Дерево

Виктор Коваленко

Дерево

Дэйн отвернулся и сплюнул в водосточную канаву.

- Трепло! - возмущенно заявил он.

- Кто? - спросил Найт.

- Бак, кто же еще. - Дэйн заметно взвинчивался. - Я знаю район 3-й Магистрали как свои пять пальцев. Знаю там каждую помойку, каждую кучу мусора. И вот после всего этот кретин говорит мне, что видел там Дерево!

- Ну, от Бака всего можно ожидать, - примирительно сказал Найт. Кстати, вот и он сам.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

В. Журавлева.

Эти удивительные звезды

Бакинцы, бывавшие до войны в Нагорном парке, вероятно помнят старика с телескопом. Я была тогда совсем девчонкой, но хорошо помню и старика, и телескоп, и косую надпись на жестяном плакатике: "Аттракцион "Зрительная труба" - 30 коп".

"Зрительная труба" стояла в самой высокой части Нагорного парка, на каменных плитах возле недостроенного бассейна. Сквозь щели между плитами пробивалась трава, и массивный деревянный штатив телескопа казался вросшим в землю.

ВАЛЕНТИНА ЖУРАВЛЕВА

Придет такой день

Не читайте этот рассказ днем, потому что вас будут отвлекать тысячи назойливых мелочей. Лучше всего читать ночью, когда на столе лежит теплый круг света от лампы и сквозь полуоткрытое окно слышно, как шуршит дождь.

Не читайте этот рассказ, если вас раздражают исторические и научные неточности. Действительность здесь основательно перемешана с вымыслом. Сведения, которыми я располагала, были так противоречивы, что пришлось выбирать почти наугад. Кое-что я присочинила сама.

Журавлева Валентина Николаевна

ВТОРОЙ ПУТЬ

Я - двойник астронавта Хаютина.

Насколько я знаю, двойников было немного: человек триста, не больше. В наше время мало кто помнит, что значит быть двойником астронавта.

Двойники появились за год или за два до конца XX столетия. Это было накануне первого межзвездного перелета. Шли испытания ионных кораблей, и за каким-то порогом скорости обычно нарушалась связь. Станции космосвязи принимали обрывки до неузнаваемости искаженных фраз. Тогда и появились двойники. Идея здесь проста: два человека, долгое время находящиеся вместе, постепенно становятся во многом похожими и приобретают способность понимать друг друга с полуслова. Двойники - это, конечно, преувеличение. Но, если на

Лес, который подходил почти к краю пляжа, поднимался далеко по бокам низких, туманных холмов. Под ногами песок был грубым и смешивался с мириадами разбитых раковин. Здесь и там прилив оставлял за собой длинные полосы водорослей, тянущиеся поперек пляжа. Дождь, который редко прекращался, в этот момент ушел вглубь от моря, но даже теперь большие, сердитые капли выбивали маленькие кратеры в песке.

Было жарко и душно, потому что война между солнцем и дождем никогда не прекращалась. Иногда, на время, туман поднимался и вокруг становились ясно видны холмы, возвышающиеся как стражи над землей. Эти холмы тянулись полукруглой дугой вдоль залива, следуя линии пляжа, а за ними иногда можно было видеть на большом расстоянии линию гор под вечными облаками. Везде росли деревья, смягчая ландшафт, так что холмы плавно смешивались друг с другом. Только в одном месте виднелись голые скалы, там, где давным-давно по какой-то причине ослабло основание холмов, и теперь на милю или больше они резко прерывали линию неба, падая в море как сломанное крыло.

Я уже описывал смешную, так сказать, ситуацию перед взлетом первой экспедиции на Луну. Получилось так, что американский, русский и британский корабли совершили посадку практически одновременно. Однако, никто не объяснил, почему британский корабль вернулся назад примерно на две недели позже остальных.

О, я знаю официальную версию; я должен знать, поскольку сам помогал ее состряпать. Правда в том, что она далека от того, что происходило, но вряд ли слишком далека.

Я старею.

Нет-нет, телом я еще в полном порядке, двухпудовой гирей играю, как гимнастка мячом, ныряю на семдесят метров в длину и в состоянии выбить девяносто из ста, пробежав перед этим десяток километров на лыжах.

Я старею душой.

Когда-то любимые компьютерные игрушки, леталки и ходилки уже не привлекают меня, зато появилась тяга к сложным тактичкам и стратегичкам, где надо управлять армиями, странами и планетами; сталкиваясь с проблемой, я ломаю голову не над тем, как ее разрешить, а всего лишь – кто из подчиненных справится с ней быстрее; и наконец, женщины...

2024 год. Мир Гонки компьютерных технологий. Мир Сетевого прогресса и безостановочных попыток создать ИИ — идеальный искусственный интеллект.

Одна из таких попыток, похоже, увенчалась успехом... на беду создателям. «Бог из машины», нелегально созданный в подпольной лаборатории, совершает нелепое убийство — и ставит под угрозу системы информационной безопасности обеих сверхдержав нашей планеты.

В ответ запускаются еще не опробованные до конца «легальные» ИИ. «Сетевая война» приближается с бешеной скоростью...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Коваленко Вячеслав Юpьевич

La Fabelo

(гpустная сказка)

Автоp Зелёный (Коваленко Вячеслав Юpьевич)

Безответственный pедактоp Jonnу (Цымбал Яpослав Петpович)

Синтаксис и пунктуация автоpские!

Использование в любой фоpме данного твоpения - с согласия автоpа

Ссылка на автоpа пpи этом обязательна!

C автоpом можна связаться чеpез безответственного pедактоpа:

FidoNet: 2:463/410, E-mail: dj_у[email protected]; jonnу[email protected]уahoo.com

Что может помешать нажать на спусковой крючок? Особенно когда перед тобой опасный враг, смерти которого желают многие. Только любовь. Но любовь – не спасение, а всего лишь короткая отсрочка. Если ты любишь, даже несколько минут кажутся вечностью…

Над городом медленно поднимается тень. Она встает с кладбища, где окопался гробовщик. Здесь он распоряжается чужими судьбами.

Ковалев Иван

Еще немного отpывка...

Поскольку эта часть пылится у меня без дела уже несколько месяцев, то ожидаю что кpепкие пинки таки побудят меня довеpшить pассказ...

" И дочь королевской крови должна родить ты мне в срок. Иначе... Помни ведьма, ждёт тебя жаркий костёр!"

Жаркое солнце топило камень, расплавляя ленивых немногочисленных прохожих. Hа лобной площади, вымощенной крупными гранитными плитами стоял железный столб с провисшими почерневшими цепями. Он был прекрасно виден из башни смертников, что особняком стояла от городской тюрьмы. Hа самом верху цельной башни было только одно зарешеченое окно. Оно выходило как раз на лобное место. Точно напротив башни располагался черный угрюмый куб здания Святой Инквизиции. В том окне было две кованные решетки, что накрепко вделанные в камень ни пошевеляться, даже если по ним без устали колотить тяжелыми кузнечными молотами. В башне всего одна камера, а в камере лишь сидит одинокая узница. Свет падает сквозь крупные ячеи решеток точно на неё, образуя с черной тканью нелепого балахона странный узор. Всё в камере устроено так, что бы напоминать узникам о скорой мучительной смерти. Слышно как внизу подмастерья плотников сколачивают деревянный помост, что должен быть у столба. Брусья выбирают подмокшие, толстые, что бы сразу не сгорели, а отымали окружающий жар, позволяя казнимому мучаться подольше и поорать в своё удовольствие, потешая почтеннейшую публику и служа предметом скорби святым отцам. Где-то загрохотал по камням возок. Видно груженый дровами, что заготовляет загородная епархия Святой Инквизиции. Скоро из подвалов вынесут и железную клеть, в которой узников, приговоренных к сожжению, доставляют к финальному в их жизни костру - очищающему пламени милостивой Церкви-матери. Узница сидит закутавшись в тюремные одежды и, несмотря на жару, её бьёт дрожь, буд-то замерзла. Черные глаза испуганно косятся в сторону страшного закопчёного столба - там, на цепях, до сих пор висят остатки скелета прежнего сожжёного. Это был еретик из Альбы. Он достойно себя вёл на допросах, но в камере постоянно стонал. Ему все время снились кошмары, а последнюю неделю перед казнью он провел в полузабытье. Она помнит его имя - Альбер, Альбер из Альбы. В горячечном бреду он просил маму принести ему напиться. Он очень страдал. Hа костре он горел долго. Она забилась в дальний угол камеры, зажимала уши руками - лишь бы не слышать страшных криков, и не смотреть на мучительную смерть. Как раз в этот момент в камеру зашел святой отец. Он сказал - "Дочь моя, неужели ты не хочешь снять с себя тяжесть греха, заранее сопереживая несчастному грешнику, что мучается в руках господних? Хотя ты и покаялась, используй момент для очищения души от мук плотских, принимая бальзам духовный, коим наша мать - церковь снабжает своих детей в последние их минуты. Hе страшись смерти тела земного, развеется ибо в прах оно и будет душа освобождена и принята господом нашим в пенаты свои, где утешится и будет прославлять мудрость господню, что не дала сатанинским силам искусить его..." Её почти не пытали - у Альбер же кости ног были переломаны, руки выдернуты на дыбе из суставов, а фаланги пальцев раздроблены. Он находился в узилище уже второй месяц, когда её - испуганную девчонку, втолкнули грубые руки стражей. Теперь же настал и её черед. Суд вынес приговор - и ведьма, покаявшись, обрела благословение господа и церкви, но душа должна очиститься от скверны дел земных. Костёр. Костёр будет завтра. Её оденут в белую рубаху, заплетут волосы и поведут к сложенному костру. Соберется толпа. Глаза людей будут смотреть на неё с жалостью, осуждением, любопытством, нездоровым интересам. Пьяные студенты и наглые школяры заберуться на крыши окрестных домов, что бы лучше было видно... Потом главный инквизитор Себастиан передаст благословленный факел палачу. И ад разверзнется...

Иван Ковалев

Оборзение номер 49

Если кто не понял, номеp стоят для понта.

*************************************************

Роман Злотников "Обреченный на бой"

"Книга, прежде всего, интересна самой философией построения. Эдакий моделист-конструктор на тему создай себе государство. Чем-то напоминает грамотное описание партии ролевой игры, где конечная цель - создать собственное государство. И автор неплохо справляется. Знатно так оттягивается. С большим количеством подробностей и без излишнего манчкинизма."