Десять пожеланий на новое тысячелетие

Станислав Лем

Десять пожеланий на новое тысячелетие

1. Чтобы каждый мог иметь на голове за ухом кнопку, нажатие которой обеспечивало бы наступление великолепной погоды до самого горизонта. К сожалению, если две особы, пребывающие в одной и той же местности, будут иметь разные представления о том, какой должна быть великолепная погода, это может привести к непредсказуемым последствиям, например, в виде смерча.

2. Чтобы было изобретено абсолютно бескалорийное средство, которое каждому было бы по вкусу. После поедания пирожных, печенья, тортов, зельца, изготовленных из этого средства, тучные особы будут худеть, так как оно будет высасывать из них калории.

Другие книги автора Станислав Лем

Роман "Солярис" был в основном написан летом 1959 года; закончен после годичного перерыва, в июне 1960. Книга вышла в свет в 1961 г. - Lem S. Solaris. Warszawa: Wydawnictwo Ministerstwa Oborony Narodowej, 1961.

В сборник входит роман «Непобедимый» и цикл рассказов «Кибериада».

Крейсер «Непобедимый» совершает посадку на пустынную и ничем не примечательную планету Рерис III. Жизнь существует только в океане, по неизвестной людям причине так и не выбравшись на сушу…

Целью экспедиции является выяснение обстоятельств исчезновение звездолета год назад на этой планете, который не вышел на связь несколько часов спустя после посадки.

Экспедиция обнаруживает, что на планете существует особая жизнь, рожденная эволюцией инопланетных машин, миллионы лет назад волей судьбы оказавшихся на этой планете.

Сборник приключений известных на всю галактику изобретателей, инженеров-конструкторов и мировых раздолбаев Трурля и Клапауция. Не смотря на то, что главные герои живут и работают в мире роботов (коими сами и являются), проблемы, которые им приходится решать, весьма свойственны каждому человеку и цивилизации людей в целом. Хотя повествование историй «идет» в форме сказок, общие выводы в каждом рассказе имеют глубокий философский смысл, а вопросы, над которыми автор заставляет задуматься, адресованы скорее взрослым, нежели детям.

Крылатая фраза Станислава Лема «Среди звезд нас ждет Неизвестное» нашла художественное воплощение в самых значительных романах писателя 1960 годов, где представлены различные варианты контакта с иными, абсолютно непохожими на земную, космическими цивилизациями. Лем сумел зримо представить необычные образцы внеземной разумной жизни, в «Эдеме» - это жертвы неудачной попытки биологической реконструкции.

Роман «Возвращение со звезд» – одно из самых ярких, красивых и необычных произведений Станислава Лема, смело сочетающее в себе черты утопической и антиутопической НФ. Сюжет его, внешне простой, под гениальным пером писателя превращается в изысканную и глубокую философскую притчу о человеке, обладающем четким пониманием «нормальных» морально-этических представлений – и оказавшемся в мире, где запрет на насилие стал фактически запретом на человечность…

— Отличная посадка.

Человек, сказавший эти слова, не глядел на пилота, стоявшего перед ним в скафандре, со шлемом под мышкой. По круглому залу диспетчерской, с подковой пультов в центре, человек прошел к стеклянной стене и уставился на внушительный — даже на расстоянии — цилиндр корабля, обгоревший у дюз. Из них еще сочилась на бетон черная жижа. Второй диспетчер — широкоплечий, в берете, обтягивающем лысый череп, — пустил ленты записи на перемотку и, пока бобины крутились, углом неподвижного глаза, как птица, косил на прибывшего. Не снимая наушников, он сидел перед беспорядочно мигающими мониторами.

«Сумма технологии» подвела итог классической эпохе исследования Будущего. В своей книге Станислав Лем провел уникальный и смелый технологический анализ цивилизаций. Он проанализировал возможности возникновения принципиально новых групп научных дисциплин и полностью отказался от простых экстраполяционных построений Будущего. Написанная почти сорок лет назад книга нисколько не устарела и является классикой футурологии.

Роман Станислава Лема «Солярис» — шедевр жанра научной фантастики, в котором писатель предугадал главную проблему нашей цивилизации: огромный разрыв между высочайшим уровнем научной и технической мысли и моральным развитием человека. Что готовят нам грядущие встречи с иными мирами? Что способны им принести даже лучшие из нас? Ответы на эти вопросы пытаются найти герои романа, вступившие в контакт с разумными существами иного мира.

«На гигантском осколке метеорита, таком черном, будто на нем запекся мрак бездны, в которой он кружил нескончаемые века, лежал навзничь человек. Днем этот упавший колосс виден из самых отдаленных пунктов города. Обломок ракетного оперения пронзает его грудь. Сейчас, в отблесках зарева отдаленного города, гигант утратил свои очертания. Складки его каменного скафандра темнели, как расселины скалы. Человеческой была лишь голова - огромная, тяжело закинутая назад, касающаяся виском выпуклой поверхности камня».

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Полагаю, дело самих читателей, а также критиков-рецензентов оценивать новую книгу — в меру собственных основательности и вкуса разбирать ее особенности, отмечать достоинства, вскрывать явные и неявные просчеты, словом — дифференцировать, чтобы потом вывести интеграл…

Полагаю также, в данном случае нет особой нужды и в том, чтобы дотошно перечислять достижения, приводить полностью «послужной список» автора книги, которую вы держите в руках. Те, кого по-настоящему интересует фантастика, и без моей подсказки вспомнят другие его книги. Многочисленные публикации в коллективных сборниках, альманахах и журналах, а возможно, даже и то, что писатель Андрей Балабуха охотно выступает и в роли критика: в соавторстве — и без оного — им написаны десятки статей, обзоров, предисловий и послесловий к книгам других писателей-фантастов.

Главный герой антивоенного романа «Самосожжение», московский социолог Тихомиров, оказавшись в заграничной командировке, проводит своеобразное исследование духовного состояния западного общества.

Семьдесят два жетона на семь дней.

Много это или мало? Смотря как считать. Много, если тратить их только на необходимое питание. И мало, бесконечно мало, если ты впервые очутился на воле и тебя со всех сторон окружают жгучие соблазны большого города.

После долгих лет сурового режима Базы, запрограммированных и незапрограммированных опасностей, после непрерывных учебных тревог почти неправдоподобное блаженство шумных улиц, бодрящий гам переполненных увеселительных заведений, и в любое из них, имея жетоны, можно войти; взобраться, скажем, на вертушку и поглощать – нет, не виски, к которому Кросби был равнодушен, а дьявольски интересную информацию.

Незамеченной инвалидная коляска остаться не могла. Подгоняемая размеренными движениями рук в кожаных перчатках, она со скрипом катилась через холл. Конечно, входить в здание министерства разрешено всем, однако слишком уж выделялся сидевший в ней бедный калека в толпе лощеных, гладко выбритых, хорошо одетых чиновников.

Увидев инвалида, Рольняк пробормотал некое слово, а стоявший рядом с ним Рогочки плотнее сжал губы. Потом тихий звонок оповестил о прибытии лифта, и они поспешно вошли в кабину.

Хино разглядывал лежащую перед ним фотографию, и чем больше он её разглядывал, тем большее недоумение отражалось на его лице.

— Ну, что я могу сказать?… Обычная фотография, плоское изображение. Самая заурядная из всех, какие мне приходилось видеть… И этот кусочек картона имеет какое-то отношение к предстоящему изысканию?

— Самое прямое! Ведь это единственное, чем мы располагаем для начала расследования, иными словами, единственная улика, — сказал начальник изыскательного отдела, и его глаза, и без того узкие, сузились ещё больше.

Звонок в дверь раздался, когда Цинтия, проводив мужа на работу, заканчивала мыть посуду после завтрака.

«Кто бы это мог быть?» – удивилась она, вытирая руки о передник. Почтальон? Или очередной рекламный агент? В последнее время эти коммивояжеры стали такими нахальными – готовы просочиться в любую щель, чтобы всучить тебе никому не нужный товар!..

Сынишки в гостиной не было, наверное, поднялся в свою комнату. Пересекая гостиную, Цинтия на секунду задержалась, чтобы поднять с пола пластиковую доску с магнитными буквами и цифрами. Опять Ольф бросил все как попало! И когда я приучу его к порядку?..

– Спасибо, доктор, – в который уже раз пробубнил мужчина, крепко сжав своей пятерней руку Дейнина. – Вы даже не представляете, как мы вам благодарны!.. Правда, Маша?

Женщина, уделявшая все внимание своей ноше в виде продолговатого свертка из одеяльца, перехваченного синей лентой, обратила к мужчинам залитое слезами лицо и с энтузиазмом закивала. Ей явно не хватало слов, чтобы выразить обуревавшие ее эмоции.

Дейнин осторожно высвободил затекшую кисть из стальной хватки собеседника и, опустив руку в карман халата, где у него всегда лежал пропитанный дезинфекционной жидкостью тампон, сказал:

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Станислав Лем

Дорога без возврата

Я долго сопротивлялся собственной компьютеризации. Когда появился компьютер, то нужно уже было оснастить его печатающим устройством. Компьютер потребовал установки модема. Факс появился рядом, как-то по необходимости и мимоходом. Это, собственно, и есть дорога, с которой нет возврата. Начало невинно и приносит с собой новые удобства. Продолжение не является входом в ад, но если ад существует, то он наверняка компьютеризован.

Станислав Лем

Душа из машины

Я уже много раз утверждал, что из становящейся сегодня глобальной сети связи вместе с ее узлами-компьютерами никогда ни одна искра Божия, как след разумного, понимающего сознания, не появится, но тут мне приходит на ум концепция, достаточно еретическая относительно взглядов сегодняшнего дня, что (как мне, по крайней мере, кажется) стоит ею заняться. Но надо начать "от печки".

Мы имеем все улучшающиеся результаты исследований деятельности мозга, хотя это вовсе не означает, что они достаточно хорошие. С помощью "посредников", каковыми могут быть введенные в систему кровообращения безвредные изотопы, или благодаря процедуре, называемой "PET" (речь идет о поиске мест активности мозга при помощи элементарных частиц, но не будем о подробностях (позитронах), потому что тщательное рассмотрение этих методик "проникновения в мозг" слишком легко может увести нас от темы "ДУША В МАШИНЕ"), сегодня можно заметить, что происходит или, точнее говоря, какие места в поверхности коры мозга и в его глубинах становятся активными при выполнении обследуемым различных действий, будь то действия физические (как движение конечностью) или умственные (как вычисления или готовность говорить). Сначала следует отметить в общем, что каждое действие, инициируемое мозгом и управляемое им (других нашему телу известно немного, и они, как, например, регуляция иммунной устойчивости при вторжении болезнетворных тел, также зависят самым различным образом от мозга, точнее, от центральной нервной системы вместе со спинным мозгом), в буквальном смысле состоит из общей работы различных полей коры мозга и нейронно-клеточных полей, при этом обычно речь идет об очень сложном взаимодействии, даже при совершении самых простых действий. Если мы, например, наблюдаем игру в бильярд, мы видим фон (внутренний вид комнаты или зала, покрытый зеленым сукном бильярдный стол), а также, скажем, два последних шара, один из которых, белый, должен по другому, красному, ударить или забить его (по правилам данной игры) в лунку в углу стола. (Всю эту ситуацию мы познаем как единое целое, потому что все, что я выше описал, вместе со, скажем, фрагментарно замечаемыми особами игроков, представляется нам нераздельно, поскольку у нас нет впечатления, что наше наблюдение является какой-то созданной мозгом и динамично изменяемой конструкцией). В это время выполняется большинство функций мозга, что подтверждают возможные последствия несчастных случаев (которые, например, приводят к тому, что мы утрачиваем способность восприятия цвета, в результате чего все, о чем говорилось выше, мы видим, но только в черно-белом цвете, как в старом фильме). Потому что, оказывается, восприятием цвета заведует центр в одном полушарии мозга, что стереоскопическое восприятие (в трех измерениях) требует очень сложной работы зрительных и околозрительных центров обоих полушарий мозга, что "по дороге" (невральной) импульсы, бегущие от сетчатки обоих глаз, стремятся к "более центральным" пунктам через перекресток "со стрелочником" (chiasma opticum), благодаря чему, nota bene, даже самое простое зрительное действие является сложным, ибо мы по опыту знаем, что можно видеть (это норма) сознательно, а также можно смотреть, не осознавая этого. Также и отдельные группы нейронов заняты восприятием движений. Таким образом все накладывается друг на друга, и так удачно, что без проведения специальных экспериментов мы не имели бы и малейшего понятия о том, что de facto происходит в голове. В последнее время, однако, удалось убедиться, что люди, владеющие различными языками (или видами одного и того же языка - это выявлено японцами) "пользуются" системами, которые мне бы хотелось назвать "нейровейниками" (по аналогии с муравейниками, потому что всегда тысячи нейронов кооперируются как муравьи), которые располагаются совсем в разных областях мозга. Кроме того, известно, что структурой характера заведуют, в основном, внутренние поверхности лобовых долей там, где они почти соприкасаются между собой, и что эти самые доли заняты "производством" целей и желанием достижения этих целей. В скобках добавлю, что в последнее время у шимпанзе, которые не могут владеть языком и не могут ему научиться, в левой височной части коры головного мозга обнаружены своего рода сгустки нейронов, в том месте, где через приблизительно пять миллионов лет у человека сформировался моторный центр, отвечающий за речь - центр Брока. Как и зачем это тогда произошло и почему это каким-то образом возникло на пути развития, неизвестно.

Станислав Лем

Экстелопедия Вестранда

в 44-х Магнитомах

ПРОКЛАМАНКА

Издательство ВЕСТРАНД счастливо предложить Вам, Дорогой (-ая) Читатель (-ница), Подписку на

САМУЮ БУДУЩНОСТНУЮ

из всех когда-либо вышедших в свет Экстелопедий. Если в повседневной текучке Вы не успели еще узнать, что такое Экстелопедия, мы Вам охотно поможем. Традиционные энциклопедии, вошедшие во всеобщее употребление два века тому назад, в семидесятые годы вступили в эпоху Глубокого Кризиса: их содержание устаревало уже на типографском станке. Апцик, то есть автоматизация производственного цикла, не оправдала ожиданий, поскольку невозможно свести к нулю время, необходимое экспертам - авторам Статей. Отставание наиновейших энциклопедий от жизни возрастало с каждым годом; попадая на книжные полки, они сохраняли разве что историческую ценность. Многие Издатели пытались помочь делу публикацией ежегодных, а потом и ежеквартальных Дополнений, но вскоре Дополнения стали превосходить размерами Основное Издание. Очевидная невозможность поспеть за Ускоренным Ходом Цивилизации заставила глубоко призадуматься Издателей вкупе с Авторами.

Станислав Лем

Фальшивое божество технологии

Приведенный ниже текст в большой мере позаимствован из статьи профессионального американского журналиста, напечатанной в "International Herald Tribune" 27 октября 1998 г., и, повторяя за ним мрачные замечания по адресу информационной сети мира, отвечу на часто задаваемые мне вопросы, почему я не являюсь безкритичным энтузиастом столь усовершенствованной системы связи. Как пишет Роберт Каттнер (Robert Kuttner), Microsoft провозгласила два мифа: первый убеждает каждого пользователя сети, что информационная технология усиливает личные возможности. Второй миф представляет Microsoft как благотворительного, нейтрального "помощника" всяческих соединений. Каттнер, опираясь на практику, особенно, но не только, американскую, оспаривает оба этих мифа.