Древняя кровь

Тысячелетиями Древний народ живет на Земле рядом с людьми, оберегая их от посягательств черных колдунов, нежити и прочих порождений преисподней. Александр Шатунов, кадровый разведчик и ветеран локальных войн времен распада СССР, становится членом воинского братства Древних в самый трудный для них период – адептам темной религии удается выпустить в мир изначальное зло, в опасности целый город, а как противостоять врагу – неизвестно.

Отрывок из произведения:

Землю давно затопили густые летние сумерки, но на верхушках облачных башен еще мягко дотлевали искорки заката. Где-то у горизонта перемигивались зарницы дальней грозы, красновато очерчивая силуэты туч, но грома слышно не было. Журчала вода, орали лягушки, нудили комары – самые обычные звуки встречающей ночь дикой природы. Но басовитый рокот всё-таки пробился сквозь них – медленно нарастающий, мерный, явно непохожий на гром. Под облаками разворачивался взлетевший с военного аэродрома «Ил», свистел турбинами, брал курс на юг, уходил в подоблачную темноту.

Другие книги автора Алексей Селецкий

Древний народ сумел спасти российский город от выброса черной энергии из преисподней. Однако силы Тьмы не оставляют надежды на реванш. Подстрекаемые темными колдунами вооруженные группы боевиков, именующих себя «чистильщиками», начинают охоту на членов воинского братства Древних. Александр Шатунов, кадровый разведчик и ветеран локальных войн времен распада СССР, вновь оказывается в центре событий.

Их мало, и их все меньше.

И – самое страшное – они врозь…

Они живут среди нас. Древние. Те, в ком есть хоть капля Древней Крови. Могущественной крови. Крови народа, ччо был уже стар, когда мир наш был еще юн. Они – ведуны, лекари, воины, маги. Они – веками ведущие бой, коему нет и не будет конца, Бой с посланниками Тьмы, с приспешниками Мрака. И Сила Врага – все сильнее. И временем истинной власти Зла настанет время, КОГДА наступит ночь…

Популярные книги в жанре Боевая фантастика

Тэшу Валлейну — счастливчику, умеющему выкручиваться из самых невероятных ситуаций, все-таки изменило знаменитое чутье. Взявшись по поручению босса всесильной лондонской мафии за поиски неуловимого человека, известного, как Шулер или Ловкач, он прогорел дотла: лишился денег, репутации, крыши над головой и, что самое страшное, твердой земной почвы под ногами. Судьба забросила Тэша в чуждый жестокий мир, где он с оружием в руках вынужден пробивать себе путь домой.

Дмитрий Казаков

Шаровые молнии

"Запомните новый пароль. Если вы его позабудете, придется обращаться к системному администратору, чтобы получить еще один. В первый раз он или она, может, и войдет в ваше положение. Но если это повторится, то уж точно вызовет гнев или, что хуже того, безжалостные и публичные насмешки системного администратора".

(Чарли Рассел, Шерон Кроуфорд "Unix и Linux, книга ответов")

Рассказы Дмитрия Казакова представляют собой нечто среднее между жанром "фэнтэзи" и литературной сказкой. Легко читаемые, с достаточно определенной сюжетной линией и не отягощенным излишней цветистостью стилем, они безусловно могли бы завоевать популярность среди современных российских читателей, как сейчас завоевывают ее многие произведения чисто развлекательного плана. Автор не претендует на глубину мысли и не ставит перед читателем жизненно важных вопросов; скорее мы имеем дело с произвольным экспериментированием над традиционным фэнтэзийным или сказочным сюжетом. Оригинальность рассказов достигается неожиданностью развязки, - прием достаточно известный, но не устаревающий. Критика произведений легкого, развлекательного характера имеет свои особенности. Некорректно, на наш взгляд, акцентировать внимание на таком свойстве рассказов Дмитрия Казакова, как отсутствие в них морали, автором не ставилась цель донести до читателя важную информацию или чему-то научить его - не исключено, что этим и определялся выбор жанра. Можно было бы отметить некоторую "эскизность" или "иллюстративность" представленного цикла, но это естественно и правильно в период накопления материала, определения индивидуального стиля и жанровой направленности писателя. Хотелось бы остановиться на одной действительно негативной на наш взгляд тенденции в творчестве Дмитрия Казакова. Прежде всего обратим внимание на неясность, необъяснимость описываемых автором явлений. Неожиданно повернув сюжет, писатель не дает читателю никакой трактовки. Этот способ часто применяется начинающими авторами с целью придать произведению видимость глубины, на деле отсутствующей, или же с намерением заставить читателя обратиться к собственной фантазии, самостоятельно составить для себя картину происходящего. На наш взгляд, ограниченное применение данного метода, особенно в беллетристике, принципиально допустимо, однако в случае возведения его в систему писатель рискует увлечься абсурдностью идей в ущерб стройности и ясности сюжетной линии, что приведет в конечном счете и к снижению популярности произведений. Читателю, увлекающемуся беллетристикой, не требуются "права администратора" на описываемые события; он не должен иметь возможности относиться к ним произвольно и по-своему их объяснять, при этом теряется сама суть авторства и возводится хрупкое здание разнообразных, противоречащих друг другу читательских трактовок, за которыми первоначальный замысел писателя уже невозможно рассмотреть. Далее следует заметить, что несмотря на наличие описанной тенденции рассказы Дмитрия Казакова все же более или менее конкретны, однако грешат некоторым однообразием и схематичностью, что позволяет рассматривать их как единое целое, где один сюжет почти логическим образом вытекает из другого. Этот момент таит в себе опасность "пресыщения" читателя, когда последний сумеет с легкостью предсказать возможное развитие сюжета и вследствие этого потеряет интерес к последующим рассказам. Все вышеупомянутые особенности позволяют проассоциировать творчество Дмитрия Казакова с некой "шаровой молнией", явлением интересным и привлекательным, но недостаточно изученным, в силу чего - непонятным и непредсказуемым. Существует простой и наглядный метод, позволяющий в доступной и почти "беллетристической" форме изложить детальную критику произведения, обращаясь напрямую к существующим текстам - так называемая критическая интерпретация. Мы взяли на себя смелость применить его по отношению к рассказам Дмитрия Казакова и постарались тем самым проиллюстрировать возможный ход мыслей читателя, обладающего теми "чрезмерными правами", о которых шла речь выше. Стоящий несколько особняком от остальных рассказ "Веревка для Фенрира" использовался нами лишь в качестве вспомогательного сюжета, поскольку в интересах последовательности анализа нам показалось целесообразным исключение его из общего ряда. В дальнейшем автор, по нашему мнению, должен стремиться к "идеальной" ситуации, когда метод критической интерпретации дает нулевой или близкий к нулевому результат.

Странник, лекарь и авантюрист Фриц Эрлих оказался в Москве времен Петра Первого и, найдя брошь-талисман, вступает в вечную борьбу света и тьмы. Ее арена – бастионы вечных Орденов, оплоты исчезающих цивилизаций. Цена борьбы – судьба человечества.

Когда докладчик закончил выступление, изложив свой взгляд на историю человечества, и предложил задавать вопросы, на лице Модиуна заиграла довольно-таки саркастическая усмешка.

Но присутствующие действительно задали несколько вопросов, совершенно, с его точки зрения, идиотских, явно свидетельствующих о том, что люди не понимают, для чего им нужна подобного рода информация. Нарочитая небрежность, с которой он тоже задал вопрос, привлекла всеобщее внимание. А спросил он вот что:

Александр Кутехов ака Магистр

Чужие за Хищника

- Нормальные десантники всегда идут в обход, - бодро напевал капрал Уилкс, выбираясь из транспортера. Но бодрость эта и веселость были наигранными. Откуда бы им взяться, если из всего отделения остался только он, да десятимиллиметровый карабин. Транспортер разбит, еле-еле дотянул до базы, флаер вряд ли прилетит в ближайшее время, и еще неизвестно, что творится вокруг. Но капралу колониальной морской пехоты не пристало кукситься и ныть. Если суждено погибнуть от лап и челюстей чудовищ - на все воля Божья и высшего командования. Уилкс проверил заряд карабина. Индикатор показывал восемьдесят патронов и четыре гранаты в подствольном гранатомете. Как раз хватит, чтобы умереть с честь, как и подобает настоящему морпеху. На локаторе мерно пульсировали две точки. Две твари притаились в коридоре. Вот глупые, думают, что если он их не видит, то и не знает о них. Уилкс усмехнулся, подошел поближе к дверям и, когда створки разъехались, выстрелил туда из гранатомета. Граната сказала 'бум', лампочка в коридоре сказала 'дзинь', Чужие ничего не сказали. Капрал с ухмылкой перевел глаза на локатор и остолбенел. Две точки продолжали мирно пульсировать, потихоньку отдаляясь. Разрыва противопехотной гранаты обычно хватает, чтобы разнести все вокруг на расстоянии в добрый десяток метров. Но невредимые чудовища спокойно удалялись. Одно это уже противоречило их обычной тактике, ведь, как правило, они при малейшем шорохе бросаются вперед. За добычей. Как-то еще на корабле капралу удалось подслушать разговор двух офицеров из команды ученых, присланной, чтобы изучать этих тварей. Оказывается, Чужие у себя на родной планете - вовсе не венец творения. Хотя им в этом не откажешь, куда прочнее, выносливее и злобнее, чем человек разумный. Так вот, на своей исторической родине эти милые зверьки занимают место наших полевых мышей, или, на крайний случай, австралийских кроликов. Такие же грызуны-вредители. Живут себе в норах, жрут все, что ни попадя, никакая зараза их не берет, только живучее становятся. А еще плодятся, как эти самые кролики, все время новые территории захватывают. Да и на эту планету они пробрались зайцами, на том старом корабле, что колонисты нашли милях в сорока от базы. Интересно, какие же тогда там хозяева, если полевые грызуны ростом больше человека? Не хотелось бы с ними встретиться в открытом космосе. Но это когда-нибудь, в отдаленном будущем, а пока Уилкса интересовали только две твари, которые разгуливают по коридорам базы, как у себя дома. Он рванулся вперед, и точки на локаторе стали быстро приближаться. Десять метров, пять метров, впереди поворот, одна точка пропала, три метра, два, один: Уилкс выскочил из-за угла, как черт из табакерки, выпустил густую очередь на высоте пояса:но ни в кого не попал. Не было никого в коридоре. Последняя точка бесследно исчезла. Обескураженный капрал повертел головой, а потом, словно осененный какой-то мыслью, обернулся. Точка снова появилась, прямо в метре перед ним. Но, как ни странно, там никого не было. Уилкс даже взглянул на потолок, ожидая увидеть там прилепившуюся к стене тварь, готовую выжрать ему мозг. Ан нет, и под потолком тоже никого не было. Точка не пропадала. Капрал с ожесточением потряс локатор. Эта маленькая штучка столько раз спасала ему жизнь, что, если она сломалась, можно спокойно заказывать музыку и цинковый макинтош. Ведь тогда любой самый тупой Чужой может просто протянуть лапу из-за угла и отхватить какой-нибудь лакомый кусочек от капрала Колониальной морской пехоты. Хотелось опуститься на пол и заплакать.

Небольшая кают-компания на корджском флагмане не пользовалась популярностью. Стены в ней были песочно-бежевыми, пол — светло-коричневым. Из мебели была только пара скамеек. И кроме вмонтированных в потолок и стены изящных светильников, дающих золотистый свет, и огромного иллюминатора почти во всю стену, за которым плыл темный мрачный безбрежный космос с дающими слабую надежду искорками звезд — здесь больше ничего не было.

Сейчас кают-компанию освещали лишь звезды и неяркий свет от световых труб в углах комнаты.

Истина всегда скрыта от обывателя! Тем более истина устройства потустороннего мира. Какое значение для создателей имеют люди и почему они так несправедливы к нам? Суждено ли человеческой душе сесть на облако, свесив ноги, или же жариться на сковороде? Это увидит человек, проживший не самую лучшую жизнь, впоследствии ставший участником противостояния слепых амбиций создателей Земли. Побывав по ту сторону, он обретет новых друзей. Расставив все точки над «i», Булат обманет судьбу. Он подарит всем ещё один шанс.

"Проводник хаоса" – фантастическая роман Александра Седых, третья книга цикла "Демон", жанр космическая фантастика, попаданцы.

Демоны – проводники хаоса. Но неожиданные события заставляют их не привносить хаос в человеческие миры, а приглаживать тот, который там уже царит. Возможно, строительство герцогства, стычки с очередными захватчиками, помощь союзникам и, наконец, путешествие на другой материк с перемещением на соседнюю планету – это всего лишь отрезки пути, по которому незримый поводырь ведет демона. Неясна цель закулисного режиссера, но везде, где отмечаются его адепты, остаются незримые звенья цепи, способной в будущем связать воедино очаги проявления новой силы.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Война роботов и людей продолжается. Казалось, что человечество обречено на полное уничтожение, но благодаря своему лидеру Джону Коннору у сопротивления появляется шанс победить. Не имея возможности убить Джона в реальном времени, роботы отправляют в прошлое свою самую совершенную разработку – терминатора-убийцу из жидкого металла, способного принимать любое обличье. Теперь, чтобы победить в будущем, юному Джону Коннору надо выжить в настоящем. Его шансы существенно повышаются, когда на помощь приходит, перепрограммированный сопротивлением, Терминатор предыдущего поколения. Оба робота вступают в смертельный бой, от исхода которого зависит судьба человечества.

В результате финансовых махинаций на грани краха оказывается пивоваренный завод сэра Айвэна Вестеринга. И в тот же день неизвестные жестоко избивают его пасынка, художника Александра Кинлоха. Что это — несчастливое совпадение или кто-то кровно заинтересован в том, чтобы заранее вывести умного и энергичного противника из игры, не дать ему ухватиться за рукоять расследования и разрушить планы аферистов?

Обещавший Чарльзу Тодду развлечения уик-энд оборачивается страшным разочарованием: дом его кузена Дональда Стюарта, куда был приглашен Тодд, — разграблен, молодая жена хозяина убита, а сам Чарльз становится главным подозреваемым в этом преступлении. Некоторые обстоятельства наталкивают Чарльза на мысль, что ограбление связано с недавней поездкой кузена в Австралию и приобретением там картины знаменитого Маннингса. Тодд отправляется на Мельбурнский Кубок, уверенный, что там, где собирается «вся Австралия», он обязательно найдет преступника.

Уволенный из уголовного розыска Валерий Штукин начинает работать в структуре бывшего криминального авторитета Юнгерова, который и не подозревает, что на самом деле таким образом к нему внедрили действующего офицера милиции.

Воспитанник Юнгерова Егор Якушев успешно начинает службу в уголовном розыске на месте Штукина. Между молодыми людьми происходит конфликт из-за женщины, сотрудницы прокуратуры, в которую влюблен Егор, и которая пропадает без вести.