Древнейшая римская литература

Древнейшая римская литература

ФОЛЬКЛОР

Некоторые римские деятели, например Цицерон (Тускул. Беседы, I, 3), категорически утверждали, что в течение первых пяти столетий в Риме поэзии не было. Но такое утверждение не соответствует действительности. Римляне были земледельцами, пастухами и воинами. Их общественная и частная жизнь вызывала необходимость, как и у других народов, поэтически выражать свои чувства, впечатления и желания; у них, несомненно, были песни, воодушевляющие ритмику труда {См. в конце хрестоматии позднюю "Песню гребцов".}, и другие песни - то веселые, связанные с пляской, то грустные; существовали застольные песни о героях, религиозные гимны, молитвы, заплачки, заклинания, поговорки.

Другие книги автора Автор неизвестен -- Европейская старинная литература

Вы держите в руках главную и, пожалуй, единственную книгу по практической магии. «Большой и малый ключи Соломона» – это учебник по магии, в котором царь Соломон дает практические советы своим ученикам, рассказывает об искусстве заклинаний, учит вызывать духов и подчинять их своей воле.

В качестве приложения в книгу помещен перевод «Verus Jesuitarum Libellus», или «Истинной Магической Книги Иезуитов». Книга эта содержит «самые действенные заклинания злых духов всех рангов и всесильное и испытанное заклинание Духа Узиэля; а также Обращение Киприана к Ангелам и его заклинания и способы удаления Духов, охраняющих скрытые сокровища».

«Народные баллады рисуют Робин Гула неутомимым врагом угнетателей норманнов, любимцем поселян, защитником бедняков, человеком, близким всякому, кто нуждался в его помощи. И в благодарность за это поэтическое чувство народа сделало из простого, может быть, разбойника, героя, почти равного святому». (М. Горький).

Баллады опубликованы в переводах известных поэтов Серебряного века.

Старофранцузский стихотворный «Роман о Лисе» возник на рубеже XII—XIII веков. Яркое, остросюжетное произведение стало подлинным шедевром европейской средневековой литературы. В одном жанровом ряду с ним стоят многочисленные произведения о животных, с глубокой древности создававшиеся на Востоке; типологическим параллелям «Романа о Лисе» с «Панчатантрой», «Калилой и Димной» и др. уделяется значительное внимание в предисловии к переводу.

Произведения героической поэзии, представленные в этом томе, относятся к средневековью – раннему (англосаксонский «Беовульф») и классическому (исландские песни «Старшей Эдды» и немецкая «Песнь о нибелунгах»).

Вступительная статья А.Гуревича, перевод В.Тихомирова, А.Корсуна, Ю.Корнеева, примечания О.Смирницкой, М.Стеблин-Каменского и А.Гуревича.

…«Песнь о Нибелунгах» принадлежит к числу наиболее известных эпических произведений человечества. Она находится в кругу таких творений, как поэмы Гомера и «Песнь о Роланде», «Слово о полку Игореве» и «Божественная комедия» Данте — если оставаться в пределе европейских литератур…

В. Г. Адмони

«Цветочки Святого Франциска» (I Fioretti di San Francesco) — средневековый итальянский флорилегий, состоящий из 53 глав, повествующих о различных удивительных, чудесных, поучительных и благочестивых случаях из жизни Святого Франциска Ассизского (1181 — 4 октября 1226) и его первых последователей.

«Песнь о моём Сиде» (Cantar de mio Cid) — памятник испанской литературы, анонимный героический эпос (написан после 1195, но до 1207 года) неизвестным певцом-хугларом). Единственный сохранившийся оригинал поэмы о Сиде — рукопись 1307 года, впервые изданная не раньше XVIII века.

Главным героем эпоса выступает доблестный Сид, борец против мавров и защитник народных интересов. Основная цель его жизни — освобождение родной земли от арабов. Историческим прототипом Сида послужил кастильский военачальник, дворянин, герой Реконкисты Родриго (Руй) Диас де Бивар (1040–1099), прозванный за храбрость Кампеадором («бойцом»; «ратоборцем»). Побеждённые же им арабы прозвали его Сидом (от араб. «сеид» — господин). Вопреки исторической правде Сид изображён рыцарем, имеющим вассалов и не принадлежащим к высшей знати. Образ его идеализирован в народном духе. Он превращён в настоящего народного героя, который терпит обиды от несправедливого короля, вступает в конфликты с родовой знатью. По ложному обвинению Сид был изгнан из Кастилии королём Альфонсом VI. Но тем не менее, находясь в неблагоприятных условиях, он собирает отряд воинов, одерживает ряд побед над маврами, захватывает добычу, часть из которой отправляет в подарок изгнавшему его королю, честно выполняя свой вассальный долг. Тронутый дарами и доблестью Сида, король прощает изгнанника и даже сватает за его дочерей своих приближённых — знатных инфантов де Каррион. Но зятья Сида оказываются коварными и трусливыми, жестокими обидчиками дочерей Сида, вступаясь за честь которых, он требует наказать виновных. В судебном поединке Сид одерживает победу над инфантами. К его дочерям сватаются теперь достойные женихи — инфанты Наварры и Арагона. Звучит хвала Сиду, который не только защитил свою честь, но и породнился с испанскими королями.

«Песнь о моём Сиде» близка к исторической правде в большей степени, чем другие памятники героического эпоса, она даёт правдивую картину Испании и в дни мира, и в дни войны. Её отличает высокий патриотизм.

«Песнь о Роланде» и «Песнь о Сиде» — величайшие поэтические памятники французского и испанского народов. Они знаменуют собой блистательное начало двух во многом родственных литератур, давших так много всей мировой культуре.

Совмещение этих памятников в одном томе — с добавлением некоторых других текстов — не произвольно. И дело не только в лингвистической и культурно-исторической близости французов и испанцев. Дело еще и в том, что к параллелям и аналогиям побуждает прибегать сама общность проблематики французского и испанского эпоса.

Вопрос о происхождении средневековых героических сказаний, о времени их зарождения и путях развития — чрезвычайно сложный и запутанный. За двести лет, отделяющих нас от первой публикации «Песни о Сиде» (1779), и за сто пятьдесят лет — от первой публикации «Песни о Роланде» (1837), накопилось множество противоречивых мнений и трудно согласуемых между собой общих теорий.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Георгий Чулков

Стихи

          Содержание:

Песня Поэт Зарево "В жизни скучной, в жизни нищей..." "Ты иронической улыбкой..." Сестре

ПЕСНЯ

Стоит шест с гагарой, С убитой вещей гагарой; Опрокинулось тусклое солнце; По тайге медведи бродят. Приходи, любовь моя, приходи!

Я спою о тусклом солнце, О любви нашей черной, О щербатом месяце, Что сожрали голодные волки. Приходи, любовь моя, приходи!

Акрам Гасанов

Современная кокетка

Читая нежные романы,

Имея вузовский диплом,

В карьере строя только планы,

Не блещут девушки умом!

Но как умеют притворяться,

За мудрость глупость выдавать,

"Навеки" каждый раз влюбляться,

Чтоб расставаться и страдать.

Хотя бывает, что нередко,

Вступив в серьезный разговор,

"Чуть равнодушная" кокетка

Несет лукаво полный вздор!...

Горбунов Валерий

В поисках счастья

СОДЕРЖАНИЕ:

Я ВИЖУ ДИВНУЮ СТРАНУ

ВОЛНА ТВОИХ ВОЛОС

ГОРОД В ЗИМУ ВХОДИТ

ИЗ СЛЕЗ ОПЛАВЛЕННОГО ВОСКА

ПО СПЯЩИМ ГОРОДАМ

ПРИЛИЗАНА ЗЕМЛЯ

ЧЕЛОВЕК

СОБАЧКА

ЭХО ПРОШЛЫХ ДНЕЙ

ЭТО СТАЛО ВСЕ СЛИШКОМ СЕРЬЕЗНО

ВОКРУГ ЗАСТЫВШИЕ СЛОВА

ЛЕТО

ЗАСЫПАЛО ЛЕТО

ДЕВОЧКА С ЦВЕТАМИ В ВОЛОСАХ

ТАЛИСМАН

КИНОЛЕНТА

Эдуард Караш

Жизнь пунктиром

(безглагольная форма)

Пустышка. Зелёнка.

Коляска. Пелёнки.

Детсадик. Стишочки.

Война. Голодуха.

Учёба вполуха.

Тревожные ночки.

Салюты. Победа.

Талоны. Обеды.

Лобастый мальчишка.

Экзамены. Книжки.

Девчонки. Пластинки.

Друзья-голодранцы.

Учебники. Танцы.

Порнушка. В картинках.

Студент. Сигареты.

Зачёты. Приметы.

Василий Васильевич Казин

Гармонист

Было тихо. Было видно дворнику, Как улегся ветер под забор И позевывал... И вдруг с гармоникой Гармонист вошел во двор.

Вскинул на плечо ремень гармоники И, рассыпав сердце по ладам, Грянул - и на подоконниках Все цветы поплыли по лугам.

Закачались здания кирпичные, Далью, далью опьянясь, Ягодами земляничными Стала сладко бредить грязь.

Высыпал народ на подоконники И помчался каждый, бодр и бос, Под трезвонами гармоники По студеному раздолью рос.

Юрий Кузьменко

CANNIBAL CORPSE'91

РАСЧЛЕHEННЫЙ ПРИ РОЖДЕHИИ

ИЗ ЖИЗHИ ЗАМЕЧАТЕЛЬHЫХ ЛЮДЕЙ

Для получения сладострастного наслаждения я ловил и мучал огромное количество детей. Я не могу назвать точную цифру. Я совершал над ними содомский грех... и ... я спускал сперму самым преступным образом на животы детей после их смерти, а также, когда они умирали. Я один, или с помощью моих соучастников, разными способами причинял страдания детям. Иногда я отрубал им головы кинжалом, топором или секирой. Временами я бил их по голове железом или другим контузящим инструментом... Иногда я подвешивал их в моей комнате на секиру или на крюк и душил их верeвкой, когда они слабели, я совершал порочный содомский грех. Когда дети умирали, я ласкал их и пристально всматривался в эти прекрасные лица и великолепные члены, потом я жестоко вспарывал их тела и с наслаждением рассматривал внутренние органы. И очень часто, когда дети умирали, я садился рядом с ними и получал огромное наслаждение при виде их мeртвыми Я смеялся вместе со своими соучастниками. После этого я предавал детей огню и превращал их тела в прах. Я увековечил их в фантазиях своего воображения и своих мыслях без чьих-либо подсказок, и согласно только моим суждениям и исключительно для моего удовольствия и плотского наслаждения, а не покаким либо другим причмнам.

Ольга Макеева

x x x

Если завтра будет дождь Проливной стучать по крыше, Я, наверно, не услышу, Как несмело ты войдешь В дом, опутанный дождя Бесконечной канителью, Как, обидевшись смертельно, Хлопнешь дверью, уходя, И обратно не прийдешь Если завтра будет дождь...

Если завтра будет снег Мне, кружась, лететь навстречу, Я, наверно, не замечу В этой белой пелене Твой печальный силуэт У оконного проема, Пробегая мимо дома, Где живешь ты столько лет, Забывая обо мне Если завтра будет снег...

Амина Меликова

Стихи

***

Сама не знаю, почему так у нас получилось

Наше небо упало и солнце разбилось.

Как я позволила тебе уйти....

Как я позволила себе быть слабой,

А ей другой - в жизнь твою войти?

Почему не попыталась, почему я не смогла

Нашу любовь спасти?... Ведь я могла.

Теперь ты с ней, ты с той, с другой...

Ты наконец обрел покой.

В зимней ночи ты обнимаешь другую,

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

По работам Блаватской, Безанта и Н.К.Рериха

Древние легенды

КНИГА ПЕРВАЯ

Д Р Е В Н И Е Л Е Г Е Н Д Ы

Сотворенные мудростью Душ Великих

на протяжении эпох неисчислимых

О г л а в л е н и е

К н и г а п е р в а я: ДРЕВНИЕ ЛЕГЕНДЫ

I. СЕМЬ ВЕЛИКИХ ТАЙН КОСМОСА

П р о л о г: Легенда о Космической мысли

Так создавались легенды

1. Дни и ночи Брамы

2. По ту сторону Космоса (Парабраман)

Духовный пpактикум на четках

Предисловие

Многие тысячелетия от сотворения мира человечество живёт под страхом насилия и зла. Причина этого - отступление людей от Бога и Его законов. В результате, жизнь наполнилась нечистотой и мерзостью. Сейчас каждый человек знает разницу между добром и злом. Выбирая путь в жизни, по своим трудам получает воздаяния. Много творится в этой жизни, что требует изменения и искоренения. Зло не происходит само собой. Причиной являются чаще всего отпадшие ангелы, злые духи или демоны, которые всячески вредят людям в виду особой ненависти к человечеству. Демоны побуждают людей совершать поступки и дела, которым название - грех.

Эзоп

Душная ночь

...Проснулась поздно ночью, села на кровати, муж спал тихо посапывал. Ей нравилось спать обнаженной, душная ночь, подумала она и, осторожно ступая босыми ногами, прошла на балкон.

Прохлада освежила ее, но духота снова с новой силой навалилась. Может, подремать на раскладушке, прямо балконе, мелькнула мысль. Она сладко потянулась и легла, сна не было. Она чуть тронула грудь, внутри, как оборванная струна, что-то лопнуло. Улыбнувшись своим мыслям, погладила живот, рука осторожно скользнула чуть ниже. Жар красивого неудовлетворенного тела охватил ее.

Д В А "З Е Л Е Н Ы Х Б Е Р Е Т А" и С Т Р А Х

Что заставляет человека надевать зеленый,

малиновый, черный, голубой или краповый

берет и снова и снова рисковать головой?

Об этом спорят два "зеленых берета"

герои книги Дональда Данкена, бывшего

мастер-сержанта американских войск специ

ального назначения.

/"Новые легионы", М., 1970/

/Бар американской военной базы в Южном Вьетнаме. За стойкой