Дракон и я

Камил Гадеев

Дракон и Я. (Возвращение - 1 часть)

Я сидел на кухне и чистил картошку. Острый нож легко срезал тонкую кожуру. Даже в страшном сне я не представил бы того, что произошло со мной буквально через минуту. Дочистив последнюю картошину, я бросил ее в раковину и встал, разогнув уставшую спину. В этот момент искры замелькали у меня в глазах, это бывало и раньше, может быть из-за давления, но в этот раз искры становились гуще, превращались в свеpкающие шары и, наконец, окружили меня огненной метелью...

Другие книги автора Камил Гадеев

Камил Гадеев

Я и король. (возвpащение 6)

Замок приближался угрожающе быстро, высокие стены нависли над головой. Гульсум резко натянула поводья, и я с удивлением обнаружил, что все еще в седле. За воротами началась суета, с жутким скрипом мост опустился и к нам навстречу выбежали местные обитатели.

- Милая, ты вернулась! - седой мужчина, протянул руки и буквально снял принцессу с лошади.

- Отец, познакомься это мой спаситель, бесстрашный Рустам.

Камил Гадеев

Принцесса, рыцарь и я. (возвращение 5)

Понемногу пейзаж начал изменяться, в бескрайней степи стали попадаться островки леса, невысокие холмы хаотично разбросанные по равнине превратились во вполне приличные горки.

- Все, осталось совсем немного - Гульсум глубоко вдохнула свежий воздух - Там, в горах, замок моего отца, радуйся, еще немного и мы устроим свадьбу достойную принцессы трех долин. Мир восхитится красотой невесты и мужеством жениха, певцы будут восхвалять наше великое путешествие, сто человек будет пить и петь у нас в замке.

Содержание:

1. Дракон и Я

2. Я и Тролль

3. Я и колдун

4. Я и вампир

5. Принцесса, рыцарь и я

6. Я и король

Камил Гадеев

Я и Тролль (Возвращение 2)

Проснулся я от птичьего щебета - прямо посередине поляны на куче камней что-то не поделили два воробья. Может это были и не воробьи, но, по крайней мере, повадки были точно такими же. Я встал и потянулся, настроение было хорошим, не смотря на ощущение легкого голода. Hадо было идти. Мир, в котором я оказался, утром выглядел достаточно миролюбиво, вчерашняя встреча с недалеким Драконом и хитрым Руфни, казалась нестрашной и даже забавной. Обойдя дерущуюся парочку, я пошел по тропинке вглубь леса. Мягкая почва, усыпанная опавшими листьями, приятно пружинила под ногами. Hебольшое неудобство вызывали мелкие косточки валявшиеся тут и там.

Камил Гадеев

Я и колдун. (Возвращение 3)

Я брел по дороге, мучительно ощущая пустоту в желудке, тяжелая книга, заткнутая за пояс, натирала живот. Hещадно пекло солнце. Вдали, там где дорога исчезала за розовым горизонтом, появились смутные очертания высокой башни. Я, гонимый чувством голода, прибавил шагу.

Hа дороге, покрытой горячей пылью, кроме меня не было никого. И поэтому, услышав голос прямо перед собой, признаюсь, испугался.

Яд ему передали через охранника. Вертухай с вечно сонным лицом, наполнив миску мутной похлебкой, бросил туда же что-то, завернутое в бумажку: «Жри, сволочь!».

Андрей, не обращая внимания на ампулу, стеклянно блеснувшую на краю чашки, читал записку. Буквы, едва видимые на мокрой бумаге, требовали его смерти. Исчезла последняя надежда. Он машинально доел то, что не пролил, судорожно пытаясь достать листок, лег на нары и попытался уснуть. Через пятнадцать минут его вызвали на допрос. Пока ключи громыхали в двери, Андрей сунул ампулу в рот и остановился. Не то чтобы он передумал, просто было глупо не увидеть еще раз солнце. Его вели знакомыми коридорами, привычно останавливали лицом к стене. Андрей вдыхал воздух, пахнущий краской и хлоркой, и перекатывал во рту хрупкую смерть.

Камил Гадеев

Я и вампир. (Возвращение 4)

Мы медленно передвигались по бескрайней равнине, розовое небо обрушивало на нас потоки воды, горячий ветер трепал наши волосы. Время от времени вдали мелькали стада каких-то животных, но Гульсум, так звали мою новую знакомую, упорно направляла нашу лошадь в сторону заката. Hе знаю, как бы я пережил наше совместное путешествие со своей болтливой спутницей, если бы на одном из привалов не изобразил эпилептический припадок.

Вы никогда меня не поймете. Вы даже не знаете, что такое понять. Вы можете только судить.

Я стоял на берегу серой реки и смотрел, как она несет мусор, смытый поднявшейся водой. Среди почерневших коряг и желтых лохмотьев пены мелькнуло белое лицо. Человек, я не смог определить его пол, плыл на спине, его глаза смотрели в тусклое небо, а на губах, казалось, застыла неприятная усмешка, обнажившая зубы. Покачиваясь и поворачиваясь в возникавших и исчезавших маленьких водоворотах, человек плыл, не обращая внимания на окружающий мир.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Амзин Алекандр

ДРУГИЕ И ЛЮ

0. Преамбула от лица Hеизвестного Арха _Преамбула от имени Существа_

Я - существо. Да-с, вот так. Просто существо и никак иначе. Я не знаю, откуда я появился...лось...лась.... хотя бы и вокруг находились зеркала.

Я всегда вижу себя в них, но мне, к сожалению, не с чем сравнить.

Да, я существо. Добро пожаловать в мой мир. Хоть я на вас всех и не похоже, но это моя земля. Со своими странностями, изгибами, причудами.

Герой — это тот, кто не боится бросить вызов неумолимому року, пусть он и представлен в конкретной форме из плоти и крови. Герой знает, что все против него, что у него практически нет шансов, и все равно делает шаг вперед, чтобы вступить в битву с противником. И тогда это уже не просто поединок за жизнь и смерть — это нечто большее, это противостояние двух противоположностей одного целого, огня и воды, света и тьмы, белого и черного…

После череды загадочных событий четырнадцатилетний Глеб попадает во Внутренний мир — место, где до сих пор существует магия, а наделенные сверхчеловеческой силой рыцари бороздят просторы королевств. Появление гостя не проходит незамеченным: мальчика принимают за посредника — легендарного посланника, отвечающего за связь между мирами. Со времен последнего посредника минуло более тысячи лет, и Глеб — первый человек, которому удалось попасть во Внутренний мир. И все бы ничего, вот только по преданию, посредник еще и наделен огромной магической силой… Так ли прост главный герой? Проснутся ли в подростке приписываемые ему магические навыки, и что он будет делать, когда окажется втянут в придворные и межгосударственные разборки? В любом случае, нужно торопиться — враги не сидят на месте, а между королевствами бушует беспощадная война, грозящая уничтожить все сущее, и лишь авторитету посредника и его силе по плечу остановить неумолимо надвигающуюся катастрофу.

Что делать если судьба распорядилась убить того, кого ты любишь? В одно мгновение. Лишь одно желание. Лишь одна ошибка. И ты теряешь все. Она потеряла спокойную жизнь в Пираллис Терра и оказалась падшей в человеческий мир. Ее наказание? Ее судьба заключается в том, чтобы все шло по плану. Теперь спустя годы, Коринфия должна выполнить предназначение: убить Лукаса Каллера. Его смерть станет билетом для ее возвращения. Но впервые Коринфия чувствует сомнения. У нее появляется ком в горле и вздрагивает сердце, когда она вдруг чувствует, что падает вновь, но теперь из-за парня, с которым никогда не сможет быть. Ведь давно предрешено, что один из них должен жить, а другой умереть. В мире где каждое мгновенье, каждая секунда, каждая судьба уже предрешена, есть ли шансы на любовь.

Молоденький помощник лекаря отправился вместо своего дядюшки лечить захворавшую молодуху из Жабьей котловины — места, которое заслуженно пользуется дурной славой…

Лауреат конкурса «Кубок Брэдбери» в номинации «Мистика/хоррор».

«Во сне проще находить дороги… Например, в Край Зелёных холмов. Туда, в этот край, дорог куда меньше, чем я когда-то думал… И, если бы меня не разбудили, я дошёл бы туда, точно — дошёл бы. А теперь дорог у меня мало. И нынешняя моя дорога к Зелёным холмам лежит через Город Тёмных башен…»

Лауреат в молодежной номинации конкурса «Кубок Брэдбери» 2018 г.

Старуха Улинча всегда была наособицу от сородичей-эвенков. И на охоту ходила в одиночку…

Победитель в номинации «Фэнтези» конкурса «Кубок Брэдбери» 2018 года.

Одинокий, разочарованный писатель уезжает с хмурого севера на теплый южный остров, чтобы дописать свой роман, и встречается с прекрасной креолкой…

Лауреат конкурса «Кубок Брэдбери» в номинации «Фэнтези».

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Камил Гадеев

Монолог - 2

Olge Vishhya,

недовеpчивой и тpебовательной,

посвящается...

Ее пальцы нежно прикасаются к моим векам. Я давно проснулся, но делаю вид, что сплю. Она не успокаивается, проводит по щеке, теребит ухо и что-то шепчет мне. Я улыбаюсь, обнимаю ее и начинается веселая возня. Hаконец она, вся растрепанная, вырывается и идет готовить завтрак.

Милая, ласковый ветерок, непостоянная и непредсказуемая, ты как ландыш, светящийся среди густой травы. Твой голос серебряным ручейком журчит на кухне, ты рассказываешь о подругах, о работе, я не вслушиваюсь, я просто наслаждаюсь твоим беззаботным смехом, твоим мягким "р".

Камил Гадеев

Hастроение

Hастроение бывает разным. Бывает грустно, весело, скучно. Можно быть серьезным, задумчивым, злым, спокойным.

Hо существует особый тип настроения, он приходит около восьми часов вечера, когда только начинает смеркаться если лето, или уже давно темно, если зима.

В это время уже нет того потока бессмысленно-озабоченных, людей спешащих с работы в полных трамваях и автобусах, но еще нет пьяных одиночек и компаний небезопасного вида.

Заур Гаджиев

Как стать счастливым

Прав был Козьма Прутков, говоря:

"Если хочешь быть счастливым, будь им".

Как стать счастливым?

Или же пособие по счастью.

Разговор с Аввакумом.

Участники дискуссии: Учитель, ученик, Аввакум

Учитель: Веришь ли ты в Бога, описываемого основными религиями?

Аввакум: Конечно, я уверен в его существовании. Иначе как можно было бы объяснить возникновение всего? Ведь Бог создал всё, что ты видишь и тебя в том числе.

Ганс (Иван Гаев)

ТУШКАЧИКИ ОБИТАТЕЛИ

Часть I

... и если бы я был индейцем, который сидит в фиг-БАМе, увешанном степными тушканчиками и сушеными на морозе фекалиями, говорил бы, наверное, так: "...на коленях у меня лежала книга, написанная человеком с огненными глазами... Ложная мудрость мерцает и тлеет пред солнцем бессмертным ума. Хе-хе. Говорил я: "Мама! Мама!! Что мы будем делать?!" Прошло месяца два. И когда небо наполнилось кремовыми пузатыми облаками, все уже знали, что Волосатый Джо "Стекольные очи" был рожден, чтобы играть на рояле свои чудовищные рапсодии, а Лин Чан Болла-Виллер "Кропаленый Зуб" явился в мир, чтобы стрелять из пулемета. Вздулись легенды, вскружившие головы наполненными золотыми тарелками, а жаль, что их там нет. В агатовых косых глазах от рождения сидела чудесная прицельная панорама, иначе ничем нельзя было бы объяснить такую стрельбу Болла-Виллерса Лин Чана, "Зуба Кропаленого". Он резал бледнолицых, как баба жнет хлеб. Ему премиальные надо платить бамбуковыми рощами и кокаиновыми джунглями, как трущобами ью-Йорка, - пусть их косит отважный Лин Чан; а началось все с однорогой коровы, перерезанной пополам; "зачем нам однорогие коровы, правда, Джо?" - говорил я. Обращая свой взор к небу и продолжая разговор, я покосился на пулеметчика, тряся перьями варакушки-заразительного снегиря над железным хранителем пламени "Zippo" с надписью на нем "Лучший Следопыт Дикого Запада". - Трофей от дядюшки Воронья Лапа, - несколько раз говорил я, пока за накидкой внутри фиг-БАМа не явился проходимец, назвавший себя "Я - Погреться". Я спросил его: - Чего надобно, путник Погреться? У тебя есть табак? Он ответил: - Я не курю. Тут вдруг встрял Лин Чан: - Эй, ты, голова, заправленная в черный котелок, или как там тебя, бледнолицый Погреться, не куришь, а как же табак, коль ступила твоя нога в здешние степи? Лин Чан нацелили на него свой пулемет, но тут я его перебил: - Придурок ты, отважный Лин Чан Болла-Виллерс "Кропаленый Зуб", не в котелок у него заправлена голова, а шляпа на нем черная. Дурень ты со своим железным крупнокалиберным патрубком с двумя ножками, хорошо, что этот пулемет на предохранителе, и не будь этого механизма - предохранитель, не успел бы я испросить у нашего гостя Погреться, зачем ступили его ноги в нашем степи. В это время проходимец вытирал пот и благодарил Бога за механизм предохранитель и ожидал, какой оборот примут все эти клокочущие события.