День Шестой

Михаил Борисов

День Шестой

Михаил Анатольевич Борисов родился в 1965 году. Параглайдингом занимается с 1999 года.

Первый рассказ опубликован в 2002 году в киевском журнале "Небо для всех".

В нашем журнале публикуется впервые.

День первый

- Ого, Белый здесь! Значит, бодаться будем. - он хлопнул меня по плечу и пододвинул свой стул поближе к барной стойке, усаживаясь рядом невысокий, крепкий, курчавый колобок в потертой на плечах куртке-непродувайке, джинсах и альпинистских ботинках.

Другие книги автора Михаил Борисов

Поклонники отечественной фантастики!

Новые рассказы, повести и статьи Сергея Лукьяненко и Евгения Лукина, Леонида Каганова и Юлии Остапенко, Сергея Чекмаева — и творческого дуэта Г. Л. Олди!

Все это — и многое, многое другое — в новом сборнике «Фантастика».

«Независимый».

Космический корабль, который вновь и вновь отправляется навстречу приключениям – иногда веселым, а порой и смертельно опасным…

Новоиспеченный лейтенант вступает в войну с любимцами капитана – крысами-мутантами, предупреждающими об опасности… Кто победит?

Старпома преследуют кошмары самого невозможного толка, а механик играет в пространственные шашки с невидимым противником… Что происходит?

Гигантский астероид, внезапно изменивший свою траекторию, вот-вот столкнется с исследовательской станцией. Самое простое решение – расстрелять астероид из орудий «Независимого». Почему медлит капитан?

И это – лишь малая часть историй, о которых готова поведать команда «Независимого»!

«Независимый».

Космический корабль, который вновь и вновь отправляется навстречу приключениям – иногда веселым, а порой и смертельно опасным…

Новоиспеченный лейтенант вступает в войну с любимцами капитана – крысами-мутантами, предупреждающими об опасности… Кто победит?

Старпома преследуют кошмары самого невозможного толка, а механик играет в пространственные шашки с невидимым противником… Что происходит?

Гигантский астероид, внезапно изменивший свою траекторию, вот-вот столкнется с исследовательской станцией. Самое простое решение – расстрелять астероид из орудий «Независимого». Почему медлит капитан?

И это – лишь малая часть историй, о которых готова поведать команда «Независимого»!

Сначала хорошо бы Фрая почитать… Собственно ему, Максу, и посвящается.

«Независимый».

Космический корабль, который вновь и вновь отправляется навстречу приключениям – иногда веселым, а порой и смертельно опасным…

Новоиспеченный лейтенант вступает в войну с любимцами капитана – крысами-мутантами, предупреждающими об опасности… Кто победит?

Старпома преследуют кошмары самого невозможного толка, а механик играет в пространственные шашки с невидимым противником… Что происходит?

Гигантский астероид, внезапно изменивший свою траекторию, вот-вот столкнется с исследовательской станцией. Самое простое решение – расстрелять астероид из орудий «Независимого». Почему медлит капитан?

И это – лишь малая часть историй, о которых готова поведать команда «Независимого»!

«Независимый».

Космический корабль, который вновь и вновь отправляется навстречу приключениям – иногда веселым, а порой и смертельно опасным…

Новоиспеченный лейтенант вступает в войну с любимцами капитана – крысами-мутантами, предупреждающими об опасности… Кто победит?

Старпома преследуют кошмары самого невозможного толка, а механик играет в пространственные шашки с невидимым противником… Что происходит?

Гигантский астероид, внезапно изменивший свою траекторию, вот-вот столкнется с исследовательской станцией. Самое простое решение – расстрелять астероид из орудий «Независимого». Почему медлит капитан?

И это – лишь малая часть историй, о которых готова поведать команда «Независимого»!

— Имя?

— Там же написано.

— Что там написано, я и без тебя знаю. Имя?

— Хосе-Рауль-Мария-Родриго-и-Мендес…

— Думаешь, я уйду на пенсию раньше, чем ты закончишь?

— Вы же спрашивали имя.

— Не умничай. Хосе Фернандес, так?

— Так.

— Тебе известны твои права?

— Н-ну…

— Тебе зачитали твои права? Я могу повторить их, если ты не расслышал.

— Да, они что-то говорили такое… Всё, что я скажу, может быть использовано против меня. Прямо как в кино.

Голубь ходил по краю крыши, косил рыжим глазом. Мешал, зараза, сосредоточиться. Отчего-то вспомнился петух на бабушкином подворье, тот вот так же глазом косил. Только глаз у него был злой, огненный. Не знаю, за что он меня тогда невзлюбил, только житья не давал никакого. Чтобы во двор сбегать (всем известно, где в деревне удобства находятся), приходилось надевать отцовские резиновые сапоги — клевался забияка очень больно.

Не знаю, что я ему плохого сделала. Кур никогда не обижала, куры мне, если честно, были до одного места. Но этот рыжий хам меня просто изводил; подкарауливал в самых неожиданных местах и зажимал в угол. Я принималась визжать, и тогда кто-нибудь из родных прибегал и прогонял петуха. Дед пару раз брался за топор, собираясь отправить наглеца в суп, но я всякий раз со слезами отговаривала — наверняка этим супом стали бы кормить и меня, а уж это точно было выше моих сил.

Популярные книги в жанре Приключения: прочее

— Я рассчитывал пожить три дня в своем старом деревенском доме, — рассказывал Тарад, — и в первый же вечер по приезде понял, что сделал глупость. Уже около года в этой округе стало опасно жить: бандиты разграбили многие, расположенные вдалеке друг от друга дома и убили несколько человек. Это заставило меня призадуматься. Дом мой стоял на отшибе и не отличался особой неприступностью. Уже давно надо было взяться за его ремонт, но я так редко сюда приезжал! И потом я ведь приехал всего на три дня. Так, по крайней мере, я думал, направляясь сюда. Но теперь даже одна ночь тянулась слишком долго. Я мог бы уехать, оставив в доме тетушку Гронде, которая вела у меня хозяйство, и дядюшку Гронде, человека уже преклонных лет, но еще сильного. Однако я не хотел прослыть трусом…

Эдгар Райс Берроуз (англ. Edgar Rice Burroughs;  1875 — 1950 года) — американский писатель эры pulp-журналов, получивший большую популярность благодаря серии книг о Тарзане. Оказал значительное влияние на развитие жанров научной фантастики и фэнтези в XX веке.

Продолжение приключений маленькой девочки Лизи. В небольшой деревне близ Лондона, куда на время переезжает семья Кроуфордов, происходит череда загадочных происшествий, разгадать которые помогает смышленая девочка.

Солнце медленно скатывалось за горизонт, в душном лесу сгустились сумерки. Легкий ветерок где-то в вышине играл кронами высоких деревьев, где резвились стайки сереньких обезьян и порхали меж ветвей, словно яркие молнии, разноцветные попугаи. Ничто не нарушало вечерней гармонии и спокойствия.

На берегу мелководной речки густо заросшей дикими папоротниками и кустами валахо в тишине и покое, не нарушаемом лишними движениями и звуками, купаясь в последних на этот день солнечных лучах, стоял огромный зверь — поджарое тело пантеры, покрытое черным свалявшимся волосом, сильные лапы, вооруженные острыми когтями, сзади словно неживой болтается длинный хвост с растрепанной кисточкой на конце. Низко склонив к воде свою косматую страшную голову, украшенную двумя толстыми острыми рогами, на которых время запечатлело следы прошедших битв и испытаний, зверь медленно, размеренно утолял свою жажду, наслаждаясь вкусом холодной свежей воды. Он был очень стар, потрепанные бока ходили ходуном, но это не был признак слабости — мощные мускулы играли под сухой кожей, перекатываясь словно валики. Это было матерый самец-шаррах, ужас и проклятие здешних лесов, самый быстрый и свирепый зверь в Долине Теней. И за ним нередко по пятам стелился кровавый след смерти, ибо он не страшился никого, даже человека, хоть и знал, что люди сильнее и хорошо вооружены.

Ужасное предчувствие неизбежного не обмануло меня. Все. Я заблудился. Затерялся в темных, без единого лучика света, мрачных лабиринтах пещеры Охаллис, что расположена на юге Франции в суровых Пиренеях. Я медленно шел вперед, осторожно ступая по каменному, а кое-где и усыпанному песком или щебнем полу природного коридора, образовавшегося в недрах земли несколько тысяч лет назад. Вокруг меня окружала тьма. Свет в фонаре, который я взял с собой, погас уже более часа назад. Мне пришлось выбросить фонарь, чтобы не отягощать себя лишним грузом. Маленький карманный фонарик, который я всегда беру с собой, когда ухожу глубоко в подземные пещеры, тоже долго не продержался. Вскоре он замигал и потух, оставив меня в полной темноте. Положив его в нагрудный карман рубашки, я остановился, вытирая со лба липкий пот, стараясь унять бешено бьющееся в груди сердце. Как же мня, опытного исследователя недр земных, побывавшего, казалось, в недосягаемых пределах тверди, угораздило так оплошать. Где я сейчас — не известно. Света — нет. Еды — тоже нет. О том, что я спустился в недра Охаллис, никто не знает. Это еще одна моя глупость. Я ушел на рассвете, так никого и не предупредив о своем походе. Если меня потеряют и хватятся, то только через пару дней. Все привыкли уже к тому, что я часто пропадаю из вида на день-другой.

Конго, северо-западная часть страны, на самом берегу реки. Через деревушку прошел ураган. Чудовищная сила издевалась над всем, что только выступало над поверхностью земли, проявляя вполне очевидное желание разрушения, истинный запал по превращению вся и все в развалины.

Из двадцати восьми маленьких хижин племени куджу сохранилось всего лишь три. Все остальные были снесены с поверхности земли, от них остались лишь холмики, напоминающие какую-то стройплощадку. Кто-то может подумать, что по громадному пространству бурой земли проехал гигантский бульдозер.

В романе «Полеты средствами водоплавающих» организованным событийным хороводом и несколько оригинальной композицией переплелись пара хорошо знакомых читателю планет нашей звездной системы. В купе с Меркурием, Сатурном, грозным, нелогичным, но приветливым Никандром, очаровательным Лару и другими героями перед вами оживут островки воспоминаний, кусочки неоднородного, частично растерянного пазла вероятного будущего и непроглядного прошлого. Однако лишь сверкающее настоящее отрепетированным ансамблем заманит в объятья последнего гостя Земли.

Не успела нерпа пошевельнуться, как Катя ей нож ниже ласт всадила. Обняла ее руками и вверх тащит из ледяной воды. Забилась нерпа, но нож ее вниз не пускает. Катя лежала у проруби и боролась со зверюгой. Кожу на руках о лед ободрало. Она вытащила зверя из воды. Нерпа начала биться, извиваться. Борьба продолжилась…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

НИКОЛАЙ БОРИСОВ

ГОСУДАРЕВЫ БОЛЬШИЕ ВОЕВОДЫ

МАЛОИЗВЕСТНЫЕ РУССКИЕ ПОЛКОВОДЦЫ

В эпоху Ивана III (1462-1505) после присоединения к Московскому княжеству целого ряда обширных территорий возникает единое Русское государство. Иван III пожинал плоды кропотливого труда своих предков - пяти поколений московских князей из рода Даниила. Одновременно он наметил основные направления политики Москвы на несколько столетий вперед. Появление единого государства позволило собрать крупные военные силы и направить их на решение исторических задач окончательное освобождение Руси от чужеземного ига; обеспечение безопасности восточных и южных границ; возвращение русских земель, подпавших под власть польской короны и великого князя Литовского; борьба со шведско-немецкой экспансией в Прибалтике.

Священник Филипп, В.Борисов

Русская традиция поминального стола

В нашей жизни случаются застолья, которых лучше бы не было. Но жизнь есть жизнь, и часть ее - потеря дорогих людей. От этого никуда не деться. И тогда главным становится достойно, согласно исконно русским традициям, помянуть ушедшего. Поможет нам поговорить на эту печальную (но неизбежную) тему священник Московской патриархии игумен Филипп (Жигулин).

Христианская любовь не прекращается со смертью и погребением. С момента смерти она осуществляется в поминовении усопших. Поминовение в Православной церкви - молитвенное упоминание имен живых и умерших в литургии. С верой в силу поминовения перед Богом для блага и спасения поминаемых. Поминальные дни существуют у всех народов. Они признаны всеми религиями, V язычников такими днями были: третий, седьмой, девятый, двадцатый, сороковой и семидесятый по смерти усопшего и год со дня его смерти. V древних евреев: третий, седьмой, четырнадцатый, сороковой и семь кончин. В христианской церкви днями поминовения усопших являются самый день смерти, третий, девятый и сороковой по кончине. На третий день изменяется лицо умершего. На девятый - разрушается все тело, кроме сердца. На сороковой - разрушается сердце. Кроме того, поминания осуществляются на Троицкую субботу, мясопустную субботу, в канун Пятидесятницы, в родительские субботы, на Радоницу, на Дмитриевскую субботу. Поминовение усопших было в ветхозаветной церкви. Над умершими, по обычаю, преломляли хлебы, раздавали их при гробах неимущим. К началу III века обычай поминовения в христианской церкви установился твердо. Поминовение стало постоянной частью богослужения.

Екатерина БОРИСОВА

Солдат и Ева

Фантастическая пьеса в 2 актах, 13 картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

СОЛДАТ

ЕВА   - служанка в доме Чародея

ЧАРОДЕЙ

ЖЕНА ЧАРОДЕЯ

ТЕТУШКА АГАТА

СЛУГА в харчевне "Милости просим"

СТАРЫЙ БРОДЯГА

БЕЗУСЫЙ ЮНОША

СУДЬЯ

ВДОВА

МАЛЬЧИК-НЕПОСЕДА   - сынишка вдовы

СЕСТРЫ-БЛИЗНЕЦЫ   - дурнушка и красивая

НЕКРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА

Екатерина Борисова

Спеши, пока горит свеча

ПРОЛОГ

История, которую мы хотим рассказать вам, ребята, приключилась давным-давно.

Однако время сберегло для вас не только имена и прозвища героев и участников этой истории, но даже название деревушки, где они жили.

Прежде чем начать наш рассказ, посетим эту деревушку и познакомимся с ее обитателями.

Итак...

Мы стоим с вами на перекрестке поросших травой дорог. Указатель ветхая дощечка, прибитая к палке - подскажет, по какой из них нам идти.