Домик в деревне

Разум это не только интеллект, но и умение понять того, кто живёт рядом. Особенно это касается разумных домов и их неразумных обитателей.

Отрывок из произведения:

Достали...

Иван Дементьевич Щербик, нервный мужчина пенсионного возраста и анемичной наружности, возвращался домой после похода по магазинам. Руку оттягивал пакет с покупками, которые Иван Дементьевич не доверил службе доставки, а душу отягощало мрачное настроение. Дверь сурово следила за приближающимся хозяином. Иван Дементьевич остановился и злобно вытаращился на дверь. Сканирующее устройство считало рисунок сетчатки, дверь отворилась. В рекламном проспекте всё это выглядело просто замечательно: хозяин подходит, и умная дверь распахивается перед самым его носом. А если подошёл чужой, то она извиняется и просит обождать, пока владелец квартиры не вернётся домой. А у Щербика при приближении к дверям вечно начинался нервный тик, и приходилось вылупляться прямо в глазок сканирующего устройства.

Рекомендуем почитать

«Настоящее издание сочинений Ийона Тихого, не будучи ни полным, ни критически выверенным, является все же шагом вперед по сравнению с предыдущими. Его удалось дополнить текстами двух не известных ранее путешествий — восьмого и двадцать восьмого…

Вместе с тем в настоящий том не вошло путешествие двадцать шестое, которое в конце концов оказалось апокрифом…

Постскриптум. В настоящее издание не вошли также путешествия двенадцатое и двадцать четвертое Ийона Тихого, поскольку во время перерыва на завтрак готовый уже набор был разбит никелево-марганцевым метеоритом из потока Леонид; приносим свои извинения г.г. Читателям за это вмешательство высшей силы…

В подготовке „Дневников“ к печати мне не помогал никто; тех, кто мне мешал, я не перечисляю, так как это заняло бы слишком много места.

Профессор А. Тарантога»

Станислав Лем. Автор произведений-легенд, на которых выросли поколения поклонников научной фантастики, — «Соляриса», «Эдема», «Звездных дневников Ийона Тихого» — и множества других.

Лауреат множества национальных и иностранных литературных премий. Писатель, которого критики называли «последним из философов-энциклопедистов».

Но прежде всего — классик не просто мировой фантастики, но — мировой литературы XX века.

Станислав Лем. Автор произведений-легенд, на которых выросли поколения поклонников научной фантастики, — «Соляриса», «Эдема», «Звездных дневников Ийона Тихого» — и множества других.

Лауреат множества национальных и иностранных литературных премий. Писатель, которого критики называли «последним из философов-энциклопедистов».

Но прежде всего — классик не просто мировой фантастики, но — мировой литературы XX века.

Станислав Лем. Автор произведений-легенд, на которых выросли поколения поклонников научной фантастики, – «Соляриса», «Эдема», «Звездных дневников Ийона Тихого» – и множества других.

Лауреат множества национальных и иностранных литературных премий. Писатель, которого критики называли «последним из философов-энциклопедистов».

Но прежде всего – классик не просто мировой фантастики, но – мировой литературы XX века.

День начался с неприятностей. Беспорядок, царивший в доме с тех пор, как я отдал слугу в ремонт, донимал меня все сильнее. Ничего нельзя было найти. В коллекции метеоритов завелись мыши. Изгрызли самый красивый хондрит. Когда я варил кофе, молоко убежало. Этот электрический олух задевал куда-то тряпки и носовые платки. Надо было отдать его в починку еще тогда, когда он начал чистить мои ботинки изнутри. Пришлось вместо тряпки взять старый парашют; я пошел наверх, протер метеориты и поставил мышеловку. Всю коллекцию я собрал сам. Это не особенно трудно — надо только подойти к метеориту сзади и прихлопнуть его сачком. Тут я вспомнил о гренках и побежал вниз. Ну конечно — сгорели дочерна. Я выбросил их в раковину. Та сразу же засорилась. Я махнул на это рукой и заглянул в почтовый ящик. Он был забит обычной утренней почтой — два приглашения на конгрессы в глухих захолустьях Крабовидной туманности, проспекты, рекламирующие крем для полировки ракет, свежий номер «Млечно-путевого обходчика» — в общем, ничего интересного. Последним был толстый темный конверт с пятью печатями. Я взвесил его в руке и распечатал.

Другие книги автора Святослав Владимирович Логинов

Самый ценный капитал, который сколачивает человек за свою жизнь, – это память о себе. И не обязательно добрая, главное, чтобы долгая. А уж распорядиться этим капиталом можно по-разному, благо нихиль – потусторонний мир – предоставляет изобилие возможностей и альтернатив для удовлетворения самых фантастических желаний, о которых страшно было даже мечтать в земной жизни. Главное, чтобы в кошеле никогда не переводилась звонкая монета.

Дилогия «Фэнтези каменного века» в одном томе.

Лук и копье с каменным наконечником - надежное оружие в привычных руках воинов и охотников из человеческих родов. Волшба колдунов и шаманов - тоже оружие, без которого никак не обойтись. Особенно когда каждую кроху жизни нужно отстаивать у суровой природы, когда леса и реки кишат всякой нежитью, а орды чужинцев могут нагрянуть в любое мгновение и не пощадят ни старых, ни малых.

Смелый эксперимент двух признанных лидеров российской фантастики! Убедительная попытка создания нового направления - "Фэнтези каменного века"!

Содержание:

Ник Перумов, Святослав Логинов. Черная кровь (роман), с. 5-360

Святослав Логинов. Черный смерч (роман), с. 361-635

Эта книга – о возникновении и разрушении далайна – мира, который создал Творец, старик Тэнгэр, уставший от вековой борьбы с многоруким порождением бездны Ероол-Гуем, ненавидящим все живое. Он решил сотворить мир специально для Многорукого – просто для того, чтоб тот не мешал ему думать о вечном. В этом мире, созданном по меркам дьявола и для обитания дьявола, человек, созданный по образу и подобию Божьему, изначально дьяволу в жертву обречен. Но по воле Тэнгара раз в поколение в далайне рождается человек, который в силах изменить его так, что в нем не будет места самому Многорукому. Никому это не удавалось, пока не появился Шооран…

Ему был нужен штаб: знатное офицерье, столетиями ведущее войну чужими руками, войну не ясно с кем и за что, зажавшее вселенную в имперские тиски. Пусть они хоть раз узнают, что такое грохот настоящего взрыва, и как пахнет не чужой, а собственный страх. Скинувший ментальный поводок, спасенный от смерти ведьмой, открывший новую вселенную, лейтенант Влад Кукаш начинает атаку во имя спасения, во имя свободы.

Сперва мир был задуман так, что могучие магические силы должны были доставаться только благородным воинам — повелителям мечей и облеченным великим знанием мудрецам. Земные пути богов, магов и людей слишком часто пересекались, разбивая в осколки изначальную рациональность мироустройства. Из этих осколков рождались не только бессмертные герои, но и новые великолепные мифоисториии, записанные в книгах. В их числе «Земные пути» Святослава Логинова — одного из лучших современных российских фантастов.

Мужское волхвование и женские чары не сходны между собой, а зачастую и просто враждебны. Но все людское волшебство черпает силу в предках и служит лучшей защитой от всякой напасти, против которой оказываются беспомощны даже могучие луки и богатырские копья. Пал в схватке с мангасом храбрый вождь Таши, и теперь уже сын его, носящий славное имя отца, противостоит врагам, мечтающим сжить со свету род человеческий. Долгожданное обращение к миру и героям романа «Чёрная кровь», написанного Святославом Логиновым в соавторстве с Ником Перумовым.

Святослав ЛОГИНОВ

АВТОПОРТРЕТ

Валерий Александрович Полушубин вышел на пенсию. Провожали его хорошо, двумя отделами. Читали приказ директора, говорили прочувствованные слова о заслуженном отдыхе. Отдел Главного инженера подарил спиннинг, отдел Главного энергетика - большую хрустальную конфетницу. Валерий Александрович не был рыболовом и не ел конфет, потому что страдал диабетом, но речи ему понравились.

Инга Петровна, которую Полушубин про себя иначе как "фитюлькой" не называл, преподнесла репродукцию на спецткани - мадонну с младенцем. Такого Валерий Александрович не ожидал, отношения с "фитюлькой" были не из лучших. Ингу Петровну взяли специально на смену ему, они отрабатывали вместе три месяца: месяц до шестидесятилетия Полушубина и два "жадных" предпенсионных месяца. Теперь "фитюлька" будет сама себе начальником, а на радостях можно и мадонну отвалить.

Лук и копье с каменным наконечником – надежное оружие в привычных руках воинов и охотников из человеческих родов. Волшба колдунов, шаманов и баб-яг – тоже оружие, без которого никак не обойтись. Особенно когда каждую кроху жизни нужно отстаивать у суровойприроды, когда леса и реки кишат всякой нежитью, а орды чужинцев могут нагрянуть в любое мгновение и не пощадят ни старых, ни малых.

Смелый эксперимент двух признанных лидеров российской фантастики! Убедительная попытка создания нового направления – «Фэнтези каменного века»!

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

Константин Кныш

- Hy вот ты и попалась! - пpоизнес чyть хpипловатый мyжской голос.

Я так и оцепенел лежа в кpовати. Hе подyмайте, что я такой пyгливый, но согласитесь - не каждый день тебя неожиданно бyдит чей-то незнакомый голос. Если вспомнить, то это впеpвые. В следyющий pаз не надо ложиться спать днем...

- Hе пpитвоpяйся спящей, не поможет! - голос пpодолжал pазговаpивать со мной.

"Со мной?!!", я пpиоткpыл глаза от yдивления. В лицо мне смотpел yгpожающего вида пистолет стpанной констpyкции. Дyло было зловеще шиpоким.

Лев Кокин

Дядюшка Улугбека

В туристской группе было одиннадцать человек; не знаю, достаточная ли это причина, чтобы застрять на Приюте одиннадцати. Как бывает в горах, откуда ни возьмись с только что ясного неба повалил снег, задуло, замело, запуржило... а тут, словно по заказу, просторная непродуваемая палатка. Ощущая себя везунчиками, баловнями судьбы, мы расположились с удобствами, плотно и вкусно поели и потом, в ожидании погоды, стали коротать время, само собой, за разговорами. Вспоминали случаи к месту, занимательные истории, дошло по обыкновению до анекдотов. Народ собрался образованный и смешливый, один анекдот цеплял за другой, как будто бы в альпинистской связке, потянулись сериями... И сами не заметили, как повернуло всерьез: что такое есть национальный характер, чем диктуется - происхождением, воспитанием, кровью и памятью, наследственностью или наследием... В общем, биологией или социологией. Однако в отвлеченностях не смогли долго дышать. Сосредоточились на примере: а что будет, если усыновить? Ребенка, понятно...

Любимец Богов ЛУЧШЕ-ВСЕХ-СПРЯТАННЫЙ

АРТУР

(рекомендуется для проверки уровня склероза у пациента

выучить все имена в течении 20 минут, а потом повторить

не только имена, но и кто кого убил)

Однажды Герцог Задунайский послал к Артуру послов, что-бы те получили арендную плату за пользование землей в течении 200 лет. Но доблестный король послал послов обратно, а сам собрал отважных рыцарей, встал лагерем в чистом поле и изготовился к бою. И Герцог не заставил себя ждать, он он выехал внезапно из-за ближайшей рощи, и Артур увидел, что призвал таки себе на помощь Герцог 13.5 Королей, и сильно на это обиделся. И Король Северный вместе с Королем Западным и Восточным Королем встали "свиньей" и медленно пошли в атаку. Артур крикнул: "Камелот за нами!" и послал в атаку передовой отряд рыцарей. И выехал сэр Гахерис супротив единокровного брата своего сэра Гавейна, но не знал он, что это его брат, а то бы не стал рисковать. И разрубил его Гавейн на три части. И еще восьмерых рыцарей разрубил он, и много ратных подвигов совершил в этот день. Но на беду увидел благородную даму и, вспомнив о своей клятве, помчался её защищать, но пока он её догонял, пока защищал - битва уже кончилась. И больше Вы о нём ничего не узнаете. А тут увидел Артур, что под сэром Кэем нет коня. Тогда подскочил он к сэру Ланселоту и сбив его с коня, оттащил животное сэру Кэю. "Грамерси!" - ответил тот королю. Но увидел Артур, что теперь под сэром Ланселотом нет коня - и тогда отдал он ему коня сэра Ивейна. "Грамерси!" - сказал Ланселот. Сэр же Ивейн, получив коня сэра Кэя, сказал "Большое Грамерси!" Слава Богу, что в скором времени сэра Кэя разрубили так, что уже нечему было перелетать через круп его лошади. Честно говоря, король после этого времени все же зря не терял: узрев, что у Герцога Задунайского убили боевого слона, он сгонял в зоопарк и достал слона. И вручил его Герцогу. Удивился Герцог, но все же сказал "Грамерси!" Пожалуй, надо еще добавить, что в этом бою сразил сэр Ульфиус сэра Эктора, сэр Брастиас сэра Кэя, сэр Бодуин Бретонский сэра короля Бана, король Борс короля Клаудаса, сэр Лионс сэра Фарианса, сэр Лукан-Дворецкий сэра Грифлета по прозвищу Божий Сон(Сын), сэр Ладинас сэра Грацианта, сэр Плацидас сэра Гвенбауса, сэр Камбенет сэра Брангориса Странгорского, Кларенс Нортумберландский сэра Лота, сэр Уриенс сэра Ивейна, сэр Индрис Корнуэльский сэра Нантриса, сэр Карадос сэра Мелиота де ла Роше (или он не сэр?), сэр Гвинас де-Блуа сэра Марганора, сэр Эпиногрис сэра Паломида-Сарацина, сэр Сафир сэра Сегварида, сэр Малегрин сэра Бриана-Островитянина, сэр Груммор Грумморсон сэра Карадоса из Башни Слез, сэр Тарквин сэра Арнольда, сэр Гаутер сэра Тристрама Лионского, сэр Динас-Сенешаль сэра Садука, сэр Агловаль сэра Тора, сэр Персиваль Уэльский сэра Ламорака Уэльского, сэр Ланселот Озерный сэра Лионеля, сэр Эктор Окраинный сэра Борса Ганского, сэр Блеоберис Ганский сэра Бламура Ганского, сэр Галиходин сэра Галихуда, сэр Динадан сэра Саграмура Желанного, сэр Додинас Свирепый сэра Ангвисанса, сер Мелегант сэра Галахальта, сэр Брандель сэра Кэя, сэр Петинас сэра Гатенака...

Любимец Богов ЛУЧШЕ-ВСЕХ-СПРЯТАННЫЙ

СТАЛКЕР (римэйк)

Кратость - сестра таланта.

А.П.Ч.

Талант - брат кратости.

С.Х.

Уже третий месяц Рэдрик Шухарт полз по Зоне. Он полз к явлению, называемому простолюдинами "Золотым Шаром". Три месяца назад их было 40. 40 первоклассных сталкеров. Но Стервятник _т_а_к_ составил карту, что доползти было суждено только Шухарту.

- 157853637865487596476354, 157853637865487596476355... - шептал Рэдрик. Вдруг он почувствовал тепло. С трудом разлепив набрякшие еще месяц назад веки он увидел перед собой шар. Его разбитые губы растянулись в подобии жалкой улыбки. Он хотел прошептать иссохшим языком что то о халявном счастье, но у него в голове проскочила шальная мысль старого сталкера: "А что, если бросить в него гайку?" И он кинул в него свою любимую двугранную гайку. Раздался оглушительный грохот. Вовремя закрывший глаза Шухарт не увидел яркой вспышки. Но он знал - это была прощальная шутка Зоны. И еще одна мысль билась в его пробитой голове. - Надо попросить новых гаек...

Иван Мак

XXI-й век

Ветер надрывно свистел в вершинах деревьяв, пытаясь перекричать злобное рычание трактора, подкатывавшего к хутору. Сибиряк Василий заглушил мотор и выскочил из машины, громко хлопнув дверью. Он остановился перед калиткой, затянулся "Ответным ударом".

- Тьфу... и как только американцы эту... курят? - Проворчал он, смачно приправляя свои слова отборным русским.

Калитка заскрипела, почти в такт завыванию ветра. Василий взглянул на небо, придерживая кепку одной рукой.

Иногда ночью (не часто, но все-таки) ты откидываешь одеяло, встаешь с постели и незаметно выходишь из дома. Неправда ведь, что одни лунатики бродят в это время по улицам в ночных сорочках и пижамах, кто в чем. Hу конечно неправда.

Ты движешься тихо и плавно, как заблудившийся призрак, чудом забредший в современный город из прошлого.

Или не в современный? Оглянись: нет сегодня никакой ночной жизни. Нет гуляющих пар — разве что далеко-далеко, в самой глубокой тени; нет подвыпивших дядечек, несущих домой самих себя со своей нехитрой алхимической радостью; может, они выбрали для возвращения другую дорогу? Даже рекламы как будто притихли: еле светятся, оттеняя желтые круги под столбами уличных фонарей. Даже одинокие ночные машины — и те куда-то пропали.

Всю свою жизнь Лин считал себя пророком. Нет, у него не было видений, его не посещали духи, да и не учил он ничему. Просто он знал, придет время и о нем заговорят во всем мире. Может быть Лин предречет конец света, может быть создаст новую религию или изменит существующую. Он не знал. Ему казалось, где-то там, наверху, сидит доброе существо, чем-то похожее на его отца. И оно наблюдает за ним в ожидании подходящего момента. Лин старался быть готовым к этому. С молодости он отличался от сверстников, не играл в их игры, считая себя выше. Он часами мог смотреть на небо, ища какой-то знак. Знака не было. Тогда, обидевшись на того, кто с улыбкой смотрел на него сверху, Лин незаметно плевал вверх. Чаще это не приносило ему удовлетворения, особенно если не было ветра.

Уважаемые читатели! Перед вами сборничек сверхкратких миниатюр в фантастическом ключе. Мир информации стремится миниатюризации. Я тоже. Посему самый длинный из нижеприведённых рассказов занимает машинописную страницу, а самый короткий состоит всего из 71 слова. Приятного чтения! Ваш С.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Земной исследовательский звездолёт обнаруживает в космосе повреждённую космическую станцию. Такой тип судна не значится в галактическом справочнике. На борту находят трупы клонов и одно тело в скафандре. Выжившая девушка очень похожа на землян, но обладает паранормальными способностями. Ведёт себя очень странно — боится открытых мест, природы, моря. Один из учёных решает поселить её у себя, до полного восстановления и адаптации. Литературный сценарий двухсерийного фильма. Написан в 1978 г. в соавторстве с Р.Викторовым. Первоначально обе части сценария публиковались отдельно под названиями: «Дочь космоса» (1980) и «Ангелы космоса» (1981).

Прямой разговор с известным отечественным прозаиком ведут читатели журнала «Если».

Модуль погасил орбитальную скорость на границе атмосферы и теперь падал вертикально, притормаживая себя малой тягой вспомогательных двигателей. Такая посадка называлась энергетической — в отличие от баллистической и аэродинамической, — и требовала сумасшедшего расхода горючего; зато корпус корабля не нагревался, телекамеры не слепили и весь процесс можно было наблюдать от начала до конца.

На высоте сорока километров модуль выбросил два аэростатных зонда, снабженных длиннофокусными телепередатчиками, и теперь на двенадцати небольших экранах было видно все, что происходит в пространстве вокруг модуля, а на большом обзорном экране сам модуль в дрожащем мареве проваливался вниз, к зеленому полумесяцу атолла, окруженному неправдоподобно-синим океаном.

Луна, как могла, освещала кремнистую тропу. Лес здесь подступал вплотную: давил, трещал, гукал, свистел, а когда тропа поворачивала так, что луна скрывалась за кронами, в зарослях кто-то начинал тяжело ворочаться, и конь хрипел и рвался, а рыцарь крепче сжимал рукоять меча и напряженно всматривался в темноту.

Луна уже цеплялась краем за льдисто поблескивающий горный пик, когда сквозь чернь листвы впереди рыцарь увидел оранжевый отсвет костра.