Дело о пропавшем боге

Может ли божественное откровение засветить фотопленку, когда в монастыре повстанцы убивают чиновников, а варвары со звезд ведут научно-исследовательские работы, объект которых – бог?

Отрывок из произведения:

Высокоученый чиновник ведомства справедливости и спокойствия, особо полномочный инспектор из столицы, господин Нан, осматривал постоялый двор, принадлежавший некоему Кархтару.

Сам Кархтар пребывал в бегах, и по всему Харайну ветер лениво трепал объявления: три тысячи за голову убийцы городского судьи и зачинщика мятежа в Иров день…

Постоялый двор был, как все постоялые дворы Нижнего Города: неказистое двухэтажное строение с плоской кровлей, отгороженное от улицы стеной из сырцового кирпича с толстыми лопатками, в центре дома неизбежный дворик, к западной стене лепились как попало хозяйственные постройки, и там же начинался садик с прудом посередине. В пруду плавали недорогие, но неплохо подобранные кувшинки; у деревянной беседки цвело бледными, вытянутыми трубочкой цветками личевое дерево. Господин Нан не столько присматривался, сколько принюхивался. Запахи в империи говорили многое; глухие стены скрывали содержимое садов и внутренних комнат, и те извещали о достатке благовониями и ароматами цветов. Запах растения был важней его вида. В саду Кархтара пахло невзыскательно: парчовой ножкой и лоскутником.

Рекомендуем почитать

Если ваша империя из центра мира превратилась в камешек на краю необъятной Галактики; если ваши чиновники уверяют, что во всем виноваты люди со звезд, а ваши сектанты уверяют, что во всем виноваты чиновники; если все вокруг готовы продать родину за банку сметаны – смогут ли отчаянный террорист и хитроумный интриган добиться больше, чем добились благонамеренные реформаторы?

Когда великая империя стоит на пороге пропасти, когда нищие требуют хлеба, а торговцы – Конституции, когда благонамеренные реформы утонули в крови, и провинции отпадают от столицы, как лепестки увядающей хризантемы, когда каждый мятежник величает себя спасителем государства, – сможет ли стальная воля и стальной меч отчаянного храбреца победить всех – даже тех, кто опередил его мир на тысячелетия?

Когда капризы молодого государя ставят страну на край пропасти, когда доносы становятся законами и законы – доносами, когда заморские торговцы уже считают прибыли от раздела империи, а хищных завоевателей убажают в столице, как друзей нового фаворита, – тогда оказывается, что искусно сплетенной интригой можно добиться большего, чем честным законом, и что нет ничего, что было бы не зазорно сделать во имя государства.

Содержание сборника:

Дело о лазоревом письме  

Повесть о государыне Касии

Когда некогда единая империя вступает в эпоху перемен; когда в отколовшемся от нее королевстве в частной собственности оказываются армия, законы и налоги, а в самой империи по-прежнему считают, что в стране не должно быть ни богатых, склонных к независимости, ни бедных, склонных к бунтам; когда в королевстве сеньоры смотрят на жизнь, как на поединок, а в империи полагают, что свободный человек – это не раб, не серв, не крепостной, и вообще человек, который не зависит никаким образом от частного человека, а зависит непосредственно от государства; когда партии наследника и императрицы сцепились не на жизнь, а на смерть, – тогда пришелец со звезд Клайд Ванвейлен может слишком поздно обнаружить, что он – не игрок, а фигурка на доске, и что под словами «закон», «свобода» и «государство» он понимает кое-что совсем другое, чем его партнеры по Игре в Сто Полей.

В первый год правления государя Инана в провинции Харайн жил юноша по имени Руш. Рушу был тогда двадцать один год: он был весьма пригож собой. Глаза у него были синие, как лепестки лилии, волосы белокурые и немного вьющиеся, а брови красотой напоминали лист гиацинта, изогнувшийся под каплями росы. Девицы и замужние женщины на него заглядывались, но сам он был человек неопытный в искусстве сажать свою кочерыжку.

В то самое время, с которого мы начинаем рассказ, произошел мятеж Харсомы и Баршарга. Отца Руша, окружного инспектора и большого врага наместника Харайна, объявили одним из заговорщиков. В тот же вечер хотели арестовать и Руша, но он как раз был на вечеринке с сыном судьи, и судья велел отложить арест, дабы не бросать тень на сына, а затем как-то запамятовал. Вскоре отца Руша сослали в каменоломни, и Руш, верный предписаниям долга, поехал в столицу хлопотать о помиловании.

Когда капризы молодого государя ставят страну на край пропасти, когда доносы становятся законами и законы – доносами, когда заморские торговцы уже считают прибыли от раздела империи, а хищных завоевателей убажают в столице, как друзей нового фаворита, – тогда оказывается, что искусно сплетенной интригой можно добиться большего, чем честным законом, и что нет ничего, что было бы не зазорно сделать во имя государства.

Неизвестная планета Вея. Средние века. Молодой ремесленник Даттам волею судьбы становится одним из лидеров социалистической революции — восстания Небесных Кузнецов в Стране Великого Света.

Другие книги автора Юлия Леонидовна Латынина

У хозяина Ахтарского металлургического комбината Вячеслава Извольского есть в жизни все. Свой завод. Свой губернатор. Свои менты. Свои прокуроры. Своя компания сотовой связи, чтобы никто не прослушивал его разговоров, и свой ОМОН, который может прилететь в Москву и выяснить отношения с теми, кто перешел дорогу Извольскому.

Вот только в один прекрасный момент Вячеслав Извольский обнаруживает, что за ним охотится другой человек, у которого тоже есть свои губернаторы, свои менты, свои киллеры и даже – свой Кремль.

Иисус Христос был. Сам факт его существования не выдумка, не миф. Его существование доказывает множество документов. Но насколько реальный Иисус соответствовал образу, старательно создававшемуся библеистами в течение без малого двух тысяч лет? Известный журналист и публицист Юлия Латынина провела собственное историческое расследование, которое перевернет ваши представления о том, каким человеком был Иисус, какие ценности он проповедовал, к чему призывал. Ее книга, основанная на исследованиях ведущих мировых специалистов, критическом анализе давно известных и недавно открытых источников (от кумранских свитков до «Толедот Иешу», от апокрифических текстов до «славянского Иосифа»), ставит очень острые вопросы — и отвечает на них.

Генеральный директор Ахтарского металлургического комбината Вячеслав Извольский жесток, талантлив и беспринципен. Он стал собственником комбината, выкинув из директорского кресла обласкавшего его предшественника. Он завел свою компанию сотовой связи, чтобы никто не прослушивал его разговоры, он купил губернатора области и милицию города, и когда он, пьяный, едет по улицам своего княжества, местные гаишники останавливают все прочее движение. Но шахтерская забастовка и те, кто за ней стоит, поставили его комбинат на грань краха, его город — на порог экологической катастрофы, его рабочих — перед перспективой голода.

Где та грань, перед которой остановится Стальной Король в стремлении защищать себя и своих подданных? И имеет ли он право остановиться?

Здесь нет государства – есть личные отношения. Здесь нет бизнеса – есть война. Здесь друзьям полагается все, а врагам – закон. Здесь решения судов обращаются на рынке, как ценные бумаги, а споры олигархов ведут к промышленным катастрофам. Здесь – Россия. Здесь – Промзона.

Продолжение романа «Охота на изюбря» – на этот раз о войне между двумя промышленными группами.

Когда его брата взорвали, он не вышел из мечети, пока не закончил намаз. Его друзья возят в багажнике иностранных инвесторов, связанных ваххабитов и мешки денег.

Он спас сыновей президента республики, выкрав их из чеченского плена, а полпред президента РФ обязан ему жизнью. Он привел президента республики к власти, обеспечив автоматами правильный подсчет голосов.

Но сейчас президент республики называет его террористом.

Когда в республике начнется мятеж, на чью сторону встанет этот человек – на сторону России или на сторону Аллаха?

Такого Кавказа вы еще не видели – в романе Ю. Латыниной «НИЯЗБЕК».

Что случится с нефтезаводом, если во время конфликта акционеров туда вместо новых акционеров зайдут террористы?

Что случится со страной, где нет правил? Где чиновники продают всех, кто их купил? Где владелец завода убирает партнера с помощью чеченцев, а чеченцев – с помощью ФСБ. Где те, кто должны предотвращать теракты, провоцируют их в надежде на новые звездочки. Со страной, которая стоит на краю катастрофы более страшной, чем самый жестокий теракт.

«Разбор полетов» — это панорама перевернутой российской экономики, в которой правительственное агентство выступает в роли заказчика преступления, а московский авторитет — в роли современного Робина Гуда.

Они выстроили на подмосковных дорогах красные кирпичные дома, архитектурой напоминавшие средневековые замки. Они устроили в бетонных гаражах ямы для раздевания автомобилей и места для пыток и вместо колоколов поставили на верхушки башен гнезда для пулеметов. Ничто не могло сравниться с их смелостью, разве что кроме их жадности и иногда невежества; сначала они извлекали деньги из собственной жестокости, а потом — из анархии, в которой утонула страна. Они имели власть грабить самим и запрещать грабить всем прочим, и вскоре Сазан с полным правом получил свой феодальный лен в отдельном московском районе. P.S. Бывший псевдоним Юлии Латыниной (Евгений Климович).

Популярные книги в жанре Фэнтези

…— Вот. Перед вами новый король. — глухо произнес Харальд, — Эй! Подойди сюда!..

Все, что не убивает нас, делает сильнее, и все испытания в жизни — не случайны.

Эта трилогии о семье, но главным образом, о родных братьях и сестрах. Поэтому будет уместно посвятить последнюю книгу именно им. Итак…посвящается родным братьям и сестрам, читающим мои книги.

Посвящается Джен, моей сестре, на самом деле, единственной сестре, но, чисто гипотетически, если бы у меня была еще одна сестра, ей бы крупно не повезло.

Юрий Зикоф

Фэнтэзи Кровь героя О милосердном правителе Поединок Ветер В кругу камней Храм ветра Древо мертвых Прощание с солнцем Кабаре вольтера Граница Королевские знамена Шуты в нортенхельме Сокол Страна сновидений (homage to Poe) Контракт песня для крестьянки анюты Ammonia Avenue город сила слов болезнь эльдорадо дверь ночи когда-нибудь стена молчания Лица стекло флэшбэк (осенний карнавал в эсгарде) фэнтэзи II глаза звеpя ты не сможешь Леди Люцифеp. Пpоpочество в Эсгаpде. Уходящие. Смеpть в Hоpтингене.

Еще одна классификация, или о народах в фэнтези.

Еще у основателей жанра фэнтези встречались разночтения в понимании истинной сути многих существ, присутствующих в народном фолькльоре. Как следствие, одним и тем же словом у разных авторов зачастую обозначались совершенно различные народы (сравнить хотя бы эльфов Средиземья и Кринна!), что не может не раздражать читателя, способного не спутать "гобой с гиббоном, Рембрандта с Риббентропом" (и далее по тексту). Данное исследование не претендует ни на полноту, ни на точность характеристик, ни даже на истину в последней инстанции. Оно лишь отражает взгляд автора этих строк на распространенные народности разумных существ в произведениях нежно любимого им жанра фэнтези.

Таинственный незнакомец отдает одному из пиратских капитанов удивительную карту, на которой указан путь к легендарным Призрачным островам. По слухам, там находятся несметные сокровища. Но карта заколдована: рисунок на ней проявится только тогда, когда капитан соберет новую команду. Случайных встреч не бывает, и вскоре на пиратском корабле оказываются чародеи, воины и даже существа из давнего народа, которых люди считают бессмертными.

В этом мире есть феи, драконы, русалки, коварные жестокие враги и смелые преданные друзья. Море — живое и разговаривает с людьми, а звезду можно снять с неба…

Много испытаний и приключений ждет корабль с черными парусами и его команду, прежде чем они узнают тайну сокровищ Призрачных островов.

Я сидела на небольшом, почти полностью погруженном в воду, камне и размышляла о бренности бытия. Ну почему я не такая как все? Я русалка, но несколько отличаюсь от своих сородичей. У меня нет длинных зеленых волос, да и глаза мои унылого серого оттенка, тогда как у остальных они синие, большие и выразительные, в обрамлении пушистых ресниц. Я еще раз взглянула на троицу русалок, что считались самыми красивыми и какой месяц подряд перевыполнили план по утопленникам, отчего на каждой из красавиц поблескивала очередная розовая жемчужина в волосах, я горько вздохнула и взбила хвостом свое отражение. Капельки возмущенно зашипели на, разогретом под жарким летним солнцем, камне, и пропали, оставив после себя очередную порцию сыпи. Это несправедливо! Ну, подумаешь, плод любви человека и русалки, как такое произошло, можете и не спрашивать, сама не знаю, как я только не пытала маму, она молчит. В детстве со мной никто не хотел играть, на меня постоянно косились и показывали пальцем, шушукались за спиной и открыто смеялись в лицо. За всю жизнь я не смогла заманить ни одного мужчины на дно, ну не хочу я убивать, просто потому что так надо! Только мама знает о моей мечте и, как ни странно, искренне желает ее исполнения. А хочу я простого человеческого счастья — любящего мужа, неугомонных детишек и небольшой садик под окнами нашего пряничного домика. Всем известно, что русалки очень редко женятся, потому как, цветущий буйным цветом нарциссизм не дает возможности дарить любовь кому-то еще, кроме себя, да и тот факт, что мы — нечисть, играет также не последнюю роль. Но однажды, как рассказывали старейшины, был заключен такой союз, правда, никто уже не помнит ни имен, ни дат того неординарного события, и у меня есть веские причины подозревать, что те двое были не просто русалками, может, они также, как и я — плод союза человека и нечисти.

Мечты сбываются! Осталось научиться правильно мечтать… Последней февральской ночью, как раз на исходе зимы, из родильной палаты Воллдримской лечебницы, по пустым коридорам, эхом пронесся первый вскрик Элфи. В миг ее рождения мир словно замер: ветер вдруг обуял свою мощь и затаился в узкой подворотне, отчего благодарная ему тишина уютно опустилась на город и лишь слегка пошевелила серебристые сугробы, когда устраивалась поудобней

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Они оба начинали в 90-м году – будущий 'крестный отец' Нарыма и его самый крупный предприниматель. Предприниматель покупал прииск – и бандит покупал прииск. Предприниматель приобретал нефтяную компанию – на ту же компанию имел виды бандит. Малюта и Сыч претендовали на одни и те же прииски и одни и те же заводы. В конце концов, они поделили край и жили в мире, пока не сцепились из-за того, что нельзя было поделить, – из-за женщины.

«...Сегодня, уважаемые слушатели, мы хотим рассказать вам о человеке, который, будучи поставлен судьбой в трудные условия, сумел, несмотря ни на что, из-за доброй своей природы остаться верным императору. Рассказ свой мы поведем с начальных годов правления императора Шень Цзуна...»

В новом романе Ю. Латыниной. Валерий Нестеренко, крупный московский авторитет, расследует убийство друга — главного технолога не большого, но очень прибыльного предприятия, на которое претендовали и губернатор, и продажный глава облУВД, и зарубежная фармацевтическая компания.

В ясное весеннее утро 28 марта 199… года, возле особняка, занимаемого чешским посольством и отгороженным от неширокой улицы толстой белой стеной с раздвижными воротами и скучающим милиционером в будке, остановилась серая девятка. Из девятки высадился плотный, средних лет мужчина в элегантном однобортном костюме из кашемира, сидевшем на нем так же неловко, как на курице. Мужчина этот был Виталий Иванович Спицын, главный бухгалтер учреждения, разместившегося прямо напротив особняка.