.

Эта вещь написана в соавторстве. Но замысел мой и история моя, во многом документальная. Подзаголовок говорит, что речь идет о вечных темах — любви и смерти. Лишь одно уточнение: смерть не простая, а добровольная. Повествование идет от лица трех персонажей: двух девушек и одного, скажем так, андрогина. Общее для них — чувство к главному герою и принадлежность к сумрачному племени "любовников смерти", теоретиков суицида. Каждая глава заканчивается маленьким кусочком пьесы. Сцена, где развертывается её действие: сетевой форум, где общаются молодые люди, собирающиеся покончить с собой. Несмотря на мрачную тему, финал, как мне кажется, светлый.

P.S. Сейчас, когда вещь прочли уже немало людей, часто задают вопрос: кто был прототипом того или иного героя. Ответить на это я не могу, так как самим прототипам это вряд ли понравится. Из всех моих "детей" этот текст самый благодарный — по числу теплых отзывов и самый жестокий…

Подзаголовок повести — "История о моем необыкновенном брате-демиурге". Это второй текст, написанный в соавторстве. В отличие от первого ("Nevermore"), мой вклад больше.) Жанр, как всегда, неопределенный: и фэнтези, и чуть-чуть мистики, и достаточно серьезный разговор о сути творчества.

Кожа воротника промерзла и натирала щеку. Ледяной ветер трепал волосы и жалил лицо. Из этого мира давно пора было выбираться, делать ноги, отряхнув с подошв снежную пыль. Но Дийк продолжал шагать, упрямо и мерно. Он привык доверять своей интуиции, а она твердила, что еще не все дела здесь закончены. Хотя какие, собственно, дела могут у него быть в заснеженной пустыне, скрашенной лишь одинокими валунами и столь же одинокими деревьями? Ему не встретился ни один человек за все время пути. Его верный зверь — прирученный рыш, жалобно поскуливал, отморозив все лапы. Он смотрел на хозяина обиженно-обреченно, явно не понимая, что они здесь забыли. «Ну же, — твердил выразительный взгляд золотистых глазищ, — остановись, расчисти на камне местечко для круга, я прыгну к твоим ногам, и мы наконец-то слиняем из этого негостеприимного места в более теплое и ласковое!»

Подзаголовок — Повесть о Питере и о Трубе. Трубой назывался подземный переход у Гостиного двора. Одно время там играли уличные музыканты, пока милиция не прекратила это безобразие. И я была обитателем Трубы в мои шестнадцать… Жанр неопределенный: почти документальное повествование о реальных людях перемежается сказочным сюжетом. Главный герой — Питер. Живой и одушевленный, каким я ощущаю его в своих мечтах и снах. Очень надеюсь, что они на меня не обидятся, если прочтут и узнают себя: Тано, Лешка, Эклер, Егоров, Чайка, Злог… мои необыкновенные, незабываемые друзья. Повесть была напечатана в 2008 году в журнале "Крещатик".

Популярные книги в жанре Фэнтези

Ходить в Заклятые земли осмеливались только Открыватели Пути, остальные могли годами блуждать в этом месте прорыва Темного Воинства из иных миров. Магия Заклятия черпала силу в таинственной Брошенной часовне. Чтобы снять чары, надо было найти часовню, а чтобы найти часовню, надо было заручиться поддержкой Открывателя. Если же Открыватель – женщина…

Рульк Великий Предатель на свободе. Тысячу лет он совершенствовал адскую машину, с помощью которой надеялся завоевать господство над миром. Но чтобы управлять ей, ему необходима уникальная способность Караны, обладающей даром чувствительницы.

Карана и ее возлюбленный Лиан попадают в исчезающую Ночную Страну. Только Рульк может открыть врата и отправить их обратно на Сантенар. Но Карана боится, что он подчинит себе юношу.

Иггур и Мендарк, заклятые враги Рулька, пытаются вытянуть энергию из скалы. Они должны запечатать врата, прежде чем Рульк перенесет на Сантенар свое изобретение. Если им не удастся это сделать, мир окажется во власти карона. Но в случае успеха Карана и Лиан будут обречены навеки остаться в Ночной Стране.

На мир наползает тень. К стенам светлого града Кременчуга идет орда хана Алтына, черного мага, чье колдовство заставляет дрожать землю. Остановить непобедимое войско можно только божественным оружием, укрытым далеко в горах. На поиски отправляются во главе небольшого отряда витязи Лют и Буслай. Они как цепные псы – всегда на страже покоя своего народа. И готовы даже спуститься в ад, если это необходимо ради выполнения долга.

Стабильность каждого из множества параллельных миров необходимо сохранять.

А о какой стабильности может идти речь, если какой-то провинциальный маг, неясным образом овладевший секретом таинственных чар Злого Неупокоенного Железа, принялся направо и налево вершить высшую справедливость, убивая богов?!

Положим, боги в этом мире – не очень. Даже, скорее, «очень не». И избирают-то их при помощи всенародного голосования, и сами они сплошь и рядом являются бывшими бандитами, покинувшими земной мир насильственным способом…

Но все равно – боги остаются богами. Если их уничтожить подчистую – мир попросту рухнет. Так что на поиски мага-богоборца отправляется опытная команда «хранителей стабильности» – бард Авдей, профессиональный герой Костя и красавица Люта…

По приказу короля ладья плывет искать судоходный проход в Северном море. Среди тупоголовых вояк на борту один ученый, служитель Канцелярии, которому поручено рисовать карты. Его непрестанно осыпают насмешками: ведь он не стремится попасть в заветную Халгявву, – рай для погибших в бою воинов!..

— Ты кто? — спросил человек, замерев в полусогнутом состоянии. Потом он спросил: "Кто ты?" и после этого — уже совсем тихо — издал едва различимый скулящий звук, как будто коротенько мяукнула кошка. Маленький ладный топорик с истертой деревянной рукояткой стал подрагивать в его руке.

"Наверное, у него такой несдержанный, рвущийся наружу пульс", — подумала Незваная Гостья, с нежностью глядя на его руки. Человек пошевелил пальцами, как бы проверяя, все ли еще там, в его ладони, спасительный топорик. Выражение удивления на его лице неуловимо сменялось выражением ужаса.

Мерлин проникает в Крепость Четырех Миров, чтобы в конце концов решить загадку колдуна-преследователя. В активную игру вступают основные силы Вселенной — Огненый Путь и Логрус, знаки Порядка и Хаоса. Мерлин проходит подтеневой мир, спасает друзей и оживляет призраков. Он отказывается от предложенного выбора…

Каждый день своей жизни граф Томо убегал из замка, валялся на травах и разглядывал их в лупу. Стеклышко, округлое с двух боков и гладкое как каштан, легко умещалось в ладони. Его можно было спрятать, просто зажав в кулак. Еще лупа нравилась графу Томо тем, что ее можно было заложить за ленту шляпы, тогда голубой атлас натягивался, повторяя форму лупы, и вокруг этого твердого бугра собирались солнышком морщинки.

Граф Томо смеялся, пугал огромным глазом, через лупу, мелких обитателей травы. Загадочные муравьи пробивались через липкие тела тли, божьи коровка бежевой каплей робко стекала вверх по стеблю. Никому из них не было никакого дела до графа Томо. Он и не обижался на них.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Предлагаемый вниманию читателя роман — наиболее интригующее и пугающее видение Стивена Кинга. Америка, пораженная убийственным вирусом гриппа, — опустошенные земли, вымершие города и горстка уцелевших людей, которые ищут спасения. Их исход к Скалистым горам — долгий, полный страданий и надежд путь к последнему противостоянию добра и зла…

Вскоре после смерти брата Роже один из пользовате­лей написал в интернете: «Я знаю слова Иисуса о том, что "если зерно не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода". Я знаю, что гроб Спасителя пуст. Я знаю, что брат Роже сможет теперь нам помочь гораздо больше, чем раньше. Но просто Воскресения не бывает без Креста. И если мы попыта­емся пережить Воскресение, миновав Крест, - из этого ничего не получится»...

Выступление на открытии книжной выставки памяти Папы Иоанна Павла II в Научно-исследовательском центре религиозной литературы ВГБИЛ им. М.И. Рудомино в апреле 2005 г.; текст до­полнен и переработан в марте 2007 г. для нового изд. «Римских за­меток».

У берегов Африки вахтенный русского парусного корабля «Адмирал Сенин» заметил дрейфующий в океане мотобот. На его борту оказалось несколько суданцев, уверявших, что они потерпели бедствие. Однако той же ночью тело рулевого пронзила отравленная стрела, капитан оказался в плену у пиратов, а команду отправили в свободное плавание на сломанном мотоботе. Опытный морской спецназовец — старлей Павлов по кличке Полундра, оставшийся на паруснике вместе с курсантом Сухомлиным, — не собирается сдавать корабль без боя. Вот только он еще не знает, насколько мощные и коварные силы стоят за обычными морскими разбойниками