Дневник Уиджета Боунса

1

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Переводчики: Адская Гончая

Принять участие в работе Лиги переводчиков http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?

t=5151

Кеньон Шеррилин

Дневник Уиджета Боунса.

Пародия.

Widget Bones's Diary

A Dark-Hunter Parody

(from The Dark-Hunter Companion 2007)

Четверг, первое января.

91 кг (все – мышцы)

Рекомендуем почитать

Лидия – Ловец снов. Ей поручено наиболее священное и опасное задание. Она должна спуститься в Адскую Обитель и найти пропавшего бога сновидений прежде, чем тот выдаст тайны, способные погубить их всех. Лидия и не предполагает, что попадет в плен к самому порочному стражу Обители.

Время Сетха на исходе. Он должен найти путь на Олимп и способ убить Зевса, иначе лишится собственной жизни и души. Пытки не помогли ему сломить заключенного в Азмодеи бога. Но когда появляется Лидия, Сетх решает попробовать новую тактику.

Воспитанный в условиях необычайного богатства, Кириан Трасейский владел обаянием и харизмой так же уверенно, как и мечом. Бесстрашный и отважный, он правил миром, окружающим его, и не знал ничего, кроме самой страстной стороны своей натуры.

Горячий, дикий и неутомимый, он беспечно прожигал жизнь. Он не знал страха и ограничений. Мир был чашей, которую он поклялся выпить до дна.

Как прирожденного воина его уважали и боялись все, кто слышал о нем. Во времена, когда Римская Империя была непобедима, он с геройским ликованием в одиночку отразил атаку римлян, завоевав богатство и славу своему имени и родине.

Некоторое время о нем говорили, как о человеке, который будет править миром.

До тех пор пока жестокое предательство не сделало его Правителем Ночи.

Теперь он блуждает среди теней, между Жизнью и Подземным миром. Не человек и не зверь, он нечто совершенно иное.

Одинокий дух, не знающий покоя, чья судьба — спасать тех самых смертных, которые отвергают и боятся его. Он не сможет познать отдыха и мира до тех пор пока не найдет женщину, которая не предаст его. Чистое сердце, которое сможет преодолеть его темную сторону и вернуть его к свету.

Аннотация

Бессмертный, соблазнительный Тёмный Охотник Валериус Магнус, некогда знаменитый римский полководец, разрывается между обязанностью защищать человечество и возникшими чувствами к Табите Деверо, невестке его смертельного врага, бесшабашной охотнице на вампиров, которую преследует тёмная сила, чтобы уничтожить всех тех, кого она любит.

Обречь мужчину на бесчисленные любовные связи…

Странное проклятие?

Но для Юлиана, жизнь которого превратилась в бесконечное выполнение желаний и капризов постоянно сменяющихся любовниц, все очень и очень серьезно.

От этой участи его может избавить только настоящая любовь. Вопрос лишь в том, скоро ли в большом современном городе, среди преуспевающих хищных бизнес-леди найдется женщина, которая увидит в Юлиане не секс-машину, а любовь на всю жизнь…

Моя жизнь — прекрасна. У меня есть мой кофе из цикория, мои горячие булочки и мой друг на телефоне. Когда солнце садится, я — самое плохое существо, рыскающее в ночи: я господствую над стихиями и не ведаю никаких опасений. В течение многих столетий я защищал невинных и следил за человечеством, убеждаясь, что им безопасно в мире, где ничто никогда не дает уверенности. Все, что я хочу взамен, — горячую малышку в красном платье, которая не хочет от меня ничего, кроме одной ночи. Вместо этого, я получаю безудержный Марди Гра, с карнавальной платформой, которая пытается превратить меня в жертву дорожно-транспортного происшествия, и красавицу, которая сохраняет мою жизнь, но не может вспомнить, куда она дела мои штаны. Яркая и экстравагантная, Саншайн Раннинвулф должна стать идеальной женщиной для меня. Она не хочет ничего, кроме сегодняшней ночи, никаких связей, никаких долгосрочных обязательств.

Но каждый раз, когда я смотрю на нее, я начинаю тосковать по тем мечтам, которые похоронил столетия назад. С ее нетрадиционным образом действия и способностью расстраивать меня, она единственная, кто мне нужен. Но моя любовь к ней может означать ее смерть. Я проклят никогда не узнать мира и счастья — не тогда, пока мой враг ждет меня в ночи, чтобы уничтожить нас обоих.

Тэлон Морриганский.

Мир Вер-Охотников – это мир, где каждый сам за себя, где опасность подстерегает каждый день. Никому нельзя доверять и никого нельзя любить, если хочешь выжить…

Рен Тигариан появился в результате союза самки снежного барса и самца белого тигра. Кланы обоих его родителей отказались от него. Он рос сиротой, видя лишь подозрение и недоверие со стороны окружающих. Вот почему он никого не слушает, когда чего-нибудь желает. И теперь он возжелал Маргариту, дочь известного сенатора, ненавидящую социальные устои своего общества. Ее мир, царство богатых и влиятельных людей, никогда не должен пересечься с миром Вер-Охотников, существующим бок о бок с их, невидимо, тайно, скрытно. Нарушить этот закон – значит навлечь на себя гнев Богов. Но ради Маргариты Рен бросил вызов не только человеческой расе, которая никогда не примет его звериную сущность, но и Вер-Охотникам, жаждущим его смерти за то, что он подверг их мир смертельной опасности.

Ричмонд, Вирджиния.

«Будь добрей с драконами, ибо поджаренный ты — хрустишь и хорош под кетчупом». Доктор Чэннон МакРэй, отвлекшись от своих записей, приподняла бровь в ответ на необычное замечание. Она часами вглядывалась в знаменитый Драконий Гобелен, пытаясь расшифровать староанглийский символизм, и за все это время никто не побеспокоил ее. До этого момента.

С самым раздраженным видом она оторвала ручку от блокнота и обернулась. И у нее перехватило дыхание. Не было там никакого надоедливого, непочтительного мужчинки. Это был высокий потрясающе сексуальный бог, заполнивший маленькую музейную комнатку харизмой такой силы, что было удивительно, как он смог войти в здание и не потрясти его до самого основания.

В захватывающем мире Темных Охотников появляется нечто ошеломляющее и тревожно новое – этот мир никогда уже не будет прежним… Фанг Катталакис не просто волк. Он брат двух самых влиятельных членов Омегриона: правящего совета, следящего за соблюдением законов вер-охотниками. И когда начинается война между оборотнями, придется выбрать свою сторону. У врагов шаткие союзы. А когда женщину, полюбившую Фанга, обвиняют в предательстве своего рода, ее единственной надеждой остается вера Фанга в нее. Но для того, чтобы спасти ее, Фангу придется нарушить закон своего народа и обмануть верящих ему братьев. Это ситуация вполне может предзнаменовать конец их расы и может навсегда изменить их мир.

Другие книги автора Шеррилин Кеньон

В течение пятисот лет душа Эсперетты была связана с душой ее мужа темной магией, и когда Вэлкан стал Темным Охотником, к ее ужасу, она также стала бессмертной. Теперь они должны объединиться в борьбе против старого врага… и страсти, угрожающей поглотить их еще раз.

Прекрасная Адара, правительница крошечного средиземноморского королевства, понимала, что единственный способ избавить свои владения от жадного и циничного узурпатора — это отыскать таинственного рыцаря Кристиана Эйкрского, с которым ее обвенчали еще в детстве. Но действительно ли незнакомый воин, откликнувшийся на зов Адары, — тот самый Кристиан, когда-то нареченный ей в мужья? Возможно, это не слишком важно для ее подданных. Но зато очень важно для страстной женщины, желающей знать, кто сжимает ее в объятиях…

В беспокойном  мире снов  существуют  воины, защищающие спящих, но так же и  демоны, которые пытаются напасть на их сны... Арик существует и позиционируется как хищник Ловец снов. Боги отобрали и лишили его жизнь красок и эмоций и эта жизнь -вечность. Теперь Арик испытывает эмоции и  чувства, лишь попадая в чужие сны.    Столетиями он пересекал человеческие сны в поисках эмоций.  И наконец, Арик  находит того человека, сны которого захватили его полностью и заполнили его. Доктор Мегеара Кафиери стала  свидетелем о том,  как ее отец сгубил себя доказывая, что Атлантида существовала и существует . По обещанию своему отцу и желанию восстановить его имя и репутацию она приезжает в Грецию. С этого момента ее жизнь изменится, она спасет утопающего в лице которого узнает человека из своих снов…..  Книга интересная, читается на одном дыхании. Ловец снов представлен очень трогательным душу персонажем.

Когда-то Сьюзан Майклс была одним из лучших репортеров на Белтвей Бит, пока большой скандал, не уничтожил ее жизнь. Все, что ей осталось – это писать истории о детях пришельцев, или возвращениях Элвиса. Жизнь, которую она раньше знала, закончилась, или она так думает, но вскоре ей в руки попадает история, которая может спасти ее потерянную карьеру. Она едет в местный приют для животных, ожидая достать сенсацию, которую она получает в форме полицейского отчета о ….о кровососущих вампирах, которые поглотили Сиетл. Конец ее мечтам спасти свою репутацию. Ко всему прочему, ее уговаривают приютить кота, на которого, как выясняется, у нее аллергия. Мало того, что этот кот оказался оборотнем, так еще и утверждает что, он бессмертный охотник на вампиров и ищет продажных копов. Первое, что приходит в голову: надо обратиться к психологу….  Но когда Сьюзан все больше узнает темный и опасный мир Рейвина, она понимает, что на кону больше, чем ее неудавшаяся карьера. Теперь вопрос не в том, чтобы донести правду читателям, а в том, чтобы спасти их жизни и души.  Жизнь Рейвина была разрушена 400 лет назад, когда он ошибочно доверил правду своего существования женщине. Он потерял свою семью, честь, жизнь. Теперь, чтобы спасти жизни жителей Сиетла, он опять должен пройти через весь этот кошмар, доверив секрет, который мог бы его уничтожить, другой женщине.  В мире Темных охотников жизнь всегда опасна. Но не более опасна, чем теперь, когда человеческая женщина может разрушить их целый мир только одной историей. Вопрос в том ….сможет ли она?

Зомби, демоны, перевертыши — еще один обычный день в жизни Ника Готье, и их еще можно отнести к его друзьям. Но теперь, когда он принял демона внутри себя, то должен научится контролировать его и каждую свою эмоцию, потому что угрожает жизням всех, кого любит. Это тяжело делать, когда пытаешься не попасть в меню тех, кто жаждет твоей головы. И никто так не хочет заполучить его, как темные боги, создавшие его расу. Теперь они знают где он и будут пытаться заявить на него свои права. И Ник доверился человеку, которому верить бы не стоило. Тому, кто сдаст его врагам, для того, чтобы вернуть свою жизнь.

Ник наконец принял свою судьбу, теперь он должен научится бороться с будущим, а темные силы не перед чем не остановятся, чтобы уничтожить всех, кого он любит, вернутся в человеческий мир и завладеть им.

Брайд  Мактирней  раскусила мужчин.

Они все дешевки, эгоисты и  никогда не любили  ее такой, какая она есть. Но хотя она и гордится своей независимостью, тем не менее, глубоко в душе  тоскует по рыцарю в сияющих доспехах. Только она никогда не думала, что  ее рыцарь  будет облачен  в блестящую  меховую  шкуру…

Смертельно опасный  и измученный, Вэйн Катталакис  не тот, кем кажется на первый взгляд. Большинство женщин недовольны тем, что их избранники – кобели. В случае Брайд – волк. Волк – оборотень.  Охотник - Оборотень.   Враги желают его смерти, и  поэтому он ни с кем не хочет  связывать свою жизнь. Но Мойры  отметили  Брайд  как его пару. И теперь у  него есть три недели, за которые  он  или  убедит  Брайд в том, что   сверхъестественное   существует на самом деле, или  проведет остаток жизни как кастрат – а с этим   никогда не смирится  ни один волк, обладающий чувством собственного  достоинства  …

Но как волку убедить человеческую  женщину доверить ему свою жизнь, когда за ним охотятся враги?  Мир Охотников-Оборотней  по-настоящему жесток.  А у стаи может быть только один вожак.

Маленький рассказик о том как появились Темные Охотники.

В мире Темных Охотников существует свой Кодекс Чести, который должны соблюдать даже бессмертные плохие мальчики: Не причинять вреда человеку. Не пить кровь. Никогда не влюбляться.

Но каждые несколько веков один из Охотников начинает считать себя выше Кодекса. Он ошибочно считает, что в его власти повелевать жизнью и смертью людей.

Вот когда меня вызывают. Кто я? Я единственный, кто ничего не боится. Перешагни черту и ты столкнешься с моим гневом. Ничто не трогает меня. Ничто не может остановить меня. Я ничего не чувствую и никого не жалею.

Или так я думал до встречи с Темной Охотницей, которая откликалась на имя Дейнжер — это не просто ее имя, это ее способ жизни. Она совершенно не верит мне. И кто может ее в этом обвинить? Она одна знает, что я здесь затем, чтобы судить, вынести приговор и казнить ее друзей. Теперь она — мой ключ к спасению некоторых из них. Без нее все они умрут.

Дейнжерос Сент-Ричард это смертоносное влечение. Что-то в ней пробуждает мое сердце, которое я считал давно погибшим. С каждым днем я все больше учусь заботиться о людях, которых, возможно завтра, должен буду убить.

Но более всего я учусь заботиться о ней. Как меня может тянуть к ней, когда древнейшая сила в мире хочет видеть всех нас мертвыми? Это борьба со злом, гонка на опережение, и единственная надежда человечества — и это мой долг. Но как я могу его выполнить, если это значит, что мне придется пожертвовать единственной женщиной, которую я когда-либо любил?

Популярные книги в жанре Городское фэнтези

Для игры в чепуху, слова «яблоко, зимний, дождь». Про главные в жизни вещи))

Рассказы победителей конкурса «Тайный Город — твой Город» в сборнике, посвященном самому легендарному миру отечественной городской фэнтези!

Рассказы победителей конкурса «Тайный Город — твой Город» в сборнике, посвященном самому легендарному миру отечественной городской фэнтези!

Заболела она глупо, в разгар лета. ОРВИ, сказал доктор. Да какое, там, к черту, ОРВИ? что это вообще за зверь?

И еще этот обморок, в самом начале. Ленка, словно став на миг гуттаперчевой, вдруг скользнула на пол, свернулась эмбрионом и затихла.

Болела долго. Металась на простынях, и легкое тело ее стало вдруг жарким и неуклюжим. Никита заметил, что днем ей легче. Возвращался с работы, заставал почти в норме. А вечером она опять бредила, скатываясь в полусон, или вдруг открывала глаза, глядела с испугом.

Четыре мира объединены подпространством. Разные расы, разные порядки, разные понимания науки и магии. Един лишь бог, но его отвергнутый сын хочет обмануть отца и создать свой собственный мир, собрав в нем представителей всех рас. Для этого ему нужен хитрый план, способный перехитрить бога, который посылает за предавшим его сыном бессмертного убийцу. Теперь все зависит от изворотливости героев и превратностей судьбы.

Парадигматик. Роман о подсказках

Эпиграфы Парадигма… исходная концептуальная схема, модель постановки проблем и их решения, методов исследования… выдержка из Советского Энциклопедического Словаря Вот чем я болен – тоской по пониманию Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий: «Улитка на склоне» –Как счастливы Будда и Магомет или Шекспир, что добрые родственники и доктора не лечили их от экстаза и вдохновения! – сказал Коврин. – Если бы Магомет принимал от нервов бромистый калий, работал только два часа в сутки и пил молоко, то после этого замечательного человека осталось бы так же мало, как после его собаки. Доктора и добрые родственники в конце концов сделают то, что человечество отупеет, посредственность будет считаться гением и цивилизация погибнет. А.П. Чехов: «Черный монах» Beware the Jabberwock, my son! Lewis Carroll: «Through the Looking-Glass, and What Alice Found There». – Стоп, Морра, – сказал Снорк. – Я хочу сказать тебе кое-что. Морра остановилась. – Я принял решение, – продолжал Снорк. – Не согласишься ли ты, чтобы Тофсла и Вифсла выкупили Содержимое чемодана? Сколько ты за него просишь? – Дорого! – ответила Морра ледяным голосом. Туве Янссон. Шляпа волшебника – Единственно, что может спасти смертельно раненного кота, – проговорил кот, – это глоток бензина… – и, воспользовавшись замешательством, он приложился к круглому отверстию в примусе и напился бензину. Михаил Булгаков: «Мастер и Маргарита» Пролог. О наших вложениях. 1. Мужчина в прохладном сером плаще, лицом свежий, но взглядом увядший, подошел к метро Лубянка в сопровождении всклокоченного старика, прикрывавшего бойкие глаза пологом кустистых седых бровей, как догорающие угольки слоем золы. Разница во взглядах проистекала, возможно, от небывалой, как всегда, июльской жары. Из одного она выпила влагу, другой запалила веселыми искрами. Впрочем, причины могли быть другими. В таком большом городе, как Москва, до причин вообще сложно добраться. Старик сел на пыльный асфальт между арками входа под землю и выхода из-под земли, прислонился к шершавой стене, сладко зажмурился. Мужчина в сером остановился на краю тротуара, запрокинул голову, разглядывая полосатый призыв «Верь в себя», дернул плечами, догнал старика и опустился подле. – Испачкаться не боитесь? – предостерег старик, копаясь в прорехе свалявшейся телогрейки. – Если вы о плаще, Сергей Константинович, то бояться нечего. К нему не прилипает ничего, такая уж у меня работа. Мужчина сел компактно, собранно и погрузился в изучение толпы. Старик достал из прорехи мятую пачку «Примы»; пошарив за берцами зимних, порыжевшей кожи, ботинок, извлек спичечный коробок, засмолил и тоже глянул на людей вокруг, с веселым интересом, сквозь клубы серого дыма. Люди выскакивали из-под одной арки, суетясь и толкаясь, видимо, в надежде все успеть, и люди уходили под землю через другую арку. Могло показаться, что входят и выходят одни и те же люди, если не всматриваться в лица. Мимо странной пары, бросая короткие взгляды на седые кудрявые лохмы, на дырявые кальсоны старика и забывая увиденное, не успев рассмотреть, в спешке проносилось нечто нескончаемое, пия, жуя и куря на ходу, пристраивая бутылки из-под дешевого пива вдоль стен, швыряя окурки щелчками пальцев (иногда попадая в урны), плюясь. В сутолоке обреченно бродил милиционер, высматривал приезжих и проверял документы, стараясь не глядеть в настороженные лица. Сновал круглолицый бездомный, руки и ноги его были скрючены болезнью и почти не слушались, рот сочился слюной. Бездомный подбирал жестянки, раздавливал, набивал ими пакет с надписью «Сладкая жизнь». Думал о чем-то, наверное, вспоминал. – Итак, получили могущество, что с ним делать будете? – спросил старик буднично, и его собеседник легонько вздрогнул. – Хочу вложиться в… – скрежет заглушил окончание фразы. Взламывая асфальт, разбрасывая траву и цветы, давно сменившие на посту железного Феликса, посередине площади вырастал многоэтажный дом. Панельный остов стремительно облицовывался, застеклялся, прорастал антеннами. Обзавелся железными дверьми в подъездах и затих наконец. Прохожие спешили и плевались по-прежнему, не обращая внимания на выросшую новостройку. Автомобили немного посигналили дому, чтобы уступил дорогу, потом стали объезжать. – …потому что это как никогда актуально, – закончил свою мысль мужчина в сером. Старик стрельнул в него снопом искр из-под моховитых бровей, затушил бычок об исцарапанный циферблат “Полета” – под стеклом не было стрелок, кроме секундной, да и та шла в обратную сторону – и заметил сухо: – Сейчас на рынке недвижимости много… Его слова были поглощены грохотом. Стекла новостройки, блестевшей только что уютом и надежностью, переливисто лопались теперь. В сверкающем облаке махина сначала просела, потом с грохотом рухнула, изрыгнув тучу цементной пыли. Автомобили заорали яростно, но вскоре замолкли, устав от крика. Люди же, кашляя в едкой серой пыли, исполосованные стекольными осколками, зашибленные даже кусками арматуры, продолжали как ни в чем ни бывало свое торопливое движение по делам, только странно стали поглядывать на получивших особенно сильные увечья. – …кота в мешке, – закончил свою мысль старик. – Могу посоветовать хорошего риэлтера, конечно, хитрюга, но я сильно попрошу, так что не обманет. – Сергей Константинович, послушать вас, нет ни одного честного человека? – Нет, конечно! Иначе мы бы до сих пор сидели в пещерах. Честные люди – штука опасная. Мужчина в сером недоуменно взглянул на старика, потом уставился в асфальт, сдвинув брови, напряженно задумался. Наконец он сказал: – Я могу попасть к вашему риэлтеру сегодня? – Воля ваша, – страшновато улыбнулся старик и проворно вскочил. Его собеседник, поднявшись, снял плащ и долго рассматривал: нет ли следов грязи. 2. Они поймали такси и ехали больше часа: до коттеджного поселка Вёшки, что почти сразу за МКАДом по Алтуфьевскому шоссе. Потом вышли и ходили между заборами, пока старик не остановился у черных металлических трехметровых ворот. Нажал на кнопку и стал смотреть в видеокамеру. Ворота вскоре открылись, и крепкий черноволосый мужчина в летнем костюме, при синем в полоску галстуке, уважительно кивнув растрепанному старику, сказал: «Следуйте за мной». Они пошли по мощенной тропинке через приятный сад: в тени вишен и яблонь серебрилась капельками воды нежная трава, алым пламенем горели клумбы маков. Минув фонтан в гранитной чаше – брызги создавали радугу – и ощутив на миг бодрящую прохладу, они поднялись на крыльцо трехэтажного кирпичного особняка. У крыльца пришедших взял под свое крыло другой крепкий черноволосый мужчина в таком же светлом костюме и полосатом синем галстуке. Лохматому старику он не сказал ни слова, а вот его молодого спутника попросил снять плащ и сменить обувь на «мягкие удобные тапочки». Прошли пару темных прохладных коридоров с гладким блестящим паркетом, стены которых сплошь были увешаны картинами, поднялись по лестнице с бронзовыми перилами, на которой старик, стукая огромными ботинками, оставлял ошметки высохшей грязи, и остановились перед массивной дверью нежных красноватых оттенков. Крепкий черноволосый мужчина стукнул три раза костяшкой указательного пальца, и сразу же послышался из-за двери энергичный баритон: – Давай, давай, пускай их, пусть заходят! Грубо толкнув локтем проводника, старик сам открыл дверь и вошел, на ходу подтягивая свои мешковатые кальсоны. За ним, шурша плюшевыми тапочками, неуверенно последовал молодой покупатель недвижимости. Им навстречу, мелко переступая, уже шел полноватый человек примерно такого же возраста, что и мужчина, решивший сделать выгодные вложения. Ослепительно блистая великолепным белым галстуком, облаченный в кремовый костюм и персиковую рубашку, источая приятный аромат дорого одеколона и сигар, он подошел к лохматому старику, почтительно протянул руку ладонью вверх и слегка улыбнулся одними лишь пухлыми розовыми щеками. – Здравствуйте, Сергей Константинович! Я ждал вас. Очень рад вас видеть! – Здравствуй, здравствуй, дорогой Павел Панфнутьевич, – ответил старик, рассеянно оглядывая кабинет «знакомого риэлтера» и забыв подать ему руку. Кабинет был чрезвычайно приятен. Из высоких, удивительно прозрачных окон открывался вид на густой сосновый лес. На массивном красноватого цвета деревянном столе серебрилась ручка поверх нескольких листов чистой бумаги, на краю лежали две толстые папки с обложками из черной кожи. Никакой компьютерной техники и даже телефона не было на столе. На стеклянных полках вдоль одной стены расположились в изобилии книги, все без исключения довольно толстые и в черных переплетах. Около другой красовались шоколадом кожаный диванчик и глубокое кресло, рядом с ними поблескивал стеклянный столик с кофейником. Но самым приятным в кабинете был простор. Здесь можно было бы спокойно, разбежавшись от окна, сделать серию акробатических прыжков и приземлиться на диванчик. Единственной странностью в кабинете были произведения искусства. Например, в ближайшем углу рядом с дверью стояла мраморная композиция тонкой работы: юноша держал в вытянутой правой руке за шкирку маленькую собачку, а левую руку согнул, глядя на часы; задние лапы собачки опутало щупальцами некое чудовище, напоминавшее осьминога, и готовилось уже запустить изогнутые острые клыки в ее бок. Две огромные картины маслом занимали почти всю правую стену. Одна изображала ночной автомобильный мост, где среди оранжевых огней освещения и плотного потока машин, можно было разглядеть одинокую хрупкую фигурку пешехода. На другой картине был изображен цех, в котором десятка два людей сидели за станками, согнув спины, и что-то мастерили, а кое-где стояли охранники в камуфляже с автоматами. Было в кабинете еще несколько статуэток на полках и маленьких картин, не менее странных Павел Панфнутьевич, по словам старика, «знавший меру», безмерно долго стоял с протянутой рукой, но так и не дождался ответного жеста. Наконец он опомнился и со словами «Рад приветствовать вас, обращайтесь ко мне просто – Павел» протянул руку мужчине в плюшевых тапочках, держа ладонь вертикально. Мужчина в тапочках не замедлил ответить рукопожатием, про себя восхитившись приятностью мягкой, теплой и сухой ладони Павла Панфнутьевича, и ответил: – Я монтер путей, спасибо за гостеприимность. Павел Панфнутьевич помолчал некоторое время, не отпуская руки мужчины в плюшевых тапочках. – Это непохоже на имя: «монтер путей», – наконец произнес он, отпустил руку собеседника и пристально посмотрел ему в глаза. – Это не имя, это моя профессия. – Вы железнодорожник, значит? – Павел Панфнутьевич несколько раз моргнул, потом улыбнулся легонько. – Не придуривайся, Паш, – продолжая разглядывать картины, бросил старик. – Ты прекрасно знаешь, кто перед тобой. Повисло молчание, Павел Панфнутьевич раза два переступил с ноги на ногу, потом пригласил гостей, указывая жестом в сторону кофейного столика: – Присаживайтесь, господа. Растрепанный старик ответил ему, пристально глядя на две большие картины: – Нехило ты их отделал. – Кого? – изумленно обернулся Павел Панфнутьевич. – Интерьеры свои, – бросил старик, прошел мимо хозяина и плюхнулся на диван. Павел Панфнутьевич тронул свой ослепительный шелковый белый галстук и сказал негромко: – Дорогая, будьте добры угощение для нашего самого дорогого гостя. После чего усадил на диван монтера путей, а сам устроился в кресле по другую сторону кофейного столика. – Как поживаете, мой дорогой, что у вас нового? – дружелюбно обратился Павел Панфнутьевич к старику. – Слушай, давай к делу перейдем сразу, ладно? – ответил старик. – Хорошо… – растерялся Павел Панфнутьевич. – Чем я могу быть полезен? – сказал он после паузы. – Ничем. Просто привел тебе клиента по недвижимости, но есть нюанс насчет валюты. Монтер путей безмерно могущественный теперь и платить будет соответственно. – А-ах, – выдохнул Павел Панфнутьевич и кашлянул несколько раз, высоко поднимая при этом брови. Дверь в кабинет открылась, и, держа двумя руками большой поднос, впорхнула молодая светловолосая женщина невысокого роста. Она принесла с собой сладкий запах духов и крепкий аромат кофе; ловко забрала серебристый кофейник с чашкой и поставила на столик новый, приятно дымящийся. На столике появилось также блюдо с пирожными, тарелка с миниатюрными сандвичами, кувшинчик сливок, корзинка фруктов, плоская серебристая фляга, три белых фарфоровых чашки на блюдцах, серебряные ложечки, хрустальная сахарница. Павел Панфнутьевич вдруг очнулся от задумчивости, на мгновение чуть-чуть надул щеки, потом обратился к девушке: – И еще будьте добры мои текущие предложения по недвижимости. – В Москве? – уточнила девушка. Павел Панфнутьевич вопросительно посмотрел на старика, а тот, в свою очередь, глянул на монтера путей: – Ты недвижимость в Москве хочешь приобрести? – Да. Девушка, не двигаясь, дожидалась распоряжения хозяина. – Дорогая, да, принесите, пожалуйста, мои предложения по недвижимости Москвы… – Павел Панфнутьевич помолчал немного, держа рот приоткрытым, и добавил задумчиво: – Да-а. – Сергей Константинович, вы будете кофе с коньяком или со сливками? – поинтересовался он, взявшись за кофейник, как только девушка закрыла за собой дверь. – Я буду коньяк без кофе, – ответил старик, забрав со стола серебристую флягу. – И еще я буду курить. Павел Панфнутьевич ловко извлек с нижней полки столика ящик сигар и любезно открыл перед стариком. – Сами это курите, – ответил старик и задымил «Примой», четко соблюдая методу: запивая каждую тягу коньяком и только потом выпуская через ноздри остатки дыма. Павел Панфнутьевич слегка огорченно убрал сигары и предложил монтеру путей угощаться. Тот налил себе кофе, разбавив сливками и сахаром,коричневым, с добавлением меда и специй. Еще не сделав ни глотка, с удовольствием съел сандвич и плотно взялся за пирожные. – Итак, правильно ли понимаю, – выдержав паузу и поставив свою чашку на блюдце, обратился Павел Панфнутьевич к монтеру путей, – что вы хотите обменять определенную часть своего неиссякаемого теперь могущества на недвижимость. – Да, – прожевав, ответил тот. – Нам с вами нужно уточнить, какого рода недвижимость вас интересует. – Двух родов, – сразу ответил монтер путей. – Во-первых, мне нужно несколько десятков гектар в пределах МКАД, на которые в перспективе пяти лет сильно возрастет спрос. Половина – пустыри, половина – под многоэтажной застройкой. – Несколько десятков гектар – это очень много, учтите, о-очень, – заметил Павел Панфнутьевич и наморщил лоб. – Ты явно переработал, – бросил старик. – Тебе же говорят, чем он будет платить. А монтер путей сказал одновременно со стариком, и потому не услышал его: – Я знаю. Во-вторых, мне нужен небольшой участок земли среди леса, где немного людей и тихо, но откуда можно быстро добраться до центра; этот участок должен быть уже с домиком, в котором сразу можно поселиться и уютно жить. В дверь постучали, и Павел Панфнутьевич крикнул: – Заходите, заходите. В дверном проеме появилась четырехэтажная тележка, уставленная томами в черных переплетах. По мере того, как тележка закатывалась внутрь, судя по выражению лица монтера путей, он все больше поражался ее длине, а хозяина, тоже судя по выражению лица, все больше охватывала тихая эйфория. Через минуту или две показался в проеме крепкий черноволосый мужчина в светлом костюме и синем галстуке в полоску, сосредоточенно толкавший тележку. Оставив огромный шкаф на колесиках в метре от кофейного столика, он молча удалился… 3. …солнце близилось к закату, кроны сосен за окном окрасились ярко-оранжевым, в кабинете становилось все темнее, пока в какой-то момент весь потолок не засветился теплым матовым светом. На кофейном столике вновь дымился кофе, а также стояла бутылка ликера и конфеты. Павел Панфнутьевич дотронулся до своего элегантного, приятно переливающегося серебристыми бликами белого галстука и произнес негромко: «Заберите, пожалуйста, мои предложения по Москве». К этому времени десяток толстых кожаных томов перекочевал с полок четырехэтажной тележки на край просторного красноватого письменного стола. В следующую секунду после приказа Павла Панфнутьевича в кабинете появился крепкий черноволосый мужчина и потащил тележку. Тележка стала медленно исчезать в проеме двери. Монтер путей наслаждался сладким густым ликером вишневого цвета, лохматый старик в рваной телогрейке Сергей Константинович с недовольным видом дымил и запивал теперь (извлеченным из какой-то особенно глубокой прорехи в телогрейке) пивом «Окское экстра», о котором монтеру путей было известно только что это главный напиток Нижегородских бомжей благодаря своей демократичной цене. Павел Панфнутьевич молча прихлебывал кофе. Когда дверь закрылась, он оставил кофе, потер ладони и обратился к монтеру путей: – Что ж, первую часть можно считать завершенной. Теперь по второму пункту – у меня есть для вас одно чрезвычайно интересное предложение. С этими словами он поднялся, обошел огромный письменный стол, на котором спокойно мог бы уместиться советский лимузин «Чайка», откатил в сторону кожаное кресло на колесиках и, присев на корточки, возился некоторое время. Он встал, уже держа в руках очередной кожаный том, и вернулся к кофейному столику. – Есть замечательный участок земли, который, кажется, идеально подходит вам, – с этими словами он протянул монтеру путей томик и принялся рассказывать, поражая клиента цепкостью памяти: – Я купил его у Тимирязевской Академии в пору, когда у них были серьезные финансовые проблемы. Это пятнадцать соток на окраине Тимирязевского парка, рядом с улицей Вучетича. Прямо напротив опытно-научной базы. На этой базе разводят голубей и пчел, иногда появляются аспиранты и что-то пишут в свои блокноты. По весне в парке случается «праздник древонасаждения», приезжают грузовики с молодыми елками, собираются студенты, роют ямы вдоль дорог парка и рассаживают эти елки… Монтер путей листал, тем временем, книжку в кожаном переплете. Уже привыкший к странной манере делопроизводства в отношении каждого участка земли и каждого объекта недвижимости, принятой у Павла Панфнутьевича, он пропустил обширный список так называемых «ответственных лиц» за этот участок, среди которых значились, например, некто Сиф, Енос и Малелеил. Пропустил он и первые сто страниц, наполненные датами, именами князей и полководцев, пропустил он также описание тектонических и климатических особенностей, благо для томов со всей увезенной тележки они был одинаковы, перебросил полсотни совсем непонятных страниц, испещренных математическими символами и с минуту недоуменно глядел на первую же фотографию. Потом перебил Павла Панфнутьевича: – Вы предлагаете мне вот этот участок, поросший бурьяном и с торчащими из земли металлическими остовами парников? – Что вы, что вы! – дружелюбно проворковал Павел Панфнутьевич, удивленно подергивая щеками и бровями, сел рядом с монтером путей на диванчик и перевернул страницу своими плотными короткими пальцами. – Если вы решитесь на покупку, то приехав туда, вы обнаружите совершенно другой вид… Во-от… та-а-ко…ой – протянул он, будто человек, проваливающийся в сон после трех суток не смыкая глаз. Монтер путей вглядывался в чистый белый разворот книжки. Чем дольше он смотрел, тем больше черных штришков проступало на бумаге. Наметился невысокий заборчик-штакетник, несколько облепиховых и сливовых деревьев, кусты, мощеная дорожка и ровный газон, два домика, один побольше – обычный дачный домик – и другой поменьше, так что лучше назвать его большим элегантным сараем. Черно-белые контуры стали наполняться красками… Старик неприязненно покосился на Павла Панфнутьевича, водившего пальцем в воздухе над проступающим рисунком, затушил окурок о подлокотник дивана, достал новую сигарету и стал раздраженно мять ее. Монтер путей со все большим восхищением смотрел на картинку, а Павел Панфнутьевич говорил вкрадчиво: – Тихо и спокойно, совсем не слышно машин, охрана опытной базы и близко не подпускает шпану, отличный выезд: сто метров по гравийной дорожке, и вы на тихой улице Вучетича, отсюда полторы минуты на машине до метро Тимирязевская, четыре минуты до Динамо или до Савеловской, а оттуда сразу выход на третье кольцо и в центр. Ухоженный газон, приятные облепиховые деревья. Интересная особенность – целых два дачных домика, бок о бок. Старик теперь неподвижно глядел на Павла Панфнутьевича, нахмурив брови. – Да, да, – проговорил монтер путей. – Мне очень нравится вот этот маленький коричневый домик с шиферной крышей. Такой уютный. Высокое крыльцо, маленькое окошко на чердаке. Великолепный. Я всегда любил малюсенькие дачные домики. – Соглашусь, – со снисходительным выражением настоящего знатока ответил Павел Панфнутьевич. – Это настоящий шедевр, уверен, в этом домике вам очень… – Знай меру, – грубо крикнул на него старик. – Играть надо по правилам. Давай рассказывай все как есть. – Так… – растерянно поднял глаза Павел Панфнутьевич. – Так там же в приложении все сказано. – Рассказывай все как есть, – еще более сурово сказал старик. – А мне дай почитать приложение. – Хорошо… Вот, – Павел Панфнутьевич открыл последнюю страницу и протянул книжку старику. – А может… может… вы… прямо все? совсем все?! – стал мямлить он, то надувая слегка желваки, то подергивая бровями, то прищуриваясь. Лицо растрепанного старика вспыхнуло бешенством, он швырнул недокуренную сигарету в Павла Панфнутьевича. Та попала бизнесмену по уху и полетела дальше, разбрасывая искры, ударилась о гранитную композицию с юношей, собакой и осьминогом, шлепнулась на пол и потухла. – Окурок! – яростно крикнул старик. – Я сказал, говори все как есть и только посмей мне тут юлить! И дай мне лупу, я не могу разобрать, что тут написано у тебя в приложении… впрочем, не надо, у меня самого есть, – он залез в телогрейку через прореху на спине в районе поясницы, долго там копался и извлек лупу с деревянным ободком. Монтер путей все это время удивленно переводил взгляд то на Павла Панфнутьевича, то на взбешенного старика, принявшегося теперь через лупу изучать приложение. – Хо-хорошо, – заикнулся смущенно Павел Панфнутьевич. – Видите ли, уважаемый монтер путей… – начал он любезно и сделал чудовищную паузу. – В этом домике… в этот домик не стоит… – Ты что несешь, а? – встрял старик. – Что значит «не стоит»? Я сказал – говори как есть. Павел Панфнутьевич, выдвинул вперед подбородок, сжал губы и насупился. – Видите ли, – заговорил он, сделав над собой усилие, – в этот домик вам нельзя заходить ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах. Не заходите на его крыльцо. Не стойте рядом с ним. Даже в другом конце сада опасайтесь поворачиваться к нему спиной. Не стоит смотреть на него дольше нескольких секунд. Лучше вообще не смотрите на него. Монтер путей широко открыл глаза и спросил изумленно: – А там что – кто-нибудь живет? – Кто-нибудь там живет, – зловеще произнес «надежный риэлтер». – Если это можно так назвать, – тихо добавил Сергей Константинович Стало ясно слышаться тиканье часов над дверью. Сейчас лохматый старик в драной телогрейке и обвисших кальсонах, с табачной крошкой и пивной пеной в бороде, напоминал, покуривая свою сигарету, самого сказочного Гэндальфа в широкополой шляпе, с трубкой в зубах, опирающегося на резной посох и напряженно думающего о судьбах Средиземья. Помолчав, старик добавил: – Также не советую оставлять ценные вещи в пределах двух-трех метров от него. Иногда на него нападает беспокойство, он ерзает, ползает и подъедает все, что лежит в непосредственной близости. – А что будет, если… – но монтеру путей не дали договорить. Павел Панфнутьевич нежно произнес: «Замолчите, замолчите, так будет лучше» и успокоительно похлопал его по ляжке. А Сергей Константинович просто рявкнул: «А ну заткнулся!» – Но в целом вы будете в безопасности. Кроме оговорки относительно этого коричневого домика, нет никаких ограничений, – поспешил разрядить обстановку Павел Панфнутьевич. – Ты опять юлишь! – сделал ему замечание старик. – Безопасно там только внутри большого домика, и то если закрыты окна и заперта дверь. И еще, монтер путей, мой совет. Ложась спать, не забирайтесь там под одеяло. Из-под одеяла они еще никого не выпускали. На лице Павла Панфнутьевича теперь было написано отчаяние, а монтер путей пребывал в совершеннейшей растерянности. – Впрочем, – безнадежно проговорил риэлтер, – мы можем попробовать подобрать для вас другой участок, без таких… хм… особенностей. – Нет-нет! – неожиданно воскликнул монтер путей. – Это очень, очень интересно. Это забавно, это игра, испытание, вызов… моему теперешнему безграничному и неиссякаемому могуществу. Знаете, я беру этот участок. Дорого он стоит? Реакция бизнесмена была неожиданной. Он засмеялся, да так, что папироса в зубах седого кудрявого старика погасла, громадный письменный стол вздрогнул и подпрыгнул, гром раскатился по небу и ветерок причесал вершины сосен за окном, солнце вдруг завалилось за горизонт. Он смеялся долго. Пока он смеялся, кофе в кофейнике остыл, папки на столе покрылись пылью, старик поседел окончательно, и его телогрейка развалилась на отдельные клочки ваты. Смех вмещал в себя целые исторические эпохи, в нем растворилось ветхозаветное Пятикнижие, он прорезал насквозь геологические эоны и витал теперь где-то среди обширной туманности, в центре которой потихоньку разгоралось наше Солнце. – Ржать, блин, хорош, – остановил его Сергей Константинович, снова прикурил и поправил на себе телогрейку; табачный дымок в красных лучах тлевшего над самым горизонтом солнца волшебно переливался и казался жидким. – Вопрос тебе задали, так отвечай, давай. – Понимаете, мой дорогой, – утирая слезу белоснежным платочком, однако уступавшим непревзойденному галстуку в белизне, прохрипел Павел Панфнутьевич. – В качестве платы вы отдаете часть своего неиссякаемого и безграничного могущества. Никто не определит, насколько это много. А вы спрашиваете – дорого ли… Павел Панфнутьевич на этих словах уже кашлянул и рассмеялся бы обязательно, если бы старик не встал и не тряхнул его за плечо: – Успокойся и давай по делу. – Да-да, хорошо, – согласился риэлтер, собрал кожу на лбу в три большие складки, побарабанил себя ладонями по коленям и добавил отрешенно: – Да. Он не без хвастливости обратился к монтеру путей: – Вы знаете, я профессионал. У меня огромный опыт. Я знаю свой бизнес идеально. У меня все схвачено, поэтому вы уже сегодня можете въезжать на свой участок и проводить операции с той недвижимостью, – он указал пальцем на черные как смоль кожаные папки. – От вас мне нужно только ваше искреннее душевное согласие на проведение сделки. – А паспорт? – спросил монтер путей без особого удивления. – Даже паспорт не нужен? – Конечно же, нужен. А также свидетельство о рождении, страховой полис, военный билет, трудовая книжка, ИНН и нотариальная доверенность на ваше неиссякаемое могущество, – бизнесмен в белом галстуке позволил себе слегка засмеяться, потом добавил: – Ничего не нужно. Главное, чтобы вы были искренне убеждены, что совершаете выгодную, нужную вам сделку. – Я в этом уверен. – Тогда я вас поздравляю, – Павел Панфнутьевич встал с дивана и протянул монтеру путей руку. После рукопожатия он проводил гостей до самого крыльца. – До свидания, господа. Всегда рад снова встретиться с вами. А сегодня – счастливо и спокойной ночи… да… – слегка растерялся он, – особенно вам… вам… – обратился он к монтеру путей, – спокойной ночи. Двое – безобразно одетый старик и молодой человек, уже снова в сером плаще, а не в плюшевых тапочках – вышли в вечернюю прохладу. – Скажите, Сергей Константинович, почему вы так вызывающе вели себя с этим человеком, прожгли ему диван окурками, накричали на него, а он даже не… – А вы по какому праву тут ко мне обращаетесь? – перебил его старик. – Кто вы такой вообще. Я не знаю, кто вы такой. Отойдите от меня, торгаш. Он запахнул телогрейку и быстрыми размашистыми шагами направился по тропинке к воротам в сопровождении крепкого черноволосого мужчины. Другой крепкий мужчина тронул за плечо стоявшего с открытым ртом монтера путей, сказав: – Господин монтер путей, пойдемте со мной. Павел Панфнутьевич приготовил для вас подарок. Он глубоко уважает вас и ценит возможность сотрудничать с вами. Мужчина отвел его в подземный гараж. Подарком оказался черный Lincoln Continental Mark

Что-то неладное творится в Сент-Сити. Маги один за другим гибнут от руки неведомого преступника. Следы ведут в школу «Риггер-холл», с которой у некромантки Данте Валентайн связаны не самые приятные воспоминания. Вместе со своим бывшим возлюбленным Джейсоном она начинает расследование.

Один из самых ярких мистических сериалов последних лет выводит на сцену новую культовую героиню – опытную некромантку и отчаянного борца с разной нечистью Данте Валентайн!

Воспоминания полезли в голову на грани яви и сна. За окном царила ночная совсем ещё темень. На часах было около пяти утра. Сначала я вяло подумал, что это Вселенная сна втирается в явь, не желая сдавать позиции, и долго вдавливал лицо в подушку. А перед глазами всплывали эти тускло-зелёные змеи… Они вплелись в толстые стебли плюща на фасаде дома. Я заходил в эту дверь уже тысячи раз — стоял у парадного, доставал ключ, заглядывал в почтовый ящик, изредка даже нажимал кнопку звонка, протягивая руку прямо туда, где на расстоянии каких-нибудь тридцати сантиметров жили, вплетясь телом в плющ, незаметные, скрытые змеи. Вчера я их увидел. Они открылись мне разом, небольшие гадюки с мудрыми злыми глазами. Они тихо шипели, сдвигаясь. Мы давно уже здесь, говорили они, не иллюзия мы, не сошёл ты с ума. Ты нас просто впервые увидел. Смотри, не сглупи, не затей ничего. Мы давно тебя знаем. Мы пребудем здесь после тебя.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Козлов Николай Иванович, родился 13.05.1953 года в г. Богородицке Тульской области, где проживает по настоящее время.

После окончания средней школы проходил службу в отдельном разведдивизионе Советской Армии в г. Ивано-Франковске в Украине.

Затем работал на предприятиях в своем родном городе.

С 1982 года по 2002 год работал в должности следователя, старшего следователя, начальника следственного отделения в Богородицком РОВД УВД Тульской области.

В 1996 году окончил юридический институт МВД РФ по специальности правоведение.

С 2002 года по настоящее время работает адвокатом. В свободное время пишет стихи и прозу.

Женат, имеет двух детей и одного любимого внука.

Долгожданное продолжение легендарного цикла Вадима Панова «Анклавы»!

Грандиозный эксперимент на станции «Наукома» вызвал на Земле разрушительную Катастрофу. Столб чистой энергии устремился в Космос и прошил планету насквозь. Рухнули горные хребты, реки повернули вспять, изменились очертания материков, погибли миллионы людей – такой оказалась цена человечества за доступ к Новым Мирам. Уцелевшие и вновь созданные государства сошлись в ожесточенной схватке за наследство погибшей цивилизации. И за доступ к Станции. А людям остается только выживать кто как может. По отдаленным сибирским деревням разъезжают бандиты на вездеходах и заготавливают мясо, не разбирая – где чье… Юной Варваре пришлось стать невольной свидетельницей страшной гибели своей бабушки, от которой девушке достался необыкновенный дар… Наемник Илья Вебер по заданию неведомых заказчиков стремится пробиться далеко на север, чтобы раскрыть зловещий секрет станции «Куэн Као». А президент Республики Сибирь Ростислав Гиляров пытается найти компромисс между потребностями страны и неослабным давлением китайских соседей…

Цикл «Анклавы» Вадима Панова продолжается!

Катастрофа, вызванная грандиозным экспериментом на станции «Наукома», превратила восточную часть Африки в цепь островов. В водах этого свежеиспеченного архипелага заблудился атомный танкер «Хеллеспонт Стар». Тем временем надзиратели и заключенные так называемой «Африки» – «Исправительного учреждения №123», – тюрьмы, которая принадлежала когда-то Службе Безопасности Анклавов, пытаются выжить на одном из пустынных островов Африканского моря. На раздробленном Катастрофой материке не хватает элементарного, поэтому огромный танкер, на беду экипажа пристыковавшийся к Тюремному острову, оказался для бывших зэков лакомой добычей. В эпицентре этих событий оказались корабельный инженер Виктор Куцев и бывший редактор Сергей Звездецкий, получивший в тюрьме кличку Гамми. Им предстояло не только выжить в сердце Кенийского архипелага, но и проникнуть в тайну сверхсекретного проекта «Сапсан»…

Сборник сказок: Бедный Гнедко, Городок в Табакерке, Житель Афонской горы, Мороз Иванович, О четырех глухих, Отрывки из журнала Маши, Разбитый кувшин, Столяр, Червячок, Шарманщик, Анекдоты о муравьях, Серебряный рубль, Сиротинка, Два дерева