Дитя Всех святых. Перстень со львом

Европа, XIV век. Под вой волков в последний час ночи Всех святых в одном из французских замков рождается мальчик. По поверьям, дети, рожденные в этот час, перед самой заутреней, получают благословение Всех святых и живут сто лет… В этот же день, 1 ноября 1337 года, в Париже посланец английского короля объявляет войну Франции. Эта война продлится сто лет и войдет в легенды…

Отрывок из произведения:

Мне понадобилось восемь лет, чтобы рассказать о ста годах жизни Франсуа де Вивре. Изначальный замысел был прост: родившись в день объявления Столетней войны, Франсуа проживет целый век и станет свидетелем самого долгого военного конфликта в наглей истории.

Но исполнение этого замысла оказалось труднее, чем я предполагал. Желая использовать как можно больше документов, я обнаружил, что некоторые из них малодоступны. (В частности, неопубликованные медицинские труды о безумии Карла VI отсутствуют в Национальной библиотеке.)

Другие книги автора Жан-Франсуа Намьяс

Родившемуся в ночь Всех святых 1337 года Франсуа де Вивре обещана исключительная судьба: он проживет целый век. По иронии судьбы, это столетие вместило войну, которую позже назовут Столетней…

В январе 1423 года Франсуа исполнилось восемьдесят шесть. После множества рыцарских подвигов он занялся алхимией, пытаясь постичь высшую мудрость. Он знает, что ему осталось прожить лишь четырнадцать лет, но надеется увидеть освобожденную от англичан Францию. Ведь хотя захваченная англичанами и их союзниками бургундцами страна стоит на краю гибели, Жанна д'Арк пробудила в сердцах его соотечественников безумную надежду.

XIV век, Франция. Герою романа, рожденному в последний час ночи Всех святых, предсказано, что он проживет сто лет. И все эти сто лет по пятам за ним будет идти смерть. Она будет преследовать его во Франции и Англии, которые ведут войну, в Италии, где он отстаивает честь семьи на «божьем суде», и чуть не настигнет его, когда он попадет в плен к сарацинам.

Популярные книги в жанре Исторические приключения

Глава I

— Эй, какого Черта вы топчетесь

у этой паршивой двери? Высаживайте ее с налета! Уж не мне ли помочь вам в этом?

— Не… не… поддается… никак… леди капитан…

— Тысяча чертей!.. Дубовая… словно крепостная…

— Плечами ее не взять, леди капитан…

— Мозгами берите, пока я не раскроила ваши дурацкие черепа! Гарри! Боб! Джим! Эй, кто там еще? Валите мачту и выбивайте ею эту проклятую дверь! Сами не могли додуматься, умники? И живо у меня! Я из вас быстро хмель повышибаю! Что, работать разучились? Уж не подучить ли кое-кого вот этими штуками? Бью без промаха, вы меня знаете, черт вас всех возьми! Ну! Еще! Еще! Еще! Вот так-то, птенчики мои! А ну, залетай вовнутрь!

Эль Борак по заданию своего нанимателя отправляется в город разбойников, окруженный неприступными скалами. Его ожидает «теплый прием» и смерть от лап огромной обезьяны, но ведь Стремительного еще никто не побеждал!

Агнес встречается со своим другом Этьеном. Они слышат стук копыт и думают, что это явился ненавистный Рено де Валенс. Агнес стреляет во всадника, но попадает в лошадь. Но всадником оказывается не де Валенс, а куртизанка Франсуаза де Фуа. Она просит друзей помочь ей.

В. Ю. Лещенко

Серебро закамское. Серия «Библиотека путешествий и приключений». Выпуск 43. Пермское книжное издательство, 1974.

124 с.

Повесть рассказывает о том, как серебряные изделия сасанидов могли попасть в деревни Прикамья — за тысячи километров от мест изготовления.

http://publ.lib.ru/publib.html

Красивые люди, прекрасные чувства, благородные поступки — все это есть в книге. А еще — мистика, предсказания, вещие сны — такие реальные, как сама жизнь, и реальность похожая на сказку. А также — проклятие замка Саттон, которое настигает каждое новое поколение его владельцев; исторические персонажи — такие странные, будто рожденные фантазией автора, и вымышленные герои — такие живые и настоящие, из плоти и крови.

И в центре повествования — прекрасная женщина, созданная для любви и живущая во имя любви.

Повесть об ученом лекаре, маге и чародее пане Твардовском, который жил в XVI веке, продал душу дьяволу, сотворил многие чудеса, улетел на Луну и стал героем польских легенд.

«– Вот Эльбрус, – сказал мне казак-извозчик, указывая плетью налево, когда приближался я к Кисловодску; и в самом деле, Кавказ, дотоле задернутый завесою туманов, открылся передо мною во всей дикой красоте, в грозном своем величии.

Сначала трудно было распознать снега его с грядою белых облаков, на нем лежащих; но вдруг дунул ветер – тучи сдвинулись, склубились и полетели, расторгаясь о зубчатые верхи…»

Роман «Серапионовы братья» знаменитого немецкого писателя-романтика Э.Т.А. Гофмана (1776–1822) — цикл повествований, объединенный обрамляющей историей молодых литераторов — Серапионовых братьев. Невероятные события, вампиры, некроманты, загадочные красавицы оживают на страницах книги, которая вот уже более 70-и лет полностью не издавалась в русском переводе.

Живописец Сальватор Роза, прибыв в Рим, слег в лихорадке и едва не испустил дух, но молодой хирург Антонио вырвал его из когтей смерти. Проникшись дружескими чувствами, художник начал помогать молодому человеку в творчестве  и в любовных делах.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Этот роман является продолжением романа Александра Говорова «Последние Каролинги» и в нем действуют следующие персонажи, созданные а.Говоровым:

ЭД, в настоящее время – король Западно-Франкского государства. Считается незаконным сыном принцессы Аделаиды из рода Каролингов и герцога Роберта Сильного. В действительности – сын колдуньи и интриганки Лалиевры по прозванию Заячья Губа, и неизвестного отца.

АЗАРИКА, по прозвищу Оборотень. Приемная дочь чернокнижника Одвина. Родители неизвестны. Под именем Озрика училась в монастырской школе св. Эриберта, затем служила в дружине Эда в качестве его оруженосца, получила рыцарское звание.

Иван Фёдорович Наживин (1874—1940) — один из интереснейших писателей нашего века. Начав с «толстовства», на собственном опыте испытал «свободу, равенство и братство», вкусил плодов той бури, в подготовке которой принимал участие, видел «правду» белых и красных, в эмиграции создал целый ряд исторических романов, пытаясь осмыслить истоки увиденного им воочию.

Во второй том вошли романы «Иудей» и «Глаголют стяги».

Исторический роман X века

Точно ветер пробежал по огромной, пёстрой толпе:

— Аполлоний… Аполлоний…

На ступени огромного белого храма Артемиды Эфесской, считавшегося одним из чудес света, — это его поджёг Герострат, чтобы прославиться, — медлительно поднялась высокая, величавая фигура с посохом из виноградной лозы в руке. Длинные светлые волосы падали по плечам. Прекрасный, одухотворённый лик был бы немножко суров, пожалуй, если бы его не смягчали мягкие, полные света глаза. Они были напоены думой, но иногда, изредка, в них проступала затаённая грусть, которую Аполлоний спешил спрятать — даже как будто и от самого себя. Возраст Аполлония определить было трудно: мужественная красота его просто заставляла забыть о нем. И величественный, многоколонный храм ещё более подчёркивал белое видение, вдруг вставшее над толпой, сбежавшейся со всех сторон, чтобы послушать знаменитого проповедника, и смотревшей теперь на него со всех сторон восхищёнными глазами.

Иван Федорович Наживин (1874—1940) — один из интереснейших писателей нашего века. Начав с «толстовства», на собственном опыте испытал «свободу, равенство и братство», вкусил плодов той бури, в подготовке которой принимал участие, видел «правду» белых и красных, в эмиграции создал целый ряд исторических романов, пытаясь осмыслить истоки увиденного им воочию.