Другой способ чтения

Владимир Березин

Другой способ чтения

Писатель сейчас оказывается в парадоксальной ситуации. Еще век назад ее определил Виктор Шкловский, сказав про себя: "Я одновременно и рыба, и ихтиолог". Жить в лесу подобно Торо не получается. Цивилизация вынуждает писателя иметь свое мнение о других книгах и прочих событиях, высказываться о чужих текстах. Писатель превращается в литературоведа-беллетриста, культуролога-популяризатора. Ему суют в руки весь ихтиологический инструментарий, и уже никуда не деться от этой обязанности.

Другие книги автора Владимир Сергеевич Березин

«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают Вселенную «Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитой саги. Приключения героев на поверхности на Земле, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!

Владимир Березин — один из самых интересных современных фантастов. Его «Путевые знаки» — первая и главная книга Вселенной «Метро 2033». Ее герои выберутся наконец за пределы Метро и выяснят судьбу Петербурга…

Несколько однокурсников-биофизиков встречаются спустя много лет после окончания университета. Судьбы их скрещиваются на территории Зоны, где сплетаются прошлое и настоящее, смертельная опасность, любовь, надежды на науку будущего и воспоминания об уничтоженной исследовательской группе, которую когда-то собрал их научный руководитель по прозвищу де Тревиль.

Тогда они были молоды и носили мушкетерские имена, мир касался простым и понятным, а сейчас на зыбких болотах Зоны уже нельзя понять: кто друг, а кто враг.

Вьетнам. Страна, где в торгпредстве работают двое россиян — Посвянский и Лодочник. Времена, когда между СССР и Вьетнамом были тесные торговые связи, уже давно прошли, и теперь друзья просто изнывают от безделья. В один из скучных вечеров Лодочник соглашается сыграть в бильярд с заезжим пакистанцем, даже не подозревая к чему это приведет…

Владимир Березин — прозаик, литературовед, журналист. Автор реалистической («Путь и шествие», «Свидетель») и фантастической прозы («Последний мамонт»), биографии Виктора Шкловского в «ЖЗЛ» и книги об истории автомобильной промышленности СССР («Поляков»). В новом романе «Дорога на Астапово» Писатель, Архитектор, Краевед и Директор музея, чьи прототипы легко разгадать, отправляются в путешествие, как персонажи «Трое в лодке, не считая собаки». Только маршрут они выбирают знаковый — последний путь Льва Толстого из Ясной Поляны в Астапово. Повторяя его, герои рассуждают о русской культуре и истории, дивятся заброшенным дворцам и храмам, веселятся и печалятся.

Гости, соответственно, съезжались на дачу. Кто-то приехал загодя, а кто-то зацепился в городе и никак не мог доехать. А ведь только на дачу и нужно ездить летом, дальше дачи – никуда.

Это уж ясное дело, что нормальный человек, когда полетит тополиный пух, норовит потеть в чужом неприкаянном месте, где квакает и клацает иностранная речь, где песок желтее и в море тонуть приятно – оттого, что приобщаешься к интересному заграничному миру и помираешь как настоящий иностранец.

Виктор Шкловский (1893–1984) относится к самым противоречивым фигурам русской литературы. Всемирно известный литературовед, основатель Общества изучения поэтического языка (ОПОЯЗ), автор одной из лучших книг о революции и Гражданской войне «Сентиментальное путешествие» и знаменитой книги «ZOO, или Письма не о любви» — и вместе с тем участник Первой мировой войны, получивший Георгиевский крест за храбрость; эсер, бежавший от чекистов по льду Финского залива, белоэмигрант, ставший успешным советским литературным деятелем. Многие фразы Шкловского стали крылатыми, многие придуманные им термины, определения вошли в литературоведение и критику (к примеру, «по гамбургскому счёту»), а события его жизни напоминают авантюрный роман.

знак информационной продукции 16+

Научно-фантастический роман об учёных и первооткрывателях.

Подходит читателям 14–16 лет.

Не слишком трезвый хирург Кирякин, возвращаясь из гостей, опоздал на метро и теперь шёл пешком через весь город. Шёл бы себе и шёл, никого не трогал, так ведь нет — чёрт его дёрнул вступить в безответную перепалку с памятником герою революции — знаменитым чекистом. Тут-то всё и началось…

© vmesto_konfet

Популярные книги в жанре Современная проза

Норматов Нодир родился в 1950 году в селении Пашхурд Сурхандарьинской области.

В 1972 году окончил Ташкентский государственный университет, работал ассистентом режиссера и редактором по диафильмам Республиканской студии документальных фильмов, в журнале «Саодат».

С 1978 по 1982 год заведовал отделом изобразительного искусства в журнале «Совет Узбекистони санъати».

Автор прозаического сборника «Кугитангские рассказы», повести «Сокровище», опубликованной в журнале «Ёшлик».

Переводил произведения писателей братских республик на узбекский язык. Написал сценарии диафильмов «Новый год» и «Джантемир» по мотивам произведений Уйгуна.

Как пережить все то, что бывает в жизни, как простить тех, кто сделал зло, и как самой остаться человеком и не обозлиться на всех? Любовь – это свобода. Какой путь я проделала от Торжка до Хельсинки, чтобы найти себя… Путь от куртизанки до жены миллионера!

Итак, мы с вами отправляемся в длительное путешествие в прошлое, которое невозможно ни стереть из моей памяти, ни изменить. Остается лишь все перенести на бумагу, дабы не накапливать в своей душе.

Я не какая-то особенная, я одна из вас. Я хочу лишь, чтобы все, что произошло со мной в жизни, могло помочь кому-то найти свой правильный путь…

Увы, новости у меня невесёлые. Память за последний год резко ухудшилась, мысли стали путаться, слова — теряться. Это и прежде было, но не в таких масштабах. И по-любому это не вызывало проблем на работе. Комп всегда под рукой: что забыла — тут же погуглю и припомню. А теперь сижу по часу, уставившись в монитор, как дура, и думаю, что же именно хотела спросить в поисковике. Да, обострившаяся забывчивость меня тревожила последние пару месяцев, но не настолько, чтобы я решила обратиться к врачу. В конце концов, голова теперь стала болеть гораздо меньше, чем в прежние годы. Так зачем у медработников зря время отнимать? Есть по-настоящему больные люди, они нуждаются в помощи больше, чем я. А у меня — просто возраст. И больше ничего. Вот и дофилософствовалась, и доблагородничалась. Хотя, подозреваю, что если бы обратилась к эскулапам раньше, итог был бы тот же самый.

По просьбе некоторых читателей мной было написано продолжение к рассказу «Дневник Алексея Клеверова, ученика 6-б класса 206 средней школы г. Ленинграда», этот рассказ стал лауреатом премии педагогического признания «Добрая лира». Продолжение написано в виде дневника того же самого Алексея Клеверова, только спустя лет эдак 20.

Эта история приключилась 38 лет назад, и каждый раз, как я её вспоминаю, мне хочется куда-нибудь спрятаться. Сначала-то мне стыдно вовсе не было. Это только потом, спустя годы, даже десятилетия… Впрочем, всё по порядку.

Лето, каникулы, дача. Мне десять лет. Днём мы строим дом, а поздними вечерами играем в домино. Мы: это мама, отец, престарелая тётушка и я. Телевизора у нас нет, другие настольные игры рассчитаны только на двоих или совсем уж детские. Поэтому — домино. Играем парами: я с отцом, мама с тётушкой. Как правило, мы выигрываем. Причиной тому мой зоркий ум, вострая память и горячее желание выиграть. Я — азартный игрок. После второго круга я уже прекрасно знаю, у кого из игроков на руках какие костяшки и уверенно веду партию. Тётушка брезгливо поджимает губы. Она думает, что мы с отцом жульничаем и подаём друг другу сигналы, но это не так. Единственный сигнал — это дикая радость на моей счастливой физиономии, когда я понимаю, как можно завести соперников в тупик.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Станислав Березняк

ДВАДЦАТИЛЕТHИЙ ХИППИ

Очень современная баллада

Ищут военные, ищет милиция,

Все участковые нашей столицы

Ищут давно, но не могут найти

Хиппи какого-то лет двадцати.

Среднего роста, с большими хайрами

Он по столице тусует дворами,

Спит у знакомых и в параднячках,

Фенечек гроздь у него на руках.

Каждую пятницу - верьте-не-верьте

Он сейшенит в переходах на флейте.

Оборотень, вампир, лоза убийца, оторванная рука, жуткое негритянское божество – всему этому предстоит сыграть зловещую роль в судьбе пятерых мужчин, оказавшихся случайными попутчиками в самом обычном поезде. Доктор Шрек – личность загадочная и страшная – предсказывает каждому из них ужасное будущее…

Где-то рядом играл патефон. Через распахнутое окно в комнату врывалось танго. Капитан Золтан Шимонфи сидел на спинке потертого кожаного кресла. Казалось, он слушал долетавшую в комнату музыку, пальцы отстукивали ритм танцевальной мелодии, между тем, незаметно для майора Ганса Мольке, Шимонфи пристально вглядывался в него. Немец — высокий, стройный, темноволосый — беспокойно шагал по комнате. У окна он остановился на одно мгновение и посмотрел на мокрые деревья парка.

Арынгазы Беркинбаев

Кто ничего не умеет, тот не должен ничего хотеть...

Интервью Арынгазы Беркинбаева с Раулем Мир-Хайдаровым специально для Казахстана, в год юбилея писателя

- Рауль Мирсаидович, какие писатели, книги повлияли на становление вашего характера, вкусов, мировоззрения?

- Мой любимый писатель Иван Алексеевич Бунин. Всем, кто хотел бы прочитать о любви, советую его роман "Жизнь Арсеньева". И.А.Бунин долго был под запретом и появился, как и Сергей Есенин, в хрущевскую оттепель. Люблю всего позднего Валентина Катаева. Блистательная проза! "Тихий дон" М.Шолохова, "Прощай, Гульсары" Чингиза Айтматова. Почти всю поэзию Серебряного века, а позже поэзию О.Мандельштама и А.Ахматовой. Из современных поэтов -Евгений Рейн,Татьяна Глушкова, Сергей Алиханов, Бахыт Кенжеев, живущий в Канаде. И совершенно блистательный, мудрый и ироничный, достойный продолжатель традиций Хайяма, Рудаки, Хафиза - Лоик Ширали.