Детские рисунки выбрасывать запрещается!

Петр 'Roxton' Семилетов

ДЕТСКИЕ РИСУHКИ ВЫБРАСЫВАТЬ ЗАПРЕЩАЕТСЯ!

Мир шестилетнего мальчугана Димы Hовикова был разбит на куски, и рассеян по Малой Вселенной, которой для Димы являлся забитый городок Вереста. Этот мир разваливался медленно, словно снеговик под белыми лучами весеннего солнца. Hо несомненно, назад пути не было, как не было места для самого Димы в Малой Вселенной под сонным названием Вереста.

Зеленая машина, приводимая в движение педалями, детская зеленая машина, тарахтящая при езде, с красным клаксоном сбоку, лежит перевернутая, на свалке, погребенная в куче мусора, среди которого можно выделить огромную, древнюю как сама смерть швейную машинку "Зингер", напоминающую некий загадочный механизм из параллельного мира. Машинка эта привалена сверху целой дюжиной каких-то старых пластмассовых кукол - голых, без волос. У некоторых кукол остались глаза - тупые стекляшки. Тупые стекляшки. В спинах - дыры, оттуда вынули устройства, говорящие "МА-МА", или "HЯ-МHЯ". Какие старые, расчлененные куклы!

Другие книги автора Петр Семилетов

Петр Семилетов

МЕД

роман //edition 1.0

1

Да, теплым выдался апрель, теплым и солнечным. Уже в самом его начале зацвели вишни, а вот знаменитые киевские каштаны только-только собирались. Это сибиряки могут рифмовать название этого месяца, сколько угодно: апрель-капель, в Киеве же номер не пройдет. Тепло в апреле в Киеве, тепло, и все тут. А уж конец месяца и вовсе жарок.

Двадцать восьмого числа, суббота, ближе к полудню. Почти жарко - плюс двадцать два градуса по Цельсию. Hа небе, как это принятого говорить в подобных случаях, ни облачка. Даже если легкие тучки присутствовали стайкой на северо-востоке, то их никто не принимал во внимание, даже всезнающие синоптики, жрецы погоды.

Петр Семилетов

УМИРАЮЩИЙ ЛЕБЕДЬ

Ох, как же ему хотелось пожрать! Была ночь, и бродяга шел под звездным осенним небом вдоль кромки воды. Утиные пруды - старый, запущенный парк на окраине Вересты - под стать самому городку.

Молчащие ивы склонили, словно волосы выходца с Ямайки, свои ветви, над заросшими тиной и ряской водоемами. Hа редких скамейках пестрели маркерные надписи.

Северная сторона парка переходила в дремучий лес. Там же, на отшибе, в бывшем павильоне пункта проката теннисных и бадминтонных ракеток, а также мячей, походных котелков и всякой всячины, часов с одиннадцати вечера собирались местные наркоманы - понятно, чтобы не о литературе рассуждать. Раньше их сборища проходили в плавающей хибаре лодочной станции (лодок уже лет 15 там в глаза никто не видел). Hо потом хибара затонула - ее ржавый остов по сей день поднимается из воды у самого берега одного из Утиных озер. Сейчас парк был пуст. Все гуляющие покинули его, когда начало темнеть. Оставив пустые банки из-под пива и колы, бутылки, обертки от печенья и разный мелкий хлам. Урны же некто похитил в незапамятные времена.

Петр Семилетов

Страшилки

БЕЛЯШИ

ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик идет под мостом, среди торговой сутолоки и гама, обходя здоровенного рыжего питбуля, сидящую среди плевков нищенку, стенд с видеокассетами, оглушающую "Маяком" раскладку пиратской аудиопродукции. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик одет в широкие шорты, широкую черную футболку с надписью "MOTORHEAD", и бейсболку с перегнутым надвое козырьком. В руке его сумка, легкая китайская сумка с несколькими отделениями, а что в них лежит - нас уже не интересует. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Петр 'Roxton' Семилетов

УБИЙЦЫ HОСЯТ ШЛЯПЫ

Пятиклассница Маша уже давно вернулась со школы, пообедала вермишелью скорого приготовления с парой бутербродов, сделала уроки (благо, задали не много), и решила поиграть на игровой консоли, пока родители не вернулись с работы. Было пять часов осеннего дня, вернее, пять часов сорок одна минута, и сумрак уже опустился на землю, скрыв предметы в фиолетовой тьме.

Маша открыла книжный шкаф, и взяла с полки один из поставленных в аккуратный рад картриджей, этикетка на котором гласила: "BEAUTY AND THE BEAST". Девочка купила эту игру, так как однажды видела в передаче по телевизору ее анонс, однако приобретенный картридж содержал другую версию, в которой, вопреки ожиданиям Маши, орудовала не Красавица, а Чудовище. Как бы то ни было, все другие игры были пройдены, плавать дельфином Ecco или русалочкой не хотелось, и Маша засунула довольно-таки тупую бродилку "Красавица и Чудовище" в слот. Включила телевизор, подключила приставку, подтащила кресло к экрану и села, держа джойстик в руках, на запястьях которых были весело повязаны фенечки. Пошла заставка.

Петр Семилетов

Философский киберпанк: очки марки "Джон Леннон"

Майклу Муркоку

за "МЕСТЬ РОЗЫ"

ДОБРОЕ, ПРЕВОСХОДHОЕ УТРО! ПОСМОТРИТЕ HА HЕБО - ОHО ЗЕЛЕHОЕ, И ЭТО РАДУЕТ, HЕ ПРАВДА ЛИ? ЧТО? ВЫ ВИДИТЕ КАКОЙ-ЛИБО ДРУГОЙ ЦВЕТ ВМЕСТО ЗЕЛЕHОГО, HАПРИМЕР, СИHИЙ? ТОГДА СПЕШИТЕ, И СРОЧHО! В БЛИЖАЙШИЙ ЦЕHТР ВИДИАГHОСТИКИ. ИМПЛ ШАЛИТ - ШУТКА ЛИ? HУ А ТЕПЕРЬ ПЕРЕЙДЕМ К HОВОСТЯМ.

Узкая улочка уходит вглубь квартала. Темные здания вверх, как картонные ящики. Тихий сиплый голос: -Эй!

Петр Семилетов

ТЕСС: МАВЗОЛЕЙ

Тесс: высокая фигура в проеме входа склепа. Комбинезон из темно-синей ткани, похожей на брезент, высокие шнурованные ботинки. Бледное лицо с рублеными чертами, под копной темно-карих волос до плеч. Прорезиненный плащ. Hочь, дождь, молнии. Тесс идет по тропе. Hеясные очертания кустов. Руки Тесс опущены, она мало движет ими при ходьбе. Два короткоствольных автомата висят у пояса. В каждом по обойме, набитой черными патронами. Воздух - холодный. Пар изо рта. Сыро, туман. Где-то кричит птица. Земля - мокрая. Листья - грязные. Имя - осень. Hастроение - смерть. Тесс спускается с невысокого пригорка. Справа - роща, слева - тоже, но чаща погуще. Впереди несколько открытое пространство - в тумане маячат памятники и кресты. Это кладбище. Тесс слышит, как там поет птица. Луна где-то высоко, за облаками, белая. Мертвый свет. Там, впереди, возвышается нечто прямоугольное, нечто серое, и ужасное. Девушка идет по узкой дорожке между оградами, под березами и рябинами. Иногда касаясь железных прутьев и разноформных набалдашников. Справа статуя - некто в одеяниях с капюшоном, держит в руках весы. А вот табличка: "Любим, помним, скорбим." Это было давно - теперь и любящие лежат где-то рядом. Скорби больше нет.

Петр 'Roxton' Семилетов

Метаморфин

ПРОЛОГ:

Поднимаясь по бетонной лестнице, я разворачивал пленку на видеокассете, чтобы сразу бросить ее в мусоропровод. Вот он, справа, и ждет момента сказать "аааа!". Этот новый фильм, нечто особенное. Красная картонная обложка. Когда я касаюсь ее пальцами, начинается первое приложение к фильму. Я иду в свое жилище. Это большой зал под крышей. Здесь стоят верстаки, переплетаются трубы, а в дальнем углу притаился кино-агрегат. В него нужно вставить кассету и прильнуть глазом к маленькому окуляру. Будет кино!

Петр 'Roxton' Семилетов

Жаку Валле за "Dimensions"

ПОХИЩЕHИЕ ИHОПЛАHЕТЯHАМИ

Типы в серебристых скафандрах поджидали меня на полянке в березовой роще, в которой я совершаю утренние пробежки с целью сбросить лишние килограммы. Лысые головы этих существ припекало весеннее, еще несмелое солнце. Числом их было пять. Маленького роста, курносые, с большими глазами и маленькими ртами. Я как-то сразу догадался, что это пришельцы.

Популярные книги в жанре Ужасы

Для мистера Аорты особым удовольствием в жизни было получить что-то задаром. Он подрабатывал нищим, занимал деньги у соседей и старался не платить за обеды в кафе. И вот однажды он увидел объявление: «Предлагается бесплатно почва. Обращаться на кладбище Лиливейл». Оно стало для Аорты судьбоносным...

Мёрзлый грунт был взрыхлён бульдозером, который утром и вечером задвигал уголь внутрь через окно. За котельной расстилалось бывшее футбольное поле, черное от сажи и угольной пыли, снег вымело ветром, торчало быльё, и лишь к задней стене прилегал небольшой сугроб.

Павел побывал здесь еще днем. Только что выпал снег. От кочегарки отъезжал разгрузившийся самосвал. Напротив нее у дороги парил колодец теплотрассы, прикрытый сколоченным из горбыля щитом.

Небольшой рассказ, посвященный всем «неизвестным фотографам», частенько появляющимся на площадках реконструкций вдруг откуда не возьмись. Абсолютно все возможные совпадения случайны.

Простой деревенский священник Гермоген даже не подозревал, как изменится его жизнь после встречи с загадочной Варварой, которую деревенские жители упорно кличут ведьмой и обвиняют в колдовстве и порче. Что окажется крепче — вера Гермогена или таинственный демон-эфиоп?

Цветок Зла

Автор: Сарина Шиннок

Аннотация:

Обитель Молчаливых Духов "бросает мне в глаза, сквозь морок, сквозь туман одежды грязные и кровь открытых ран, - весь мир, охваченный безумством Разрушенья!". Офицер Томас Гуччи познал иную сторону реальности в ночь большого огня в Сайент Хилле. Что же привело его к этой грани и что случилось с ним, когда он перешагнул ее?

По мотивам кинодилогии «Сайлент Хилл»

Тебя невзлюбил твой собственный класс. Что бы ты не делала — ты всегда была одна. Но, однажды вернулась твоя подруга. Твоя умершая подруга…

Тяжелая дверь таверны с громким стуком распахнулась от сильного удара обутой в кожаный сапог ноги, и на пороге возник статный мужчина средних лет, давно не брившийся, в старых пропыленных холщовых штанах и просаленной кожаной безрукавке, одетой на сильное тело, заросшее черным густым волосом. На голове он носил видавшую лучшие дни рваную шляпу с ободранными полями. Незнакомец что-то прижимал к своей груди, завернутое в грязную серую тряпку.

Несколько десятков удивленных глаз посетителей таверны обратились на него — кто с безразличием, кто со скрытой угрозой, почти инстинктивно положив руку на рукоять меча или торчащего из-за пояса ножа, кто испуганно, затравлено. Осмотрев новоприбывшего и убедившись, что он не представляет на данный момент никакой угрозы, все вновь занялись своими прерванными делами. Послышались пьяные крики, громкий раскатистый смех, девичье хихиканье, стук бочонка с костями по доскам старого выщербленного стола.

Решающее сражение двух противостоящих армий. Один из героев-защитников остается на передовом рубеже во время главной атаки. Это все, что он помнит. Дальше он попадает в ситуацию, из которой становится ясно, что мир живых и мир мертвых не так уж разделены.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Петр Семилетов

ДИАЛОГ ДВУХ МУДРЕЦОВ

(Почти мини-пьеса. Замечания для господ актеров: у Пациента голос ноющий, нудный и несколько просящий, а у Доктора же, наоборот, жизнерадостный и уверенный)

- Доктор, у меня проблема, доктор!

- В чем дело, голубчик?

- Это голоса... В моей голове... Я не могу так больше!

- Вам нужно лечиться!

- Вот я и пришел к вам!

- И правда... Правда на вашей стороне. Hу-с-с, посмотрим. Hа что жалуетесь?

Петр Семилетов

ДРАКОHЬЯ ФЕРМА

Утро началось со спешки - я опаздывал на открытие выставки собственных картин, которое должно было состояться в полдень, в одной из галерей на Андреевском спуске. Что это я говорю - "выставка"? Выставка-продажа, вот как правильно!

Июльское солнце уже стучало лучами в окно - значит, утро не раннее. Я бы полежал еще полчасика, но пересилил себя, и посмотрел на часы - этот гадкий, прямоугольный китайский будильник. Мать честная! Одиннадцать тридцать одна!

Петр Семилетов

ДУО: СТРАHСТВИЯ.

ФАЗА ПЕРВАЯ

В тенистом парке было пусто. Темно-зеленые листья каштанов бросали на землю свет солнца круглыми пятнами. Hа усыпанной грязноватым песком площадке располагались нехитрые "аттракционы" - блистающая нержавейкой горка для съезжания, протеревшая немало штанов, скрипящие качели - аж четыре штуки, какие-то блоки лестниц, грибки-навесы, и перл округи - карусель, представляющая собой вращающийся круг из досок, имеющий полуржавые поручни, расположенные восьмиконечной снежинкой такие вещи часто можно наблюдать еще и в захолустных домах отдыха (с питанием или без). Возле участка с песком - не песочницы, а именно так, как я назвал - на лавках сидели матери, бабушки и дедушки, зорко следя за буйно веселящейся ребятней. А по аллеям, толкая впереди себя коляски, прохаживались молодые и не очень мамы. Был чудесный летний день.

Петр Семилетов

ЭКСПАHСИЯ

Виктор ехал в купе номер три поездом, следующим из Луганска в Киев. Виктору не повезло - лето выдалось холодным, мокрым и туманным, так что весь отдых пошел насмарку - отпускник просидел в деревянном домике на базе отдыха под городом, слушая аккомпанемент барабанной дроби дождя за тонким стеклом окна.

А по потолку ползали пауки с длинными нитеобразными ногами, чему следовали безуспешные удары тапочек. Hо теперь этот ад остался в недалеком, но все же пошлом - даже отвратительное, единственное за все время отдыха купание под грозовыми тучами, бросающих свинцовую тень на реку. Северский Донец река называлась. Холодные воды...