Доминирующая раса

Доминирующая раса

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ДОМИНИРУЮЩАЯ РАСА

- До планеты осталось пол световой минуты. - Разворачивайся на снижение. - Есть разворачиваться. Десять секунд, сэр. - Приземляемся. - Так точно. Где-то в стратосфере планеты безэнерционный звездолет чужих мягко вошел в атмосферу Земли. Еще одна падающая звезда озарила ночное небо, давая романтикам лишний повод загадать желание. - Местные жители готовы к контакту? - Да, сэр. Это очень дружелюбная раса, с ними проблем не будет. - Очень хорошо. Тогда нам пора. - Да, сэр. Две размытые фигуры в сумерках поднимающейся луны отделились от громады звездолета. Через пять минут им предстояло наладить мирные торговые отношения с этой планетой. Этот мир был не очень важен, но Правление Галактики было настроено дружелюбно к развивающимся расам. Поэтому в комиссию по контакту вошло всего две особи.

Другие книги автора Денис Шаповаленко

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ЧЕЛОВЕК БЕЗ ЭМОЦИЙ

Жилище его составляла двухкомнатная квартирка на втором этаже пятиэтажного дома. Старый хрущевский дом смотрелся как-то криво и печально. Скромно выделяясь среди здоровенных тополей, он выглядел уныло и навевал романтическо-пессимистические настроения. Маленькая детская площадка перед его окнами почти всегда пустовала и еще более подкрепляла удрученное состояние души. А оно господствовало здесь в полной мере. Человек в сером плаще и черных ботинках с невыразительной шляпой на голове, опущенной так что нельзя было разглядеть глаз, быстро, но не торопливо вышел из-за угла. В движениях его не было ничего - ни тревоги, ни осторожности, ни паники, ни спокойствия. Он просто шел, шел в самом банальном смысле этого слова. Нога ступала за ногой, метр проходил за метром. Он не смотрел по сторонам, не поворачивал головы. Хотя никто не видел его глаз в это время, но он даже не смотрел себе под ноги. Путь был привычен. Миллионы раз он проходил его, миллионы раз он ступал по тому же самому асфальту теми же самыми черными ботинками. И этот раз был не исключением. Все, кто его видели, предпочитали побыстрее забыть о нем, а те, кто слышали, не стремились увидеть. Его не презирали, но и не любили; никто не питал ненависти к нему, но никто и не стал бы заводить с ним разговор. Вряд ли кто-то осознавал почему, но так уж завелось. Он был нулем для них. Не было ни плюса, ни минуса - просто нуль космической пустоты. Без звука, без запаха, без эмоций. Поравнявшись со вторым подъездом, человек свернул и, нажав на ручку, открыл дверь. Внутри царила тьма и не было никого, кто смог бы увидеть его глаза, но он и не стал поднимать шляпы. В этом просто не было смысла, так же как в этом не было и бессмысленности. Шляпа просто оставалась на месте, как Земля продолжала свой бесконечный путь по своей орбите. Мерно и неумолимо; без ускорений и остановок. Пройдя лестничную клетку, он прошел мимо почтовых ящиков. Почты не было. Он никогда не проверял это, он просто знал, что ее не было, нет и никогда не будет. Это было одним из правил. Как и то, что никто не должен видеть его глаз. Особых причин на это не было, но не было также и возражений. Зачем, почему - не играло роли. Просто это было так. Дойдя до своей двери, рукой в черной кожаной перчатке он вынул из кармана ключи от дома. Движение руки не было резким, но и плавным его назвать было сложно. Он просто вынул их, так, как никто другой ничего никогда не вынимает, без единой мысли, но и без рассеянности, без напряжения, но не будучи расслабленным. Он извлек их из кармана. Движение было почти гипнотическим, оно велело забыть все и узнать ничего, ничего, кроме себя. Ключ повернулся в скважине и дверь отворилась. Тьма еще большей концентрации чем в парадном дыхнула в лицо. Не было ни запаха, ни чувственной перемены температуры. Была лишь тьма, та самая нейтральная тьма, которая при свете луны концентрируется и превращается в вампиров и ведьм, она собирается в шкафах и под кроватями и заставляет в себя верить. И вскоре ты не можешь не верить, так как просто знаешь о ней и, более того, ты боишься ее. Страх движет тобой, он живет в тебе, живет для тебя, и отказаться от него невозможно. Войдя внутрь, он захлопнул за собой дверь. Тьма окутала его со всех сторон, словно густой черный туман. Воображение фантаста заставило бы его написать величайший бестселлер; музыкант бы сотворил потрясающей силы произведение и покончил с собой; а любого верующего посетил бы сам дьявол, требуя обмена бессмертной души на все земные блага. Но человек в плаще только лишь протянул руку и зажег свет. Тот жесточайшим образом изрезал мистическую тьму на куски, измолотил ее, заставив молить о смерти, лишил жизни, и развеял прах самым гнусным образом. Коридор был пуст. Не было ни мебели, ни обоев. Лампа на потолке магическим образом притягивала к себе все внимание, являясь здесь единственным признаком человеческого обитания. Человек снял ботинки и плащ. Оставив их лежать прямо на полу, он проделал то же самое и со своей шляпой. Пройдя дальше по коридору, он вошел в кухню. Остатки искалеченной тьмы все еще прятались там от зверской жестокости света. Клочки ее виднелись в дальних углах и словно молили о пощаде. Но человеку не было никакого дела до тьмы, впрочем так же как и до света. Зажжа свет в кухне, он казнил остатки тьмы в помещении, и покалечил ее старшего брата за окном. Занавесок не было, так же как и любой другой мебели. Кроме раковины у стены, здесь царила полная пустота. Выпив воды из-под крана, он вытер губы рукой и направился в комнату. Тут еще царил мрак. Упыри и вурдалаки обрели почти четкие очертания и теперь, повизгивая и похрюкивая, водили свой бесконечный хоровод прямо посреди комнаты. Сытые вампиры довольно притаились под потолком, благотворно, почти желая добра, глядя на весь остальной мир. Казалось, было слышно чье-то прерывистое и хищное дыхание прямо перед своим носом, а включа свет, ты окажешься лицом к лицу с какой-то волосатой морщинистой тварью, безобразно улыбающейся тебе, словно с насмешкой. Зомби, покачиваясь при ходьбе, бестолково пытались заставить совсем еще недавно свое тело покоряться, но терпели поражения. Чья-то отрезанная голова, ухмыляясь, пролетела за окном, а обезглавленное тело тщетно билось в стекло, пытаясь взвыть при этом каждый раз, если бы было чем. Был мрак, и этим все сказано. Свет в который раз проделал свое омерзительное дело и теперь приветливо пытался склонить к себе все внимание и любовь. Человек вступил в комнату. Как и везде здесь было пусто, но как и везде, в этой комнате находилась только одна вещь. Этой вещью была кровать. Ни матраса, ни простыни и подушек на ней не было. Металлический каркас да пружины составляли все ее нехитрое устройство. В общем, и это было излишком. Человек никогда не спал, никогда не уставал, и никогда не чувствовал облегчения. Он вообще ничего не чувствовал. За окном в предсмертной агонии тщетно билась тьма. Свет свирепствовал во всю. Режа, буря, рвя, крутя, насилуя ее, он неумолимо служил человечеству. Убийство первоосновы существования было его работой. И без нее он - ничто. Это было очередной схваткой противоположностей, уже давно заполнивших и поработивших весь этот мир. Это высвобождало энергию - ту самую важную силу, необходимую для продолжения жизни (и смерти). Противоположности, так же как и жизнь и смерть никак не волновали человека, прикрывающего глаза. Его ничего не волновало, а он не волновал никого. Это было еще одним правилом, так же как и наличие и расположение мебели в квартире. Но, если действительно хорошо вдуматься, даже эти правила не волновали его. Вторая комната служила последним прибежищем гибнущей тьмы. Но это была уже не та тьма, способная на что-то. Тьма с силой и энергией уже давно погибла в безрезультатной битве со смертельным и стремительным вихрем пронзительного света. В живых осталась лишь та часть, которая, положившись на удачу и благосклонность противоположности, решила отсидеться в дальних уголках своего обиталища. У тьмы всегда была одна проблема - ее всегда было слишком много. Все незаполненное пространство становилось немедленно заселено ею в первый же удобный момент. Вот тогда-то и приходил свет. Как хищник, убивающий дикую козу для пользы всего сложного механизма природы, он очищал пространство для всеобщего развития. Тьма знала это и не сопротивлялась. Это просто не имело смысла. Смысл был давно уже предопределен, но не ею и не светом, и даже не добром и злом, а тем, чего никому постигнуть невозможно. Тем, что есть ею и ее противоположностью, что ничем не правит, но держит концы всех нитей в своих руках. Свет был включен, разрушая все тайные надежды и мольбы тьмы; равновесие сил еще немного приблизилось к идеалу, но какая-то другая сила отодвинула его в сторону и все осталось по-прежнему. Как и везде, в комнате не было ничего. Только большое старое зеркало, потрескавшееся в одном углу, было аккуратно прислонено к дальней стене. Свет отражался в нем, усиливаясь почти в два раза. Зеркала были специально созданы, как единственное внешнее оружие света. Отражаясь в нем, он усиливался и мог искусственно менять свое направление; тьма-же, попадая в него, умирала, а на ее место приходила все новый и новый мрак, готовый всегда дать бой, но всегда неизменно терпевший неудачу. Выключив свет, человек без эмоций прошел обратно в кухню. Отключив лампы там и в коридоре, он вернулся в первую комнату. Теперь одинокая лампочка грустно но самоотверженно светила под потолком, храбро отбивая нападения тьмы из коридора и кухни. Тьма-же хищно но упрямо сверлила ее предвкушающим победу взглядом, шипя и извиваясь от ударов ее острых, как лезвия тысячи бритв, лучей. Щелчок выключателя - и бой был уже окончен. Свет угас, трусливо свернувшись дрожащим клубочком в середине своего временного обиталища - лампочки, но не умер. Месть придет и тогда тьма еще пожалеет. Человек без эмоций лег на поскрипывающую кровать и прикрыл веки. Взамен ясному и понятному, упорядоченному ходу света, в комнату наконец вступил непривычный хаос тьмы. Бесы и лешие ворвались внутрь с дикими криками и воплями, круша и сминая все на своем пути. Где-то совсем рядом раскатисто проревел оборотень в своем настоящем состоянии, завыли волки и прочирикала стая диких воробьев. Утопленники стали медленно вползать внутрь, стелясь по земле и надрывно стоня, и хватать за ноги каждого чтобы утащить глубоко под воду дабы облегчить свои страдания. Русалки прочвякали своими хвостами по полу, тщетно пытаясь передвигаться по суше; при неудаче острые зубы виднелись в их ртах, глаза становились мертвенно-синими, волосы превращались в ком шипящих змей, а еще недавно бывшее прекрасным обнаженное тело становилось морщинистым и омерзительно скользким. Пол разверзся, обнажая дикую пылающую огнем пасть ада и заставляя вспомнить о грехах и о библии; из него, хихикая и сладко улыбаясь, один за другим начали выпрыгивать черти. Быстро и хитро осматриваясь по сторонам, они щелкали своими хвостами, извлекая сноп искр, и метались в стороны, подыскивая очередную жертву. Затем появился сам Сатана. В своем сверкающем зОлотом темно-синем плаще с высоким воротом его красно-черное, словно из догорающего пепла, тело выглядело более чем зловеще. Красивые, цвета темной слоновой кости, ветвистые рога готически устремлялись к небу. Лица не было; улыбающийся конский череп составлял голову, а толстая чешуйчатая шея напоминала туловище огромного рака. На массивном мускулистом хвосте с острием на конце виднелись заостренные кончики хвостовых позвонков; колени задних ног резко изгибались назад, оканчиваясь копытами, от чего его походка наводила такой ужас, что о неповиновении не могло быть и речи. Сатана держал в руке какую-то древнюю книгу - символ знаний и власти - со странным знаком на ней, означавшего скорее всего абсолютную смерть. У человека без эмоций не было ни единого чувства по этому поводу. Может быть, ему все это привиделось, если это вообще возможно, а может быть и нет. Ведь все дело в том, что у него нет эмоций, а значит нет страхов и надежд. Но это не значит, что у него внутри совсем пусто. Пустота ведь тоже материальна, правда? Растолкав леших, наступив на какого-то жалкого утопленника, человек без эмоций стал протискиваться во вторую комнату. Когда приходит Сатана, следует быть поосторожней. Сегодня тьма принадлежит ему. Вчера она принадлежала Богу. Бог не есть свет, Бог даже не есть добро. Бог это просто Бог. Как материя есть материя, а время - время. Это просто ТАК, но это не значит, что это неизменно. Подошев к своему зеркалу, человек без эмоций сел перед ним скрестив ноги и взглянул на свое отражение. Он был человеком - во всяком случае с виду. Мышиного цвета волосы были отпущены и теперь волнами опускались на щеки. Совершенно правильный нос четко выделялся на лице, тонкая линия сжатых губ была даже чем-то привлекательна, легкая небритость придавала некоторый шарм общей картине. Но у человека без эмоций не было глаз. На их месте лишь выделялась пара черных дыр, казалось, бесконечно глубоких. Дна их не было видно, да и вряд ли оно вообще существовало. Черти заживо сжигали лешего за его спиной, пламя дико отражалось в зеркале, и это придавало его лицу еще больший зловещий оттенок. Который раз он садиться перед этим самым зеркалом, который раз он пытается наконец найти дно в глубине этих бесконечных скважин, и в который раз он терпит поражения. Дна не было, он понял давно; да и зачем оно ему нужно он не знал, просто он его пытался найти, почему-то это было важно. Говорят, глаза - зеркало души. Правда ли это? Нужно будет обязательно спросить у Бога, когда прийдет. Или у Дьявола, может он знает. Хотя зачем спрашивать? Зачем знать? Нет причин, нет смысла, нет цели. И не нужно; все что нужно - будет, а если ничего нет - ничего и не нужно. Такие вещи следует оставлять решать высшим силам. Хотя и это его тоже не волновало.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ИНОПЛАНЕТЯНЕ

Мистер Джейкобс как раз собирался приступить к чтению свежей прессы, когда водитель внезапно окликнул его. - Пишут, что в городе объявились инопланетяне, сэр. Мистер Джейкобс косо взглянул на водителя. Он терпеть не мог такого панибратского отношения, тем более если собеседник - твой водитель. Кроме того мистер Джейкобс презирал подобную чепуху, как летающие тарелки, но Тоб, водитель, по-видимому не разделял его точку зрения, и поэтому немедленно потерял несколько очков в глазах мистера Джейкобса. Поэтому он решил ограничиться лишь сухой фразой, мысленно поставив галочку найти более подходящего человека на пост личного водителя. - Глупости. Кстати, на твоем месте я бы помалкивал и смотрел на дорогу. Тоб был в общем не глупым парнем и быстро усек, что босс не в настроении, и решил попридержать свой язык. Мистер Джейкобс был одним из тех "старых хренов", которые никогда ни кому не поверят, пока не удостоверяться собственными глазами. Он страшно гордился этим своим качеством, величая его "здравым смыслом" - это было его излюбленным словечком на все случаи жизни. Взглянув в газету, мистер Джейкобс на первой же странице обнаружил столь живо заинтересовавшую Тоба статью. "В Нью Хаммертоне Живут Инопланетяне!" гласил крупный заголовок. "Глупости", повторил в уме мистер Джейкобс. В отличие от всего остального населения земли, мистер Джейкобс неоспоримо считал, что монополия на здравый смысл принадлежит только ему. Рассудив таким методом, Джейкобс здраво решил проигнорировать эту статью и поставил в уме еще одну галочку - подумать об утренней подписке на какой-нибудь другой бульварный выпуск газет, так как "Хаммертон Джорнал" явно расхлябался. Но умело составленный выпуск таки заставил холодный взор мистера Джейкобса ненадолго задержаться на выделенном участке текста: "Местная ясновидящая Сара Ковалевски утверждает - в городе живут инопланетяне. Они живут среди нас и скоро собираются захватить мир!". Этого вполне хватило мистеру Джейкобсу и он с негодованием перевернул страницу. Дальнейшие поиски полезной информации в газете не увенчались успехом и раздосадованный Джейкобс, бормоча себе под нос все возможные ругательства, на которые был способен его отнюдь не скудный словарный запас в сторону газетчиков и заодно современную молодежь. Увлекшись этим занятием, мистер Джейкобс пропустил мимо внимания абсолютно абсурдное поведение Тоба. Тот внезапно выставил руку в окно и зажав руку в кулак, выпрямил средний палец и пробормотал весьма крепкое словцо, пополнив словарь мистера Джейкобса. - Чертов хрен, - сказал он немного громче. - Что черт побери произошло, Тоб! - негодующе воскликнул мистер Джейкобс. - Вы видели эту чертову красную феррари, сэр? Она чуть не намяла бока

Денис ШАПОВАЛЕНКО

СЕМЬ ГРЕХОВ

гордость

|

алчность \ | / страсть

\ | /

\ | /

злость ------- * ------- зависть

/ - \

/ \

лень / \ обжорство

БЫЛА СОЗДАНА ЗЕМЛЯ И БЫЛИ СОЗДАНЫ ЛЮДИ. БЫЛО ДОБРО И БЫЛО ЗЛО. И БЫЛА БИТВА МЕЖДУ ДОБРОМ И ЗЛОМ. И НИКТО НЕ ОДЕРЖАЛ ПОБЕДЫ, НО НИКТО И НЕ ПРОИГРАЛ. И БЫЛО РЕШЕНО ДАТЬ ЛЮДЯМ ПРАВО РЕШАТЬ ЗА КЕМ ПОБЕДА. И БЫЛИ ДАНЫ ЛЮДЯМ ПРАВДА И НЕПРАВДА. И БЫЛА ДАНА ИМ СВОБОДА ВЫБОРА. И ЛЮДИ ВЫБИРАЛИ.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ПАЛАЧ

"Черт!", выругался Нилл, "Опять выход! Они там что, с ума сошли? Третий раз за последнюю неделю. Этого и профессионал не выдержит." "А ты не профессионал - поэтому и выдержишь," ответил Узрк. "Это мы еще увидим", хмуро буркнул Нилл, надевая скафандр. "А ведь я не астронавт. И какого черта я им понадобился?" "Ты был выбран Судьей, а он всегда прав и ты это знаешь." "Да, да..", неразборчиво пробормотал Нилл, "Но нет гарантии что создатель Судьи не ошибся." "Что?", не расслышал Узрк. "Ничего", грубо ответил Нилл. "Готовность номер один!" "Готов!", быстро, по-солдатски выправившись, гаркнул Узрк. "Так-то лучше", тихо сказал Нилл. "Пожелай мне удачи." "Удачи, сэр!" "Спасибо, Узрк, тебе тоже." "Благодарю, сэр!"

Денис ШАПОВАЛЕНКО

LOOP

День выдался на редкость странным. С самого утра небо заволакивали темные грозовые тучи. Не оставалось ни одного чистого клочка неба, сквозь который мог бы протиснуться лучик солнечного света. Метеорологи предсказывали грозу. Но что-то было не то. Не было того давящего, душного воздуха, всегда предшествующего ливню. Просто были тучи. Много туч. Я вышел из своего подъезда и направился на остановку троллейбуса. Там уже стояла довольно внушительных размеров толпа. Видимо троллейбуса давненько не было. Черт, придется снова толкаться в салоне, ругаться в пол голоса, проклиная своего босса, и защищаться от беспощадных локтей соседей. Но есть и положительные стороны - прийдется меньше ждать троллейбуса, и больше возможности проехать зайцем, с удовольствием досадив ненавистным контроллерам. А вот и троллейбус! Надо подбежать. Похоже, не только меня посетила подобная идея. Троллейбус проезжает остановку. Мы все дружной толпой устремляемся ему вслед. Вот он наконец остановился. Запыхавшиеся люди с нервными, но и счастливыми выражениями на лицах нетерпеливо переступают с ноги на ногу, с надеждой взирая на раздвижные двери троллейбуса. Наконец те открываются. Немного народу высыпалось из них и поспешно устремилось удалиться. Прийдется быть немного наглее обычного. Насупившись, я с серьезным выражением на лице распихиваю толпу и, подтянувшись на периле, влезаю внутрь. Соседние бабки неодобрительно взирают на меня. Одного моего взгляда хватает им, чтобы поспешно отвернуться и погрузиться в раздумья, какую сплетню сочинить обо мне на сегодняшнюю посиделку или бесконечный телефонный разговор. Вот вроде все (самые счастливые / самые наглые) и влезли, а самые добропорядочные (глупые / брезгливые) остались героически выжидать следующего пришествия троллейбуса. Вот мы тронулись. Салон легонько покачнулся, я привычно переместил центр тяжести с левой на правую ногу. Пейзаж за окном принялся набирать ускорение, скрывая от глаз ненавистную остановку и завидующие взгляды оставшихся. И тут что-то произошло. Троллейбус резко затормозил, а через секунду уже опять ехал с прежней скоростью. Не было того привычного чувства инерции, ни разгона после остановки. Более всего это было похоже на щелчок объектива в фотоаппарате. Вот все стоят, обнявшись и улыбаясь в камеру, вот ты смотришь на них сквозь объектив, щелк - все замерло на долю секунды, а теперь уже ты видишь, как они разбегаются в стороны, как улыбки спали с их лиц, внимание уже приковано к чему-то другому. Нет переходной стадии, нет задержки. Это мне показалось или то же самое произошло и со всеми остальными машинами на трассе? А может это все мне вообще померещилось? Нет, судя по удивленным, сильно раскрывшихся глазам пораженных бабок, растерянно тащащихся друг на дружку, не забывая тихонько и рассеянно жаловаться, что-то действительно было. Но стоит ли об этом заботиться? Однозначно - нет. Мало ли чего могло произойти - двигатель, плохая дорога, похмелье водителя, и еще куча столь же неудивительных факторов. "Прошу прощения, который час? Пол девятого? Спасибо. " Опаздываю. Через минуту все уже забыли о случившемся и погрузились в собственные, видимо более их интересовавшие, раздумья. Еще через минуту наступила моя остановка. Пора выходить. С удовольствием расталкивая локтями ворчащих бабок и остальных пассажиров, я с не меньшим удовольствием выхожу из плотно заселенного гроба троллейбуса. Асфальт дышит серым холодом, небо словно отражает его настроение. Вздохнув, я продолжаю свой путь.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

PRISON

- Заключенный номер 384x12 готов к вынесению приговора, ваша честь. - Введите его сюда. В Галактическом центре разума в центре Бесконечности прямо перед Верховным Судьей материализовался сгусток энергии серого цвета. Слева и справа от него появилось еще два таких сгустка - сине-голубых. - В чем вина обвиняемого? - вопросил судья. - Незаконная реализация концентрата Зла в материальные миры, ваша честь. Ответил один из синих сгустков. - И нелегальное его распространение. - Где? - Мир номер G345H465J, тип: тепловой-молекулярный, система: G8, планета: Земля. - Идентификация подсудимого? - Свободный дух, ограниченные права, имя: арг'с-диа, но сам себя именует Мефистофелем. - Это правда? - судья устремил все свои сенсоры чувств к серому пятну перед собой. Чувствуя, что пси-энергия судьи намного превосходит свою собственную, обвиняемый понял что любое сопротивление бессмысленно. - Да. - просто ответил он. - Но с какой целью? - судья, казалось, был крайне удивлен. - Преследовали свои интересы? - Нет, ваша милость, - ответило серое пятно. Лгать не имело смысла. - Мне это доставляло удовольствие. Судья явно был ошарашен, а такое случалось с ним не часто. - Вы сами понимаете, что говорите? - пророкотал он. - Может быть, вы хотите поправиться? - Нет, ваша честь. - ответил заключенный. - Я полностью осознаю свои слова и никогда не стану их отвергать. А на вашем месте, господин Верховный Судья, я бы не стал задавать лишних вопросов и вынес бы себе достойный приговор. Судья, казалось, был очень озадачен. Наконец, после долгого молчания, он изрек: - Именем Справедливости, данной мне властью выношу я этот приговор. Сеятель да пожнет свой урожай. Отправьте его на планету Земля, тело и время пусть выберет себе сам. И позаботьтесь, чтобы люди узнали о его деяниях.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

Life/Death

1.

- Этот мир должен умереть. - Почему? - Настало его время. - Времени не существует. - Для _них_ существует. - Неужели это тот самый мир? - Да. И теперь настала пора его смерти. - Но он еще совсем юн. Мы можем подождать. - У тебя есть на то основания? - Нет. - Тогда он должен умереть. - Но там ведь Время! - Мы его заберем. - Никто не выживет. - Но никто и не умрет. - Зачем нам Время? - Дать его другому миру. - Зачем? - Что бы и ему настал свой черед умереть. - Но ты сказал никто не умрет. - Но никто и не выживет. - Неужели тебе так нужна их смерть? - Это моя работа. - У тебя нет работы. - Но мне подвластна Смерть. - А мне Жизнь! - Ты свое сделал, теперь мой черед. - Нет. - Нет? - Без времени этот мир погибнет. Моя сила закончиться. - Но она будет продолжена в другом мире. - Мне наплевать на другой мир. Я люблю этот. - Ты нарушаешь правила. Опомнись. - Нет. Там жизнь! Там часть меня. Это _мой_ мир. - Ты знаешь что бывает за нарушение правил. - Знаю. Но мое Слово неизменно. - Значит, ты готов платить? - Да. - Зачем тебе этот мир? - Там - нужда во мне. - В остальных мирах тоже. - На остальных уже лежит твоя рука. - И на этом. - Этот еще можно спасти. - Зачем? - Ради Жизни! - Ты сделал свой выбор? - Да. - Ты готов разделить судьбу этого мира? - Да. - Ты сделал правильный выбор, сын. Надеюсь, удача повернется к тебе лицом. - Спасибо, отец. - Прощай. Я помогу тебе. - Прощай.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ЧАСЫ И ПИСТОЛЕТЫ

Мне всегда нравились часы и пистолеты. Просто удивительно, как чистой механикой можно добиться столь четкой слаженности механизма. Пружина шестеренка - барабан - курок - секунда - пуля. Минуты и жизни непреклонно текут и уходят в небытие. Правда есть разница, но не столь существенная. Ну и что, что секунда и ее производные - величины фиктивные, вымышленные человеком по каким-то странным законам, в то время как жизнь - величина постоянная, она дана нам самой природой. Суть существования - в движении, а что движется стабильнее секундной стрелки и быстрее пули? Возможно, только население земного шара.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Hиколай Hикифоров

ЖЕРТВЫ HАУЧHОЙ ФАHТАСТИКИ

1.

***

- Вставай, сонная тетеря, экзамен прохлопаешь, - кто-то ощутимо пихнул Шурика в бок.

Странно. Еще никто и никогда ...

- Да шевелись же ты! - одеяло бесцеремонно сорвали, и волей-неволей пришлось встать. Это походило на пушечный выстрел.

- Ты ... боже мой, Женька, с тобой чего?!..

А было на что посмотреть. Вместо обычных хвостиков ее голову украшало странное сооружение: темный "ежик" и длинные светлые локоны на висках.

Георгий Николаев

Следующий

- Следующий!

Ноэл поднялся со стула и робко открыл дверь. Человек за столом окинул его быстрым взглядом.

- Профессия?

- Автомонтажник. Но могу работать я по смежным специальностям, - он замялся, - какие требуются...

- Возраст?

- Двадцать лет, - сказал Ноэл. - Я согласен на любые условия...

- Состояние здоровья?

- Группа "1А".

- Вам повезло, - сказал человек за столом. - Возьмите адрес, - и он положил на край стола перфорированную карточку.

С крыши двенадцатиэтажного здания отеля хорошо просматривались окружавшие его апельсиновые сады, огороды и пастбища для скота. Они расходились правильными квадратами все дальше и дальше и одновременно все выше и выше уменьшаясь в перспективе и образовывая замкнутую сферу — внутреннюю поверхность Фермерского астероида, расчлененную на две равные части кольцевой линией рек и озер.

В центре малой планеты горела ядерная лампа — искусственное солнце, заливавшее ярким светом все ее внутреннее пространство. «Небо» — полусфера, располагавшаяся над головой выше лампы, — представлялось невообразимой мешаниной крохотных квадратиков и казалось живым: такое впечатление создавали непрерывно снующие по нему ярко-красные букашки — автоматические трактора.

Наталия Новаш

Легенда о первом рассказе

В теплые летние ночи, когда звери были сыты и не нападали, островное племя не боялось разводить костер на поляне. В пещере было темно и душно, низкий свод давил, и каждую минуту оттуда могли посыпаться камни. Снаружи веяло морем. Высокая темнота свода была усеяна мерцающими светляками, а в час водопоя светила над головой Большая Желтая Гнилушка.

Племя жарило мясо, и дети, заслоняясь от огня, слушали легенду о Большом Парне, который вылепил когда-то из глины их остров и поместил посреди Большой Голубой Пещеры. Он же сотворил и саму Голубую Пещеру, которая была их миром, и зажег Большой Жгучий Огонь на ее высоком своде. Туда же закинул он и Большую Желтую Гнилушку. Она прилипла к своду, да так и осталась там навсегда, чтобы хоть что-то светило людям, когда потухал Жгучий Огонь.

Ольга Новикевич

Директор зоопарка

Никогда не замечал, чтобы на этой станции кто-нибудь сходил. Сколько раз, проезжая здесь, я видел абсолютно пустой перрон, аккуратный свежевыкрашенный вокзал, дома, утопающие в зелени, и никакого намека на жителей. И, главное, никто этому не удивлялся. Я тоже. Поезд открывал на пару минут двери, затем, коротко свистнув, трогался. И опять ни одного любопытствующего - почему даже в летний зной никто не удостаивает вниманием этот провинциальный городок?

Наталия ОКОЛИТЕНКО

ВОЗМОЖНА ЛИ В НАШЕ ВРЕМЯ ЭПИДЕМИЯ ЧУМЫ?

В 1951 году итальянец Джорджио Пиккарди задумался, почему в определенные дни вискоза не проходит сквозь фильтры прядильных машин, а лабораторные опыты с теми же самыми веществами дают то одни, то другие результаты. Много раз проведя эксперименученый пришел к выводу, что ускользающий от контроля фактор - это время, точнее, какое-то космическое излучение, делающее неповторимой кажсекунду. Через тринадцать лет во время Международного геофизического года, исследователи всей планеты - от Флориды до Мадагаскара и даже Антарктиды - убедились: да, коллоидный раствор, близкий к содержимому клеток живых организмов, отзывается на изменение "космической погоды"; да, мгновения неповторимы; да, древние правы: два раза не войдешь в одну реку... Расширяется Вселенная, летит в межзвездном пространстве планета Земля, держа путь к созвездию Геркулеса, а следовательно стрела времени пронзает все сущее, заставляя его приспосабливаться к постоянно изменяющейся ситуации. Эволюция продолжается, не может не продолжаться, ибо нельзя остановить бег времени! Но в чем же проявляется она, если живший 30-40 тысяч лет назад, чьи останки найдены в кроманьонском гроте, внешне ничем от нас не отличался?

Михаил Орлов

НОЧЬ В СТЕПИ

В погоне за бандой атамана Грицько отряд Гузеева был измотан до предела. Кони и красноармейцы валились с ног, и даже затворы у винтовок перестали клацать. Были случаи засыпания бойцов на скаку, и вследствие этого их выход из строя.

У станицы Лозовской бандиты вновь ускользнули.

"Хватит, - подумал комиссар Поддубенский. - Угробим отряд, надо отдыху". И осадил жеребца.

- Дезертирствуешь?! - приблизился к комиссару командир отряда, бывший харьковский слесарь Гузеев с серым лицом и сумасшедшими глазами.

ОСИНСКИЙ ВЛАДИМИР ВАЛЕРИАНОВИЧ

ИЗЮМ ИЛИ КИШМИШ?

Жили-были на свете кишмишане и изюмчане. Сейчас и те и другие отлично понимают, что между ними нет ровно никакой разницы, кроме названия. Но ведь мы-то с вами знаем: именно с подобной безделицы начинаются порой неприятности, чреватые бог весть какими последствиями.

История так и не установила, кому вздумалось назвать кишмишан кишмишанами, а изюмчан изюмчанами.

В настоящее же время попыток разобраться в этом запутанном деле больше вообще не предпринимается, и это очень хорошо, потому что если недоразумение коп чилось, то и нечего о нем вспоминать.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ДОРОГОЙ ЧЕЛОВЕК

Дорогой человек... Я не пишу это слово с большой буквы, как это принято, потому что это было бы неправильно. Обращаюсь я к тебе по вполне понятной причине - вы хотите знать ответы и вы их получите. Тем или иным образом ко мне накопилось слишком много вопросов и я не могу, как в прежние времена, просто игнорировать их, так как вы теперь имеете в своих руках достаточно силы, чтобы натворить слишком много глупостей. Вы по своей наивности полагаете себя чем-то обособленным, отдельным от окружающего мира. Вот что я вам скажу - вы ничем не отличаетесь от дерева или камня. У вас есть подвижность и свобода выбора, и это все. Вы думаете, что способны думать - нет, это не мысли копошатся у вас в голове, а набор вышедших из-под контроля инстинктов. Эти инстинкты были намертво вшиты в ваш генный код, ваш эмбрион подчинялся этим инструкциям, но после рождения вы попадаете в хаотическую среду и практически лишаетесь возможности мышления. Слишком много побочных явлений, слишком много влияния со стороны убивают ваше зачаточное сознание, а остатки мутируют в дикий и необузданный поток причинно-следственных связей. Вы - существа сугубо субъективные, и ничего не можете с этим сделать. Нет, вы не можете быть разумными. Да, могут быть исключения. Но для этого человек должен быть зачат и рожден в абсолютной пустоте и наделен способностью к абсолютной креативности, а также к вечной жизни. А такой возможности вы дать не способны. Но не отчаивайтесь. Представьте себе, что такой ребенок родился на свет в полной пустоте, начал развиваться и понял, что может создавать. И он начал создавать - сначала неуверенно, неумело и примитивно, только на уровне твердой материи, потом он научился создавать самовоспроизводящиеся организмы. Так вот, эти механизмы - вы, а этот ребенок - я. Какова ваша цель? Пожалуй, никакой. Хотя вы можете попробовать сделать что-то для меня интересное, хоть я искренне сомневаюсь в успешных результатах. Да, у вас есть свобода выбора, а того, что вы называете "судьбой" не существует. Вы можете себе представить, какой интерес для меня может иметь мир, где все заранее предрешено? Верно, это неинтересно, поэтому вы в полной мере вольны делать то, что считаете нужным. Не презирайте жизнь без смысла - вы вправе сами назначить себе цель, если вам это так уж необходимо. Но лично я советую отбросить эту идею - цель, кажущаяся вам целесообразной сейчас, через год покажется вам глупой, еще через год примитивной, но вы уже будете идти по налаженным рельсам и менять цели будет вам просто невыгодно. Кроме того, вы обрастете массой социальных предрассудков и у вас просто не будет желания что-то менять. Вы пойдете по протоптанной тропинке, осознавая, что выбрали неправильный путь, но не останавливаясь ни на секунду. Инерция, знаете ли. Так вот - без цели у вас не будет инерции - вы будете свободны так, как свободен я. Чего же вам нужно еще? Конечно же вы смертны. Нет, души не существует. В начале письма я уже говорил, что вы ничем не отличаетесь от камня, кроме подвижности и свободы выбора. Вы когда-нибудь теряли сознание? Видели ли вы при этом свет в туннеле, ангелов и путь к спасению? Если да - вы просто сошли с ума. Умереть - это то же самое, что потерять сознание, только навсегда. Вы подумайте, зачем мне может понадобиться такое количество ваших душ, если я всемогущ (а я всемогущ) и могу их создать одним лишь щелчком пальцев? Вот именно, абсурд. Так что можете смело забыть о рае и аде, а также всех мыслимых и немыслимых вариациях загробной жизни. Можете быть спокойны - после смерти не будет ничего. Конечно, вы можете верить в меня, но учтите - я развиваюсь и меняюсь чаще, чем вы успеваете моргнуть. Поэтому не советую верить в меня такого, какой сейчас пишет это письмо - к тому моменту, как вы его читаете, я уже наверняка готов отрицать каждую его строчку. Советую жить так, как вам приятно. Старайтесь не вредить другим, так как я считаю это неприятным лично для себя, а это самое главное. Одним словом жизнь - полностью ваша. Это подарок, если угодно. Хотите - цените, хотите выбросьте на помойку, в любом случае мне все равно. Я не чувствую никакой ответственности перед вами. Вы бы чувствовали ответственность за модель игрушечного автомобиля, собранного вами два миллиарда лет назад? Вот именно, теперь у вас есть дела и поважней. Все остальные вопросы, которые вы задаете мне каждый день, или откровенно глупы или могут быть отвечены исходя из выше написанного. И прошу вас, не пишите слово "бог" с большой буквы - это низко и дешево, перестаньте тратить время на тупое преклонение мне. Мне все равно, но послушайте лучше моего совета, уж у меня-то опыта хватает, каждый раз, когда вам хочется сделать очередную глупость, вроде помолиться или сходить в церковь - выньте из кармана кошелек, отдайте половину кому-нибудь, кто находится рядом, а на остальную половину проведите время весело. Этим вы доставите удовольствие себе, я следовательно и мне. Мои чувства к вам нельзя описать как "любовь", но я испытываю приятные ощущения, когда знаю, что вам хорошо. Следуйте моему примеру - относитесь к жизни легче, если над чем-то сомневаетесь - скажите "наплевать" и сделайте что-нибудь приятное себе и окружающим. Да, и напоследок - выбросьте вы эту библию, я ее читаю вместо анекдотов, но это черный юмор, а такой последнее время мне начал надоедать. Если хочется что-то читать - читайте фантастику - у этих писателей есть хоть проблеск разумности в голове. Все, на этом прощайте. Хотя и не исключено, что до свидания. Надеюсь, что когда-нибудь кто-то из вас таки доберется до меня, а то мне тут немного скучновато. Хотя если это случиться - то по чистой случайности. В общем, живите приятно и не думайте о высших материях - это все чушь собачья.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

God that failed

- Я тебе говорю, Билл, я видел его. У меня до сих пор стоит перед глазами образ его безумных глаз. - Приблизив свое лицо к собеседнику почти вплотную, рассказывал старик. - Запомни мои слова, Билл, эта тварь шляется по нашим улицам, а мы и бровью не поведем. И я не удивлюсь, если завтра это чудовищ е... - Брось, старый хрен, - Отвечал собеседник, отклоняясь все дальше и дальше от алкогольного зловония, исходившего от старика, - Я не верю во всю эту чушь. И вот что я тебе скажу - не суйся в лес по ночам, а то однажды спьяну забредешь в какое-нибудь болото, и... - Не городи чепухи, Билли, я знаю эти места не хуже дороги к твоей жене. Никаких болот здесь сроду не было. - Я не женат, старый хрен, - Ответил Билли, заметно смягчившись, - Но дам тебе совет - отправься завтра утром в этот институт на окраине, они там занимаются какими-то парапсихологическими явлениями или около того, так вот я слышал, они хорошо платят за всякие там диковинки. Может и тебе перепадет и ты хоть раз за последние двадцать лет выпьешь за свой счет. - Что ж, может ты и прав, Билли-бой. Пожалуй, так я и сделаю. А теперь пойду я домой, пока не стемнело, и тебе советую, а то шляются тут по улицам эти, как их, му... ме... му-тан-ты, вот. - Я как-нибудь с ними справлюсь. До завтра, - Ответил Билл, тоскливо глядя вслед старику. Все знали, что у него нет дома, и что сегодняшнюю ночь он снова проведет в картонной коробке из-под холодильника или посудомоечной машины, и поэтому все его угощали выпивкой. А старик не скупился на всевозможные истории, иногда выдумки, а иногда и правду. И самое плохое, что никогда заранее не поймешь, шутит ли старик. Выпив еще кружку пива, Билл с нелегкой душой отправился домой. Была ли это выдумка старика или нет, а подобные истории не рождаются на пустом месте.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ХУМАНОИД

- С днем рожденья тебя, С днем рожденья тебя, С днем рожденья, дорогой Маурик, С днем рожденья тебя! Задувай свечи! Вот так, молодец. А теперь подарки! Гости подходили к маленьком имениннику и вручали ему яркие упаковки, перевязанные лентами, маленькие и большие коробки, сверкающие блестками, звучали короткие речи, поцелуи, пожелания здоровья, счастья, знаний и так далее. Маурик стоически выдерживал весь этот ритуал поздравления, улыбался, благодарил гостей, и с многозначительным видом откладывал подарки в сторону, но каждый отдельно, делая вид, что запоминает от кого какой. Гости это замечали и им это нравилось. Маурику же хотелось поскорее закончить с этим церемониалом и поскорее приняться за вскрытие подарков. Но, увы, этикет требовал еще пытки праздничного стола, многочисленных тостов, натяжных улыбок и фальшивых пожеланий. На за свои семь лет Маурик научился привыкать к подобным церемониям и, когда наконец закончился "обряд подношения даров", как он это называл про себя, он, вздохнув, отправился вместе со всеми к праздничному столу. Все проходило как всегда. Но вот наконец настало долгожданное прощание с гостями, последние пожелания вести себя хорошо, не досаждать родителям, хорошо учиться, не обижать друзей и еще множество столь же бесполезных и не менее традиционных советов взрослых детям. Согласившись со всем и пообещав все что угодно, как только закрылись двери за последним гостем, Маурик тут же нырнул себе в комнату и принялся вскрывать подарки. По большему счету они представляли собой милые безобидные игрушки, как например одноуровневый вариатор реальности - им нельзя было нанести никакого вреда, но и пользы было мало, просто для забавы можно было превратить воду в ртуть или же заставить деревья цвести золотыми монетами. Были и другие подарки - высоко моральные, по мнению взрослых, и образовательные головоломки, например игра "Угадай один цвет из 12 миллионов", но с такими игрушками Маурик справлялся еще два года назад и теперь они не представляли для него какого-либо интереса. Но вдруг среди груды подарочных упаковок Маурик обнаружил небольшой ящичек, завернутый в блестящую серую бумагу. На нем не было ни надписей, ни записок, на нем даже не было традиционной ленты, которой обычно обворачивают подарки, завязывая ее пышным бантом. Маурик никак не мог припомнить кто же подарил ему столь странный подарок, но списав это на усталость, пришел к выводу что это наверняка был кто-то из гостей, а кто именно - это не так уж и важно. Почувствовав живое любопытство, Маурик принялся рвать обертку, но та была завернута столь плотно, что ему удалось с ней справится только после продолжительных поисков шва. Найдя ее, Маурик без труда освободил оттуда небольшой сундучок с металлическими кромками. Сундучок был тяжелым и наверняка ценным. Отыскав замок, Маурик нажал на пружину и верхняя крышка откинулась назад. Под ней Маурик обнаружил лист бумаги, исписанный мелкими буквами. Подняв его, он смог прочитать:

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ИГРУШКА ДЛЯ БОГА

В это душное июльское утро в офисе компании Джокер Лимитед как всегда царила скука. Мухи лениво кружили под потолком и, казалось, вовсе не желали замечать открытое специально для них окно. Том Мерси восседал в кресле и задумчиво покусывал кончик карандаша. Ему грезился кондиционер, холодильник, бассейн и остальные прелести жизни в условиях южной Калифорнии. Том был директором этой компании, и поэтому считал справедливым оставить за собой право просиживать целыми днями в офисе, ожидая сигналов от "оперативных агентов". Так он любил называть своих друзей, которые рыскали по городу в поисках работы для себя и своей компании. Фирма Джокер Лимитед (или просто Джокер) была основана Томом и его товарищем Луисом Куни около года назад. Идея принадлежала Тому, но он чувствовал, что для успешного развития компании ему потребуются энергичные люди, к коим Том себя явно не причислял. Таким человеком стал Лу и парочка его закадычных товарищей. Лу был человеком, не испытывающим недостатка в количестве друзей, товарищей, знакомых, родственников, знакомых понаслышке, бывших однокашников, друзей родителей, родителей друзей, их друзей и так далее. Лу был всегда в курсе всех событий, у него всегда были свежие идеи, и это больше всего нравилось Тому. Том знал, что не смог бы основать компанию без него, но в то же время был уверен, что Лу без него тоже не справился бы. Компания Джокер Лимитед занималась очень специфичным делом. Возможно, это была первая в мире компания такого рода, хотя кто знает. Подобные фирмы, если таковые и есть, стараются не всплывать на поверхность и держаться ближе ко дну. Сейчас, во время развития технологий и частного предпринимательства, стало возникать все больше и больше частных компаний. Каждая из них занимается чем-то своим и каждой из них для работы требуется что-то свое. Каждым, но не компании Джокер. Этой компании нужно что-то чужое. Так Том год назад объяснял ситуацию Луису. Вопросом Луиса было "И что же нужно нам?", на что Том широко улыбнулся и ответил, "Все, Луи. Все, что может представлять ценность другим компаниям. Мы сможем раздобыть это раньше остальных и им придется платить нам за это денежки." Идея была хороша. Первым делом Том зарегистрировал компанию Джокер Лимитед и в графе "Род занятий" вписал "Археологические раскопки и вещи, представляющие ценность". Это вызвало подозрительный взгляд клерка и Тому пришлось немного изменить формулировку. "Археологические раскопки и находки, представляющие ценность", так это звучало более естественно и достаточно бессмысленно. На этом и остановились. Далее Том зарегистрировал еще дюжину предприятий с громкими названиями, вроде "Стайл Ассошиэйшн", "Парадайз", "Блэк Кьюб" и "Ентерпрайз и Ко". Это стоило гроши и на Следующий день Том зарегистрировал еще две дюжины предприятий с названиями в виде аббревиатур. Таким образом возникли компании "ККМ", "ВРБ", "ИСТ", "КТМ" и множество других. В поле "Род деятельности" Том вписывал "Продажа и скупка", а поле "Дополнительная информация" тут же заполнял "Компания на продажу. Связаться по телефону (233)234-4323". Клерки начали беспокоится и Тому пришлось переложить часть "регистрационных работ" на остальных членов своей фирмы. Вскоре на общее количество сотрудников фирмы Джокер было записано более пятисот компаний с громкими и благозвучными названиями. И, надо сказать, это принесло свои плоды. Уже через неделю Том получил телефонный звонок. Говорил моложавый голос. "Мистер Мэрси? Говорит Юстин Смит. У меня к вам деловое предложение. Я подписал контракт с компанией Lacoste Burger и вложил туда немало денег. Что за компания? Быстрая еда, сэр. Это французское предприятие и я собираюсь основать их филиал в Соединенных Штатах. Я удивился, увидев такое же название зарегистрированным на бирже. Какова же была моя радость, когда я обнаружил, что предприятие продается." "Да, мистер... Смит. Я побывал во Франции и загорелся идеей создания Lacoste Burger еще пол года назад. Надо сказать, вы выбираете правильное дело. Оно принесет вам доход, мистер Смит." "Я на это искренне надеюсь. Мистер Мэрси, я хотел бы купить ваше предприятие." "Буду рад вам помочь, мистер Смит. Цена компании - десять тысяч долларов. Поверьте, эта жалкая сумма окупиться уже через год." "Я согласен. Чек будет выписан завтра же." Вот так все и началось. Первая удача была бурно отпразднована и с этих пор дела продвигались. Кроме "торговлей именами", как называл про себя эту аферу Том, Джокер Лимитед совала свой нос куда не лень и везде пыталась найти себе выгоду. Прочитав в газете, что отправлена экспедиция на Скалистые Горы с целью добычи редкого минерала, Том за тройную сумму нанял вертолет и был у цели, когда экспедиция едва ли прошла только половину пути. Да, это было опасным делом, но и вся компания была делом рискованным. Спиральные горные ветры чуть не размазали вертолет по скалам, но им все же удалось добраться до цели, загрузить редкий минерал и добраться домой. Летчик получил большую премию и был приглашен в компанию. Тот согласился. Через месяц, переждав газетную шумиху о пропаже минералов, Джокер открыл аукцион и продал их за баснословную сумму. В общем, дела шли неплохо. Но это лето было проклятием. Сегодняшнее утро не предвещало ничего хорошего. Том просмотрел все утренние газеты, которыми располагал местный газетный киоск, но так и не нашел ничего путного. Пересмотрев словарь испанского языка с буквы P по R, Том не нашел ни одного красивого слова для названия новой фиктивной компании. Дело было дрянь и лишь какая-то неимоверная сенсация могла спасти дело. Но Том был реалистом и скептиком, и мысль о сенсации улетучилась из его головы так же быстро, как и появилась. Внезапно распахнулась дверь и в комнату влетел запыхавшийся Лу. "Вот", выкрикнул он прямо с порога, и, швырнув в сторону Тома какую-то газету, растянулся на диване, "Сенсация!". Том удивленно и недоверчиво уставился на него, затем опустил глаза на газету. Подтверждая слова Лу, яркий заголовок на первой странице гласил: