Догматическое богословие

Книга «Догматическое богословие» написанная арихимандритом Алипием (Кастальским) в соавторстве с архимандритом Исаией (Беловым) (редактировал 3 часть книги) является одним из пособий по которым изучают догматику в православных семинариях. Ее простой язык позволит незнакомым с догматикой людям открыть для себя мир православного богословия.

Отрывок из произведения:

Предлагаемый курс лекций по Догматическому богословию составлен в соответствии с имеющейся программой по этому предмету для второго и третьего классов Духовной Семинарии. Главы или пункты глав, выходящие за рамки стандартной программы, обозначены в оглавлении звездочкой. В основу этого пособия положен курс лекций, прочитанный мною в Московской Духовной Семинарии в 1984—1988 гг.

Архимандрит Исаия является редактором третьей части курса — «Бог Творец и Промыслитель мира».

Популярные книги в жанре Православие

Сегодня к российскому читателю приходит книга статей профессора протопресвитера Иоанна Мейендорфа. Его рассказ о пройденном пути, о своих предках публикуется как приложение к книге. Поэтому мы не будем подробно останавливаться на биографических данных. Отец Иоанн, как говорили в советское время, был широко известен в узких церковных и научных кругах не только как активный церковный деятель, но и как ученый–византинист, как православный богослов, который представлял Православную Церковь на международных богословских форумах. Он был человеком широких церковных взглядов и активной жизненной позиции. Консерваторы в СШЛ обвиняли его едва ли не в сотрудничестве с богоборческой властью в СССР, вменяя ему и отцу Александру Шмеману в вину дарованную в начале 70–х Автокефалию Православной Церкви в США. А богоборческая власть не простила ему послесловия, которое он написал в 1977 году к книге Льва Регельсона «Трагедия Русской Церкви». После этого о. Иоанна перестали пускать в СССР. Вновь он приехал в Россию лишь после падения богоборческого режима.

Журнал начал издаваться в 1910 году. Издание журнала осуществлялось при поддержке владыки Антония (Храповицкаго), возглявлявшего Волынскую кафедру с 1902 по 1914 годы, и имевшего в своем ведении Почаевскую лавру. Издание "Русского инока" продолжалось до 1917 года и оборвалось с началом безбожного пленения земли русской.

Книга «Мы будем утешены» Хризостома (Хуссейна) Селахварзи — иранца по происхождению, ныне ученого–социолога, вынужденного жить вдали от родины — в Норвегии, — повествует о вхождении человека, выросшего в мусульманской среде, в лоно Православия. Пройдя через душевные страдания и мучительные поиски истины, автор обретает веру во Христа, несущую душе освобождение от бремени страстей и сомнений. Повествование ведется от первого лица, что придает книге характер яркого, живого свидетельства о личном духовном опыте. И это свидетельство поистине необыкновенно. Поражает серьезность и намерение быть честным в своей исповеди до конца, готовность автора открыть людям свою душевную муку и радость Обретения. Радует то, насколько любовно и уважительно иранский оппозиционер, бывший социалист говорит обо всех своих ближних, родных, учителях и помощниках, независимо от их вероисповедания. Даже отвергая то, что оказалось чуждо душе, автор старается понять и не осудить людей, которые были с ним все эти годы. Наконец, захватывает особенная, поэтическая интонация книги «Мы будем утешены», с повторами и речитативами, свойственными литературной традиции Востока.

В Стамбуле, когда выходишь из новых кварталов и пересекаешь мост по самой середине Золотого Рога, там, где на другой стороне гигантская автострада как бы по живому телу рассекает византийскую и турецкую плоть старого города, проходя под акведуком Валента, который столь по–римски, победно перешагивает ее, нужно свернуть направо и выйти на улицу, идущую вдоль Золотого Рога. Ныне это промышленный район, где обрабатывается древесина, которую привозят на судах из прибрежных лесов Малой Азии. Повсюду — лесопильные заводы, визг металла, вгрызающегося в стволы, грузовики, разъезжающие в пыли или в грязи, ангары, загроможденные досками. То там, то здесь с небольшого пустыря открывается вид на суживающийся залив, на пыльный скверик вдоль пристани, у которой всегда пыхтят тяжело нагруженные пароходики, обслуживающие побережье. Взгляд ваш добирается до старой стены Феодосия и улицы Гробниц, священной земли Эйюпа, где погиб при тщетной осаде города последний спутник Пророка. Баржи вытащены на берег, где среди старых бидонов они ожидают новой покраски. Летом, когда среди пузатых фелюг здесь купаются дети, платаны уже желтеют. Напротив, на другом берегу тихого водного потока, на холме, покрытом желтой травой и белыми стеллами, — мусульманское кладбище. У его подножия — судоверфи, грохот молотков по железу. На берегу, где

Этот труд батюшки Иоанна как в давнее время, так и поныне является одним из любимых чтений чад Православной Церкви. Беседы и поучения Кронштадтского пастыря на дни Великого поста укрепляют душевные и духовные силы верующих, зовут проникновенным назиданием и сердечностью к покаянию.

Благослови, отче!

Стратиг Николай, называемый [также] Юлием, рассказал мне, что в его город, который сарацины называют на своём языке «Виноградником», послал халиф Сирии своего племянника управлять некоторыми работами по устройству его дворца. Есть же там большая церковь, древняя и дивная, [посвящённая] святому и преславному мученику Георгию; и когда увидeл этот сарацин церковь издалека, приказал своим слугам принести его вещи в церковь, также и верблюдов [завести], числом двенадцать, чтобы сверху наблюдать за их кормлением.

Сборник суточных церковных служб, песнопений главнейших праздников и частных молитвословий Православной Церкви на русском языке.

Преподобный Исидор Пелусиот, отец и учитель Церкви, жил в IV–V вв. Родился он в Александрии, был сыном знатных родителей и родственником Александрийского архиепископа Феофила и его преемника святителя Кирилла. Одаренный блестящими способностями и получивший прекрасное светское образование, преподобный Исидор мог легко достигнуть высокого положения в обществе. Но душа его от юности стремилась к Божественной мудрости, открывающейся через добродетельную жизнь и исполнение Христовых заповедей. Уподобясь евангельскому купцу, ищущему хорошие жемчужины (Мф.13:45), он в молодые годы оставил родительский дом и ушел в обитель, находящуюся на Пелусиотской горе в Нижнем Египте, у реки Нила, и там принял постриг.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Я родился в 1937 году в Берлине. Моей матери было восемнадцать. Полтора года она скрывала меня ото всех. Наверно, мой отец был какой-то презренный человек — еврей или цыган я о нем так ничего и не узнал. В 1945-м мать добилась разрешения эмигрировать «в статусе беженцев» и вышла замуж за некоего Вольфи. Мы сели на пароход и поплыли в Австралию. Никто из нас не говорил по-английски. Разместили нас в загородном лагере беженцев, разместили в бараках. Через год дали направление в предместье Мельбурна. Там мы зажили счастливо, но через полгода мать и Вольфи разбились на машине. Мать погибла, а Вольфи получил очень тяжелые травмы и не мог обо мне заботиться.

В кронах рожковых деревьев стоял гвалт. Ясное дело, бабуины. Эти неугомонные твари любят восседать на ветках, скорчившись в три погибели, и щелкать стручки, радостно скаля свои острые собачьи зубы.

В радиусе пятидесяти футов от рожкового дерева ночевать нежелательно. Но Гилстреп ничуть не расстроился. — Ладно! — вcкричал он с бодрым фатализмом, подкрутив усы. Им руководила высокая цель.

Он вознамерился отыскать племя, известное под именем «Толстопалых тамбо». Как всякий настоящий исследователь, Гилстреп знал: любое путешествие — лишь неcкончаемая череда нежданных столкновений, и бабуины, роняющие кожуру с веток рожкового дерева, — это еще ерунда. Зато он на Зимбабе (так звалась местная река в нижнем ее течении).

Ане было о чем подумать. Бизнесмен Олег Терехов, случайно попав в магазин «Оптика», наткнулся взглядом на ее карточку продавщицы с именем Ангелина. Неожиданно он предложил девушке сыграть роль его невесты, а затем и жены. Впоследствии, тихо получив развод, она покинет дом бывшего «мужа» с круглой суммой в кармане. Конечно, предложение было дикое, но Олег выглядел вполне респектабельно, а деньги могли пригодиться для обмена ее маленькой темной квартирки на жилье в хорошем районе. Она не догадывалась, что жизнь взаймы не предполагает никаких гарантий…

Лучшие истории от автора культовых книг «Акушер-ХА!» и «Акушер-ХА! Вторая (и последняя)», ставших самым главным литературным открытием последних лет.