Дефицит белка

«Эту книгу можно назвать фантастикой.

Точно с таким же основанием, как книги Борхеса, Мураками или Кортасара.

Эту книгу можно назвать классической русской прозой.

С тем же правом, как рассказы Чехова, Гоголя, Булгакова.

Эту книгу можно назвать юмористической.

Так же, как книги Зощенко, Гашека или Марка Твена.

Но все это — Леонид Каганов.

Если вы его еще не читали, то вы, наверное, просто неграмотный».

Сергей Лукьяненко

В сборник вошли произведения: Сирусянка, Дело правое, Жесть, Мне повезет, Про тигренка, Черная кровь Трансильвании, Здание номер 1, Нульгород, Флэшмоб-террор и др.

Отрывок из произведения:

Звонок раздался в пять утра, и я не сразу понял, что это звонок, а потом не сразу нашел коммуникатор. Звонок умолк, и я опять провалился в глубокий сон, но через минуту коммуникатор ожил снова.

— Слуррршаю! — прохрипел я, чувствуя, как голосовые связки встали поперек горла и перехлестнулись.

— Алекс? — раздался знакомый голос и сразу появилась картинка. — Я прилетела, Алекс! Представляешь? Я прилетела!

— Женя? — удивился я, натягивая простыню чтобы не сверкать перед коммуникатором волосатой грудью. — Женечка? Ты где?

Рекомендуем почитать

Эту книгу можно назвать фантастикой.

Точно с таким же основанием, как книги Борхеса, Мураками или Кортасара.

Эту книгу можно назвать классической русской прозой.

С тем же правом, как рассказы Чехова, Гоголя, Булгакова.

Эту книгу можно назвать юмористической.

Так же, как книги Зощенко, Гашека или Марка Твена.

Но все это - Леонид Каганов.

Если вы его еще не читали, то вы, наверное, просто неграмотный.

Сергей Лукьяненко

В сборник вошли: Сказки народов мира, Четвертый ярус, Загадать желание, Жлобы, Первая зачистка, Тридцать пять, Долларка, Эпос хищника, Письмо отца Серафимия, Корпусок, Вий-98, День академика Похеля, Шарф, муха и задачник, Хомка, Любовь Джонни Кима, Росрыба, Реквием, Масло и др.

Иллюстрации Олега Окунева.

Кто мы?

Каково наше место во Вселенной?

Что ждет нас впереди?

На эти вопросы в рассказах нового сборника Леонида Каганова отвечают не только люди, но и роботы, инопланетяне, ангелы, демоны, боги — и даже микробы.

Иногда это очень серьезно.

Иногда — очень смешно.

И всегда — неожиданно!

«Эту книгу можно назвать фантастикой.

Точно с таким же основанием, как книги Борхеса, Мураками или Кортасара.

Эту книгу можно назвать классической русской прозой.

С тем же правом, как рассказы Чехова, Гоголя, Булгакова.

Эту книгу можно назвать юмористической.

Так же, как книги Зощенко, Гашека или Марка Твена.

Но все это – Леонид Каганов.

Если вы его еще не читали, то вы, наверное, просто неграмотный».

Сергей Лукьяненко

Содержание сборника:

Пирамида

День сверчка

Горшки и боги

Ухо

На место

Народная медицина

Там, где нет ветра

Мой кармический предок Рамирес Гальега

Курсанты спасают Солнце

Майор Богдамир спасает деньги

Другие книги автора Леонид Каганов

Семиклассник Аллен Додсон сидел на уроке математики, уставившись в затылок Пегги Коркоран, когда на него снизошло озарение, изменившее мир. Сперва его собственный мир, а затем постепенно, наподобие костяшек домино, падающих в заранее заданном ритме, мир каждого из нас. Хотя мы, разумеется, тогда этого не знали.

Источником озарения стала Пегги Коркоран. Аллен сидел позади нее с третьего класса (Андерсон, Блейк, Коркоран, Додсон, Дюквесн…) и никогда не считал сколь-нибудь примечательной. Да она таковой и не была. Происходило это в 1982 году, и Пегги расхаживала в майке с Дэвидом Боуи и с растрепанными косичками. Но в тот момент, глядя на ее мышиного оттенка волосы, Аллен внезапно осознал, что в голове у Пегги наверняка полная каша из обрывков мыслей, противоречивых чувств и полуподавленных желаний — совсем как у него.

Поклонники иронической фантастики!

Перед вами — самый веселый, самый разудалый, самый нахально-смешной и самый СТИЛЬНЫЙ сборник, какой только возможно вообразить!

Произведения Леонида Каганова — это поистине нечто. Нечто озорное, забавное и ВЕСЬМА оригинальное. Нечто, жанр и стиль которого попросту не поддаются определению.

ЭТО надо ЧИТАТЬ!..

Робот Гамлет после аварии на заводе, где он работал, подхватил опаснейшую болезнь — поражение логики или «коротушку». Поленившись разбираться в предложенном ему учебнике логики, Гамлет сначала попытался воспользоваться методами нетрадиционного чинительства, затем новейшим суперсредством, рекомендованным телевизионной рекламой, а затем даже оказался в тоталитарной секте, ставящей своей целью избавление от людской тирании...

Пропал инкассаторский крейсер, перевозящий миллиард долларов. Найдены трупы инкассаторов, болтающиеся в вакууме. Дело кажется безнадежным. Но за дело берется майор Богдамир.

Ты... умер. И - умер скверно. Ты... воскрес. И-воскрес весьма неожиданно. И - кто ж ты после этого получаешься? Судя по отросшим внезапно когтям - ОБОРОТЕНЬ? Судя по абсолютно невероятным паранормальным способностям, что у тебя обнаружились, - метаморф? А если судить здраво-то?.. Одержимый дьяволом? Возможно... Жертва "секретного эксперимента"? Тоже ВОЗМОЖНО... Разбирайся-ка сам!..

Действующие лица — 15 человек:

СТЕПАН — Степан Гудков, менеджер по продажам, отличается даром убеждения.

ВИОЛЕТТА — разработчик-изобретатель, талантливая девушка с неожиданными идеями.

КАХОВСКИЙ и ВАРШАВСКИЙ — два разработчика-инженера, слегка неуклюжи.

ДИРЕКТОР — Егор Митрофанович, молодой начальник департамента, выпускник Кембриджа.

АДМИН — Николай, сисадмин, самоуверенный, заядлый игрок в компьютерную игру «Марворд-2» (собирательный образ сетевых ролевых игр про клинки и магию).

Хохма такая. Чиста пацаны разбираются.

Леонид Каганов

В интернете проводился традиционный конкурс писателей-фантастов "Грелка". Hа этот раз задание сформулировал С.Логинов: требовалось написать рассказ не короче 5кб на тему "Вещь в себе" и при этом встроить в текст какой-нибудь акрошифр...

Т И Х А Я С К А З К А

_Ж_ ил на свете добрый малый, никому вреда не делал, жил, учился и работал, но какой-то педераст _о_ бъяснил ему:

- Работать по профессии - не дело. Hа хуй брось свою работу, будешь, сука, бля, фантаст!

Популярные книги в жанре Юмористическая фантастика

Маленькая пародия из сборника «Фантастика-77» (Москва, «Молодая гвардия», 1977)

С делом Диксона я впервые столкнулся в тот день, когда к нам явилась депутация из Мамбери, чтобы узнать, не займемся ли мы расследованием их заявления по поводу странных событий, случившихся недавно в этой деревушке.

Пожалуй, однако, сначала мне следует объяснить — кто такие эти «мы».

Я занимаю пост инспектора ОЗЖ — сокращение, обозначающее Общество Защиты Животных — в округе, который включает в себя Мамбери. Не воображайте, пожалуйста, что я до умопомрачения люблю животных. Просто, когда я нуждался в работе, один из моих друзей, пользующийся в Обществе влиянием, оказал мне протекцию, и я теперь, смею сказать, достаточно добросовестно выполняю свой долг. Что же касается животных, то они ведь чем-то похожи на людей, так что некоторым из них я даже симпатизирую. И в этом я в корне отличаюсь от моего коллеги инспектора Альфреда Уэстона — он обожает их (вернее будет сказать — обожал) всех — принципиально и без исключения.

…Профессор Скотт сменил уже восемь зубных протезов, когда его лаборатории поручили раскусить один из самых крепких орешков — проблему бррр.

Прежде всего профессор Скотт попытался использовать для решения этой исключительно сложной проблемы аппарат математической логики. Но логика дала осечку. Тогда профессор командировал своих сотрудников на Канопус и двинулся старым, как метагалактика, путем — а именно: путем применения теории вероятности к анализу статистических материалов.

Итак, свершилось. Я стал делегатом Земли в Организации Объединенных Планет, вернее, кандидатом, хотя и это неточно, ведь Генеральной Ассамблее предстояло рассмотреть кандидатуру всего человечества, а не мою.

В жизни я так не волновался. Пересохший язык деревяшкой стучал о зубы, а когда я шел по расстеленной от астробуса красной дорожке, то не мог понять, она ли так мягко пружинит подо мной или подгибаются мои колени. Следовало быть готовым к выступлению, а я слова не вымолвил бы через спекшееся от волнения горло; поэтому, заметив большой автомат с хромированной стойкой и прорезью для монет, я поспешно бросил туда медяк и поставил под кран предусмотрительно захваченный с собой стаканчик от термоса. Это был первый в истории человечества межпланетный дипломатический инцидент: мнимый автомат с газировкой оказался заместителем председателя тарраканской делегации в парадной форме. К счастью, именно тарракане взялись представить нашу кандидатуру на сессии, чего я, однако, еще не знал, а то, что этот высокопоставленный дипломат заплевал мне ботинки, счел дурным знаком, и совершенно напрасно: то были всего лишь ароматные выделения приветственных желез. Я сразу все понял, приняв информационно-переводческую таблетку, любезно предложенную мне одним из сотрудников ООП; звучавшее вокруг дребезжанье тотчас же превратилось в совершенно понятную речь, каре из алюминиевых кеглей на конце мягкой ковровой дорожки обернулось ротой почетного караула, встретивший меня тарраканин, прежде походивший на громадный рулет, показался старым знакомым, а его наружность — самой обычной. Только волнение не отпускало меня. Подъехал небольшой самовоз, специально переоборудованный для перевозки двуногих существ вроде меня, я сел, а тарраканин, втиснувшись туда с немалым трудом и усаживаясь одновременно справа и слева от меня, сказал:

19. VIII.

Отдал ракету в ремонт. Прошлый раз слишком близко подошел к Солнцу; весь лак облез. Завмастерской советует перекрасить в зеленый цвет. Еще не знаю. До обеда приводил в порядок коллекцию. В меху красивейшего гаргауна полно моли. Подсыпал нафталина. После обеда — у Тарантоги. Пели марсианские песни. Взял у него «Два года меж курдлей и осьмиолов» Бризарда. Читал до утра — страшно интересно.

20. VIII.

На тысяча шестой день после отлета с местной системы в туманности Нереиды я заметил на экране ракеты пятнышко, которое напрасно старался стереть кусочком замши. За неимением другого занятия я чистил и полировал экран четыре часа подряд, прежде чем заметил, что пятнышко — это планета, очень быстро увеличивающаяся. Облетая вокруг этого небесного тела, я с немалым удивлением увидел, что его обширные материки покрыты правильными геометрическими орнаментами и рисунками. Соблюдая необходимую осторожность, я высадился посреди голой пустыни. Она была выложена небольшими дисками, около полуметра в диаметре; твердые, блестящие, словно выточенные, они тянулись длинными рядами в разные стороны, складываясь в узоры, уже замеченные мною с большой высоты. Закончив предварительные исследования, я сел за руль, поднялся в воздух и стал носиться низко над землей, пытаясь разгадать тайну этих дисков, которая безмерно интриговала меня.

Однажды, уже в коммунистическом будущем, в 19.. году, у двух жителей агрогородка Егоровка, случилась вспышка очень редкой болезни - собственита...

Юмореска известного писателя.

В гробу картонном мы прожили года два. По чести сказать, ничего хорошего в нем нет, в гробу этом. Во-первых, тесно. Во-вторых, не видать ни хрена, кроме рубашки соседа, что под тобой. Или соседки. А тебе в рубашку тот, кто над тобой, пялится. Или та. Календарю только повезло, его сверху присобачивают, значит, никто в задницу не смотрит. Хотя вот убейте, не понимаем, ну на кой фарт на нас календарь кладут. Это все равно, что в коробку с леденцами презерватив засунуть.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"Помогите найти! Пропал без вести убийца друидов, вампиров, тварей и магов, свидетель и виновник двух мировых катастроф, знакомый правителей земных и небесных, великий император и просто очень хороший человек Алистин, Михаил Михайлович". Собственно говоря, все.

Он — человек с душой дракона. Драконий ад, длящийся сотни лет. Но он еще помнил, что в своем мире, скрытом в толще магмы, был драконом. И звали его — Ланселот.

— Вот тебе и раз, сказал Штирлиц, внимательно разглядывая кирпич, свалившийся ему на голову. Ха-ха-ха…

Этим невеселым смешком Михалыч растерянно констатировал тот безрадостный факт, который со всей неприглядностью свидетельствовал о том, что он, незаметно для себя, выкурил последнюю сигарету. Все еще не веря в такую незадачу, он медленно, словно боялся выпустить на свет злую гадюку, приоткрыл ящик письменного стола, полный ненужных бумаг, конторских принадлежностей и просто всяческого мелкого сора. Обычно он высыпал в стол, прямо на самый край, из вскрытого блока сигареты и теперь, сладостно замирая от предвкушения, запустил руку внутрь.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ЗАЩИТНИК МИРОЗДАНИЯ

Защитник Мироздания Александр Михайлович Окунев проснулся утром в отвратительном настроении. Вскоре он сидел за большим столом и завтракал вместе с мудрым вороном-гаруда Конрадом. Он был мрачен и сосредоточен. Его обуревали тяжелые мысли и он уже точно знал, что майор Серега и его жена Оленька стали жертвой мести этого мерзавца в золотых очках, Леонида Юрьевича. Это уже не было результатом вещего сна. Просто он, вдруг, почувствовал, как оборвалась та ниточка, связывающая его с этим мужественным, угловатым парнем и буквально слышал как стенала его усталая, измученная душа, требующая справедливости и отмщения. Знал он и то, что смерть майора и его жены была ужасной.