Дикари и робинзоны

Рисунок М. Тарабукиной

Мои знакомые — биолог Олег Григорьев и журналист Олег Гаврилов — задумали путешествие по Мане под кодовым названием «Операция «Козерог».

— Олеги! — взмолился я, узнав о их плане. — Возьмите с собой. Турист я вроде бывалый — не подведу.

При слове «турист» приятели поморщились, будто раздавили во рту по клюквине…

— Извини, — сказал Олег Гаврилов, — но с большинством туристов мы не сходимся. Сказать пооткровеннее, недолюбливаем эту братию…

Рекомендуем почитать

Лес синел былинной тучей за зеленью болотных сосняков. Синел, как тысячи лет назад, когда на этих же багульниковых болотах еще слышался крик последних мамонтов, и олень с достоинством древнего величия выходил пастись на сухие пустоши, — там и теперь желтеет к исходу весны яркий веселый дрок. Пустоши с дроком — и нет оленей, и уж совсем мало осталось таких лесов. Плотно глухой и нерубленный, живущий сам по себе своей углубленной жизнью, оставался таким, как было все до человека: непредгаданно и преходяще, вечно подчинено одному неслышно текущему времени, — и не верилось, глядя в его покой, в облака над ним, в небо, которое казалось там особенно вещим и вечным, не верилось, что всего в полусотне верст к востоку растет и дышит многоэтажный людской Вавилон — городище-громадина, ввысь и вширь устремляющийся батареями этажей, эстакадами электричек, закопченными спинами заводов, бетоном дорог и горбами мостов, площадями и улицами, где навечно заковывалась земная плоть и вздымалась иная, бетонно-кирпичная, навсегда обреченная прислушиваться к городскому шуму.

«Все не тек хорошо, как хотелось бы, однако не так плохо, как кажется», — подумал Хмелевский, подходя к скважине. После теплого сна колючие порывы ветра с хлопьями мокрого снега были особенно неприятны.

Дверь укрытия заскрипела, словно жалуясь на неприютную жизнь, и пропустила Сергея внутрь. Первый, кого он увидел, был Пуркин — на круглом краснощеком лице выделялся сливообразный нос, а голубые глаза с белыми ресницами улыбались. Валенки, подшитые автомобильной покрышкой, косолапо потаптывали на одном месте.

Рисунки С. Сухова

В ту весну мы работали в Итурупе, самом крупном из островов Курильской гряды. Времени было в обрез. А тут пошли затяжные дожди, и мы застряли в поселке на севере острова.

Вместе с нами коротали время три геолога У них имелась машина, и они согласились взять нас до города Курильска, куда нам нужно было попасть позарез.

На четвертый день дождь кончился, и мы пустились в дорогу через весь остров.

Езда в кузове грузовика по весенней дороге — пытка неописуемая, хотя за много лет работы на Дальнем Востоке насмотрелся всяких дорог. Особенно неуютно чувствовали мы себя на крутых и долгих подъемах. Одолеть их с ходу не могла даже сильная машина с двумя ведущими мостами. Чтобы облегчить путь, на обочине устроены небольшие площадки. Машина поднималась чуть выше такой площадки, потом сдавала назад. Отдохнув, набравшись сил, ревя мотором от натуги, она карабкалась наверх. Езда небезопасная — сзади площадка почти всегда оканчивалась обрывом.

Другие книги автора Юрий Михайлович Чернов

Поэт и прозаик Юрий Чернов знаком читателям по сборникам стихов и историческим повестям «Верное сердце Фрама», «Любимый цвет — красный», «Земля и звезды». Не ставя перед собой задачу осветить всю историю легендарного корабля в предлагаемой вниманию читателей книге, автор художественно отобразил важнейшие этапы героической судьбы крейсера революции и его героев. Читатель найдет в книге главы о выдающейся роли «Авроры» в дни Великой Октябрьской социалистической революции, страницы об участии крейсера в Цусимском сражении, в Отечественной войне. Книга дополнена новыми материалами.

Без аннотации. Юрий Чернов принадлежит к поколению, встретившему свое совершеннолетие в окопах Великой Отечественной войны. Новая повесть писателя «Земля и звезды» рассказывает о жизни выдающегося русского революционера и астронома П. К. Штернберга.

Маленькая повесть о собаке Георгия Седова, о последней экспедиции знаменитого исследователя Севера к полюсу.

Популярные книги в жанре Современная проза

Ежи Анджеевский (1909—1983) — один из наиболее значительных прозаиков современной Польши. Главная тема его произведений — поиск истинных духовных ценностей в жизни человека. Проза его вызывает споры, побуждает к дискуссиям, но она всегда отмечена глубиной и неоднозначностью философских посылок, новизной художественных решений. 

В центре внимания человек, который, благодаря невероятному стечению обстоятельств, получил в собственность остров в Тихом океане. Здесь герой и вместе с ним такие же изгои, как и он, обрели внезапную и полную свободу. Впервые они смогли жить так, как им хочется, хотя со стороны такая жизнь может показаться нелепой и смешной. Оказалось, что в мире есть могущественнейшие силы, которые не могут смириться с «бесхозностью» людей и островов. Но у людей «дна» неожиданно обнаружилась гордость. Горстке островитян приходится отстаивать свое право на одиночество.

О чем эта книга?

Мы будем абсолютно правы, если скажем, что она о молодом человеке, имеющем все атрибуты успешной жизни – красавицу-жену, умных детей, прекрасную работу в МИДе, перспективы карьерного роста, верных друзей, но вдруг, в 30 лет, понявшем, что все не то и не так. Понявшем, что его единственное призвание – давать любовь окружающим! Казалось бы, что может быть благороднее такой жизненной цели? Однако наш герой отдает женщинам любовь плотскую, самую что ни на есть греховную, и оттого зачастую продажную, низменную и все же одновременно и возвышающую, очищающую, лишенную корысти…

Но мы будем также абсолютно правы, если скажем, что эта книга совершенно о другом о нашем одиночестве в этом мире, о невозможности понимания даже между самыми близкими людьми, о том, что каждый из нас в одиночку ищет смысл жизни, но никому еще не удавалось найти его…

И все-таки если Бог есть Любовь, то поиски смысла жизни не безнадежны.

70-е годы 20 века. В Германии идут съёмки фильма про Гитлера. Актёр, исполнитель главной роли слишком глубоко вживается в роль и начинает представлять себя Адольфом Гитлером.

Олег Чувакин

Чёрные снежинки, лиловые волосы

1

Её имя очень взрослое — Антонина, а я зову её коротко: Тоша.

Коротко ей не нравится, а я всё равно зову.

Я и Тоша, мы гитаристы. Мы учимся заочно в училище искусств и ведём в музыкальных школах классы гитары. Тоша совсем молодая заочница, ей едва исполнилось восемнадцать. Я уже отслужил в армии.

В музыкальном мире гитаристы — изгои. Отщепенцы, на которых криво, снисходительно поглядывают снобы-преподаватели: баянисты или аккордеонисты. Аккордеонисты считают, что гитара — это Булат Окуджава или Владимир Высоцкий, а заносчивые баянисты пропускают академические концерты гитаристов.

 В нашей заполошной жизни так хочется чего-нибудь сказочного, доброго.

В тысяча девятьсот пятьдесят восьмом году, в феврале, я сошел с прилетевшего из Варшавы самолета в аэропорту Орли. В кармане у меня лежало восемь долларов; мне было двадцать четыре года; я был автором опубликованного сборника рассказов и двух книг, которые печатать отказались. Правда, я был лауреатом Премии книгоиздателей: ее мне вручили за несколько недель до отъезда. И еще одно: меня объявили человеком конченым, который уже никогда ничего не напишет. Как я сказал, было мне тогда двадцать четыре года — люди, со сноровкой профессиональных могильщиков поспешившие меня похоронить, были по меньшей мере на тридцать лет старше. Адольф Рудницкий где-то написал, что самое модное направление в польской литературе — оплевывание и уничтожение. Тот же Адольф Рудницкий, когда я опубликовал свой первый рассказ, спросил: «Друзья-писатели уже говорят вам, что вы кончились?» «Почему?» — удивился я. «Потому что, — сказал Рудницкий, — когда я выпустил «Крыс», свою первую книжку, Кароль Ижиковский при встрече прежде всего спросил: «Коллеги уже говорят вам, что вы кончились?»

Париж, 1940 год. Оккупированный нацистами город, кажется, изменился навсегда. Но для трех девушек, работниц швейной мастерской, жизнь все еще продолжается. Каждая из них бережно хранит свои секреты: Мирей сражается на стороне Сопротивления, Клэр тайно встречается с немецким офицером, а Вивьен вовлечена в дело, подробности которого не может раскрыть даже самым близким друзьям.

Спустя несколько поколений внучка Клэр, Гарриет, возвращается в Париж. Она отчаянно хочет воссоединиться с прошлым своей семьи. Ей еще предстоит узнать правду, которая окажется намного страшнее, чем она себе представляла. По крупицам она восстановит историю о мужестве, дружбе, стойкости и верности. Историю обыкновенных людей, вынужденных совершать необыкновенные поступки в суровое военное время.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ей 13 лет. Она живет обычной жизнью. Но однажды вечером все изменится. Ее ждут вампиры, тролли, упыри, кикиморы и… страшное зло, которое притаилось совсем рядом…

Ощущали ли Вы когда-нибудь Пустоту, настолько давящую, что каждый вздох отдает огнем в легких? Видели Темноту, столь ослепительную, что руки сами тянуться выцарапать глаза? Слышали Тишину, способную заглушить крики мучительной агонии умирающего? Нет?.. Тогда вы не знаете, что значит быть нами. Что значит быть кагэми. (Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.)

Таня – обычная студентка филфака, каких много в городе Питере. С одной стороны. С другой – она нечисть, редкого вида, и в друзьях у нее нимфы, дриады, водяные, лешие, и даже сатир есть. А еще два демона, которые твердо намерены каждый заполучить скромную феечку только для того, чтобы стать ее первым мужчиной. Банально, казалось бы? Ни Димка с Максом, ни Таня не представляли, к чему приведет противостояние в их треугольнике и чем закончатся попытки избежать судьбы…

Все мы крепки задним умом и свои просчеты видим, только когда неприятности накрывают нас с головой. Вот так и Алиса, лишь оказавшись запертой в четырех стенах без надежды на освобождение, осознала, сколько ошибок наделала. Но разве это повод сложить руки и покорно ждать своей участи? Нет! И пусть враг Сфинкса – а теперь и ее личный враг – силен и обоснованно не считает девушку достойным противником, но и она способна на сюрпризы. А потому ей хватит сил не сломаться и сыграть в новую игру. Чтобы выжить и победить.