Диармайд. Зимняя сказка

Кто видел, как женщина привинчивает дверную ручку?

Никто не видел?

Ваше счастье.

Потому что разъяренная женщина, которая показывает полупьяной бригаде ремонтников, как привинчивать дверную ручку, – зрелище совершенно адреналиновое. Особенно если она сама проделывает это впервые в жизни.

Ее длинная шуба метет подолом по грязюке слоем в пять сантиметров; пряди, нарочно выпущенные из высокой прически, свесились и лезут в глаза и в рот, потому что женщина стоит у двери, извините, раком и орудует, бормоча всякие странные вещи; ремонтники напрягают слух, пытаясь уловить родную матерную тему, но это что-то другое…

Другие книги автора Далия Мейеровна Трускиновская

Первый роман цикла «Государевы конюхи».

…И вот она уже стояла в плаще перед дверью, с сумкой и зонтиком. А поскольку в последнее время жизнь ее не баловала, Ксения заранее представляла себе не то приятное, что связано с дождем – свежий воздух, к примеру, – а исключительно неприятное – брызги на колготках, промоченные ноги, насморк и прочее. Шлепать по лужам к остановке, распихивать в троллейбусе мокрые спины… брр… Вот открыть бы дверь – и сразу оказаться в родном отделе, в тепле и сухости… Открывая дверь, Ксения действительно внутренним взором видела свой отдел, четыре стола, составленные попарно, китайскую розу на подоконнике, облупленный шкаф и Еремееву, которая всегда приходит первой. На Еремеевой почему-то было модное джинсовое платье, хотя для пятидесяти дет это, мягко говоря, странный наряд. Ксения перешагнула порог и вместо лестничной клетки увидела перед собой комнату с четырьмя столами и китайской розой, а также Еремееву в джинсовке…

Второй роман цикла «Государевы конюхи».

Второй роман из цикла «Архаровцы». Николай Архаров и его молодцы должны в кратчайшие сроки отыскать в Москве банду карточных шулеров, открывших подпольное игральное заведение…

Что может объединить столь разных людей, как культурист, артист разговорного жанра, православный священник и ведьма? Пожалуй, только мистика…

Лев Толстой с помощниками сочиняет «Войну и мир», тем самым меняя реальную историю… Русские махолеты с воздуха атакуют самобеглые повозки Нея под Смоленском… Гусар садится играть в карты с чертом, а ставка – пропуск канонерок по реке для удара… Кто лучше для девушки из двадцать первого века: ее ровесник и современник, или старый гусар, чья невеста еще не родилась?.. Фантасты создают свою версию войны Двенадцатого года – в ней иные подробности, иные победы и поражения, но неизменно одно – верность Долгу и Отечеству.

Известно, что балет родился в Италии в XVI веке. Вначале это были танцевальные сценки и эпизоды в музыкальных и оперных представлениях. Во Франции, привезенный из Италии, новый жанр становится частью придворной театральной культуры и превращается в пышные торжественные зрелища, основу которых составляют народные и придворные танцы, входившие в старинную сюиту. Второе свое рождение балет пережил во второй половине XVIII века благодаря реформам французского балетмейстера Жана Новера, который создал новый вид балетных спектаклей.

Новая книга серии рассказывает о ста наиболее знаменитых и прославленных мастерах мирового балета.

Рига начала XIX века — скучная провинция Российской империи, населенная немецкими бюргерами, русскими купцами и латышскими крестьянами. Иван Андреевич Крылов — еще не знаменитый баснописец, но подающий надежды честолюбивый литератор — вынужден растрачивать молодые годы на государевой службе. Однако у Крылова есть другая, менее известная страсть — карты.

Поиски места, где идет Большая Игра, приводят Ивана Андреевича к некой таинственной француженке, графине де Гаше. Она называет себя ученицей великого Калиостро, знает толк в ядах и, кажется, владеет гипнозом. Графиня связана с компанией шулеров, о ее происхождении и планах доподлинно ничего неизвестно. Однако людей, попавших в сферу ее интересов, находят отравленными или считают пропавшими без вести.

Гениальный баснописец и гениальная авантюристка. Пересечение их судеб становится продолжением одной невероятной, но правдивой истории.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Старуха не кричала. Надрывалась, стерва…

— Ва-а-а-ся-я-я!!!!!!

Аркадий приостановился, глянул вверх.

— Никак, опять засклерозило? Какой к чёрту Вася?! А Петю не надо?! Старая крокодила… Я думал, ей мерседец пришёл, а она вон как орёт! Тьфу, чтоб я ещё раз связался с ненормальными!..

Аркадий катился вниз по ступенькам, пыхтя, как взломщик-неудачник… Снова засада…

А ведь как благородно всё начиналось!

Это сон, по горячим следам записанный на бумагу.

Что произойдет, если криминальная братва перенесет свои разборки в виртуал? Может ли рисунок на кафельной плитке угрожать существованию всего человечества? Как использовать кошек для предотвращения глобальной катастрофы, гиббонов – для коррекции кармы, а левый глаз – для перемещения в иные реальности? Ответы на эти вопросы вы найдете в произведениях популярного писателя Андрея Плеханова.

Это – история Любви, в которой был всего один взгляд. Акварельный очерк о несбывшемся. Одновременно это история семидесятилетней жизни женщины-королевы. От ее детства до смерти. И немножко дальше…

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Восемь лет — достаточный срок, чтобы невезение превратилось в образ жизни, И нельзя сказать, что эта жизнь заслуживает драматического эпитета “несчастная”. Все-таки несчастье и невезение — вещи разные. В том смысле, что отсутствие счастья еще не есть несчастье. Однако рано или поздно наступает момент, когда ты уже ничего не ждешь от судьбы. Ни хорошего, ни плохого. И потому немножко успокаиваешься. Обретаешь душевное равновесие. Конечно, оно далеко от совершенства, то и дело ты поддаешься ярости и чувству собственной никчемности. Все-таки трудно отказаться от надежды — этой последней из пакостей, выскочивших на волю из шкатулки Пандоры. И всякий раз после всплеска надежды, ничем не обоснованного, кроме отсутствия какой бы то ни было пищи для нее, в душе некоторое время царит полный упадок. Хочется даже не смерти.., а просто чтобы твой мучитель вышел наконец из теней и представился и поделился своими планами в отношении твоей скромной персоны. И ты даже призываешь его — как правило, очень наивно. Например, переходишь улицу на красный свет. Так сказать, искушаешь судьбу.

Мир был плоским, солнце опускалось за его край, тонуло в суше и море, оставляя только кораллово-красную полоску. В вышине божественная свинья рожала звезды, одна за другой они скользили по вечернему небосклону и оседали, чтобы спокойно мерцать до зари. Внизу лежал город, знаменитый тем, что его юность растянулась почти на триста лет. А над городом стояла женщина, стояла с таким видом, будто все на свете — город, небо, звезды, весь мир — лежит на серебряной сети, которую она держала в изящных руках.

Нет христианского города, где не празднуют Масленицу – хоть и говорят, что празник этот противен истинному благочестию. И, может быть, нигде в империи масленицу не отмечали так истово, как в Лауде. Но в первый день праздника сохранялось подобие красоты и даже, некоторым образом, благообразия. По главным улицам города двигалась процессия, открываемая герольдами, разодетыми в нарядные одежды, дующими в длинные трубы, украшенные бахромой и мишурой, и восседавшими на лошадях, крытых длинными пестрыми попонами. Далее черти и дикари влекли огромный корабль на колесах, на палубе которого комедианты представляли различные аллегорические сцены. А в самом шествии принимали участие не только все корпорации, цехи и гильдии города – даже дворяне, в особенности молодые, не считали для себя зазорным к нему присоединиться.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Произведения Д. Трускиновской – остросюжетные колоритные повести, захватывающие превосходным сочетанием напряженной интриги, парадоксального построения и особого, нетрадиционного способа изложения. Интересные характеры, необычайные обстоятельствадействий, юмор и наблюдательность автора доставят читателю немало приятных минут.

Роман «Несусветный эскадрон» – историческая фантазия на тему войны 1812 года.

Не было на Земле места, где бы не распространялось авторское право. На все. На пословицы, сюжетные ходы, названия, имена, знаки пунктуации… Авторские права покупали, получали в наследство. Охрана авторского права кормила немало народу, и кормила неплохо. Аристарх Брусницын тоже подвизался на этом поприще.

Мы поняли это на берегу обманного озера – с ним, с Лосем, неладно. Что такое обманное озеро для отряда, который тащится, как вошь по шубе, вымотанный и уже проклинающий свою добычу, объяснять, наверно, не надо. Переправившись в начале похода, мы оставили на берегу лодки, мы спрятали их в камышах и рассчитывали, что теперь потихоньку-полегоньку поплывем домой, не прикладывая ни малейших усилий. То есть кто-то, конечно, сядет на весла, но прочие-то отдохнут!..