«Деревянный» гороскоп

Юрий Лонго

"ДЕРЕВЯННЫЙ" ГОРОСКОП

Вещие мудрецы Древней Галлии, много времени проводившие в размышлениях среди дремучих лесов, заметили, что одни деревья вылечивали люден и прибавляли им силы, а другие - отбирали. Дуб почитался друидами как священное дерево, и само слово "друиды" означает "люди дуба". В Древней Руси это дерево тоже считалось священным и связывалось с богом грома Перуном. Когда-то в Новгороде стояла статуя Перуна в виде человека с громовым камнем в руке. В его честь и ночью, и днем горел костер из дубовых поленьев.

Другие книги автора Юрий Андреевич Лонго

Каждый человек на протяжении всей своей жизни что-то совершает: занимается умственным или физическим трудом, предается удовольствиям или страдает от лени – и тем самым творит свою судьбу, свою карму.

Данное издание представляет своеобразный экскурс в религиозно-философскую систему Древнего Востока. Индийская школа медитации предлагает не просто метод релаксации, а образ жизни, в процессе которого происходит непрерывное самопознание, появляется умение сонастраиваться с ритмами Духовного Космоса.

Книга научит читателя медитативным практикам исцеления кармы, расскажет о практических приемах и общих принципах ее сохранения в позитивном состоянии.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Упрямый зимний вечер крадучись входит в город и тут же вступает с ним в медленный поединок. Исход этого поединка предрешен заранее, но тем не менее он повторяется изо дня в день. Ночь рождается во дворах и медленно через узкие проходы, переулки, арки выползает на улицы. Где-то за спиной шумит, не сдается проспект — он залит огнями, но со двора в окна домов уже смотрит ночная темень. А высоко над крышами, как над горами, поднимается розовато-оранжевое зарево городской иллюминации. Мутный свет заливает все небо, из-за него совершенно не видно звезд. Но если подышать на оконное стекло, то звездами кажутся окна домов напротив. Исчезая и вспыхивая вновь, они складываются в странные, незнакомые созвездия — каждый вечер новые.

Первоначально это была французская программа, разработки по которой начались еще в 2119 году. Упрощенно говоря, это были попытки воссоздать в виртуальной реальности личности известных исторических людей, или, на худой конец, литературных персонажей. Программа работала с переменным успехом (особенно персонажи знаменитых книг выходили совершенно нежизнеспособными), пока ею не занялись американцы. И вот у них наконец-то получилось создать практически полноценную копию личности знаменитого конкистадора, завоевателя империи Инков Франциско Писарро… И если Писарро получился как живой, то почему не попробовать еще кого-нибудь? Например, Сократа?

Мы летели довольно низко над пересеченной местностью, и прекрасный пассажирский аэроплан порядочно покачивало. Мой сосед, журналист из Вены, Эрвин Лик, крепко «пришитый» к креслу широким ремнем, морщился, разглаживая географическую карту, которая ежеминутно сползала с его колен.

— Новый Мерв. Новый Мерв… Но где же он находится? — спрашивал меня Лик, внимательно разглядывая карту.

Я бросил взгляд на эту карту и рассмеялся. Она имела довольно крупный масштаб, но была издана в 1913 г.

Бузи работал в поте лица. Он натирал сухой, мягкой тряпкой полированную поверхность черного круглого стола. Она давно уже блестела, как зеркало, и Бузи, наклоняясь, видел свою голову — курчавую, черную голову негра, с крупными каплями пота на лбу.

Когда капли угрожали упасть на поверхность стола, Бузи снимал их пальцами и этими же пальцами, мокрыми от пота, проводил по блестящей поверхности цилиндра, стоявшего возле на маленьком столике.

БАБУШКА МОЙРА.

ВАНЯ, 9 лет.

ПЕТЯ, 7 лет.

МАША, 6 лет.

БАБУШКА.

КОТ В САПОГАХ, ТУРЛЫ-МУРЛЫ.

КОТ УЧЕНЫЙ.

Лесные эльфы, лягушки, кузнечики, грибы, слуги Бабушки Мойры.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Ваня, Маша, Петя и Бабушка, потом Кот в сапогах. Детская комната. У задней стены Петина кровать, у левой стены — Машина, у правой — Ванина. Вечер. Горит лампа. Бабушка укладывает детей спать. Ваня и Маша уже раздеты и лежат в кроватках, Петя нехотя раздевается и капризничает.

Двадцать дорожно-строительных роботов и их руководитель, знаменитый робот И-пятнадцатый, организовали какой-то комназпредрас. Роботы, которые входят в этот комназпредрас, возятся с больным главным инженером строительства, развлекают его детей, готовят ему пищу и даже пытаются его лечить.

Взбунтовался робот-ремонтник номер 78. Ему перестала нравиться профессия ремонтника. Для него она недостаточно сложна и трудоёмка. Он хотел бы работать программистом, или водителем звездолёта, или врачом. Позже у робота появилась мания величия, и он стал проповедовать учение Великого Робота.

Любен Дилов (1927) — современный болгарский писатель. Автор сборников рассказов; сборников фантастических новелл, романов «Я помню эту весну» (1964, на русском языке — 1966), «У страха много имен» (1967, на русском языке 1969, 1975) и др.

Содержание:

     Елена прекрасная (рассказ)

     Вся правда о Топси (рассказ)

     Ещё раз о дельфинах (рассказ)

     Накорми орла! (рассказ)

     На поющей планете (рассказ)

     Вперед, человечество! (рассказ)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Н.Лопатин

ИЗУЧЕНИЕ ВОДОЕМА И ПОИСК РЫБЫ

Перед рыболовом, впервые оказавшимся на каком-либо водоеме, возникает вопрос: где искать рыбу? Тот же вопрос возникает и при изменении условий ловли на старых, хорошо разведанных местах. Многие рыболовы жалеют время на поиск стоянок рыбы даже на незнакомых водоемах. И лишь некоторые любители ловли, от природы наделенные наблюдательностью, способны замечать многое, ускользнувшее от внимания других, делать выводы и принимать соответствующие решения. Они, не жалея времени и сил, быстрее других постигают особенности новых водоемов, изучают их рельеф, глубину и грунт дна, характер течения, определяют размещение коряж-ника, топляков и валунов, а также расположение водорослей. Они почти безошибочно определяют местонахождение различных рыб и лучшее время их ловли с учетом всей суммы природных явлений: температуры воды и воздуха, направления и силы ветра, цвета и уровня воды, прилета и отлета птиц, цветения растений, появления насекомых, состояния льда и снега, а также других признаков.

Н.Лопатин

КУМЖА В БЕЛОРУССИИ

Эта красавица, родственница лосося и прародительница форели, стала для Белоруссии редкостью. Многие ихтиологические экспедиции вообще не находили кумжи в пределах республики. В материалах

МосГИДеп (1951 г.) вскользь упоминается: "Нерестилища кумжи расположены в одних местах с лососем" (что для БССР не всегда верно). П. И. Жуков (1958 г.) указывает: "Местное население Принеманья не отличает кумжи от лосося, и лишь при тщательных расспросах рыбаки указывают, что часть вылавливаемых ими лососей бывает обильно покрыта черными пятнами, спускающимися по бокам .почти до брюшка".

Н.Лопатин

ОТВЕСНОЕ БЛЕСНЕНИЕ

Множество городских и сельских рыболовов Белоруссии отдают предпочтение отвесному блеснению, которое по активности действий сродни спиннингу. Традиционные самодельные снасти обычно довольно просты. Можжевеловый удиль-ник длиной до 70 см с мотовильцами, вмещающими до 20 м лески диаметром 0,4 - 0,5 мм, блесна, очень похожая на "облитень", описанный еще Л. П. Сабанеевым, применяется для ловли на глубинах, а пластинка - для ловли на отмелях, называемых у нас "горы". Блесны сельчан отбирались многими поколениями рыболовов и, хотя имеют зачастую нетоварный вид, обладают завидной игрой и уловистостью.

Сергей Лопатин

Эсфирь

Посвящается Н.С.

"There is only one kind of love that lasts - unrequited love."

Woody Allen

Сейчас мне пятьдесят. Тогда было значительно меньше, хотя, как знать. Пятнадцать мне тогда было. Я всегда хотел и хочу, чтобы мне было пятнадцать, и совсем не из-за того, что было у меня в этом возрасте что-то тёплое, о чём мне приятно вспоминать, напротив, и вспоминая что, мысленно возвращаясь к чему, я хотел повторить это во времени, подкрепив фантазию её противоположностью. Нет, возвращаться мне в свои пятнадцать лет вовсе не хотелось, и не было тогда ничего, что бы вызывало тоску у меня сейчас. Прошедшие годы высушили всю живость воспоминаний, как высушивают они какой-нибудь засушенный листок, некогда случайно влетевший в забытую потом книгу - он отдал годам всю жидкость, наполнявшую его когда-то, но, несмотря на это, он оставил для неизвестного эксгуматора его жёлтого трупа в своеобразной исписанной могиле свои очертания, представление о себе, всё самое ненужное, самое неинтересное, но, за неимением остального, почитаемого как подлинное тело уже замученного мной сравнением листка. Так же и мои дни, всё, что было в них, давно куда-то пропало, оставив мне лишь самое пустое понятие о них. Когда мне было пятнадцать, я дико осмеливался представить себе возможность вспомнить события двадцатилетней давности, двадцать лет казались мне таким не переваримым пластом времени, что я с ужасом смотрел на тех, для кого два, три десятка лет были незначительными. Теперь же, когда я вспоминаю себя тридцать пять лет назад, я удивляюсь другому - насколько пустыми были эти прожитые мной годы, насколько разочаровался я в предполагаемом ощущении после прожитых десятков лет. В юности я думал, что буду каким-то ужасно другим, если сумею прожить двадцать, тридцать или сорок лет. Теперь я, конечно, понимаю, что эти мысли были ложными, что я ошибался. Нет, годы никак не сказываются на мне. Я, естественно, говорю не об упругости кожи, не о физических параметрах, но о моём моральном состоянии, о внутренней свободе. Я хочу, чтобы мне было пятнадцать, по крайней мере, хотя бы изложением слов я заставлю казаться этот возраст ни отдалённым временным отрезком, временной вырезкой, я бы сказал, а максимально приближённым ко мне, пятидесятилетнему. Я вспоминаю сейчас этот возраст не потому, что тогда были реализованы все мои желания, не потому, что тогда была сломлена моя судьба, как мнилось мне тогда, но потому, что произошло со мной в мои пятнадцать то, что может быть интересным кому-нибудь.