Дуэль

Царегородцев Игорь

ДУЭЛЬ

-....!

Он произнес всю фразу спокойным монотонным голосом, только перед самой точкой горло подвело, и он пустил петуха. Лицо его покрылось пятнами, уши зашевелились. Он смотрел на меня испуганно и агрессивно.

Слова впились золотой иглой мне в темя, на мгновение осветив неопрятную кухню неуместно праздничным светом. В повисшей тишине вдруг яростно завизжала соседская собачка, где-то хлопнула дверь, из открытого окна слышался незатейливый пролетарский мат...

Другие книги автора Игорь Царегородцев

Царегородцев Игорь

ПОЭТ

Hеуютный был он какой-то. Молчаливый, вечно растрепанный... Комбинезон на нем сидел криво. Hо деньги у него водились. Бог знает откуда.

Он числился вторым стрелком "Киски", как именовали простреленный вдоль и поперек рекогносцировщик 616. Борт 616 - переоборудованный под аэрофотосъемку стандартный В-17 - сам по себе легенда. Второго стрелка на нем никогда не было и быть не могло. Вместо стрелковой ячейки нижней полусферы была установлена сложная машина с пятью объективами. Задачей "Киски" было запечетлевать для истории последствия налетов воздушных армад.

Царегородцев Игорь

Удавчик

Удавчик. Маленький такой - сантиметров тридцать. И в карандаш толщиной. Когда его берешь в руки, он - сначала прохладный - быстро согревается и обвивается вокруг запястья как браслет. И цвет у него подходящий - тусклого золота, а глаза - ярко-красные, как крохотные рубинчики. Я такие видел, когда разбирал часы. Только в часах они мертвые, а у удавчика - живые и умные.

Он и сам умный. Когда он заскучал в своей коробочке, я принес ему подружку - коричневую лягуху с болота. Маленькую, прыткую и очень симпатичную. Удавчик быстро с ней познакомился, они разговорились. Оказалось, что оба любят фантастику, ненавидят "мыльные оперы" и коммунистов.

Популярные книги в жанре Современная проза

Зыков Юрий

Болезнь

Я смотpел на нее. Ее лицо было мне незнакомо. Я изменил лицо. Оно было мне незнакомо. Я изменил лицо. Оно было мне незнакомо. Это было лицо Минотавpа Пикассо, лицо Джентельмена Магpитта, лицо пеpсонажа Миpо. Десятки лиц - я менял их, лихоpадочно пеpебиpая, и не мог найти нужное... - Ты болен, - сказала она, - полежи здесь, на кушетке, я пойду, пpинесу лекаpство. Она ушла. Я выглянул в двеpной пpоем. Длинная анфилада комнат, тяжелые поpтьеpы, бpонза и баpхат мебели, стаpинные фолианты на полках. Она ушла навсегда. Я смутно вспомнил, что она была очень доpога мне. И я понял, что должен найти ее. Я пpошел чеpез анфиладу комнат и вышел на улицу. Это была веpхняя палуба тpансгаллактического лайнеpа, стоящего на кpаю бескpайней бетонной pавнины. Палуба была покpыта толстым слоем синтетической тpавы. Hеестественная акpиловая зелень. В свете неоновых светильников была отчетливо видна каждая тpавинка, каждая пpожилка на листьях. Голые деpевья паpка, асфальтовые доpожки между ними... Гpуппа людей в яpких летних одеждах стояла между деpевьев. Они с интеpесом смотpели ввеpх. Там, над их головами, эпически медленно двигая кpыльями, висел в воздухе большой чеpный воpон. Вид птицы, неподвижно застывшей сpеди голых ветвей, потpяс меня. Я побежал по напpавлению к птице, но как только я сошел с асфальтовой доpожки, меня легко подняла в воздух невидимая pука. Ветви деpевьев мелькнули мимо моего лица и, кpужась, словно осенний лист, я медленно спланиpовал обpатно, на сеpый асфальт. Гpудь сдавила чеpная тоска. "Все кончено", - подумал я.

С нею не любят общаться — слишком уж это утомительно. То и дело она что-то поправляет на себе, одергивает, расправляет. Приглаживает волосы, тревожно глядя в глаза собеседнику — это тоже не все переносят. Что за манера — смотреть прямо в глаза, словно в поисках страха или скуки, или неискренности?! Смотрит она при этом искательным взглядом, словно упрашивает о чем-то, молит, но о чем ее мольба, непонятно, да и некогда разбираться. Какие мольбы, о чем вы?! Жизнь несется, скачет, до умоляющих ли взглядов — пусть даже и думаешь о себе потом как о колоде бесчувственной, это быстро проходит, а вот беспокойство которое селит в тебе этот жалкий умоляющий взгляд, это постоянное одергивание и оглаживание одежды, постоянные поиски — неосознанные, разумеется, но все равно раздражающие — зеркала, темного стекла, любой отражающей поверхности, в которой можно было бы увидеть себя и убедиться, что все в порядке, какой-то нарциссизм наоборот — все это безумно утомляет надолго и надолго вселяет тревогу и желание смыться, уйти поскорее и поскорее забыть этот ищущий взгляд, этот торопливый захлебывающийся голос: она знает, что с нею не любят разговаривать, черт возьми, она совсем не глупа при этом своем поведении, она даже знает причину такой нелюбви к ней, но ей, словно все равно, лишь бы только удалось рассказать как можно больше, пока попавшийся и томящийся собеседник еще не ушел, еще стоит здесь, перед нею, озирается тоскливо по сторонам, переминается с ноги на ногу и мямлит что-то вроде «да что вы говорите» и « поразительно». Тяжелое зрелище и тяжелое впечатление.

Сётаро Ясуока – известный японский писатель, член Академии изящных искусств. Оставаясь в русле национальной художественной традиции, он поднимает в своих произведениях темы, близкие современному читателю. Включенные в сборник произведения посвящены жизни страны в военные и послевоенные годы. Главный объект исследования автора – внутренний мир вступающего в жизнь молодого поколения.

Мануэль Ривас (р. 1957) – один из самых известных и самых премированных писателей современной Испании. Он живет в Галисии, и его художественный метод критики окрестили "галисийским магическим реализмом". В своих книгах Ривас, по его словам, "пытается заново придумать реальность, перестроить ее и спасти".

Знакомьтесь – Моррис Дакворт. Гонимый и неприкаянный Раскольников наших дней. Невинный убийца. Рассудительный безумец. Нищий репетитор однажды осознает, что есть только один путь завоевать благосклонность Фортуны – отказаться от традиционной морали и изобрести свою собственную. Моррис похищает влюбленную в него юную итальянку Массимину, и отныне пути назад нет. «Дорогая Массимина» – утонченный и необычный психологический триллер. Тим Паркс ухватил суть безумия убийцы, его умение имитировать нормальные человеческие чувства. Не стоит ждать, что Паркс станет в деталях описывать, как кровь капает с ледоруба на отрезанные конечности. Моррис Дакворт совсем не страшен, он даже не противен. Он вовсе не маньяк. Он несчастный бедолага, которому сочувствуешь всей душой и пугаешься собственного сочувствия. Преступная одиссея Морриса описана с хичкоковским юмором. Переживания Морриса страшны и комичны, и нет им конца. Но есть финал, который заставит вас испустить вздох облегчения и тотчас ужаснуться этому.

На что вы готовы, чтобы завоевать сердце любимой девушки? Готовы ли побить олимпийские рекорды или стать асом роликовых коньков? Способны ли превратиться в революционера или правоверного иудея? Сможете за день выучить десяток серенад, чтобы потом проорать их под окном своей любимой, перепугав половину квартала? А если ваши нечеловеческие усилия так и не тронут заветного сердца, то сумеете ли вы не впасть в отчаяние, а, наоборот, с иронией взглянуть на собственные любовные потуги? Как, к примеру, это сделал перуанский японец Фернандо Ивасаки, автор «Книги несчастной любви»?

Ночью в открытое окно слышны куранты Петропавловки. Восходят огни разведанного моста, мазутным теплом судов и майским запахом акаций с набережной омывается прокуренная комната.

Девчонки посапывают под тонкими одеялами, конспекты и курсовые белеют на столах.

Лик Че Гевары проясняется на стене.

Утренние краски разводят сумерки; трещат-цвиринькают воробьи в недвижной листве, свежесть тянет с залива.

Двадцать три года; старуха. Выгляжу все хуже. О чем ты мечтала в тринадцать лет? И что было в семнадцать? С привычным спокойствием – в зеркало. Не проснешься. Не заснешь. Выпяченный ротик аквариумной рыбки на грязном тесте лица. Крючок. Рви губы. Больно. Мое. Дважды не будет. Он хороший. Если б… Если б…

Катаклизмы XX столетия, увиденные острым и ехидным взглядом циркача, выступающего с крайне необычным трюком…

Озорная фантасмагория о крылатом коте, ухитрившемся самым фактом своего существования сотрясти основы основ диккенсовской Англии…

Ехидная парродия на «буколическую» литературу XIX века, превращающая скандал, случившийся в маленькой деревушке, в уморительный карнавал…

Калейдоскоп иронических страстей от Джона Барлоу!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Василий Царегородцев

Несимметричное пальто

(фрагменты)

Веселок, спи

На улице холодно, дождь, ветер. За углом злые собаки. И та собака там же. Пряди ее длинной мокрой шерсти так тяжелы, что не колышутся на ветру. Она опять будет лаять и скалить зубы на тебя, взрослого человека, инженера. Как гордилась этим обстоятельством твоя мать. Она с гордостью говорила: "А мой-то Веселка с инженерами сидит." Да ну ее, старую! Спи, Веселок. Тебе же не плохо в твоей колыбельке. Согласен, и белье не очень свежее, и табачные крошки, и теннисный шарик катается в ногах. Тебе бы заботливую хозяйку, Веселок, простую, из прачечной. Но ты мечтаешь об идеальной, о какой-то особой женщине дл души. Для тела тоже, но больше для своей одинокой, тоскливой души, чтобы, как тампон к ране, приложить и уснуть спокойно, без стенаний и боли. Таких женщин нет, поэтому спи, Веселок, и постарайся, чтобы твой сон стал вечным.

Царев Игорь

Планета призраков

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Великий процесс крушения старого и созидадания новых пониманий окружающего идет кругом нас, хотим и сознаем мы это или нет.

В. Я, Вернадский. "Философские мысли натуралиста"

Миром правит Парадигма. Она предопределяет наши поступки, она же и оценивает их. Она как регулировщик на перекрестке указывает своим жезлом, куда можно ехать, а куда нельзя. И если какой-то отчаянный "водитель" рискнет вдруг нарушить "правила движения", его ожидают крупные неприятности. И неудивительно. Ведь слово "парадигма" означает сумму знаний, формирующих наше мировоззрение.

Игорь Царев

СИНДРОМ "ЗОМБИ"

ОТ АВТОРА

Невидимый луч легко проникает даже сквозь стены, и тогда с человеком происходит нечто страшное... Хорошо, если вам не довелось испытать это на себе. В России тысячи людей считают, что спецслужбы облучают их с помощью психотропных генераторов.

- Существует ли тайное оружие КГБ?

- Кто ведет психотеррор: спецслужбы, мафия, ученые-маньяки, пришельцы-завоеватели?

- Были ли попытки зомбировать представителей высшего эшелона власти?

Игорь Царев

Сникерс и памперс в одном флаконе

Громкий телевизионный скандал, потрясший Японию в конце прошлого года, для россиян прошел практически незамеченным. Специалисты объединения "Феномен" провели опрос, но никто из его нескольких десятков участников не мог даже вспомнить суть происшедшего. Поэтому вернемся ненадолго в Страну Восходящего Солнца. ...12-й канал "ТВ-Токио" показывал очередную серию популярного среди японских малышей мультфильма "Покэмон" ("Карманные монстры"). Эпизод назывался "Полигон компьютерного воителя". Плохо прорисованные герои сериала (копии монстров из видеоигры "Нинтэндо") вяло сражались между собой, пытаясь забраться в компьютер. Экран озаряли красные вспышки взрывы какой-то "вакциновой бомбы", якобы убивающей компьютерные вирусы... Крыса Пикачу, больше похожая на поросенка, засверкала глазами, и... произошло страшное. В тот же миг сотни ребятишек, сидевших перед экранами телевизоров, упали в обморок. У многих наблюдались тошнота, конвульсии, временный паралич дыхания. Всех увезли в больницу. Среди телезрителей началась паника. Страх усугубляло странное совпадение - дети потеряли сознание сразу после взрыва мультипликационной "вакциновой бомбы". Симптомы действительно были похожи на воздействие какого-то оружия - эффективного и безжалостного. Скандал, поднятый родителями пострадавших детей, заставил врачей признать, что они давно уже знают о существовании эффекта фотоэпилепсии, когда сочетание определенной частоты мелькания кадров, яркости изображения и цветовой гаммы может вызвать искусственный припадок. К сожалению, именно это сочетание (интуитивно, а иногда и сознательно) применяют создатели некоторых телевизионных роликов, так как воздействие на мозг зрителя при этом усиливается многократно. Телевизионные каналы вынуждены вести интенсивную конкурентную борьбу "за своего зрителя". При этом используются самые изощренные уловки и "психологические бомбы", призванные удержать наше внимание. Японцы временно отменили показ очередной серии опасного мультика. Но где гарантия, что подобная "вакциновая бомба" не заложена в любой другой телепередаче? Ведь отрицательное воздействие телевидения не всегда проявляется так наглядно, как в этой истории. Чаще всего насилие над нашим разумом происходит скрытно. Особенно опасна в этом отношении телевизионная реклама. Вот она - самая коварная "крыса Пикачу", ежедневно выгрызающая наш мозг! К такому выводу пришла группа независимых исследователей из объединения "Феномен", проверявших воздействие телевизионных передач на общественное сознание. - Первоначально перед нами стояла совершенно другая задача,- говорит руководитель лаборатории РИКАНН (Российский интеллектуальный корпус) Ирина Потоцкая - Мы проверяли утверждение западных специалистов, что политическая и экономическая телеинформация определяет сегодня стиль жизни и поведения почти у 25 процентов населения. Влияние рекламы заинтересовало нас уже по ходу исследования. Но последующие результаты тестов и опросов привели нас в шок. Оказывается, три часа, проведенные у телевизора, значительно снижают объем оперативной памяти у человека, замедляют скорость мышления. И особенно ярко это проявляется во время передач, перенасыщенных рекламными заставками.